Едва выйдя за ворота!
Они увидели, как к химзаводу приближается целая армада тяжёлой техники. Только экскаваторов и бульдозеров было больше десятка, тогда как в прошлые разы их было всего два-три.
— Похоже, на этот раз они всерьёз! — крикнул Ван Тао. — Звоните брату Цзяну, быстро!!!
Сам он, схватив биту, первым выбежал из ворот и встал на пути техники. За ним вереницей высыпали несколько десятков парней, выстроились в ряд, их бейсбольные биты зловеще поблёскивали в сумерках.
Навстречу им тоже вышло немало людей — рабочие лет сорока-пятидесяти в робах строительной компании «**».
Позади них тихо стоял дорогой автомобиль.
Внутри автомобиля!
На заднем сиденье спокойно сидел Е Цзикай, а Е Цзэ, высунув голову из окна, наблюдал за происходящим.
Снаружи.
К машине подошёл пузатый мужчина средних лет и услужливо протянул сигарету:
— Здравствуйте, директор Е! Я Чу Гохуа, из бригады по сносу. Можете звать меня старина Чу.
Е Цзикай кивнул и взял сигарету.
Чу Гохуа поспешно поднёс зажигалку. Он расплылся в улыбке, понимая, что сегодня нужно угодить этому директору. Тогда крупный проект по расширению медучилища достанется его строительной компании, и он, как прораб, сможет урвать свой кусок.
— Уверен, что справишься? — спросил Е Цзикай, указывая на химзавод.
— Без проблем! — Чу Гохуа посмотрел в сторону завода. Хотя там и стояло несколько десятков человек с битами, он видел, что это молодые ребята, многие в школьной форме. Он решил, что их просто наняли для массовки, и они не посмеют драться. Стоит только припугнуть, и они разбегутся. Больше всего он боялся стариков — тех ни ударить, ни обругать нельзя, с ними сплошная головная боль, да и их родственники ради компенсации готовы на всё.
А что до договора аренды и компании «Чёрный дракон» — для него это было ничто.
— Смотрите!
Сказав это, Чу Гохуа взял рацию:
— Вперёд! Кто посмеет мешать — отшвырнуть в сторону!
— По-старому: кто ударит — двести юаней наличными. Если сегодня снесём завод — каждому ещё по двести. Вечером — мясо и выпивка за мой счёт! Вперёд!!!
По его приказу.
Гр-р-р-р...
Десятки машин взревели и, словно стая хищников, двинулись на химзавод. Рабочие, разминая мускулистые руки, с усмешкой смотрели на парней с битами:
— Ишь ты, сопляки, ещё и назвались «Чёрным драконом»!
— Язык не отсохнет от таких названий!
— Кучка молокососов, вместо того чтобы учиться, в бандитов играют! Родители вас этому учили? Кто тут главный? Хочу посмотреть на этого ублюдка!
На лице Ван Тао не было и тени страха.
В драке!
Побеждает не тот, у кого больше мышц или кто сильнее!
Он достал из-за пазухи кусок чёрной ткани.
Шух...
Обмотав тканью рукоять биты, он крикнул:
— Братья! Кто-то хочет ступить на нашу землю!
— Кто-то хочет растоптать честь брата Цзяна! Кто-то не ставит «Чёрный дракон» ни во что! Скажите, что мы должны делать?!
— Бить!
— Бить!
— Бить!
Десятки голосов слились в едином рёве.
Этот крик не смог заглушить даже рёв моторов. Рабочие вздрогнули, а затем их лица исказились от злости.
Ван Тао подал знак нескольким парням, стоявшим сбоку. Те, без бит, бросились вперёд, что-то выкрикивая. Их голоса тонули в рёве моторов, но для разъярённых рабочих этого было достаточно.
— Бл*ть, мочи их! — взревел один из рабочих.
Десяток рабочих набросились на подбежавших студентов. Те, кто выбежал вперёд, тут же закричали:
— Ай... больно-то как... ай-ай...
