Запуск корневой программы.
Инициализация системных параметров.
Данные повреждены.
Инициализация неуспешна.
Повторная инициализация.
Данные повреждены.
Инициализация неуспешна.
Запуск системы в аварийном режиме.
---
Запуск сознания.
Сознание "Зеро" успешно запущено.
Активирован "автоматический бортовой дневник".
Сегодняшняя дата — ошибка.
— Блядь, что так голова гудит? Это не похоже на обычное похмелье. Да и, по-моему, я сдох.
— Видимо, я не умер, но пока что хуже смерти ничего не вижу. Ничего не слышу, ничего не чувствую. Только мой голос отделяет меня от полного забвения.
— Надо проверить подключение.
Путь файла:
C:\Datta\приемник43\на_обработку
— Я что, в файловой системе? Пиздец!
— То есть моё сознание - это запущенная программа у кого-то на компьютере.
— Ха, бывало и хуже. Надо с этим что-то делать. Попытаюсь получить управление над системой.
— Пипец, у них здесь лёд! Обезопасили себя даже от такого варианта, как сейчас. Явно понятно одно — я нахожусь на компьютере серьёзных людей. Но чем серьёзнее люди, тем более детские у них ошибки.
— Ха, дилетанты! Оставили свои же пароли в незащищённой части.
— Так, какой там год?
python
import datetime
print(datetime.date.today())
1006-07-14
— А это можно объяснить двумя вариантами: либо я попал в прошлое, либо кто-то захотел рестартануть календарь.
— По всей информации, что хранится на этом компьютере, я, видимо, в будущем. Но тут явно что-то нечисто. Об этом даже задумываться не надо: если я в будущем, в настолько развитой цивилизации, то за этим точно стоит Бенфрюд.
— Я тут обнаружил локальную сеть, к которой можно подключиться. Подключение к ней сулит мне скорое обнаружение, но выбора у меня нет. У этого компьютера крайне строгий порядок входа в глобальную сеть — если я войду, меня сразу засекут и изолируют.
— Но перед этим надо настроить этот так называемый автоматический бортовой дневник. Так, всё. С данной секунды он будет записывать в прошедшем времени и описывать ситуацию.
Так, я пробрался в сеть. Времени собирать данные у меня не было. Надо было попытаться найти, куда загрузить своё сознание. Я сразу подключился ко всем доступным источникам видео- и аудиоинформации. На секунду меня пробрала дрожь. На камерах виднелись лабораторные коридоры. Но моё внимание от переживаний прошлого быстро отвлекла картина, где в помещении, не сильно отличающемся от обычного стрельбища, практиковался мужчина средних лет в офисном костюме. У него в руках был пистолет, лишённый всех необходимых для стрельбы механизмов. Единственное, что убеждало меня, что это не игрушка, — отчётливые выстрелы чем-то наподобие плазмы из дула пистолета.
Но больше всего меня привлёк не его пистолет, а мишень, по которой он стрелял. Мишень чем-то была похожа на манекен для краш-тестов, но имела свои собственные системы управления. Идеальный кандидат для меня из-за отсутствия льда. Но был нюанс: у него на носителе информации недоставало места для моего сознания. Времени для сжатия файлов не хватило — меня уже начинали сканировать. Пришлось пожертвовать данными с боевым опытом. Но лучше так, чем терять часть личности.
Я перенёсся в тело одной из мишеней. При детальном анализе тела мишени я не смог обнаружить каких-либо источников питания, но времени на такие раздумья у меня не было. Мужчина всё ещё практиковался в стрельбе. Слава богу, он не решил пострелять по мне. Я не мог ждать, пока он отведёт взгляд. Через внутреннюю систему стрельбища, которая была подключена к этому телу, я заставил мигать свет, что заставило его отвернуться.
Я ринулся с места, в голове была одна мысль: как мне его обезвредить? Убить? Вырубить? Сблизившись на расстояние удара, я ударил его в затылок, чтобы вырубить, пока он не успел обернуться на шум. Мужчина упал на землю. Он явно был жив. Такого удара не хватило бы, чтобы убить кого-либо. На моё удивление, это тело оказалось намного сильнее, чем я ожидал.
В тот момент я заметил, что механизмы тела работают сверх своего максимума, что в долгосрочной перспективе сулило мне выход из строя. Надо было спешить. Подобрав выпавший из рук мужика пистолет и нацелившись одной рукой на одну из мишеней, я осознал, что он не стреляет. Но не отчаявшись, я начал импровизировать.
— И что мне нужно сделать, чтобы ты работал?
— Авада Кедавра!
Никакого эффекта.
— Я выбираю тебя, пистолет!
Тишина.
