Ларс направился домой сразу же, как только от Келлена прискакал гонец с новостью. Барон доверял своему управляющему, но понимал, что тому будет сложно сдерживать гостей без хозяина.
Лошадь резво скакала по дороге, пока Стар раздумывал о том, что паладины появились в этих землях как раз в тот момент, когда Лика неожиданно выздоровела. Паладины были редкими гостями в этой части страны, у них в поселке и курии не было. Что они могли здесь забыть? Дорога к Стене находиться не здесь.
Ларс сжал челюсти допустив мысль, что Лика могла стать пилигримом. Нет, он не отдаст её. Она его жена, она не противится этому, а значит останется с ним. Это его земли, он здесь хозяин и он сможет защитить свою семью.
Когда барон прибыл к дому, к нему во двор сразу же вышел Келлен:
— Попросили приютить на ночь с дороге, а после продолжат дорогу, — мгновенно отчитался тот.
— Ничего плохого, — спокойно ответил Ларс, направляясь с управляющим к дому.
— Они узнали о госпожах и предложили своего лекаря.
— Замечательно, пусть осмотрят, — Ларс вел себя так, словно все было в порядке вещей, из-за чего Келлен непонимающе на него посмотрел.
— Хозяин…
— Если не допустим, то вызовем подозрения, а нам скрывать нечего, — Ларс выглядел безмятежным, словно Келлен и Аиша развели панику на пустом месте.
— Молодая госпожа, — тихо начал Келлен, так как они уже находились в доме, но был перебит.
— Не останется одна, — твердый и спокойный тон Ларса привел в чувства управляющего и тот постарался взять себя в руки.
Ларс увидев несколько паладинов в гостиной сразу же направился к ним, заметив среди них капитана по нашивке на камзоле. Леджер Кюри полностью обернулся к подходящим мужчинам, отчего паладины вокруг него замолчали.
— Светлого дня, позвольте представиться, барон Ларс Стар, владелец поселка и прилежащих земель, — дружелюбная улыбка и протянутая ладонь для рукопожатия, ничто не выдавало мыслей Ларса.
— Доброго дня, барон, лорд Леджер Кюри, капитан отряда, — мужчина пожал руку с улыбкой, но не скрывал взглядом то, что считал себя выше присутствующих. — Благодарю, что дали нам приют на ночь, надеюсь, мы вас не стесним.
— Для нас честь принимать таких гостей, — не меняя своего настроя, продолжал Стар, отпуская чужую руку, отмечая, что это все же рука воина. — Какими дорогами к нам?
— Мы проездом, — коротко ответил Кюри, показывая, что не желает говорить на эту тему. — Я предложил вашему дворецкому, чтобы наш целитель осмотрел ваших жен, тот сообщил, что решение примите вы.
— Я буду бесконечно благодарен вам за помощь.
— Отлично, сейчас мы отдохнем немного с дороги, а после Мариус осмотрит их, — тон, который давал понять, кто отдает распоряжения. Ларс продолжал радушно улыбаться, чувствуя, как внутри закипает гнев, которому не дано вырваться наружу, если он не хочет погубить себя и своих людей. Церковь не терпит неповиновения. Никогда.
***
Отец с детства учил Фергеля быть осторожным с служителями церкви. Этому он учил маленького мальчика после того, как наказал забыть фамилию рода и оставить только имя.
«Спросят — ответь, прикажут — делай, не привлекай внимание, ты лекарь и ничего более» — вбил отец Фергеля. Маленький Фергель не понимал зачем ему это говорят, но слушал, запоминал и обещал следовать наказу. Много лет прошло с того, отец умер, у Фергеля своя семья и сейчас он как никогда старался был осторожным.
— Я решил спросить у вас, так как вы их лечили и можете дать сразу полную картину, — Мариус Гавели дружелюбно улыбался и был вежлив, но что-то внутри Фергеля содрогалось при взгляде на целителя отряда. Фергель рассказал все, что знал. И то, что обещал барону забыть тоже рассказал.
«Королевская власть далеко, сынок, а церковь всегда рядом» — тихо учил отец, бросая нервный взгляд в окно, где стояла непроглядная ночь. — «Руки у них длинные, их никто не видит, но почувствуют, если оступятся.»
— То есть она умерла на минуту? — на лице Лорда Гавеля было неверие и Фергель его понимал. Люди не воскресают из мертвых.