— Боже мой... убивают... спасите...
— Вы кто такие... какая строительная компания так беспределит... не бейте... не бейте...
Рабочие едва успели нанести несколько ударов, как студенты уже валялись на земле, умоляя о пощаде, слёзы и сопли текли по их лицам. Кто-то даже обхватил ногу, крича, что её сломали.
Увидев это, рабочие расхохотались:
— Ну и студентики! Неженки! И это... я же только на треть силы ударил!
— Слушайте, сопляки! Мы из строительной компании «**»! Ещё раз сунетесь — ещё раз получите!
— Трусы! Несколько человек побили, а остальные стоят и смотрят, боятся вмешаться! А ещё понтовались!
Рабочие с презрением посмотрели на Ван Тао и его людей.
Поначалу их напугал слаженный крик, но теперь они решили, что это просто показуха.
Но!
В следующую секунду они застыли на месте.
Ван Тао обернулся и посмотрел на Сунь Юаня (Обезьяну, соседа Цинь Цзяна по комнате и одного из ключевых членов команды), который прятался за вывеской химзавода. Сунь Юань кивнул и, спрятав камеру, снова скрылся.
Увидев кивок Сунь Юаня, Ван Тао поднял биту:
— В атаку! Вперёд!!!
— Бить!
— Бить!
— Бить!!!
Десятки парней с рёвом бросились на бригаду по сносу, размахивая битами.
Вжик! Вжик! Вжик!
Десяток рабочих, стоявших впереди, не успели опомниться, как оказались на земле. Остальные тут же смешались в драке:
— Не паниковать... кучка студентов погоды не сделает! Твою мать... не бей по яйцам... с-с-с... больно...
— Убью, бл*дь... где мой нож... всё... кажется, руку сломали... туда нельзя бить...
— Эти студенты с ума сошли... совсем с ума сошли... нет... нам не справиться...
Поначалу рабочие пытались сопротивляться, но чем дольше длилась драка, тем больше они пугались.
Они поняли, что эти студенты дерутся очень умело, бьют решительно и безжалостно, целясь в самые больные места.
Сами же они действовали скованно. Кто будет рисковать жизнью за какие-то гроши? Поэтому, после нескольких минут, они начали отступать.
Эта сцена ошеломила Е Цзикая, Е Цзэ и Чу Гохуа, наблюдавших за происходящим.
Мгновение назад Чу Гохуа был уверен в победе, Е Цзикай удовлетворённо кивал, а Е Цзэ радостно смеялся.
А в следующую секунду Чу Гохуа не верил своим глазам, лицо Е Цзикая стало каменным, а Е Цзэ сжал кулаки.
Отступление!
Они продолжали отступать!
И остановились только за тяжёлой техникой.
Ван Тао махнул рукой и не стал их преследовать. Если бы они погнались дальше, их бы разделила техника, и они не смогли бы защищать завод.
Увидев, что Ван Тао и его люди не преследуют, рабочие вздохнули с облегчением, со страхом глядя вперёд.
Сзади разъярённо кричал Чу Гохуа:
— Чем вы там занимаетесь?! Вперёд! Давите их техникой!
Никто не двинулся с места. Очевидно, все были напуганы жестокостью Ван Тао и его людей. Рисковать жизнью за несколько сотен юаней никто не хотел!
В итоге, под гневные крики Чу Гохуа, они неохотно встали перед техникой, образовав линию противостояния с Ван Тао и его людьми.
Ситуация зашла в тупик!
Спустя долгое время.
Е Цзикай, видя, что прогресса нет, выругался:
— Ничтожества!
Чу Гохуа, хоть и было неприятно, ничего не мог поделать. Он думал, что это просто кучка трусливых студентов, а оказалось, что они — отчаянные бойцы, с которыми лучше не связываться.
Пока противостояние продолжалось.
Сзади раздался громкий крик: «Кто тут такой смелый, что смеет перечить директору Е? Что, меня, Шрама, ни во что не ставите?»