Мир потерянных
Глава 394Мир потерянных
Смерть.
Мир был окутан её зловонием.
Куда ни глянь — везде лежали трупы — разорванные на части тела, которые смотрели на тебя своими мертвыми глазами.
Небо словно окутала вечная ночь, а всё вокруг пронизывала бессмысленная смесь застывшего холода и невыносимой жары.
Царил хаос.
Разрушение стало обыденностью.
Человечество, проведшее долгую войну на протяжении пятнадцати лет подряд… наконец-то оказалось на грани вымирания.
В этом отчаянном мире три силуэта мчались по опустошённому полю битвы.
Они топтали тела своих павших товарищей, а их ноги брызгали кровью разорванных на части трупов вокруг.
Несмотря на столь явное осквернение, им, казалось, было всё равно.
Их цель — Храм Древних — была слишком ценна, чтобы они могли позволить себе хоть малейшее колебание в своём марше.
К тому же они очень торопились.
~ВУУУШ!~
Словно само воплощение ветра, они пронеслись по местности, стараясь вовремя добраться до цели.
И, каким-то абсурдным чудом… им это удалось!
Храм Древних — куполообразное сооружение, расположенное на самом краю тех территорий, где они находились на данный момент, — впустил их.
Троим удалось проникнуть внутрь как раз к началу Солнцестояния.
Небесное Солнцестояние, происходящее раз в сто лет — тот короткий промежуток, когда завесы реальности значительно истончаются… создавая идеальную возможность для чуда.
Три силуэта окутались светом, сиявшим изнутри купола, раскрыв свои истинные облики.
Там была волшебница с белыми волосами, необыкновенно красивая, с алыми глазами и множеством амулетов, разбросанных по всему её чарующему телу. Её магическая одежда была повсюду изорвана — признак тех мрачных испытаний, которые ей пришлось пережить на войне.
Волосы у неё были коротко подстрижены, но на губах по-прежнему сияла та же яркая улыбка, что и в первый день — пять лет назад, — когда произошло первое чудо человечества.
«Люсиэль, мы наконец-то здесь! Что теперь?» — голос второго мужчины звучал смело и решительно.
В его интонации слышалась нотка боли, но он скрывал ее за маской бравады.
У него были чёрные волосы и тёмно-карие глаза. Внешне он был обычным парнем, но его крепкое телосложение и невероятно длинный клинок были далеко не обычными.
Раньше его волосы были обычной длинны, но теперь они отросли из-за того, что он долго не ухаживал за ними. Раньше они были аккуратно уложены, но их путь к этому куполу был далеко не гладким.
В результате его длинные волосы грубо закрывали лицо, а вместе с ним и шрам над левым глазом.
… Шрам, который он получил, спасая жизнь товарища, стоявшего рядом.
— Терпение, Рей. Мы только что пришли, — сказала Люсиэль, начав осматриваться внутри купола.
Конечно, Рей знал, что Люсиэль была занята изучением рунического письма, покрывавшего окружающие стены, сопоставляя его с тем, чему они научились за последний год.
Слова Оракула оказались правдой, а значит, сила, которую они искали, тоже была здесь.
— Сила, способная изменить всё!
«Думаю, нам нужно идти туда. К тому магическому кругу», — Люсиэль указала вперёд, на алтарь.
Вокруг помоста горели факелы, а руно подобные символы мерцали, словно готовые вспыхнуть в любой момент.
— Ты так думаешь? — ответил Рей, приподняв одну бровь.
Трое в комнате бросились к алтарю, а Люсиэль ещё немного присмотрелась к нему.
— Судя по тому, что я здесь вижу, мне придется усилить магический круг, чтобы он соответствовал нашим целям, — сказала Люсиэль, потирая подбородок.
— Значит… ты можешь контролировать, как далеко в прошлое мы сможем вернуться?
— Нет, не совсем. Чем дальше в прошлое, тем больше времени и энергии потребуется для активации. К тому же, помни, о чём я тебя предупреждала.
— Да, да, эффект бабочки.
— Бабочки? А ведь это эффект стрекозы.
— В нашем старом мире это называется «эффект бабочки». Разницы нет.
За этим обменом мнениями наблюдал третий участник тройки. Он молча следил за всем, не в силах вставить ни слова в разговор. У него были странно подстриженные светлые волосы, он выглядел очень худым, а его лицо можно было охарактеризовать одним словом — уродливое.
Он был неприглядным на вид, поэтому часто склонял голову, чтобы скрыть своё лицо от тех, кто находился рядом с ним.
«В-в любом случае, мы не можем позволить себе слишком много крупных изменений, ведь это ещё больше сбивает с пути события, которые должны произойти», — вздохнула Люсиэль, не отрывая взгляда от рун в магическом круге.
Ей нужно было понять о них всё — их расположение, форму, вплоть до мельчайших деталей, — иначе могла произойти фатальная ошибка.
«Значит… ты хочешь сказать, что мы не должны ничего менять?»
«Нет. Если мы хотим изменить этот исход, нам нужно вносить изменения. Просто мы не можем делать значительные изменения, кроме как в определённые моменты времени, чтобы точно предсказать, что произойдет, и как лучше всего на это отреагировать».
«…»
«Изменение будущего, или, вернее сказать, этого настоящего, путём путешествия в прошлое… это само по себе приведет к значительным изменениям. «Полагаю, этого не избежать», — пробормотала Люсиэль, наконец выпрямившись из сидячего положения.
«Именно это я и пытался сказать», — ответил Рей с вздохом.
«Ну, разберёмся по ходу дела. А пока лучше приступить к делу», — улыбнулась Люсиэль.
Она взяла за руки худощавого блондина и притянула его к себе.
«Давай, Адонис! Приступим к делу».
Улыбка Люсиэль заставила мальчика просиять, а Рей наблюдал за этим обменом с грустной улыбкой на лице.
«Знаешь ваши отношения учителя и ученика слегка трогают меня до слёз.» Его смешок прозвучал фальшиво, когда он с трудом выжал из себя искреннюю улыбку.
«Заставляет меня жалеть, что моего собственного Мастера уже нет рядом».
На мгновение воцарилась тишина.
А потом…
«Жертва Брута не будет забыта. Он сделал правильный выбор. Если бы он не поступил так, как поступил, нас бы здесь не было».
«Я знаю… Я понимаю», — вздохнул Рей, слушая слова Люсиэль. «Дело не только в нём. Жертвы всех привели нас сюда».
Все трое посмотрели друг на друга и кивнули.
«… В это место».
Рей крепко сжал свой высокий и широкий меч — последний подарок, который ему оставил мастер, — и улыбнулся с ноткой ностальгии.
Брут называл это своим запоздалым подарком Рею за то что тот наконец превзошёл его и достиг царства Абсолюта.
Он стал Рыцарем-Королем Абсолюта.
«Хотя, похоже, всё это вот-вот обнулится.…» — он хмыкнул, отпустив шутку.
Рей повернулся и улыбнулся, обращаясь в первую очередь к Адонису, чьё лицо было настолько мрачным, что резко контрастировало с лицами остальных двоих в комнате.
«Не смотри так мрачно, друг мой. Мы всё изменим!»
И тут эти слова превратились в размытое пятно.
Мир исказился, и сон, который когда-то был таким ярким, потемнел… стал темным и красным.
Сновидец медленно открыл глаза в своей комнате, и слёзы потекли по его красивому лицу, когда он прикоснулся к нему рукой.
«Ты был прав, друг мой…» — пробормотал Адонис, едва выдавил из себя голос из-за душащих эмоций.
«Всё меняется».
