Весь день Зилан метался в агонии, и все это время с ним происходило
что-то странное. Он обливался потом каждый раз, когда боль нарастала до
невыносимого пика. Он и понятия не имел, что так работал защитный
механизм, вызванный его способностью выживания дождевого дракона.
Единственное отличие – дождевой дракон вырабатывал бы не пот, а жидкость, которая бы полностью его обволокла.
Зилан полностью покрывался потом, и некоторые участки его тела даже становились невидимыми – он почти растворялся в воздухе.
На том странности не заканчивались.
Когда нарастала боль, тело отзывалось странной реакцией – температура поднималась настолько сильно, что даже пот испорялся.
И что удивительно, в этих горячих, болезненных испарениях, клубившихся в воздухе, стали являться разные пейзажи.
Поражало то, что Зилан даже в моменты страданий продолжал культивировать, оттачивая очередной навыкю
К сожалению только, он не мог развивать технику спасения жизни,
потому как она оставалась еще в ослабленном состоянии, так что через
некоторое время он опять лишился сознания.
***
На следующий день
Открыв глаза, Зилан осознал, что он больше не в доме на
освященной земле. У этого места не было ничего общего со спокойной,
освежающей атмосферой священной земли.
Он находился в богато украшенной комнате, подобных которой Зилану
не приходилось видеть прежде. Даже губернаторский особняк в Городе
Утренней Росы не шел ни в какое сравнение.
Здесь были прекрасные ковры, изысканная мебель – в том числе и
огромная, уютная кровать, на которой ему дали отдохнуть, но больше всего
поражал размер комнаты – она могла бы вместить в себя всего «Двукрылого
Воробья».
Все еще в некоторой слабости, Зилан поднялся на ноги. Но чувства
подавленности он не ощущал – напротив, его переполняло воодушевление.
«Через день мои раны полностью излечатся. Способности моего тела к восстановлению гораздо мощнее, чем я думал».
Жаль только, что это знание пришло к нему через мучительную боль.
Только он собрался подойти к одной из дверей, которую он принял
за выход, открылась дверь напротив ее, и в комнату вошел Кифо в
сопровождении благообразного старика, шедшего с ним почти шаг в шан.
- Хорошо, он очнулся. Глава старейшина Мвизи будет доволен, - сказал один из пяти старейшин, следовавших за Кифо.
Зилан сузил глаза, следя за улыбчивым стариком, направлявшимся к
нему. Уже по такому поведению он понимал, что хорошего от них ждать не
стоило, слишком часто он видел такую ухмылку в прошлом.
Поэтому он намеревался узнать, что происходит.
Он сделал два шага вперед и нарочно споткнулся. Кифо, на миг замерев от неожиданности, бросился вперед и поддержал Зилана.
Легкая улыбка озарила лицо Зилана, когда он проник в сознание Кифо, в которое он погрузился одним прыжком, как в воду.
«Далекий потомок одного из пяти темных кошачьих лордов, уровень
культивации в настоящее время – 91, обладает высшими способностями,
кошачьим восприятием и темной крепостью, но наследственные признаки не
принимают темную крепость. Среди возможных причин – крайне слабая
наследственность, печать крови и несостоятельность как культиватора.
Анализ мозга…»
За тот краткий промежуток времени – пока Зилан споткнулся, а Кифо
подхватил его и помог удержать равновесие, Зилану удалось добыть часть
нужной ему информации. Из-за ментальных блоков он не мог проникнуть
глубже из-за отсутствия силы и временной неспособности открыть Кифо, что
он мог открывать пламенеющие ворота. Так что больше информации из Кифо
вытянуть пока не удалось.
Самой значительной – и самой неприятной деталью был тот факт, что
у Кифо в распоряжении были две высшие способности, которые в этом мире
были даже более редки, чем зверь с наследственностью древнего
императора.
- Все в порядке – спросил Кифо, поддерживая Зилана.
- Да. – Зилан посмотрел в его глаза с тем любопытством, которое,
как он думал, никогда не сможет вызвать в нем ровесник. В конце концов,
он сам был тем, кто узрел, изучил и познал один из вселенских принципов и
создал совершенно новый путь культивации.
- Почему вы здесь? – он уже знал ответ на этот вопрос, потому как прочел мысли Кифо, но молчать, отдаваясь течению, он не стал.
- Главный старейшина хочет тебя увидеть.
- Разве я не должен был встретиться с твоим отцом, предводителем клана? – кашлянул Зилан, освобождаясь от хватки Кифо.
- Отца пока нет, поэтому планы, а также события последних дней,
будут обсуждаться главным старейшиной Мвизи и другими почтенными
старейшинами.
- Я не могу отдохнуть? – улыбнулся Зилан.
Старейшины тут же помрачнели.
- Это не займет много времени, господин скоро вернется в постель, - сказал один из старейшин с натянутой улыбкой.
Зилан едва не взорвался от смеха, но каким-то чудом сдержал порывы.
«Все они смотрят на меня сейчас и думают, сколько же всего можно
извлечь из «сына дракона». Они даже не пытаются скрыть эмоции», -
усмехнулся Зилан.
- Если ненадолго, думаю, я смогу присутствовать. – Он взглянул на
Кифо и перехватил угрожающие взоры, которые он метал на улыбавшихся
старейшин. К счастью для Кифо, никто из старейшин не обращали на него
внимания. Кифо их интересовал только как самй быстрый способ усадить
Зилана за стол переговоров.
***
Чтобы еще больше досадить им, Зилан плелся за ними со скоростью
улитки. Больше всего его забавляло то, что угодливые улыбки несмотря ни
на что не сходили с лиц старейшин.
Через полчаса они пришли, наконец, куда следовало – при том, что обычно этот путь занимал лишь десять минут.
Один из старейшин подался вперед и нажал на углубление в черной
двери, пробормотав что-то. Через несколько секунд он отошел от двери – и
она вдруг исчезла, открывая проход в огромный зал.
Он напоминал театр с сотнями пустующих сидений, небольшой
площадкой с тремя тронами на ней, которые освещались непонятным
источником.
Старейшины вошли в зал один за одним, Зилан же входил последним –
и в тот момент, когда он переступил порог, случилось нечто странное.
Его разум вдруг полностью помутился – до такой степени, что он
ничего не видел, не слышал и не чувствовал, он словно погрузился в
бесконечную пустоту. Его качало из стороны в сторону, и только он готов
был упасть, как что-то разорвалось в его мозгу.
Взрыв во тьме резким светом очертил все его ненужные мысли.
Зилан больше не чувствовал своего тела, он оставил его, вдруг
как-то став бестелесным существом без какой-либо физической оболочки.
«Что происходит?»