Том 1 Глава 38
Глава 38 из 53
Настройки чтения
18px
1.8
1

Том 1 Глава 38

Глава 38

Том 1 Глава 38

Ночь уже полностью вступила в свои права, когда они выбрались из пролома в полу похоронного дома. Небо над городом было тёмным, беззвёздным, словно затянутое плотной тканью. Лунный свет едва пробивался сквозь облака, ложась на разрушенную крышу бледными, неровными пятнами. Балки тихо скрипели, готовые рухнуть в любой момент, а воздух всё ещё хранил густой, тяжёлый запах трупного яда — он лип к горлу, заставляя дыхание быть осторожным.

Хуань Ши поднялся первым. Его фигура на фоне ночи казалась почти сливающейся с темнотой чёрного ханьфу. Он сразу же огляделся, внимательно, без суеты. Дзянши всё ещё были поблизости — они бродили медленно, беспорядочно, лишённые прежнего притяжения, но не потерявшие своей опасности. Некоторые замирали посреди улицы, другие утыкались в стены, будто не зная, куда идти дальше.

Он обернулся и протянул руку вниз.

Ли Сюань приняла её, поднимаясь наружу. Когда её ноги коснулись земли, тело отозвалось резкой болью — сломанные рёбра сжались, словно напоминая о себе намеренно и жестоко. Она на мгновение замерла, затем выпрямилась, подавив любое проявление слабости. Лицо осталось спокойным, дыхание — ровным, хотя каждый вдох давался с усилием.

Я всё ещё чувствую боль, подумала она.Хоть и не могу умереть.

Взгляд Хуань Ши задержался на ней чуть дольше обычного. Он нахмурился.

— Трупный яд, — сказал он низко. — Ты спускалась слишком близко.

— Я не касалась его напрямую, — ответила Ли Сюань. — Печати приняли основной удар. Этого достаточно.

Его янтарные глаза потемнели, но он больше не стал спорить. Лишь тихо выдохнул, словно удерживая слова, которые не хотел произносить вслух.

Они вышли из разрушенного здания.Ночь вокруг была неспокойной. Где-то в глубине города раздался глухой звук — один из дзянши упал, не удержав равновесие, и застыл, дёргаясь, словно потеряв нить, что двигала им прежде. Эхо прокатилось по пустым улицам, быстро поглощённое тьмой.

Ли Сюань повернулась к похоронному дому. В проломе крыши темнела пустота, ведущая вниз, туда, где они нашли источник притяжения — алтарь, пропитанный мёртвой Ци, следы чужой воли и запах разложения, который не должен был существовать так долго.

Ночь лежала на городе тяжёлым покрывалом. Луна висела низко, и её холодный свет скользил по пустым улицам, выхватывая из темноты искажённые силуэты дзянши. После разрушения источника их движения стали беспорядочными — лишённые воли, они метались, цепляясь за остатки мёртвой Ци, словно звери, потерявшие хозяина.

Ли Сюань медленно выпрямилась.

Боль в груди напоминала о себе при каждом вдохе — сломанные рёбра срослись не полностью, и тело ещё сопротивлялось резким движениям. Но это было привычно. За тысячу лет она давно усвоила: боль — не враг, а лишь сигнал.

Её рука легла на рукоять меча.

Чёрно-красное ханьфу мягко колыхнулось, когда клинок вышел из ножен. Лезвие отразило лунный свет холодным отблеском — чистым, спокойным, как сама Ли Сюань в этот момент.

— Мы не можем уйти, — сказала она негромко. — Пока они здесь, люди не будут в безопасности.

Хуань Ши уже стоял рядом, его фигура была чуть впереди — не демонстративно, не навязчиво, но так, чтобы первым принять удар, если он будет. Янтарные глаза внимательно следили за улицей.

— Согласен, — ответил он. — Закончилось не всё.

Дзянши двинулись почти одновременно.

Первый прыгнул резко, с неестественной скоростью. Ли Сюань шагнула навстречу — не отступая, не уклоняясь. Меч описал короткую дугу, и удар пришёлся точно в точку, где мёртвая Ци ещё удерживала тело. Клинок прошёл легко, без сопротивления, словно рассекая туман. Дзянши рухнул, не издав ни звука.

Второй и третий атаковали с разных сторон.

Ли Сюань развернулась, движение было плавным, почти танцевальным. Меч и Ци слились воедино — каждый взмах сопровождался вспышкой тонкой энергии, которая не разрушала окружающее пространство, а **гасила**. Один дзянши был рассечён, второй — отброшен печатью, вспыхнувшей у него под ногами.

Хуань Ши действовал рядом. Его клинок двигался иначе — жёстче, прямее, без излишней красоты. Он не выпускал силу наружу, не позволял ей выйти за грань допустимого. Для любого наблюдателя он был просто чрезвычайно сильным совершенствующимся — опасным, опытным, с отточенной техникой.

Но Ли Сюань чувствовала: он всегда там, где нужно.

Когда дзянши пытались окружить её, он срезал их сбоку. Когда она шагала вперёд, он закрывал тыл. Без слов, без взглядов — словно это было отработано сотни раз, хотя на самом деле они знали друг друга всего несколько дней.

Ночь наполнилась звуком металла, вспышками печатей и глухими ударами падающих тел. Лунный свет отражался в клинке Ли Сюань, делая её силуэт резким, почти нереальным.

Последний дзянши метнулся вперёд, отчаянно, словно чувствуя конец. Ли Сюань не стала тратить печать. Один шаг. Один удар.

Тело рухнуло и больше не поднялось.

Тишина опустилась резко, почти болезненно. Настоящая тишина — без напряжения, без чужой воли в воздухе.

