Удар кулаком по столу гулким эхом разнесся по всему поместью Хейпхал. Крики Зенгуса были настолько громкими, что заставили вздрогнуть всех присутствующих в комнате.
Глаза торговца налились кровью от ярости. Одетый в черный пиджак и странную черную шляпу в белую полоску, он выглядел одновременно устрашающе и жалко.
— Какого черта?! взревел он, обводя взглядом домочадцев. Почему никто не хочет покупать мои выращенные плоды кариуса?
Он схватился за голову:
— Всего четыре покупателя за неделю! Четыре! Я так разорюсь на этом проклятом рынке. Сейчас прибыли едва хватает на еду...
Его тираду бесцеремонно прервала дочь, Анастрия:
— Пап, можно мне пойти на Адский вечер Громиуса?
Зенгус тяжело выдохнул, словно из него выпустили весь воздух. Весь его гнев сменился усталостью.
— Эх... У меня тут финансовый крах, а Анастрия лезет со своими мелочами, проворчал он, глядя на дочь исподлобья. А там будет твой придурковатый дружок? Тот, из-за которого у меня вечно проблемы в бизнесе? Зереф Хидрет?
Анастрия невинно хлопала глазами:
— Да, пап, он там будет. Так ты отпустишь?
— Да иди ты уже, прямо сейчас можешь идти! махнул он рукой, теряя интерес к разговору. Надеюсь, когда-нибудь ты начнешь помогать мне в бизнесе, а не только тратить время. И оденься нормально! Не позорь фамилию Фаолита.
Далеко от поместья Хейпхал, в престижном районе, известном как Хелеот, царила тишина... пока её не разорвал оглушительный взрыв.
— БУМ!
Стены дома содрогнулись.
— Зереф! Вставай, ленивая задница! проорал Хошварльт, барабаня в дверь так, что с потолка посыпалась штукатурка. Пора выдвигаться на Адский вечер! Давай, приводи себя в порядок!
Зереф с трудом разлепил глаза. В голове все еще гудело от взрыва. Он знал: если бы он не вскочил в ту же секунду, Хошварльт исполнил бы свою любимую угрозу отправил бы его в магический сон.
«Чертов псих, подумал Зереф, спуская ноги с кровати. В прошлый раз из-за его "шутки" я проспал три недели. Больше я так рисковать не намерен».
Он поплелся в ванную. Холодная вода из крана ударила в лицо, смывая остатки сна. Зереф почистил зубы, механически водя щеткой, и поднял взгляд на свое отражение. Из зеркала на него смотрел молодой парень, но всё внимание приковывал левый глаз.
Это была не просто гетерохромия. На радужке горел пугающий символ: словно черный крошечный демон, объятый багровым пламенем, вцепился когтями в сам зрачок.
— Откуда же ты взялся?.. прошептал он, касаясь века. Метка пульсировала едва заметным теплом.
Закончив утренние процедуры, Зереф вернулся в спальню и распахнул шкаф.
— Сегодня нужно выглядеть достойно, буркнул он.
Выбор пал на любимую черную мантию, расшитую серебряными божественными рунами, и строгие черные брюки. Ткань приятно холодила кожу. Накинув мантию, он вышел из дома.
На улице его уже ждал сияющий, как начищенный таз, Хошварльт.
— Ну наконец-то! Шевели поршнями, Зереф! Если мы опоздаем, наша подружка нас обоих уроет. А потом еще час будет читать нотации. Хочешь, чтобы нас побила девчонка?
— Еще раз назовешь меня «Зерефчик» или поторопишь — я тебя реально закопаю. Прямо здесь, рядом с клумбой, огрызнулся Зереф, садясь в транспорт.
Это был «Герокс» — магическая повозка, но после недавней модернизации её было не узнать. Вместо привычных трех колес теперь стояли четыре массивных каменных вала, укрепленных рунической вязью. Корпус был отлит из сияющей божественной руды, переливающейся на солнце оттенками стали и золота. Дизайн стал агрессивным, с острыми углами, напоминающими наконечник копья.
Машина плавно тронулась. Пока они ехали, Зереф решил вернуться к теме, которая не давала ему покоя.
— Хошварльт, ты спрашивал у своего отца ту информацию?