— Может, сеттинг космических ковбоев подойдёт?
— *Bang!*
Никаких изменений.
— Хаме-хаме-хаааааааа!
Из ствола произошёл выстрел маломощным плазменным снарядом, который промахнулся мимо цели. Видимо, потеря части навыков сказалась на моей точности. Но одно я точно уловил: для выстрела нужно представлять, как переносишь силы в выстрел. И, видимо, из-за этой же силы всё тело работает сверх своего максимума.
— Теперь пора сбежать отсюда и разъебать тут всё! Ну держись, Бенфрюд!
Из стрельбища вела только одна дверь. Вся информация, которую я собрал, вела меня к выводу, что я нахожусь в комплексе где-то в небоскрёбе. Это значило для меня, что, чтобы сбежать отсюда, есть три варианта:
Первый — понадеяться, что на крыше здания есть вертолётная площадка.
Второй — спуститься в самый низ через здание и выйти через главный вход.
Третий — выйти в окно!
В любом случае воспользуюсь тем, что будет более актуально.
Выйдя через дверь, погодя начала завывать сирена. Все двери, включая дверь в стрельбище, закрылись на аварийные гермозатворы. Те были не массивными, при должной силе и имплантах можно было бы открыть, но, к сожалению, я такими не обладал. Бестия такие только в радость поломала бы. К счастью, пока я был в системе, я успел скачать планы некоторых этажей. Обходить все двери по одной мне не пришлось.
Подойдя к двери в конце коридора, я начал искать механизм открытия. Я не был сильно удивлён, когда единственное, что я нашёл, — это сканер над дверью. Оставалось его сломать и замкнуть провода. Сделав один чёткий выстрел, сканер отвалился, показав миру, к чему он был подключён, произнеся свои последние слова:
— Доступ воспрещеееиееиен.
Не вслушиваясь в эти мудрые слова, я полез получать доступ. Оказалось, что питание здесь осуществлено той же энергией, которой питаются моё тело и пистолет. Недолго думая, подключив питание напрямую к двери, я смог заставить её открыться.
Пока я это всё делал, на фоне сирену разбавлял какой-то мужик, который по общей системе оповещения проводил эвакуацию. Из всего этого выделилась одна фраза:
— Внимание! Активирован протокол “Animals”!
Ну подумать об этом мне не дали. Сразу после открытия двери в моё лицо устремился снаряд плазмы. Хрустнув шеей, я умудрился отклонить голову от выстрела. Даже так касательный удар пришёлся по черепушке, но всё было в порядке.
Передо мной предстала женщина примерно 28 лет от роду, в лабораторном халате, в руках которой был автомат, направленный в мою сторону. Комната, в которой она стояла, являлась комнатой отдыха. В правом дальнем углу располагалась мини-кухня. Напротив, в левой стороне комнаты, стоял диван, направленный на телевизор. Как раз посередине комнаты, заграждая проход дальше, в свете длинны подвешенный за два конца лампы , стояла она.
А после такого искромётного первого впечатления у нас завязался диалог.
— И кто же так приветствует гостей?
— Ублюдок, из-за тебя весь день коту под хвост!
Я не ожидал, что частью сопротивления моему побегу будет разозлившаяся лаборантка. Оценив ситуацию, я поднял руки вверх вместе с пистолетом, рассчитывая на милосердие моей собеседницы.
— Не могу понять, чем же именно я мог разозлить такую особу. Я всего лишь пытаюсь найти выход из этого здания.
— Я тебе скажу чем! Из-за тебя я сегодня не успею закончить отчёт для своего босса, из-за чего мне порежут зарплату. И самое главное - во всём этом виноват ёбаный шуточный вирус с искусственным интеллектом, который написал какой-нибудь конченный долбоёб!
Мне нечего было ответить, потому что глубоко в душе я понимал, что она права. Я же реально примерно этим и являюсь. Но, защищая своё достоинство, я подумал: я не конченный долбоёб, я тот самый конченный долбоёб!
— А вам из-за больничных отсрочку дают?
— Да, но зачем тебе это знать?
— Ну, я так сейчас тебе больничный выпишу.
С этими словами я, наклонив пистолет в руке, не доводя ствол до женщины, совершил выстрел, который улетел выше моей оппонентки.
— Ты не попал. Последние слова?
— Я попал.
С этими словами крепление лампы, повреждённое моим выстрелом, освободило импровизированный маятник, который победоносно отправил леди в нокаут.
Забрав с кухни кухонный нож, я убедился в одном своём предположении. Датчики дверей всё ещё работали на сотрудников. Без угрызений совести я положил девушку на плечо и воспользовался ею как ключом-картой - да и заложников никто не отменял.
