«Твоя кожа была промочена в лекарстве», - сказал Ван Яо.
Чжан Вэй ничего не говорил. Его глаза были наполнены шоком, когда он подумал: "Какое происхождение этого молодого человека?
Ван
Яо мог с легкостью его контролировать до такой степени, что он терял
возможность сопротивляться. В прошлый раз он чувствовал себя настолько
бессильным пятнадцать лет назад. Он не ожидал, что снова испытает что-то
подобное.
Как на реке Чанцзян, где волны сзади нагоняли волны впереди, каждое новое поколение превосходило предыдущее.
«После
промачивания в лекарстве оно проникает в кожу и мышцы, делая их
неуязвимыми, что делает человека неуязвимым и намного сильнее обычных
людей, - спокойно сказал Ван Яо, - следующим шагом будет дать силе
лекарства проникнуть в органы. К сожалению, тебе это не удалось, Иначе
ты бы не был заражен этим смертельным ядом».
Тело
Чжан Взя вздрогнуло. Слова молодого человека попали в точку. «Пойдем», -
Ван Яо отпустил его руку и развернулся, планируя уходить. «Хм?» - Цзя
Цзыцзай все еще колебался.
Он
стоял там, глядя на Чжан Взэя, который все еще был в ступоре. Это была
встречающаяся раз в жизнь возможность. Если они сейчас сдадутся, у них
уже не будет этой возможности. На его ноже промелькнула вспышка света.
«Что
ты делаешь?» - Чжун Лючуань схватил его руку. «Это редкая возможность»,
- сказал Цзя Цзыцзай. «Ты не слышал приказ учителя?» - спросил Чжун
Лючуань.
«Он слишком добрый! Это зарождение беды на будущее!» - воскликнул Цзя Цзыцзай.
Его
слова шли от глубины его сердца. Он не был согласен с решением Ван Яо.
Чжан Вэй мог быть умирающим человеком, но он не был опасностью для Ван
Яо. Он мог контролировать его одной рукой. Все было иначе в случае него и
Чжун Лючуаня. Чжан Вэй не только обладал компроматом на них, но и
высокими боевыми навыками. Он не был тем человеком, с которым они могли
справиться. «Пойдем», - снова повторил Ван Яо.
Цзя
Цзыцзай вздохнул, услышав это, и неохотно последовал. Выйдя из
заброшенной виллы, он начал жаловаться: «Вы можете сожалеть об этой
ошибке вечером».
«Ему не прожить долго», - сказал Ван Яо. «То, что у него есть, фатально для нас», - сказал Цзя Цзыцзай.
«Даже
если ты его убъьешь, ты сможешь убедиться, что информация о вас не
будет раскрыта? - остановился и спросил Ван Яо, - ты просто хочешь
поймать и пытать его всеми силами?»
«В
любом случае, не думаю, что уместно его отпускать, - сказал Цзя
Цзыцзай, это зарождение беды на будущее. Если мы дадим ему жить, это
просто создаст проблемы».
Ван Яо улыбнулся и сказал: «Он только что соврал». «О чем он соврал?» - спросил Цзя Цзыцзай.
«Он сказал, что имеющаяся у него информация будет раскрыта после его смерти,
- сказал Ван Яо, - он не раскроет ее».
«Ты уверен?» - спросил Цзя Цзыцзай. «Уверен более, чем на 60%», - сказал Ван Яо.
«В любом случае, он - бомба, которая еще не была обезврежена», - сказал Цзя Цзыцзай.
Он не хотел жить в постоянном страхе и переживать о том, что бомба взорвется и разрушит его жизнь.
Когда они сели в машину, Ху Мэй спросила: «Ну, как прошло?»
«Он там», - сказал Цзя Цзыцзай, зажигая сигарету.
«Вопрос решен?» - поинтересовалась она.
«О, нет. Доктор Ван отпустил его», - ответил Цзя Цзыцзай.
«Отпустил? - Ху Мэй ошеломленно спросила, - как вы могли его отпустить?» «Он не проживет долго», - ответил Чжун Лючуань.
«Не проживет долго? Он серьезно болен?» - спросила Ху Мэй. «Он серьезно отравлен», - сказал Чжун Лючуань.
«Имеет
смысл, - прокомментировала Ху Мэй, - приходя в компанию, он всегда
оставался в своем офисе. Кто-то однажды почувствовал небольшой запах
крови в его офисе. Оказывается, что он был отравлен! Я думала, что он
убил кого-то у себя в офисе».
«Эх!» - Цзя Цзыцзай вздохнул. Он явно был очень недоволен.
Ху Мэй ничего не спрашивала, видя его состояние. Она уехала, забрав Ван Яо и Чжун Лючуаня в гостиницу.
Выйдя из машины и войдя в гостиницу, Ху Мэй не смогла сдержаться и спросила: «Что происходит?»
Цзя Цзыцзай с силой ударил по бардачку, разбив пластиковое покрытие: «Хм. Давай поговорим, когда вернемся домой!»
Ху Мэй взглянула на него, после чего завела машину. Они вскоре вернулись в свою резиденцию в Дао.
Вернувшись домой, Цзя Цзыцзай зажег сигарету. Он достал бутылку вина, открыл и выпил из горла.
«Что происходит?» - спросила Ху Мэй.
«Он дал Чжан Вэю уйти! Это приведет к беде в будущем!» - Цзя Цзыцзай был сильно взбудоражен.
«Он сказал это в машине, - сказала Ху Май, - почему?»
