Дистанция была настолько близкой, что можно было рассмотреть собеседницу во всех подробностях.
Чжио тоже наблюдала за ней и замечала всё новые детали.
Антикварное ожерелье в форме ножниц, висевшее на гладкой шее. Размером всего с фалангу пальца, но это были вполне пригодные к использованию ножницы.
«Ножницы портнихи Венди…»
Ощущаемая аура — явно легендарный уровень или выше.
История Музны оказалась правдой.
Чжио равнодушно пробормотала:
— Настоящие.
— Что вы имеете в виду? — переспросила мадам, но обращалась она не к ней.
Получив сигнал, Чон Гиль Гаон кивнул.
Подтверждение Короля закончено. Теперь пора переходить к штурму.
— Мадам, на самом деле…
— Нет, сначала я, — слегка раздражённо перебила его мадам. — В общих чертах я понимаю, зачем вам нужна моя помощь, но мы с Жизель разные люди. У меня нет хобби в виде волонтёрства. Так что для начала я хочу услышать ответ.
Она задала вопрос резким тоном:
— Откуда вы узнали, что ответ на загадку — «жемчуг»? Кто вам сказал?
Лицо её выглядело тревожным. Даже отчаянным.
Но что поделаешь — тот самый «он», которого искала мадам Ламбер, никак не мог быть связан с ними.
Подсказку Чжио дала Звёздочка.
А эта невезучая, но невероятно способная звезда принадлежала исключительно Кён Чжио.
Чжио ответила всё так же равнодушно:
— Для европейцев история о том, что слёзы русалки — это жемчуг, может быть и в новинку, но на Востоке это заезженный мотив. Одна из самых известных легенд о русалках.
— ...
— Ты ведь полукровка русалки, да?
— !
Зелёные глаза мадам дрогнули, не сумев скрыть потрясение.
Подсказка «находится рядом» оказалась решающей.
Стоило лишь поднять взгляд в зале и сразу было видно: гигантский потолок главного холла был вырезан в форме жемчужной раковины.
«Для восточных легенд — обычное дело, но здешние люди и правда могли не знать».
А вот они знали.
Во-первых, потому что она была с Востока.
Во-вторых, потому что была «Всеведущим Библиотекарем».
Её ремесло заключалось в том, чтобы вытаскивать мифы и легенды и пускать их в ход как оружие, так что в таких вещах она разбиралась получше многих.
— …Вот как. Значит, это была известная легенда… — тихо пробормотала мадам. — [Я впервые услышала от того человека, думала, наша с ним тайна.]
「Когда ты плачешь, кажется, будто ты роняешь жемчуг. И из-за этого я чувствую себя ужасным грешником.」
Воспоминание, давно утратившее блеск.
С горечью прошептав, мадам Ламбер подняла голову. В её глазах стояли слёзы, словно жемчуг.
— Это был мой личный код. Тайный знак для одного человека. Увидев, что вы угадали ответ, я на миг подумала… вдруг это он вас послал. Немного надеялась. Но, похоже… я ошиблась.
Последняя надежда рассыпалась.
Мадам Ламбер собралась с чувствами и поднялась, твёрдо произнеся:
— Прошу вас, уходите. Продолжать разговор мне тяжело. И… я надеюсь, вы сохраните мой секрет, что я полукровка русалки. Впрочем, даже если расскажите, люди всё равно не поверят.
— Простите, мадам, — вмешался Чон Гиль Гаон. — Тот самый «он», которого вы ждёте… это, случайно, не король Мустаин?
— ...
Первый удар нанёс именно он.
Охо. Чжио с живым интересом перевела взгляд с одного на другую.
От прямого, без подготовки брошенного вопроса мадам Ламбер стиснула губы.
— Следите за языком.
— Если я буду слишком осторожничать, то рискую умереть прямо сейчас, — спокойно ответил он. — А потому вынужден использовать все доступные средства. Давайте заключим сделку.
Переведя дыхание, Чон Гиль Гаон опустил ткань, скрывавшую его лицо.
Под светом показались тёмно-каштановые волосы и лицо всемирно известного ранкера.
Мадам Ламбер поражённо втянула воздух:
— [А-Альфа?!]
«Надо выглядеть спокойнее…» — вытирая холодный пот с подбородка, Чон Гиль Гаон криво улыбнулся.
— Вы ведь хотите помешать государственной свадьбе короля Мустаина, которая состоится через два дня? Я это сделаю.
Он рассуждал трезво.
Нет на свете человека, который бы радовался свадьбе бывшего возлюбленного. А при одном взгляде на мадам Ламбер видно, что она до сих пор не отпустила свои чувства.
Это был ход, который вполне мог сработать.
Уверившись в этом, он улыбнулся ещё увереннее.
Но…
— Нет, мсье Чон. Вы ошибаетесь.
— …Простите?
— Я всего лишь ждала. Из упрямства, из надежды, чего угодно. Но если на этом всё… — мадам Ламбер расплылась в слабой улыбке. — Тогда мне следует это принять. Принять расставание — тоже часть любви, которую я, как возлюбленная, должна подарить другому.
— ...
— Вы умны и привлекательны, но, похоже, в вопросах любви понимаете не так много.