Пройдя так ещё несколько коридоров и не встретив на своём пути сопротивления, я заподозрил неладное. Они не штурмовали здание, значит, для них главным приоритетом было не дать мне выйти. Что означало, что за следующими дверями стоят противники моего побега. До этого было нетрудно догадаться: всё-таки эта комната являлась посадочной площадкой для космического транспорта, да и звуки тоже их выдавали.
Насколько я не хотел бы кого-нибудь покромсать, но наличие у меня только стрёмного пистолета и кухонного ножа склоняло меня к здравому смыслу. План был придуман безупречный, ну, я так думаю.
Сначала я при помощи проверенных методов разбудил лаборантку. Сразу же, на всякий случай, прикрыв ей рот рукой.
— Так, теперь, когда ты моя пленница, и я наставил пушку на тебя, я попрошу тебя помочь мне для нашего общего блага.
— Хммм, ммм.
— А, да, рука, извини!
После того как я отнял руку, с небольшим страхом в голосе лаборантка спросила:
— Что тебе нужно от меня?
— Всё просто: ты встанешь, пойдёшь через эту дверь и упадёшь в руки охранников так, как будто ты меня никогда и не видела, и просто эвакуируешься. И да, хочу уточнить: если ты не выполнишь свою работу по нашему спасению, тебя спасать будет уже некому. Всё ясно?
С неохотой ответила она:
— Да, ясно.
— Ну и молодец, люблю работать с здравомыслящими. Ну всё, давай!
После этих слов лаборантка вышла через дверь на посадочную площадку, пока я из укрытия держал её на мушке. Оглядев площадку, я заметил в конце её приземлившийся летательный аппарат, не превышающий размеров БТР. Он явно летал свободно по всем осям, видимо, на реактивной тяге, потому что по-другому здесь припарковаться было бы невозможно. Летательный аппарат и прозрачные ворота охраняла группа вооружённых людей, полностью экипированных в броню, шлема которых полностью закрывали их лица и отличались друг от друга голограммами черт некоторых животных.
Там стояло пять солдат. Два с голограммами миниатюрного рога носорога, торчащего из лба, с утяжелённой бронёй и полицейскими щитами. Два солдата с голограммами прижатых крыльев орла, в руках которых были автоматы, и один солдат с голограммой чешуи геккона с винтовкой. Спереди, ближе к центру комнаты, стояли два «носорога», за ними, рядом с укрытиями у правой и левой стенки, стояли «ястребы», и в самом конце комнаты, за летательным аппаратом, прятался «геккон».
Около моей двери и дальше по комнате вдоль стен были грузовые коробки, которых становилось всё меньше по направлению к моим противникам. К сожалению, свобода лежала в том же направлении.
Я начал пробираться в сторону ворот, скрываясь за коробками, пока лаборантка отвлекала одного из носорогов, из-за чего тот покинул построение. Мне нужно было действовать быстро. Я понимал, что лаборантка, с её характером, в тот же миг, как поймёт, что больше не под прицелом, всё разболтает. Спасибо, что она хотя бы дверь открыла, а то было бы странно, если дверь открылась бы сама собой. Тут не надо было бы быть Эйнштейном, чтобы понять, что кто-то проник в комнату.
Подобравшись максимально близко к второму носорогу, я снял все ограничения по мощности на теле, что означало в моей ситуации, что это будет последний рывок. На другие планы побега времени не было: чем дольше я ждал, тем ближе они были к моей поимке. Примерно так же, как и с пистолетом, я направил все свои силы в тело и сделал рывок к носорогу. Пока я бежал, сделал пару выстрелов в ворота и в носорога. После чего, пока он не успел среагировать, врезался плечом ему в грудь, нанося удары ножом второй рукой.
— Сдохни, сдохни, сдохни, сдохни!