«Потому что он видел, что тот был отравлен и долго не протянет, - сказал Цзя Цзыцзай, - это просто мелочная доброта!»
Он ссилой ударил бутылкой по столу. «Он мог контролировать Чжан Вэя?» - спросила Ху Мэй.
«С легкостью, без малейших усилий, - сказал Цзя Цзыцзай, - Чжан Вэй совсем не мог сопротивляться. Думаю, что он - двойник!»
«Доктор Ван ранил его?» - спросил Ху Мэй. «Что ты хочешь сказать?» - спросил Цзя Цзыцзай.
«Если
он серьезно его ранил, мы можем пойти и убить его, даже если сам доктор
Ван не хочет, - сказала Ху МЭЙ, - мы можем раз и навсегда с этим
разобраться!» «Нет, он использовал ту же технику, как и когда управлял
мной, - после его взмаха руки на моё тело как будто надавила гора. Я
совсем не мог сопротивляться, но это не навредило моему телу».
«Не знаю, о чем он думает», - сказала Ху Мэй.
«Конечно же, он мыслит не так, как мы, - сказал Цзя Цзыцзай, - в конце концов, на него нет компроматау других людей».
Ху Мэй затихла на некоторое время, после чего сказала: «На него нет, но есть на Чжун Лючуаня. Разве он не его ученик?»
«Только дьявол знает, что он думает!» - Цзя Цзыцзай взял бутылку и сделал два больших глотка.
Ван Яо разыскал Чжун Лючуаня во второй половине дня: «Ты понимаешь, что случилось ночью?»
«Нет
ничего, что я не понимаю, - сказал Чжун Лючуань, - в действительности, у
меня нет к нему особой ненависти. Я просто переживаю о влиянии на мою
обычную жизнь в будущем».
«Когда человек умирает, даже его слова обретают хороший тон», - сказал Ван Яо.
Некоторые
люди начинали совершать хорошие поступки после целой жизни плохих. К
сожалению, они быстро обнаружат, что все это было слишком поздно.
«Думаешь, что он мог понять это?» - спросил Ван Яо.
«В
действительности, вы правы, - сказал Чжун Лючуань, - даже если мы его
убьем, мы не можем остановить его, если он захочет раскрыть те вещи».
«Ты немного колеблешься, верно?» - спросил Ван Яо. «Да, действительно, немного колеблюсь», - сказал Чжун Лючуань.
Ван Яо задумался на мгновение и сказал: «Не переживай. Все будет в порядке. Я помогу тебе, если что-то пойдет не так».
«Честно говоря, я не намеревался беспокоить вас этим», - сказал Чжун Лючуань.
Как бы Ван Яо ни поступил, Чжун Лючуань не станет его винить. Ван Яо мог совсем не лезть в эту ситуацию.
«Не
говори таких вежливых слов», - с улыбкой сказал Ван Яо. «Я завтра
вернусь», - сказал Чжун Лючуань. «Я вернусь с тобой», - сказал Ван Яо.
Ночью
стояла тишина. Чжан Вэй в заброшенной вилле тихо смотрел на небо, думая
о чем-то. Он так молод! Откуда у него может быть такая культивация? Он
не мог этого понять.
Ван
Яо следующим утром пошел в резиденцию семьи Сунь. Он поздоровался с Сунь
Чжэнжуном и пригласил отца и сына на обед. Семья Сунь сильно помогла
ему в недавних делах.
«Спасибо за вашу помощь», - сказал Ван Яо.
«Пожалуйста, - сказал Сунь Юньшзн, - в действительности, у меня есть другая нахальная просьба».
«Да, слушаю», - Сказал Ван Яо.
«Я хотел бы обучаться у вас боевым искусствам», - с улыбкой сказал Сунь Юньшэн.
«Конечно, если ты будешь усердно трудиться», - ответил Ван Яо. «Серьезно?» - Сунь Юньшэн был удивлен слышать его ответ.
Он просто наугад спросил. У него не было особой надежды в сердце. Ван Яо к полной неожиданности согласился.
«Я не буду твоим учителем, но могу обучать тебя боевым искусствам», - сказал Ван Яо.
«Разве это допустимо? - спросил Сунь Юньшзн, - пока я следую за вами и обучаюсь у вас, вы - мой учитель"»
«Да,
ему нужно поклониться и формально принять вас в учителя», - со стороны
сказал Сунь Чжэнжун. Он тоже надеялся, что отношения между ними и Ван Яо
продолжат развиваться.
«Я
не придал этому особого внимания, - сказал Ван Яо, - просто у вас
слишком много дел. Я переживаю, что у тебя будет недостаточно времени
для практики боевых искусств».
«Я попытаюсь найти время», - сказал Сунь Юньшзэн.
«Ладно,
пока я в деревне, можешь в любой момент приезжать на практику, сказал
Ван Яо, - если меня не будет здесь, можешь попросить Лючуаня».
«Да, мне нужно начать обращаться к нему по-другому, - Сунь Юньшэн повернулся к Чжун Лючуаню и сказал, - привет, старший брат».
«Привет,
младший брат», - Чжун Лючуань тоже начал обращаться к нему иначе. Сунь
Чжэнжун встал и сказал: «Сегодня счастливый день. Давайте выпьем». «Я не
посмею. Пожалуйста, присаживайтесь», - сказал Ван Яо.
«В
этот раз в Дао возник немалый переполох, - сказал Сунь Чжэнжун, - не
только провинция, но и вышестоящие люди спрашивали об этом».