— Какую информацию? Хошварльт крутанул руль, объезжая выбоину.
— О боги... Про демонов! Зереф раздраженно вздохнул. Я просто не знаю, откуда у меня эта метка. Она выглядит как демон, держащий мой глаз в огне. Это ненормально.
Хошварльт посерьезнел.
— А, про это... Я спрашивал. Но он почти ничего не рассказал. Максимум, что я вытянул: в Божественном мире демонов нет уже лет десять.
— Десять лет?
— Ага. Отец говорит, что демоны покинули свой мир, который был слит с нашим. Боги забрали их территории себе, обустроились там как дома. Всё чисто. Хошварльт помолчал, а потом хитро улыбнулся. Кстати, Зереф, ты знал, что артефакты можно не только покупать у барыг или крафтить из камней айдола?
— Чего? Зереф удивленно поднял бровь. А как еще их можно получить?
— Спустившись в Бездну.
В салоне повисла тишина.
— В Бездну? — переспросил Зереф, глядя на друга как на умалишенного. Эх, Хошварльт... Ты опять рассказываешь сказки о том, чего нам делать нельзя. Спускаться туда могут только Боги, Высшие или Верховные люди. Мы с тобой, к сожалению, не обрели божественной силы. Это самоубийство.
— Ну, мы-то нет, протянул Хошварльт. А вот Адель... Она ведь имеет Божественную Волю, верно?
— Адель имеет, кивнул Зереф. Но она еще не пробудила её в своем теле. Так что...
— О, приехали! перебил его Хошварльт, резко тормозя. Вижу я, балбес, не слепой.
Они вышли из машины, и взгляд парней тут же приковала Адель. Сегодня она выглядела по-особенному: легкое белое платье в черный горошек изящно подчеркивало ее фигуру, развеваясь на ветру.
— Эй, парни, чего вы так уставились? с лукавой улыбкой спросила она, заметив их оцепенение.
Хошварльт, слегка смутившись, быстро отвёл взгляд:
— Ой, ничего… Мы идем?
— Да идем мы, идем, рассмеялась Адель.
Пока они шли, девушка с восторгом описывала архитектуру Божественного мира.
— Вы бы видели эти здания! её глаза сияли. Там всё буквально пропитано светом. Стены домов словно сами излучают мягкое сияние, это так величественно и… нереально.
Разговор тек плавно. Хошварльт поделился воспоминаниями о днях, проведенных с отцом, а Зереф анализировал информацию, которую друг рассказывал во время поездки, пытаясь связать факты воедино. Но эту мирную беседу прервала внезапная перемена в голосе Адель.
— Ребята, её тон стал серьезным, а улыбка исчезла. — Я должна рассказать вам об одном инциденте. Он касается моей семьи и… всего мира.
Парни насторожились. Адель, несмотря на свою человеческую природу, принадлежала к высшим людям Вархельма. Её родители обладали огромным влиянием, поэтому любые новости от неё стоило воспринимать всерьез.
— Это называют [Инцидентом Крапусе], тихо произнесла она. — Недавно боги начали умирать.
Зереф удивленно вскинул брови, Хошварльт замер.
— Умирать? В Бездне всегда шли войны, но…
— Нет, — перебила Адель. В том-то и дело. Они умирают не в Бездне, а в самом Божественном мире. Это пугает всех. Никто не знает причины.
Она сделала паузу, нервно теребя край платья.
— А ещё… Мой отец сегодня почему-то решил спуститься в Бездну. Я понятия не имею зачем. Мать же отправилась в Божественное Царство.
— В Божественное Царство? — почти хором переспросили Зереф и Хошварльт.
Зереф нахмурился, в его голосе зазвучала тревога:
— Разве там не опасно? Я знаю, что люди и боги сейчас в неплохих отношениях, но отправляться в само сердце Царства, да ещё и в одиночку… Даже для высшего человека это огромный риск.
— Ты прав, это место опасно даже для моей матери, вздохнула Адель, но затем уверенно подняла голову. Но я думаю, всё будет хорошо. Она, как и отец, в очень хороших отношениях с Акромосом. Вы ведь слышали о нем? Бог из Порядка Краус. Он не даст её в обиду.
— Адель, а можешь напомнить про Порядки? — попросил Зереф, почесывая затылок. — А то я забыл уже.
