Корабль, предоставленный принцем Дрейконом, оказался не похож на эльфийские суда. Тёмное дерево, обшитое медными пластинами, паруса цвета воронова крыла и нос в виде драконьей головы, из которой, казалось, вот-вот вырвется пламя. Ариэлла стояла у борта, сжимая в руках плащ — подарок Дрейкона, тот самый, что напомнил ей о матери.
— Не нравится мне этот корабль, — буркнул Рейлор, появившись за её спиной. — И дракон этот не нравится.
— Ты уже говорил, — ответила Ариэлла, не оборачиваясь.
— Повторю. На всякий случай.
Она усмехнулась. Рейлор ревновал, и это было заметно не только ей, но и всей команде. Даже Кэлен, устроившийся в гамаке на палубе, не преминул подколоть:
— Герцог Фирендор, если вы продолжите сверлить спину принца Дрейкона взглядом, он загорится быстрее, чем его собственные драконы.
— Заткнись, Кэлен.
— Как скажете.
Корабль отчалил на рассвете. Король Луминарис лично пришёл проводить внучку, и в его глазах стояла тревога, смешанная с надеждой.
— Возвращайся, дитя, — сказал он, обнимая Ариэллу. — И привези мир.
— Постараюсь, дедушка.
Тарсэль на проводах не присутствовал — сказался больным, и все вздохнули с облегчением. Даже король не стал настаивать.
Теперь, когда берега Элдораса скрылись за горизонтом, Ариэлла чувствовала странную лёгкость. Враги остались позади, впереди — тайна матери. И Рейлор. Всегда рядом.
Дрейкон оказался не самым худшим попутчиком. Он много рассказывал об острове, о драконьих обычаях, о своих предках. Ариэлла слушала вполуха, но ни о какой матери он не упоминал — да и откуда ему было знать? Она приехала как наследница Элдораса, желавшая наладить отношения между народами. И Дрейкон вёл себя соответствующе: любезно, но с достоинством.
— Ваше Высочество, надеюсь, наш остров вас не разочарует, — сказал он, подходя к борту. — Драконы не так гостеприимны, как эльфы, но мы умеем ценить гостей.
— Я ценю это, принц, — ответила Ариэлла.
Она не спросила о матери. Не могла. Пока это была её тайна.
Ночью, когда луны скрылись за тучами, Ариэлле снова приснился сон.
Мать стояла на берегу, одетая в тот же тёмный плащ с чешуйчатым узором. Ветер развевал её золотые волосы, а глаза были полны слёз.
— Ариэлла… — позвала она. — Ты здесь. Ты пришла.
— Мама! — крикнула Ариэлла, пытаясь подбежать ближе, но ноги не слушались. — Где ты?
— Ищи меня там, где чешуя блестит в темноте, — ответила Синария. — Я не могу сказать больше. Просто знай: я рядом.
— Мама!
— Я люблю тебя, доченька. И горжусь.
Фигура растаяла. Ариэлла проснулась от того, что корабль качнуло на волне. Рядом, на соседней койке, спал Рейлор — его чёрные глаза были закрыты, но рука лежала на рукояти меча. Он даже во сне не расслаблялся.
Ариэлла улыбнулась и снова закрыла глаза. Сон не был страшным. Мать не предупреждала об опасности — она просто звала. И Ариэлла знала, что идёт правильным путём.
На третье утро вдали показались скалы. Огромные, чёрные, уходящие в облака. Между ними кружили точки — драконы. Даже с такого расстояния Ариэлла различала их кожистые крылья и длинные хвосты.
— Добро пожаловать на остров драконов, — сказал принц, вставая рядом с ней. — Вы первая эльфийка, которая ступит на эту землю за сотни лет.
— И последняя — спросил Рейлор, подходя с другой стороны.
— Посмотрим, — усмехнулся Дрейкон.
Корабль вошёл в узкую бухту, и Ариэлла увидела город — вырубленный прямо в скалах, с башнями, лестницами и мостами, перекинутыми между утёсами. Повсюду вились драконы — крупные и поменьше, они садились на карнизы, следили за пришельцами жёлтыми и золотыми глазами.
— Красиво, — признала Ариэлла.
— Опасно, — поправил Рейлор.
— И то, и другое, — заключил Кэлен, появляясь из каюты с неизменной улыбкой. — Я уже насчитал три дюжины драконов, которые нас обнюхивают. И это только те, что в поле зрения.
— Они просто любопытны, — отмахнулся Дрейкон.
— Как скажете, Ваше Высочество.
Корабль причалил. На пирсе уже собралась толпа — эльфов среди них не было, только люди и полулюди с чешуйчатыми вкраплениями на коже, с вертикальными зрачками, с рожками, спрятанными в волосах.
— Много драконьей крови, — пояснил Дрейкон, заметив взгляд Ариэллы. — Не все чистокровные. Но все — наш народ.
Ступив на землю, Ариэлла почувствовала странную вибрацию — будто под ногами пульсировала жила. Магия? Или просто горячая земля вулканического острова?
— Добро пожаловать в столицу, леди Ариэлла, — Дрейкон галантно подал руку. — Совет ждёт вас завтра. Сегодня — отдых и знакомство.
Ариэлла не взяла его руку. Вместо этого она оглянулась на Рейлора и Кэлена.
— Идёмте. Нам нужно всё осмотреть.
Рейлор кивнул, и они двинулись вперёд, оставив принца с протянутой рукой.
— Гордая, — усмехнулся Дрейкон, опуская руку. — Но это даже интереснее.
В выделенных им покоях — не таких роскошных, как во дворце, но вполне достойных — Ариэлла наконец осталась одна. Она развернула плащ и долго всматривалась в узоры. Чешуя. Медь. Бронза. Точно как во сне.
— Мама, — прошептала она. — Я здесь. Я найду тебя.
За окном пролетел дракон, и его тень накрыла комнату. Ариэлла вздрогнула, но не испугалась. Внутри пульсировал свет — её сила, её наследие.
В дверь постучали.
— Можно? — голос Рейлора.
— Входи.
Он вошёл, осмотрел комнату, проверил окна.
— Кэлен уже шныряет по городу, собирает слухи. Я буду у двери.
— Ты не будешь спать?
— Я буду охранять тебя.
Ариэлла подошла к нему, взяла за руку.
— Рейлор, здесь не дворец. Здесь драконы. Они могут не принять нас.
— Тогда мы улетим.
— На чём?
Он усмехнулся.
— Придумаем.
Она положила голову ему на плечо.
— Спасибо, что ты рядом.
— Я всегда буду рядом, — ответил он, обнимая её.
Они стояли так долго, пока за окном не начал заниматься рассвет. На острове драконов не было двух лун — только одна, большая и красная, которая медленно уходила за горизонт.
А в тени коридора, за дверью, кто-то наблюдал. Золотые глаза блеснули и исчезли.
— Завтра, — прошептал Дрейкон. — Завтра начнётся самое интересное.