Ладно, очищение так очищение.
Хотя Линь Хэ был слегка разочарован, но, как и говорила наставница, современные техники сами по себе – огромное удобство.
С ростом уровня развития количество доступных техник будет расти само собой, так что спешить действительно некуда.
— И с чего мне начать?
— Посмотри на это.
Бай Синьлянь достала несколько документов; бумага была новой и еще пахла свежей тушью.
— Тебе нужно просто вписать свое имя в эти бумаги, поставить отпечаток пальца и активировать их ментальной силой. После этого ты сможешь использовать техники нашего пика Синьлянь.
Линь Хэ слушал, не веря своим ушам.
Эта процедура больше напоминала открытие счета в банке.
Всё очень стандартизировано.
— Можешь попробовать прямо сейчас, — с сияющей улыбкой поторопила его Бай Синьлянь.
— Хорошо, — Линь Хэ послушно приложил ладонь к одному из документов, медленно концентрируя сознание.
Он не удержался от вопроса:
— Наставница, а если все секты так делают, не приведет ли это к злоупотреблению магией?
Особенно среди горячих молодых студентов, если они затеют драку снаружи…
— Не волнуйся~ – Бай Синьлянь улыбнулась. — Процедура подтверждения личности и выдачи прав доступа во внешнем мире проходит через очень строгий аудит. Если обнаружат незаконное использование, права аннулируются мгновенно.
Она сделала паузу и добавила:
— К тому же во многих академиях и сектах стоят специальные ограничители. Как только ученик покидает территорию своего ведомства, он теряет возможность использовать эти удобные современные техники.
Линь Хэ понимающе кивнул.
Раз уж это странное общество, объединяющее магию и современные технологии, стабильно функционирует, значит, лазеек в нем не так уж много.
— Всё, сосредоточься.
Бай Синьлянь легонько коснулась его лба:
— Применяй технику.
— И всё? Так просто?
Линь Хэ казалось, что процесс невероятно легкий.
Но он всё же повторил жест Бай Синьлянь, неумело сложив пальцы в печать.
В следующий миг произошло нечто странное.
Он почувствовал, как его сознание мягко потянуло за собой, и в оцепенении он оказался в неописуемом, чудесном пространстве.
Перед глазами возникла величественная и бесконечная библиотека с целым морем книг.
Словно по велению свыше, к нему подлетел один свиток.
Линь Хэ инстинктивно коснулся его своим разумом…
Вж-жух!
Мгновенно вспыхнули более десяти изящных, пульсирующих духовных знаков, которые сцепились друг с другом, образуя целостную и стабильную структуру техники.
— Это…
Линь Хэ резко пришел в себя, ошеломленно глядя на мягко сияющий сгусток света в своей руке.
Никакого вычерчивания штрихов, никаких мучительных попыток скомбинировать знаки, не нужно даже особо думать или направлять энергию.
Готовая, упрощенная техника сама возникла у него в ладони.
— Ну как? — Мягко спросила Бай Синьлянь. — Разве современные упрощенные техники, избавленные от всех лишних шагов, не чудо?
Линь Хэ был глубоко потрясен и закивал головой.
Именно потому, что он начал учить основы построения знаков с нуля, он острее других осознавал, насколько чудовищно удобно это «применение в один клик».
Древний практик, мучаясь, полдня вымучивает одну технику, в то время как современный может, пожалуй, пачками их раздавать.
Это была разница эпох, сопоставимая с ударом из другого измерения.
Он посмотрел на сияние в руке и осторожно прижал его к маленькой миске, которую специально подготовила Бай Синьлянь.
Миска была испачкана мясной подливкой и блестела от жира.
Вум…
Как только свет коснулся стенок миски, жир и грязь словно были мгновенно отторгнуты невидимой силой и бесшумно осыпались на пол.
Миска стала идеально чистой, сияя так, что в ней можно было увидеть отражение.
Бай Синьлянь взяла миску в руки и нежно улыбнулась:
— Видишь, техника очищения нашей школы – невероятно полезная вещь?
Линь Хэ усмехнулся:
— И впрямь впечатляет.
Он хотел было пошутить, но вдруг нахмурился, почувствовав легкий прилив усталости.
Почти одновременно пара прохладных ладошек легла на его виски и начала массировать их с умеренной силой.
У самого уха раздался мелодичный, нежный голосок Бай Синьлянь:
— Хотя современные упрощенные техники удобны, они не всесильны. Нагрузка на духовную энергию и разум у них ничуть не меньше обычных.
Линь Хэ выдохнул с облегчением:
— Теперь понятно, почему вы научили меня этому только сейчас.
С его нынешним запасом духа даже одно простейшее очищение вызвало легкое головокружение.
Будь он слабее, мог бы и в обморок упасть.
— Голова еще болит?
Бай Синьлянь придвинулась поближе; её дыхание, пахнущее орхидеями, коснулось его лица, а глаза были полны заботы.
— Намного лучше, спасибо, наставница.
— Зачем такие церемонии с учителем, — Бай Синьлянь расцвела в улыбке и собрала все документы.
— Давай сначала пообедаем, а потом я еще хорошенько помассирую тебе голову.
