Па!
Резкий звук пощёчины разнёсся по всему маленькому лесу, и
девушка с длинными волосами в шоке прикрыла рот, на её лице было потрясение.
Чжангун стоял, прикрывая лицо. В этот момент он чувствовал,
что мир вращается, а в голове звенит. Муцзы оттолкнула его и побежала, плача.
Муцзы пробегала мимо девушки с длинными волосами, та только в
этот момент поняла, что происходит, и поспешно схватила её: "Мисс Муцзы,
не поймите неправильно, это не то, о чём вы подумали".
Слёзы продолжали течь, Муцзы изо всех сил боролась, но
молчала.
"Мисс Муцзы, посмотрите туда", – взволнованно
сказала девушка с длинными волосами, она обняла Муцзы и указала ей на большое
дерево.
Сначала Му продолжала бороться из-за своего эмоционального
возбуждения, но вскоре она увидела красное пятно, яркое красное пятно, её
борьба стала слабее, она постепенно успокоилась. Она вытерла слёзы с глаз и с
некоторым сомнением внимательно посмотрела в направлении красного пятна. Что это?
"Мисс Муцзы, вы ошиблись, я просто продавец цветов. Я
только помогала мистеру Чжангуну с украшением. Там был небольшой склон, и я
упала, а он пытался помочь мне, поэтому мы оказались на траве вместе. Вы
действительно неправильно поняли это. Сегодня рано утром он пришёл в мой
магазин, чтобы вместе со мной перевезти цветы и расставить их. Я впервые
встречаю такого заботливого мужчину, так что не ошибитесь! Как можно ударить
такого хорошего человека?" – сказала цветочница, ведя Муцзы к большому
дереву.
Там было ярко-красное пятно. Розы аккуратно лежали на земле,
образуя огромное сердце. Сердце было почти завершено, оставалось только немного
доделать. В центре этого сердца вставлена белая деревянная булавка с зажимом, а
поперек неё лежит письмо. На конверте было написано: «Сотое письмо».
Муцзы замерла, глядя на все эти розы, на это сотое письмо,
слёзы снова потекли из её глаз, но на этот раз это были слёзы не гнева и
печали, а слёзы стыда и лёгкой обиды.
Девушка с длинными волосами тихо отпустила её и повернулась
к подошедшему Чжангуну, высунула язык, указала на Муцзы, затем на себя, а затем
сделала жест, что она уйдет первой.
Чжангун смущённо кивнул ей, с сожалением на лице. Девушка с
длинными волосами покачала головой, махнула ему рукой, взяла большую корзину с
цветами и ушла.
В этот момент Муцзы уже сидела на земле и плакала, не зная,
что сейчас чувствует. Чжангун тихо подошёл к ней, тоже сел и нежно обнял её,
потирая рукой своё побитое лицо.
Муцзы проплакала полных пять минут, и только тогда её
рыдания начали стихать, но она так и не подняла голову, чтобы посмотреть на Чжангуна,
а только тихо спросила: "Почему? Почему ты не сказал мне раньше?"
Чжангун с некоторым сожалением сказал: "Если бы я
сказал тебе раньше, то не было бы сюрприза. И сегодня ведь особенный день, ты не
должна была неправильно понять".
Муцзы подняла голову и, с затуманенными от слёз глазами,
посмотрела на него: "Особенный день? Какой сегодня день? Ты же знаешь, у
меня всегда была плохая память".
Чжангун с горечью улыбнулся: "Дурочка, сегодня 15 марта
2000 года, годовщина наших отношений!"
"Ах, точно! Я помнила об этом раньше, но в последнее время
ты не приходил ко мне, и я так разволновалась, что забыла", – Муцзы широко
раскрыла глаза, осознав, что упустила нечто важное…
"Но почему ты не приходил ко мне столько дней?" –
сердито спросила она.
Чжангун погладил её по голове: "Глупышка, ты разве не
заметила, что в этом году я писал тебе письма довольно быстро? Я просто хотел
написать сто писем к годовщине наших отношений, чтобы ты чувствовала себя
спокойно, поэтому при каждой нашей встрече я дарил тебе письмо. Но я обогнал график,
и несколько дней назад я обнаружил, что скоро будет сотое письмо. В последнее время
я дарил тебе письмо при каждой встрече, если бы вдруг я перестал это делать, я
боялся, что ты расстроишься, но я также хотел подарить тебе сотое письмо в этот
день, который имеет особое значение, поэтому я сказал, что был занят работой и отложил
встречу на несколько дней. Годовщина отношений, сотое письмо, как это
символично!"
"Я..." – Муцзы наконец поняла, что действительно
неправильно поняла его, опустила голову и даже не могла найти слов для
оправдания.
Чжангун сказал с суровым выражением лица: "Значит, ты
так не доверяешь мне?"
"Я... Я не это имела в виду. Просто, когда приблизилось
сотое письмо, я вспомнила ту историю и немного разволновалась. А ты в последние
дни не искал меня, и я..."
Чжангун улыбнулся: "Я прощаю тебя".
"А?" – Муцзы подняла голову и жалобно посмотрела
на него. – "Ты так легко прощаешь меня?"
Чжангун улыбался: "Да, мужчина должен быть
великодушным. И это показывает, что ты заботишься обо мне, поэтому я прощаю
тебя. Сегодня годовщина наших отношений, день, когда я дарю тебе сотое письмо,
и я не хочу, чтобы ты была несчастна. Улыбнись мне", – он нежно погладил её
по щеке и вытер слёзы с её лица.
Муцзы внезапно бросилась его обнимать, сбила с ног и крепко
обняла за шею: "Прости, прости, прости, мне не следовало сомневаться в
тебе, прости..."
Чжангун тоже обнял её и похлопал по спине, на его лице была
нежность: "Всё в порядке, всё прошло, любовь тоже требует постоянной
проверки. Я уже написал сто писем и тебе суждено стать моей невестой".
Прошло немало времени, прежде чем слёзы Муцзы исчезли, она
прижалась к Чжангуну и тихо подняла голову, чтобы посмотреть на его лицо.
"А? Твоё лицо..." – на левой щеке Чжангуна был
очень заметный отпечаток руки, и Муцзы только в этот момент осознала, насколько
сильной была её пощёчина.
Чжангун потрогал своё лицо и несколько игриво сказал:
"Это первый раз в моей жизни, когда я получил пощёчину. Ну, это также
можно расценить как знак любви, давай считать это подарком на годовщину,
который всегда будет напоминать мне, что я должен быть с тобой добрее, иначе меня
побьют".