— Мне так показалось, — неуверенность сквозила в каждом слове Фергеля, он с надеждой взглянул на более молодого коллегу. — Но так ведь не бывает?
— Не бывает, — покровительственная улыбка и твердый тон успокоили Фергеля, ему стало легче. Он очень редко выезжал из поселка и поговорить с кем-то, кто понимает в лечение больше него было практически невозможно, но иногда нужно. — Я взгляну на госпожу Лику, не переживайте. Было что-то еще? Что мне нужно знать?
Фергель замялся, опустил глаза на свои руки. Он обещал барону Стару молчать, но он помнил учение отца и доверял тому, тем более в целительском деле.
— Она потеряла память.
— Как вы это поняли? — спокойно спросил лорд Гавели, словно Фергель не сказал ничего странного и тот почувствовал себя увереннее. Он лекарь и к нему пришел целитель, который будет осматривать его пациентку, лорд Гавели должен это знать.
— Она сама сказала, когда пришла в себя. Барон не хочет, чтобы об этом знали, но как можно это скрыть, если госпожа Лика ведет себя как другой человек?
***
Находиться в четырех стенах без телефона, который имеет доступ к интернету оказалось очень выматывающем занятием. Чтобы как-то разгрузить психику Катя накидывала на себя плед, открывала окно и садилась на подоконник. Часами наблюдала, как легкий ветер треплет листья на деревьях, а те создают шелестящий звук, который успокаивал нервный разум.
«Кажется, еще чуть-чуть и я рехнусь, но выходить из этой комнаты страшно. Что-то мне подсказывает, что там мне рады не будут, но не могу же я сидеть здесь вечность» — Катерина тяжело вздохнула, направив взгляд в голубое небо с редкими облаками. — «Солнце такое же как дома, облака тоже»
Вопросов у Волковой по поводу где она и как сюда попала меньше не становилось, информации не становилось больше. Вся надежда была на мужа Лики, но и тот много доверия не внушал. Тупик, из которого сидя в комнате не выбраться.
«Когда я говорила, что хочу жить в глухом лесу, я не имела ввиду средневековье без интернета и благ двадцать первого века. Вот тебе и дожелалась» — желтые глаза вернулись к лесу. — «Если продолжу думать об этом, то лучше явно не станет, лучше сосредоточусь на том, что делать после того, как меня выпустят. Для начала надо разобраться с семьей. Если Франциска права и меня отравила первая жена, то надо себя обезопасить, в интригах я не сильна, да и с такой ненавистью сталкиваться не приходилось. Нужен тот, кто сможет меня защитить, так как сама я тут вообще ничего не понимаю. Самый близкий это муж, воздадим ему должное, он не настроен против нас уже хорошо. Так и должно оставаться, будем играть пока примерную жену, втираться в доверие, адаптироваться, а дальше посмотрим по ситуации, но Ларс должен быть на моей стороне. Пока что я полностью завишу от него. Надеюсь, в этом бедламе можно разводиться или как-то сосуществовать без мужчины, иначе будет не хорошо. Первым феминисткам приходилось не легко, не хочу повторять их опыт. Если со старшим сыном были какие-то отношения, то надо их прекратить, амнезия мне в этом поможет. Только мачеха и пасынок, не хватало только из-за какого-то мальчишки проблемы себе нажить. С девочками лучше найти общий язык, если не переманить на свою сторону, а вот с первой женой вообще не хочу встречаться. Вдруг она бешеная стерва как это бывает в романах. Таких только смерть исправляла, но не могу же я убить её. Или смогу, если придется?»
Катя откинула голову на стену, устремляя взор в небо. — «Как все сложно. Хочу обратно»
Негромкий шум внизу привлек внимание и Волкова опускает глаза. Сегодня в доме было шумно, в отличие от прошлых дней. Некоторые время назад слышался топот, шум голосов и ржание лошадей.
«Боже, они передвигаются на лошадях» — сокрушенно подумала Катерина, уже начиная привыкать ворчать по поводу средневековых порядком.
Двое парней негромко разговаривая направлялись к лесу, именно они и привлекли внимание. Катя с интересом рассматривали их фигуры, одеяние и внешность, которую можно рассмотреть со спины.
«Что за инь и янь?»