Ли Сюань медленно опустила меч и убрала его в ножны. Только теперь она позволила себе выдохнуть глубже обычного.

— Всё, — сказала она. — Город очищен.

Хуань Ши осмотрел улицу, затем перевёл взгляд на неё. В его глазах мелькнуло что-то тёплое, но он тут же спрятал это за привычной сдержанностью.

— До рассвета здесь будет безопасно, — произнёс он.Ли Сюань кивнула.

— Тогда мы уходим.

Они двинулись прочь по пустой улице, оставляя позади город, который впервые за долгое время мог спокойно встретить утро.

И ни один дзянши больше не поднялся.

Они покинули город до рассвета.

Небо на востоке только начинало светлеть — тонкая полоска бледного серебра едва различалась над крышами, но улицы всё ещё тонули в ночной тени. После уничтожения последних дзянши воздух изменился: тяжесть ушла, Ци стала ровной, текучей, словно город наконец выдохнул.

За воротами было тихо.

Дорога тянулась между холмами, выложенная старым камнем, местами потрескавшимся от времени. По краям росла жёсткая трава, покрытая росой. Каждый шаг отзывался мягким шорохом, и этот звук почему-то казался особенно отчётливым после ночного боя.

Ли Сюань шла чуть позади.

Её походка оставалась ровной, но дыхание всё ещё было неглубоким — тело восстанавливалось, и она не торопила его. Боль притупилась, стала фоном, чем-то привычным, почти не требующим внимания. Чёрно-красное ханьфу было аккуратно заправлено, на ткани остались лишь слабые следы пепла, будто напоминание о том, что произошло ночью.

Хуань Ши держался впереди, на полшага. Не демонстративно — просто так, как он делал с самого начала пути. Он время от времени оглядывался, проверяя окрестности, но делал это незаметно, без резких движений.

Дорога была чистой.

— Источник уничтожен полностью, — сказала Ли Сюань спустя время. — Он не сможет восстановиться.

— Да, — ответил Хуань Ши. — Тот, кто стоял за этим, не рассчитывал на такой исход.

Он замолчал, затем добавил чуть тише:

— Но он знал, что мы вмешаемся.

Ли Сюань усмехнулась уголком губ.

— Значит, мы всё сделали правильно.

Они прошли ещё немного. Вдалеке показалась развилка — одна тропа уходила в горы, другая тянулась вдоль реки, скрытой утренним туманом. Поток Ци там был чище, спокойнее, но в нём чувствовалось движение — мир не стоял на месте.

Ли Сюань остановилась и посмотрела в ту сторону.

— Дальше будет сложнее, — произнесла она. — Если он начал действовать открыто, значит, это не единичный случай.

Хуань Ши кивнул. В его пальцах мелькнул слабый отблеск печати — почти незаметный, мгновенный. Он тут же рассеял её, словно проверяя отклик мира.

— Я пойду с тобой, — сказал он спокойно, как нечто само собой разумеющееся.

Ли Сюань не возражала. Она лишь чуть повернула голову, бросив на него короткий взгляд — оценивающий, спокойный.

— Тогда не отставай.

Они свернули на дорогу, ведущую к горам.

За их спинами город встречал утро — живой, очищенный, не зная, кто именно дал ему ещё один шанс.А впереди уже сгущались тени новых событий, и Ли Сюань это чувствовала ясно, как холодный воздух на коже.

К вечеру они сошли с дороги и остановились на лугу у озера.Ни вещей, ни поклажи — лишь они двое, огонь и темнеющее небо. Пламя было небольшим, сдержанным, будто не хотело нарушать покой этого места. Вода в озере лежала гладкой, тёмной, отражая первые звёзды.

Ли Сюань задержала взгляд на поверхности.

Здесь Ци была чистой. Прохладной. Почти ласковой.

Она молча отошла в сторону, выбирая путь так, чтобы высокая трава и излом берега скрывали её от костра. Лишь когда расстояние стало достаточным и огонь превратился в далёкое мерцание, она остановилась.

Медленно, без спешки, Ли Сюань сняла верхние слои ханьфу. Ткань — чёрно-красная, пропитанная запахом дыма и ночного воздуха — скользнула с плеч и была аккуратно сложена на камне. Остался лишь нижний слой, тонкий, почти невесомый, прилегающий к телу.

Ночной ветер коснулся кожи, и она на миг прикрыла глаза.

Тело отзывалось — усталостью, остаточной болью, тяжестью в груди. Всё это было знакомо. Всё это она принимала молча.

Ли Сюань вошла в воду.

Озеро приняло её сразу — холодное, глубокое, без сопротивления. Вода поднялась до колен, затем выше, пока ткань нижнего ханьфу не намокла и не стала тянуть вниз. Она зашла глубже, остановившись лишь тогда, когда прохлада обвила тело целиком.

Дыхание стало ровным, но медленным.

Она погрузила ладони в воду, позволив Ци течь сквозь пальцы, смывая напряжение. Озеро откликалось тихо, едва заметно, словно узнавая её — не как бессмертную, не как воительницу, а просто как ту, кто пришёл за тишиной.

У костра, далеко позади, Хуань Ши не оборачивался.

Он чувствовал её присутствие — это было невозможно не чувствовать, — но уважал границу. Его внимание было рассеяно по окрестностям, Поток Ци растянут, насторожен, готов в любой миг сомкнуться.

Ночь медленно сгущалась.

А Ли Сюань стояла в воде, среди отражённых звёзд, позволяя себе редкую роскошь — быть наедине с собой.

назадназад
1 ... 36 37 38 39 40 ... 53
впередвперед