— Э-э, да не стоит…
— Стоит.
Бай Синьлянь напустила на себя суровый вид, не терпящий возражений:
— Слишком большая нагрузка на мозг может привести к скрытым травмам, здесь нельзя проявлять небрежность.
Глядя на то, как она старается выглядеть строгим учителем, становясь при этом еще более милой, Линь Хэ почувствовал тепло в душе и с улыбкой взял палочки.
— Тогда полагаюсь на вас, наставница.
— Предоставь это мне~
…
Через час в беседке на заднем дворе.
Атмосфера стала несколько двусмысленной.
Линь Хэ лежал навзничь на длинной широкой скамье, а его затылок покоился на чем-то мягком.
Этим «нечто» были мягкие и нежные бедра его собственной наставницы.
Такая поза заставляла его невольно смотреть вверх, встречаясь глазами с наставницей, которая склонилась над ним.
— М-м…
Кончики ушей Бай Синьлянь покраснели, она непроизвольно сжала ноги под юбкой, а её взгляд беспорядочно метался по траве и цветам снаружи беседки.
— Ученик, давай… давай ты лучше закроешь глаза.
— Хорошо, — Линь Хэ, с трудом сдерживая смешок, послушно закрыл глаза.
Шур-шур…
Вскоре послышался тихий звук, и Линь Хэ почувствовал, как прохладные ладони легли на его виски, мягко и нежно надавливая.
Вместе с этим в голову начало проникать приятное чувство прохлады, навевающее сонливость.
[Дух +0.1]
Тихое, мерное дыхание девушки было совсем рядом; её особенный тонкий аромат окутывал его.
В этой атмосфере покоя и расслабления сознание Линь Хэ начало расплываться.
— …
Руки Бай Синьлянь не останавливались, но взгляд становился всё более нежным.
Она убрала прядь волос, упавшую на лицо Линь Хэ, за его ухо, и замерла, любуясь беззащитным спящим лицом своего ученика.
— Какой послушный…
Едва слышно прошептала она, касаясь кончиками пальцев его челки, в то время как другая рука, словно убаюкивая младенца, ритмично и легко похлопывала его по плечу. При этом она тихо напевала какую-то старинную нежную мелодию…
…
Взошла луна, заливая двор серебристым сиянием; в ночном воздухе всё еще чувствовалось тепло дневного солнца.
Линь Хэ сидел на краю кровати, растерянно почесывая голову.
Он и сам не ожидал, что может так долго проспать.
Обед закончился, он только глаза закрыл – а уже стемнело, и время близится к ужину?
«В таких нежных объятиях и не заметишь, как пропадешь…», – подумал Линь Хэ.
Он вздохнул и вышел из комнаты.
Едва он открыл дверь, как в нос ударил манящий аромат.
Посмотрев в сторону кухни, он смутно разглядел маленькую фигурку в фартуке в цветочек, хлопочущую у плиты.
Линь Хэ невольно улыбнулся.
Он уже собирался пойти на кухню и предложить помощь, как вдруг боковым зрением заметил, что в беседке кто-то сидит.
Этот человек сидел спиной к нему, выпрямившись как струна.
И копна золотых волос, даже в сумерках переливающихся роскошным блеском, сразу выдала гостью.
Сестрица Су?
Линь Хэ свернул к беседке.
Он хотел было окликнуть её, но заметил, что она низко склонила голову, сосредоточенно глядя на что-то, лежащее у неё на коленях. При этом её левая рука то и дело поднималась, выписывая в воздухе какие-то… довольно милые и странные жесты?
— …
Линь Хэ стало любопытно.
Неужели тренирует какие-то печати для техник?
— Су…
Не успел он выговорить и слога, как сидящая в беседке вздрогнула всем телом, словно испуганный кролик!
Шмяк!
Книга, лежавшая у неё на коленях, соскользнула на пол.
Су Хуалу резко обернулась. В её знаменитых алых глазах сначала отразилось полное замешательство, которое быстро сменилось… тенью стыда.
— Ты, — она поджала губы, её голос был резким, — ходишь… беззвучно.
— Прости-прости, я не нарочно.
Линь Хэ поспешно извинился и шагнул вперед, чтобы помочь поднять упавшую книгу:
— Я напугал тебя…
На полуслове он замер.
В лунном свете он разглядел содержимое развернутых страниц.
Там была нарисована девушка в пышном, вычурном розовом платье, украшенном бесчисленными бантами и кружевами. Она замерла в нарочито «кавайной» позе.
Вокруг неё взрывались мириады звездочек, сердечек и радужных эффектов, а из её рук вырывался ослепительный поток света.
Такая композиция, такой стиль, такие элементы…
В этом мире тоже есть подобная индустрия развлечений?
На мгновение в голове у Линь Хэ стало пусто.
Книгу выхватила рука, двигавшаяся с быстротой молнии, и тут же прижала к груди.
Линь Хэ ошарашенно поднял взгляд.
Су Хуалу уже стояла на ногах, сверля его своими рубиновыми глазами. Но в отличие от обычной невозмутимости, сейчас она плотно сжимала губы, а на её прекрасном лице проступил едва заметный румянец.
— …Забудь.