Блондин и брюнет, у блондина был пепельный оттенок, если не сказать белый цвет, отчего на контрасте с брюнет они оба сильно выделялись. Высокие спортивные фигуры, широкие плечи и длинные ноги. Не каждый день таких встретишь. Одежды, по знаниям Катерины, соответствовали средним векам. Кожаные сапоги, такие же брюки. Брюнет в белой рубашке свободного покроя, блондин в черном пиджаке. Катя не жаловалась на зрение, но в этом месте она не была уверена в своих знаниях тканей.
Блондин оборачивается назад и смотрит прямо на Катю, отчего та в испуге чуть не срывается с насиженного места. Поборов детское желание спрятаться, Волкова остается на сидеть, смотря в ответ и пытаясь успокоить бешено колотящие сердце. Блондин остановился, поворачиваясь корпусом и не сводя взгляда красных глаз с девушки, чем привлекает внимание брюнета, который тоже смотрит в том направление.
«Надеюсь, они не варвары и за взгляд тут никого не убивают» — нервно и с легкой иронией подумала Катя, сжимая плед на уровне груди, закрываясь, ведь под пледом было только ночное платье, которое по мнение Кати верх целомудрия, но вряд ли в этом месте думают также. Волосы были заплетены самой Катериной в небрежную косу, которая уже растрепалась, ведь резинки у нее не было и передние пряди немного спадали на лицо, отчего легкий ветер слегка беспокоил их.
Несколько секунд тишины и оба парня полностью развернулись к Волковой, чтобы поклониться.
«О, боже, тут еще и этикет дворцовый?»
Катя понятия не имела, как ответить им так, чтобы не оскорбить. Не реверанс же делать на окне? Когда парочка разогнулась и вновь обратила на нее свои взгляды, Катя просто медленно опустила голову в приветственном кивке, наблюдая за их реакцией. Брюнет усмехнулся и направился к лесу, через пару секунд за ним последовал блондин без эмоций на лице.
«Кто это вообще? Тоже слуги?»
— Жена или дочь? — спросил Элиас Валуа, когда немного углубились в лес.
— Жена, — безразлично ответил Дарио Маре. Они оба понимала, что девушка была слишком взрослой, чтобы быть дочерью. В этом возрасте дочери уже замужем и не живут в отчем доме.
— Не заметил тут галлов, — как бы между прочим заметил Элиас, уделяя больше внимания окружающей местности, чем собеседнику, который даже не обратил на это внимание.
— Я тоже, надо у Ириса уточнить.
— Надеюсь, это не она, — вздохнул Валуа, слегка хмурясь, на что Дарио усмехнулся бросая на него слегка самодовольный взгляд:
— Надейся.
***
— Сбор урожая проходит по расписанию, но повозки остаются нашей проблемой, — докладывал Келлен Ларсу в его кабинете. — Три повозки будут готовы самое позднее через две недели. Это немного облегчит положение, но не сильно и то в том случае, если никакая из старых не сломается.
— Джимир обещал древесину с приданным Арины, из него часть пойдет на изготовку телег, — ответил Стар.
— Если помолвка состоится, — с неуверенностью заметил Келлен.
— Состоится, — голос барона напротив был полон уверенности, как и всегда, в прочем. — Иначе Хенрик останется без дома.
— Ваш сын может на решиться.
— Не решиться, пока Лика здесь, а она будет здесь, — усмешку, которая появилась на лице Ларса нельзя было назвать приятной. — Когда он вернется, она будет принадлежать мне, благодаря потере памяти. Хенрик не рискнет разрывать помолвку и потерять Лику, ведь есть возможность, что она снова влюбиться в него. Мой сын так просто не сдастся. Он будет пытаться вернуть её чувства, вполне возможно будет готовить побег до своей свадьбы. Так что древесину мы получим.
— Вы предполагаете, что госпожа и господин сбегут? — аккуратно переспросил Келлен. Конкретно эта тема всегда была скользкой и дворецкий бы с удовольствием не знал бы об этом, но это его работа.
— Нет, Лика не убежит. Второй раз я не совершу эту ошибку, она останется со мной по собственной воле, Хенрику придется смириться.
— А паладины?
— Во время осмотра Клео будет рядом с женами, а завтра паладины уедут. Слуги молчат?
— Да, ваша светлость, о яде молчат, но рыцари собирают разную информацию. Среди рыцарей замечен галлиец, — Келлен не был уверен, нужна ли эта информация, но если принимать во внимание слухи, то стоило предупредить барона.
— Целитель?
— Нет.
— Тогда не важно, Лика в комнате, а эти завтра уедут.