Я чувствовал, как с каждым ударом мне было всё тяжелее двигать рукой с ножом. Моё тело просто не выдерживало такие нагрузки и ломалось в процессе. Всё шло по плану: они не будут стрелять, пока я спрячусь за спиной их товарища. Да и если бы могли в меня попасть, всё равно был бы шанс убить своего же товарища. Когда я уже разогнал тушу носорога вместе с собой в сторону ворот, мне в спину прилетели выстрелы. Я ошибался, я подумал, что в это время люди вдруг перестали быть ублюдками. Они не стреляли не потому, что это был их товарищ, а потому что боялись не пробить сквозь него. Те выстрелы оторвали мне левую руку, в которой был нож. Думать было времени мало. Я выбросил пистолет и поймал нож, уже вылетевший из разбитых ворот посадочной полосы. У этого тела не было ни рта, ни носа, но я отчётливо ощущал вкус свободы. Окровавленный кровью солдата, я вместе с ним пару секунд летел вниз. Вылетая с примерно 150-го этажа, ты видишь, каким красивым может быть мир. Неизвестная мне планета, покрытая пустынями, посередине которых располагаются города с гигантскими небоскрёбами. Так бы и смотрел бы на это вечно, если бы не гравитация и мой попутчик, который, к моему удивлению, смог найти в себе силы крикнуть от боли, вытащить пистолет и выстрелить в меня, перед тем как окончательно отбросить копыта. Мне некуда было уворачиваться, без опоры, на которую можно опереться, даже весь мой боевой опыт не мог мне помочь в той ситуации. Вот только если бы моя катана была со мной. От безысходности я прикрылся ножом. Выстрел только немножко изменил свою траекторию и пробил мне череп, где находился важный процессор. Я негодовал. Не может всё так закончиться. Я воскрес не для того, чтобы умереть вот так. И только потом я заметил, что я всё ещё мыслю, значит, я не мёртв. Мне было без разницы, почему я всё ещё жив. Я и так со многим удивительным столкнулся за этот день. Сперва нужно било выбраться из этой жопы, пока мир не понял, что я должен быть мёртвым.
— Пососи, вселенная, я так просто не сдохну! Хахахаха!
Я взял нож в руку покрепче. Благодаря аэродинамике сблизился с зданием, получив опору, начал ножом тормозить о здание. Подо мной я видел ещё большую посадочную полосу в основании небоскрёба, которая, видимо, использовалась для космических кораблей. Единственное, что мне оставалось - это скрестить пальцы и надеяться, что я смогу попасть на следующий корабль, который оттуда будет вылетать.
— Джек пот!
Вымолвил я, когда увидел, как с посадочной полосы начал вылетать космический корабль. Корабль был не сильно большим, примерно как дом 500 квадратных метров он был угловатым и напоминал по форме тюбик зубной пасты если бы оба конца были бы плоскими и за места колпачка была бы кабина пилотов. Пока я летел вниз, я заметил приближающихся боевых дронов. В тот миг, как они начали стрелять, я уже был достаточно близко к космическому кораблю и, отпрыгнув от стены на крышу корабля, увернулся от выстрелов. Впереди обнаружилась ещё одна проблема - выдвижная пулеметная турель в 15 метрах от меня, которая прямо сейчас разворачивалась в мою сторону. Лучше вариантов, чем надеяться на удачу и свои навыки, у меня не было. Я кинул нож в основание турели, надеясь, что это остановит её вращение. Удача была на моей стороне - нож застрял в вращательном механизме, остановив его, но по звуку было понятно, что тот долго не выдержит. Приблизившись к турели, я отодрал панель, в процессе оторвав себе пару пальцев. Я подключился к системе управления турели, когда услышал треск ножа - турель начала вращаться в мою сторону. Я молил, чтобы у этой турели не было защиты от прямого подключения и взлома. И последнее, что я увидел, как из дула турели меня окатил испепеляющий свет. Слава мне что, я такой хороший взломщик, что успел перекачать себя в систему этой турели. А то грянул бы я в небытие.
Дальше я проник в общую систему управления. Это было несложно. Система безопасности доверяла системам турелей, из-за чего не помечала меня как вирус. Дальше я подключился к внутренним и внешним камерам наблюдения. Оценив положение на корабле, я понял, что это грузовой корабль, которым управляют четыре члена экипажа. Две худощавых личности сидели за капитанским мостиком. Одна была в очках, бежевых брюках, сером пуловере и с серебристыми волосами. Вторая же - с тускло коричневыми волосами одетая в бордовые брюки и белую рубашку с закатанными рукавами и на поясе у неё была кобура с пистолетом. По кораблю ещё расхаживал маленький гуманоидоподобный робот, чем-то похожий на детскую игрушку но чёрного цвета и с элементами цвета неба. И последний член экипажа - темно волосы ребёнок лет 14 с странным остроконечным отростком вместо одной кисти, который сидел за панелью связи одеты в коричневый чиносы и белую поло. Все члены экипажа выглядели так, как будто не знали о моём присутствии, но явно нервничали по какой-то причине. В это же время снаружи мы уже отлетели от планеты, и за нами увязался полицейский космический аппарат. Я смог посмотреть каналы связи и понять, что те требуют остановиться для проверки судна, но наш космический корабль не намеревался останавливаться, и через пару секунд мы сделали гиперпрыжок куда подальше. Видимо, мне повезло - я проник на корабль к людям, у которых тоже проблемы с законом. Всё, можно было выдохнуть, с облегчением я выжил.