Адель закатила глаза и тяжело вздохнула:
— Я говорю тебе это уже в миллионный раз, снова и снова! Слушай внимательно. Порядок в Божественной иерархии — это список сил бога, определяющий их место в иерархии богов.
Она начала загибать пальцы, перечисляя:
— Анубис — самый низкий порядок.
— Вармис — выше низкого, но все равно не сильно его превосходит.
— Трихар — это уже средний уровень. Если бог имеет этот порядок, он уже может проситься ходить в Бездну.
— Краус — порядок выше среднего, его считают почти высоким. Как раз на нём и стоит Акромос.
— Эдорфрейм — это уже высший порядок бога.
Адель сделала паузу, чтобы убедиться, что Зереф слушает, и продолжила:
— Ну и напомню еще раз: выше всех порядков стоят Верховные Боги, Внешние Создатели и Внешние Боги. Но запомни, Зереф: Порядок — это всего лишь статус бога в Божественном мире. Даже боги с низким порядком могут быть физически сильнее тех, кто носит статус Эдорфрейм.
Зереф задумчиво кивнул и с грустью произнес:
— А мы с вами всего лишь «сущие», которые просто существуют, дабы выживать…
— В скором времени, возможно, я тоже смогу подняться в Порядке, — вдруг сказала Адель, и в её голосе зазвучала гордость. — Из-за того, что у меня есть Божественная Воля.
Хошварльт и Зереф переглянулись.
— Надеюсь, она скоро пробудится в твоем теле, и ты станешь божественной сущностью, — сказали они почти одновременно.
Адель рассмеялась, хитро прищурившись:
— И тогда вы будете моими рабами!
Зереф лишь фыркнул, а Хошварльт тактично промолчал.
Вскоре они подошли к месту назначения.
— Все, мы пришли, — объявил Зереф, оглядываясь. — Только почему «Адский вечер» — это такой светлый вечер?
— Не знаю, — усмехнулся он собственной шутке. — Наверное, от адского тут только название, хе-хе.
Вдруг перед ними возник силуэт.
— Вы пришли на «Адский вечер»?
— Да, — ответила Адель.
— Можете уходить. Его не будет.
И в этот момент Зереф и Хошварльт почувствовали нечто ужасное. Их начал сковывать страх — настолько великий и иррациональный, что ноги Зерефа подкосились, и он упал на одно колено. У Хошварльта резко заболело сердце, он схватился за грудь, пытаясь вдохнуть.
Зереф, с глазами, полными ужаса, смотрел на Адель. Девушка растерялась, она не понимала, что происходит. Вдруг всё вокруг начало трясти не только это место, но и весь Божественный мир. Казалось, будто само мироздание сейчас рухнет прямо на них и провалится в пустоту.
Хошварльт, стиснув зубы, смог побороть страх, который пытался подчинить его разум. Но Зереф не мог. Он чувствовал ужас настолько огромный, что у него начались галлюцинации — реальность плыла перед глазами.
Видя состояние друга, Адель инстинктивно коснулась Зерефа своей Божественной Волей. В то же мгновение страх исчез из сознания зерефа, будто его и не было.
— Что происходит? тяжело дыша, спросил Зереф, поднимаясь с колен.
— Мы сами не знаем, хором ответили Адель и Хошварльт, тревожно оглядываясь на трясущийся мир. — Нужно уходить. Немедленно.
Они обернулись и застыли в ужасе. Величественные здания, что веками стояли незыблемо, начали рушиться. Огромные башни, возведенные богами, падали вниз, рассыпаясь в пыль. Стоило им попытаться побежать, как пространство озарила вспышка, словно молния ударила по всему Божественному миру разом.
А затем с небес раздался голос. Это был голос Мерчана — божества, парящего высоко в воздухе. Его крик эхом разносился по всему мирозданию, проникая в каждую щель:
— Анубис! Анубис, где ты?! Выходи, ублюдок! Я знаю, это ты рассказал Демонам, как можно выйти из Божественного мира и покинуть наше мироздание!
Адель, Зереф и Хошварльт замерли. Они не могли даже пошевелиться. Всё, что им оставалось — смотреть на божество, возвышающееся над ними. Любое неосторожное движение сейчас означало мгновенную смерть.
