Токо Сумикадзэ. Четверг, 25-ое февраля

Сегодня

суматохи в офисе Mumuu

было

больше, чем обычно. Этим утром по новостям

сообщили, что Доктора Хасигами убили,

а вместе с этой новостью к нам поступали

звонки от других изданий и телевидения.

Никто в редакции понятия не имел, что

произошло. Даже я, главный редактор

Хасигами, не верила, что его больше нет.

—Сумикадзэ!

— Шеф Такафуджи подошёл к моему столу.

Пока он шёл, его шаги отчётливо слышались.

—Ты

связалась с семьей Доктора Хасигами?

—Пока

ещё нет. — Я пыталась связаться с ней

ещё до того, как он подошёл, но так и не

смогла.

За

год работы с профессором я видела его

семью всего пару раз, практически все

встречи с ним проходили наедине.

—Приходить

к ним в такой момент будет неправильно...

— шеф не знал, что делать.

Если

честно мне самой не хотелось туда идти.

В том доме... там... у меня было сильно

развито шестое чувство, и в том доме я

чувствовала чье-то присутствие. Это

нечто было очень сильным.

Но

сейчас было не до этого.

—Даже

если мы придём к ним домой, что мы им

скажем? Будем обсуждать что делать с не

выплаченными деньгами? Как-то неприлично

получится.

—Может,

на поминках...

—Они

ещё не запланировали поминки... — выдохнув

сказала я.

—Точно,

на поминках! Там сможем поговорить с

его женой, ну или, по крайней мере, с

мамой.

—Не

думаю, что и тогда будет подходящее

время...

—Ладно,

пока просто узнай, когда поминки, и

пришли им цветы. Детали обсудим позже

— сказал он, почесав голову.

—Шеф...

— я хотела подойти к нему до того, как

он успеет дойти до своего стола, но на

секунду остановилась, сомневаясь, стоит

ли спрашивать его об этом, — мы... отменяем

его колонку в этом месяце?

—А

у тебя есть черновик колонки на этот

месяц?

—Нет...

—Ну,

значит, у нас нет выбора. Призрак же не

будет для нас писать колонки?

—Он

говорил, что хочет начать новую тему и

даже закончил по ней свой первый черновик

—Когда

он сказал тебе об этом?

—В

этом месяце. — я могла забрать черновик

раньше, но сожалеть уже поздно.

—Если

это правда, я хочу увидеть его последний

труд, — я уже хотела с ним согласиться,

но он положил руку на моё плечо, — а пока

напиши ещё одну статью.

—Статью?!

Прямо сейчас?!

—Прямо

сейчас! Извини, но нам она нужна. — сказал

он и сразу же вышел из офиса. Я не могла

оспорить его приказ, всё что мне оставалось

— это работать.

—Поднесение...

— сказала я, садясь за стол.

Доктор

Хасигами был дружелюбен со мной, даже

несмотря на то, что я была неопытным

редактором, так что я не сразу поверила

в его смерть, когда услышала, что его

убили, но нужно было работать и моё

неверие сменилось мыслью о том, как

успеть к дедлайну.

Кто

мог его убить? У полиции есть какие-нибудь

зацепки? Кому вообще нужна была его

смерть?

—Не

думаю, что есть смысл думать об этом. —

я решила собрать все черновики Доктора

и убрать их куда-нибудь подальше. Так я

перестану думать о нём.

Мой

стол всегда был в чистоте и порядке, в

отличии от всех других столов в офисе.

Всё, что касалось Доктора Хасигами,

лежало в одной папке. Однако, кроме

черновиков там были ещё и заметки,

которые я делала во время разговором с

ним, а также книги, которые он любезно

давал мне на прочтение. Сейчас книги

волновали меня больше всего, так как я

хотела отдать их семье. Я решила

упорядочить всё это добро, чтобы в случае

чего сразу же найти нужное, а не искать

во всём этом беспорядке.

Доктор

Хасигами был профессором в университете,

а свою работу он любил до потери сознания.

При каждой встрече он давал мне пару

книг, которые показались ему интересными.

У меня их накопилось уже где-то с

двадцатку, но из-за работы времени на

чтение было не так много, как хотелось

бы.

Все

книги всё ещё лежали в бумажном пакете

под столом.

«Простите

меня, профессор» — извинившись

про себя перед Доктором, я достала книги

из пакета. Перед тем, как их отдать, мне

хотелось бы прочитать их все, но это

было невозможно.

Среди

стопки книг оказалась записная книжка,

которую я потеряла месяц назад.

Это

была коричневого цвета книжечка размером

12x17

сантиметров. Мне была важна практичность,

так что пришлось пожертвовать милой

обложкой.

Я

уже и не думала, что найду её... Как она

там оказалась?

Находка

несказанно обрадовала меня. Именно в

этой книжечке я делала заметки во время

встреч с Доктором Хасигами. Быть может,

это была последняя милость Доктора

перед его отправлением в мир иной? Хотя,

наверное, не стоит так думать про учёного.

На

её страницах было много непонятных

слов, но, увидев их, я вспоминала, о чём

говорил Хасигами.

Очертания

иероглифов внезапно стали размываться

– я заплакала.

Я

сняла очки и вытерла слёзы. Мне нужно

попасть на поминки и похороны. Надо

попрощаться с ним, и, если он дописал

последнюю статью, я должна показать её

миру.

Задумавшись,

я перестала читать содержимое страниц,

но в один момент обратила внимание на

строки, которые, в отличие от всего

остального текста, были написаны не

синей или чёрной ручкой, а красной.

Наверху страницы была пометка «важно».

Под

ней было всего три словосочетания: «на

дне», «лунный свет» и «много людей».

—Зачем

я это написала?

Почерк

был мой, без сомнений, но я совсем не

помню, о чём мы говорили в тот момент,

когда я записала это.

—Судя

по тому, что эта запись находится в

конце, я сделала её недавно, наверное,

месяц назад, когда мы встретились с ним

в последний раз.

Я

попыталась вспомнить, но не смогла. Я

могла вспомнить всё, о чём было написано

в книжке, но только не эту часть. Меня

это сильно взволновало.

—Нужно

успокоиться, — Я решила сходить в

магазин, чтобы купить что-нибудь попить.

Кофе наверняка успокоит меня.

Я

положила книжку, закрыла её и встала

из-за стола. Выйдя из офиса, я направилась

к лифтам, и, когда нажала на кнопку

вызова, почувствовала удар, похожий на

удар статическим электричеством, а

вместе с ним в моей голове появлялись

образы и воспоминания.

—Поднесение!

— Выкрикнула я. Посмотрев по сторонам,

я обрадовалась тому, что рядом со мной

никого не было. — Я вспомнила! Вспомнила!

Я

вспомнила, что значат эти слова. Когда

я пришла к Доктору Хасигами, чтобы

забрать черновик и обсудить планы на

будущее, он задал не свойственный для

себя вопрос.

—Сумикадзэ,

ты

не

помнишь свои последние сны? Скажи первые

слова, которые приходят на ум, если

помнишь их.

И

тогда я сказала ему: «на дне», «лунный

свет» и «много людей». Сами сны я не

помнила, но эти крупицы отложились в

моей памяти.

Почему

он спросил меня об этом? Он собирался

написать статью про сны?

Что

бы он не задумал, смерть разрушила все

его планы.