Был холодный, дождливый осенний день. Ханагаки Такемичи, как обычно, возвращался домой после тяжёлого рабочего дня. Он работал в полиции вместе с Наото и участвовал в расследовании серии убийств, произошедших в разных районах Токио.
Эти преступления поражали своей жестокостью. По состоянию тел было ясно, что жертвы долго страдали перед смертью. Смотреть на это было тяжело - особенно на слёзы и отчаяние родственников погибших. Всем в участке было тяжело сообщать возможным родственникам о найденом теле и звать но опознание. Видеть, как их близкого человека собирают по кусочкам, как какой-то пазл..
Следствию удалось выяснить лишь немногое: убийца выбирал мужчин в возрасте от двадцати до двадцати восьми лет, с голубыми глазами. Он действовал по одному и тому же пугающему сценарию, словно превращая каждое преступление в извращённую игру. После убийства тела расчленялись и выбрасывались в мусорные контейнеры, аккуратно упакованные в яркие пакеты.
Самым жутким было то, что в каждом найденном пакете лежала записка с указанием места следующего. В конце этой цепочки следователей ждала кассета с записью преступления. Казалось, убийца наблюдает за расследованием со стороны и получает удовольствие, водя полицию за нос.
Кассеты.. у всех следователей, кто занимался этим делом останется травма связная с этим несчастным предметом. Каждый кто видел записи оставленными убийцей блевал лишь от вида черного прямоугольного пластмасса, уже представляя в голове мучительные крики помощи и слезы.
Кассета начиналась с тёмной комнаты и одного стула. Через несколько секунд в кадр вошёл силуэт мужчины. На лице - маска, на теле - длинная водолазка, классические штаны и фартук мясника. Он сел на стул, закинув ногу на ногу, и медленно взял нож в руку, словно играя им. В комнате слышался приглушённый смех, смешанный с непонятными криками - но откуда они, никто не знал.
Камера сначала смотрела на него, а потом мужчина аккуратно переместил её напротив, словно предлагая зрителю увидеть то, что не должно было остаться за кадром.
На стуле сидела жертва, крепко привязанная: рот заклеен, руки связаны за спиной, ноги туго стянуты к ножкам. Глаза её заливались слезами, умоляя об освобождении… Но к его несчастью, слёзы лишь делали ритуал завершённым, усиливая холодное удовольствие убийцы, который тихо смеялся.
Он действовал быстро и уверенно - каждый его жест выверен, как в тщательно отрепетированной игре. Мониторинг камеры показывал всё происходящее, но оставлял пространство для воображения: зритель видел лишь движения, паузы, выражение маски и реакцию жертвы.
Когда «игра» достигала кульминации, убийца начинал финальный акт, который в участке прозвали «Конец игры». Это была та часть ритуала, где он проверял, достигнут ли его идеальный результат. Камера фиксировала каждый момент, но записи хватало лишь до того момента, как завершался ритуал, после чего кассета обрывалась.
Каждому, кто видел эти записи, оставалась одна мысль: не было ни случайности, ни ошибки - это мастер, и его игра продолжается.
Криминалистам и следователям было крайне сложно найти хоть какие-то улики. Преступник действовал осторожно и не оставлял следов. За три месяца было совершено семь убийств, и Такемичи с Наото не имели ни дня отдыха - расследование зашло в тупик.
Куда оно приведёт дальше, было неизвестно. Оставалось лишь одно: если убийцу не остановить, жертв станет ещё больше…
(Решила переписать свою первую работу, которую писала почти 5 лет назад. Долго на это решалась, ведь хотела забыть тот ужас, что я написала, но прокачавшись и прочитав кучу разных фф набралась смелости. По началу хотела переделать ту работу, но это было настолько давно, что модера снялся, по этому начну с начала)