— Парни, не двигайтесь и не смотрите вверх, прошептала Адель, с трудом преодолевая давление благодаря своей Божественной Воле. — Мы умрём от одного лишь присутствия этих богов. Мы живы только потому, что Мерчан знает, что здесь люди, и сдерживает своё божественное намерение.
В этот момент метка Зерефа вспыхнула. Нет, казалось, что сам Зереф начал гореть — свет вырывался из него, словно внутри рождалось солнце. Адель, единственная, кто мог хоть как-то двигаться, коснулась его своей волей, но была бессильна. На теле Зерефа не было ожогов — горело не тело, горело его ментальное состояние.
Внезапно в небе появился еще один бог. Фиолетовая мантия поверх красных одежд, черные крылья за спиной. Анубис.
— Мерчан, что ты от меня хочешь? — спокойно спросил он.
— Все боги сейчас пытаются удержать это мироздание, чтобы оно простояло хоть еще немного! — прокричал Мерчан. — А ты помогаешь Демонам? Ты хочешь нарушить этот мир? Ты тот, кто разрушил мир людей и божеств! Анубис, зачем?!
Голос Мерчана гремел, сотрясая реальность:
— Давно ли люди и боги забыли, кто они есть? Давно ли боги забыли страх Бездны? Давно ли вы начали существовать на одном уровне? Вы, жалкие существа, начали принижать Демонов, словно они слабее и ниже вас! Вы не смогли подчинить себе Бездну и сбежали наверх, укрылись здесь и возомнили, что всемогущи?
Анубис усмехнулся, и его голос, холодный и спокойный, перекрыл крик Мерчана:
— Я знаю, что Архерт давно пытается создать оружие против меня. Он хочет убить меня, потому что мой отец тысячу лет назад убил его мать. Ты думаешь, я буду просто смотреть на это? У меня много причин для уничтожения этого мира. Я погружу вас всех, жалких, на дно Бездны, и вы умрете.
— Анубис, ты же сам умрешь от уничтожения нашего мира! — воскликнул Мерчан.
— Я умру? расхохотался Анубис. Не смеши меня. Из всех божеств я самый живучий. К тому же… я знаю, как попасть к Демонам.
Зереф, Хошварльт и Адель уже не могли стоять. Давление стало невыносимым. Даже Адель рухнула на пол. Зерефу было хуже всех, он едва цеплялся за жизнь, балансируя на грани безумия.
— А почему бы тебя сейчас не убить, а, Мерчан? — тихо произнес Анубис.
Божественная энергия вырвалась из тела Мерчана ярким потоком.
— Ты предал нас! Предал богов! Я убью тебя быстрее, чем ты успеешь моргнуть!
Мерчан рванул к Анубису. В его левой руке сконцентрировалась чудовищная мощь, и он нанес удар. Удар был настолько силен, что взрывная волна разнеслась по всему месту проведения «Адского вечера» и ударила по окрестным божественным поместьям.
Анубис не дрогнул. Он медленно вытянул из своего тела черную палку, от которой летели зловещие красные искры. Перехватив оружие, он нанес ответный удар. Мерчан отлетел, пробив собой пространство, и рухнул далеко в божественных городах. Взрыв от его падения был колоссальным — от города ничего не осталось, он мгновенно превратился в руины.
Мерчан поднялся среди обломков. Он начал что-то заряжать в левой руке. Свет сгустился, формируя золотистый меч, разбрасывающий белые искры. Зарядив клинок энергией, Мерчан снова бросился на врага.
Анубис блокировал удар своей черной палкой, поглощая энергию. Волны от столкновения окончательно уничтожили всё, что осталось от «Адского вечера». Вдруг из черной мантии Анубиса вырвались божественные путы, похожие на щупальца. Они схватили Мерчана, словно гигантская рука, и швырнули его в соседний город.
Взрыв пронесся по улицам, разрушая структуру городов. Анубис, набрав предельную скорость, влетел в Мерчана в воздухе. Энергия столкновения была настолько огромной, что вырвалась за пределы радиуса одного из божественных городов — Брантара.