С невинным взглядом, но в этот миг она выглядела взрослее и зрелее всех присутствующих.
Такая женщина… ей не была неприятна.
Подперев подбородок, Чжио по привычке мысленно обратилась за поддержкой:
«Правда ведь, онни?»
[...]
Но Звёздочка молчала.
Что такое? Чжио нахмурилась, но времени разбираться не было, мадам Ламбер уже направлялась к выходу.
Чёрт побери.
Чон Гиль Гаон вскочил и поспешно удержал её за руку.
— …Я признаю. Я поторопился. Возможно, вы правы. В том, что касается… любви, у меня вечно всё наперекосяк.
Его лицо дрогнуло.
«Нет. Не думай об этом».
Сейчас нельзя вспоминать погибшую бывшую невесту.
Соберись.
Он снова стиснул зубы.
— Но именно поэтому мне сейчас отчаянно нужна ваша помощь.
— …Послушайте. Пусть я так сказала, но я тоже человек. Мне нужно время. Время, чтобы привести в порядок свои чувства! [Почему все на меня так давят?!]
Мадам Ламбер резко провела рукой по волосам.
Чем больше она говорила, тем сильнее захлёстывали эмоции, и она с раздражением выплёскивала накопившуюся боль:
— Я сейчас не в том состоянии, чтобы кому-то помогать! У меня самой всё рушится! Мужчина, которого я любила, собирается жениться, вещь, полученную в знак нашей связи, украли и она пропала! Теперь у меня не осталось даже воспоминаний! [Ради чего я вообще бросила друзей и родину и зарабатываю здесь деньги?!]
«Чё это она, хвастается знанием иностранного?»
«Чего она так языки мешает? Я и половины не понимаю».
Два S-ранга, совершенно не сведущие в иностранных языках, наблюдали с кислым видом.
А тем временем Чон Гиль Гаон, уловив ключевую деталь, мгновенно вцепился в наживку:
— Украли? Если мы найдём эту вещь… вы согласитесь хотя бы на такую сделку?
— …Мсье Чон, вы и правда бизнесмен.
— Я уже несколько раз говорил, что это срочно, мадам. Потому что мне начинает мерещиться сам жнец смерти.
— ...
Возбуждение Ламбер постепенно сошло на нет.
Хоть слова и были резкими, она сама — пробуждённая, долгие годы помогавшая «Святой» Жизель в спасательных операциях.
Её взгляд, упавший на почерневшую руку Чон Гиль Гаона поверх перчатки, стал мягче.
Мадам прикусила губу.
— …Хорошо. Ладно. Я помогу. Вы и правда выглядите так, будто на грани смерти.
— Мы не собираемся ограничиваться односторонней помощью. Если вы опишете предмет, мои товарищи его найдут.
— Э? Я?
— Мы?
«Может, мне просто умереть, а?»
На его скрежещую улыбку S-ранги тут же закивали, словно ни в чём не бывало:
— Э-э, конечно, конечно! Найдём и глазом не моргнём! В этом деле Кор-козырь вне конкуренции!
— Ага, да у меня на улицах Пусана кличка «Пылесос». Всё под чистую выметаю, любые потеряшки нахожу.
Их старания выглядели похвально…
Но мадам лишь вздохнула:
— Да не стоит. Это очень дорогая реликвия, её, скорее всего, уже давно увезли из Марракеша. Жемчужные серьги, оправленные в бриллианты…
— Э-э… а?…
Что-то в этом описании было до боли знакомым.
По спине Хван Хона потёк холодный пот.
И, несмотря на слова о том, что ей всё равно, мадам Ламбер принялась описывать украшение с поразительной подробностью:
— Пара серёжек. Пять каплевидных бриллиантов такого размера, — она показала, — словно лепестки цветка, окружают жемчужину. Но правда, не утруждайтесь. Найти их будет сложно… фу-у…
— ...
Дзынь. Дзынь.
Чжио раздражённо покосилась на Хван Хона, который, дрожа, держал чашку. Что с ним вообще?
— Ты что, на массажном кресле сидишь? Чего трясёт?
— Н-нет, не это… совсем не это…
— Где вы вообще собираетесь это искать? От одной мысли хочется просто взять и умереть… хнык!..
— ...
«Всё, сдаюсь. Тётушка, я сдаюсь».
Хван Хон, сдерживая слёзы, резко вскочил, зажмурился и выкрикнул:
— Т-тот предмет! Кажется… он у меня!
— …Что?
Чёрт, это же был идеальный подарок. Прямо как будто создан для неё!..
Раздавленный и полный сожаления, Хван Хон со слезами на глазах обернулся к Чжио, но…
— Ты чего, гангстер недоделанный? Уже и по чужим странам воруешь? Совсем опустился, да? Какой там «король ночных перекусов» — переименовывайся в «короля тюремной баланды», понял?
«Злая стерва… цианидная [1] стерва…»
Так сегодня в очередной раз провалился Хван Хон, суровый мужчина, не сумев заработать ни единого очка в глазах девушки сердца.
Примечание:
1. Цианиды — соединения углерода (C) и азота (N). Ядовиты, особенно синильная кислота, смертельная доза которой — 1 мг на килограмм массы тела.