Мерчан, изловчившись, схватил Анубиса левой рукой и швырнул его на прогиб, впечатывая в жилые кварталы. Не теряя ни секунды, он снова создал свой меч и, перехватив инициативу в полете, устремился вниз, чтобы добить врага.
Но Анубис лишь ухмыльнулся.
— Руна Неудачи, произнес он.
Он активировал одну из своих пяти рун, расширив её действие на радиус всего города.
Эффект был мгновенным. Мерчан, летевший с занесенным клинком, внезапно потерял равновесие и просто упал. Его золотой меч растворился в воздухе, будто его никогда и не существовало — техника дала сбой.
Мерчан, лежа в руинах, в бессильной ярости закричал:
— Ты думаешь, твои жалкие руны помогут тебе, Анубис?!
Адель с трудом выбралась из-под завалов. Перед ней предстала ужасающая картина: «Адский вечер» был стерт с лица земли. Повсюду руины, огонь и хаос. Местность превратилась в настоящий ад.
Девушка была серьезно ранена — всё её тело было покрыто кровью. Она попыталась встать, но тут же рухнула на одно колено.
— Как я смогла это пережить? — прошептала она, сплевывая кровь.
Внезапно её пронзила мысль:
— Где Зереф? Где Хошварльт?
Забыв про адскую боль, она поползла по разрушенному кварталу, пытаясь найти друзей.
— Зереф! Хошварльт! — кричала она, срывая голос.
В момент крика новая ударная волна пронеслась по руинам. Адель отбросило назад, и она с силой ударилась о бетонные обломки. Раздался хруст — её нога вывернулась под неестественным углом, два ребра сломались. Боль была настолько невыносимой, что она больше не могла даже кричать. Из глаз брызнули слезы.
«Зереф… Хошварльт… Мама, папа, брат…» — всё, что могла делать Адель в этот момент, это лежать в пыли и тихо плакать, прощаясь с жизнью.
Высоко в небе Мерчан почувствовал её угасающую искру. В своем сознании он увидел маленькую фигурку девочки среди руин. Он мгновенно активировал свою Божественную руну против Анубиса, запечатывая врага на одном месте ровно на двадцать секунд. Не теряя ни мгновения, он рванул вниз, чтобы спасти её.
Но Анубис был готов. Когда Мерчан уже летел к девочке, Анубис использовал артефакт, о котором Мерчан даже не подозревал — древнюю реликвию, отменяющую воздействие любых рун. Печать спала мгновенно.
Анубис выбросил руку вперед, и волна концентрированной энергии ударила Мерчана. Луч буквально испепелил руку бога, уничтожив её без малейшей возможности на регенерацию. Удар был такой силы, что Мерчана отбросило далеко в сторону от Адель. Он перелетел через руины и врезался в соседний город Вернерд, находившийся рядом с Брантарой.
От падения бога город Вернерд был мгновенно уничтожен. Он просто исчез с лица земли, превратившись в кратер.
Мерчан тут же поднялся. Игнорируя потерянную руку, он использовал высшую свою силу — Божественную руну Крыльев Цепей.
Великие крылья распахнулись, превращаясь в цепи, и устремились к Анубису. Даже артефакт, игнорирующий руны, не смог отклонить эту атаку — сила Крыльев была слишком велика. Цепи, сияющие багровой аурой, обвились вокруг Анубиса, сковывая не только его тело, но и саму душу. Как бы Анубис ни пытался сопротивляться, он не мог пошевелиться. Цепи намертво зафиксировали его руки.
В этот момент Мерчан создал в уцелевшей руке копье из чистой энергии. Это было не обычное оружие — оно использовало часть души самого Мерчана, чтобы атаковать душу противника. Колоссальное копье размером в два километра материализовалось в воздухе.
Мерчан метнул его. Несмотря на колоссальные габариты, оружие двигалось со скоростью мысли. В мгновение ока оно преодолело расстояние и вонзилось в грудь скованного Анубиса. Волна удара пронеслась по всей местности. Божественная невидимая защита разлетелась вдребезги, грудь Анубиса была пробита насквозь.
Копье, наделенное душой Мерчана, начало разрывать сущность врага. Силы Анубиса не хватило, чтобы сдержать этот натиск. Его душа буквально раскололась на две части. Голова Анубиса бессильно свесилась вниз.
Увидев, что душа врага разрушена, Мерчан мгновенно переместился к умирающей девочке.
Он приподнял её и дал ей выпить своей Божественной крови.
— Пей, — крикнул он ей.
Как только Адель проглотила кровь, она начала сиять. Казалось, из неё сейчас вырвется свет. Это пробуждалась не просто душа, а Воля — Божественная Воля, активированная кровью бога.
Сияя, девочка в отчаянии закричала:
— Пожалуйста! Божество, я не знаю кто ты, прости… Спасите Зерефа и Хошварльта!
Мир вокруг продолжал рушиться. В небе, среди черных туч, летали вырванные с корнем статуи Зевса и Афины, словно напоминая о падении старого порядка.
Мерчан посмотрел на девочку с грустной теплотой. Его рука, вся в крови, коснулась её лица.
— Всё будет хорошо, — тихо сказал он.
Собрав остатки энергии, он телепортировал Адель в соседний, более безопасный город.
Но как только свечение телепортации погасло, грудь Мерчана пронзила острая боль.
Из его спины торчала черная палка, покрытая сияющими руническими иероглифами. Изо рта Мерчана хлынула кровь.
Он медленно, с ужасом обернулся.
В сотнях километров отсюда, паря в воздухе, стоял Анубис. Он уже восстановил свою расколотую душу и дистанционно управлял своим посохом, пронзившим грудь Мерчана.
Мерчан почувствовал, как силы покидают его. Из его глаз выкатились две одинокие слезинки. Ноги подкосились, и он начал падать навзничь.
Умирая, он прошептал:
— Это что? Кара, которая нас постигла, отец? — прошептал Мерчан.
Его глаза остекленели, и тело бога рухнуло вниз.
Анубис стоял, едва удерживая равновесие. Его грудь тяжело вздымалась, каждый вдох давался с трудом. Он смотрел на поверженного врага без триумфа, лишь с холодным осознанием.
— Сильный же он оказался… Бог Ангелов, — прохрипел Анубис. — Если бы он не потерял свою истинную силу в сражении в Бездне, я бы умер тут же.
И в этот момент начался конец.
Весь мир — и Божественный, и Человеческий — содрогнулся. Фундамент мироздания треснул. Огромные пласты реальности начали падать вниз, в бесконечную безднв.
Сотни тысяч богов, тех, кто еще оставался в живых, бросились к основанию мира. Они пытались удержать его на своих плечах, использовали все свои силы, чтобы остановить падение. Но вес умирающего мира был слишком велик. Скорость падения не уменьшалась ни на секунду.
Божественный мир и мир людей, единые, с ужасающим грохотом разделились. Они разломились на гигантские куски, которые разлетались в разные стороны, погружаясь в бесконечную Бездну.
Темнота. И сквозь неё — голос, полный слез и отчаяния.
— Зереф... Хошварльт...
Голос Адель звучал так отчетливо, так жалобно, будто она плакала совсем рядом.
Зереф резко распахнул глаза, вырываясь из своего сна.
— Адель?! — хрипло выкрикнул он, пытаясь повернуть голову.
Но никто не ответил.
Вокруг была лишь мертвая, давящая тишина. Ни Адель, ни Хошварльта. Её голос был лишь сном, галлюцинацией угасающего сознания. Он был совершенно один.
Зереф попытался приподняться, и в ту же секунду его тело пронзила вспышка невыносимой боли. Он закричал, и этот крик эхом отразился от безжизненных камней.
Когда степень боли немного спала, он посмотрел на себя и замер в ужасе.
Его нога была сломана и вывернута под неестественным углом. Но страшнее было другое.
У него не было правой руки. Плечо заканчивалось пустотой.
Странно, но крови не было. Рука была оторвана, но рана выглядела сухой, словно сама реальность в этом месте запеклась или время для его тела остановилось.
Зереф упал обратно на камни, тяжело дыша. Осознание накрыло его волной отчаяния.
— Где я?..
Слезы неконтролируемым потоком потекли по его щекам, смешиваясь с грязью на лице.
— Адель... Хошварльт... Что с вами случилось?
Он лежал среди руин некогда великого Божественного мира. Но неба над головой больше не было. Вокруг была лишь тьма и обломки. Он понял, где находится.
Он упал на самое дно. В Бездну.