Ксифу эта битва не понравилась, в него пару раз чуть не попали огненными шарами.
— Что, в первый раз? — Сказала Райзи. — Отец с братом часто дрались примерно также, летая по всему замку. Из-за этого всю мебель пришлось заменить на металлическую. Мой брат тот ещё имбецил. Он любит выводить из себя всех людей вокруг.
— Ммм, а мой брат ебёт все вокруг. У него уже огромный гарем есть. У него настолько много жён, что мне кажется, будто он скоро завод откроет, где они все и будут работать.
Ксиф и Райзи спокойно сидели за столом и мирно разговаривали в этом же помещении на первом этаже в секции, что находилась слева от двери.
— Твой брат случаем не Гефест? — Спросила Райзи с долей иронии. — У него главная мечта — оплодотворить всех женщин мира. Да и, как я слышала, у него и вправду много жён.
— А, ну, вы же в Пенакомии вместе учились.
— То есть, он правда твой брат?
— Да, хоть мы и кардинально не похожи, но хотя бы общая черта долбоебизма у нас есть.
— Мм, Аматэрасу чуть ли не лучший друг Гефеста. И оба они хотят меня изнасиловать.
— Я бы к ним присоединились. Но, увы, наблюдая за внешней оболочкой они не видят души, а я всегда смотрю прямо в душу. — Ксиф хотел этим сказать, что все смотрят на её грудь лишь из возбуждения, а он не смотрит на неё, он сморит прямо в душу.
— Интересная мысль. И почему же вам всем так нравятся сиськи.
Райзи с лёгкостью раскрыла смысл слов Ксифа. «Блять, а она не хуем деланная.»
— Это долгая и тяжёлая для понимания тема. — Начал философствовать с умным видом КсиФ. — О которой спорят миллионы людей уже сотни лет. Но ходят слухи, что мужчины видят в груди красивую жопу.
«Какой же я молодец, пошёл с козырей. Надеюсь эти козыри не прилетят мне в лицо.»
— Интересная мысль. Значит женщинам нравятся пенисы потому, что когда-то в их мать вошла точно такая же штука?
Ксиф не понял, как Райзи пришла к такому умозаключению, казалось, будто она думает в совершенно далёком от человечества направлении.
— Девушкам нравятся мужские члены потому, что они чувствуют родство со своими. — Ксиф любил шутить на тему женских пенисов и футанари.
— Хмм, возможно. Но я слышала, мол у женщин нет членов.
— Женщина без члена — деньги на ветер. Это всё псиоп религии света, чтобы заставить мужчин верить, будто женщины существуют и они бы платили налоги за браки и т.д...
Примерно такой диалог продолжался пол часа. Райзи и Ксиф с воодушевлением болтали о всяких тупых вещах не поддающимся осмыслению. Они разговаривали так, будто бы они единственные просвещённые люди, а все остальные жалкие плебеи, которым не подвластны основы мироздания. Казалось, будто бы они нашли друг друга. Впервые в жизни Ксифу понравилось с кем-то вести диалог.
***
— Блин, как же так, сука. — Вопил Ренгоку.
Сейчас он и Ксиф шли по пляжу недалеко от замка в поисках Лайтера.
— Ну, а ты что хотел сражаясь против него? Он же намного сильнее тебя, и не только огнём пользуется, но ещё и головой, наверное.
— Да так не честно. Он одним щелбаном по затылка вырубил меня. Он буквально одним ударом уложил меня, а я ему ни одного удара не нанёс. Это не честно. Мне надо стать сильнее.
— Ну, не знаю, как по мне тебе надо просто расслабиться.
— Ты, что дурак? Он убил всех людей в моём клане! Пусть мои родители и умерали не из-за этого, но ведь мы из одного клана. Он опозорил имя Арехейо!
— Я не имел ввиду отказаться от мести. Воспринимай всё иначе. У тебя есть ещё вся жизнь, чтобы стать сильнее и убить его. Если ты бросишь все свои чувства на одну цель, то ты потеряешь всю свою жизнь. Жизнь же это не только свои цели и амбиции. Месть это прекрасно, но нельзя же забывать об остальном, например об ду́ше.
— Моя жизнь это путь меча, если я стану сильнейшим мечником — успокоюсь и займусь бессмысленными вещами, а пока я хочу лишь стать сильным и убить этого дебила.
— Сильнейший это только слово. Вот посмотри на Сакамото Рёму, он сильнейший, но не упивается этим, он не убивает тысячи людей в маниакальном желании показать свою крутость. Он обучает этому искусству других.
— И что ты мне предлагаешь сделать? Открыть свою школу фехтования?
— Не зацикливаться, говорю. Вот и всё. Жизнь это не только сражения, в ней ещё должно быть место другим людям и в других людях.
— И это мне говорит человек, который половину жизни дрался, а вторую половину смотрел андромедские мультики? Мне кажется, ты менее компетентный, чем Лайтер-сама.
— Тебе не кажется.
***
Они наконец-то нашли Лайтера лежащим на песке. Он загарал под ярким солнцем. Они пересказали ему произошедшее.
— Значит, я буду тебя тренировать, Ренгоку. Мы будем драться до посинения. Я хочу, чтобы ты показал этому ублюдку Аматэрасу всю свою волю.
— Конечно, Лайтер-сэнсэй! — Согласился радостный самурай. — Однако, вы же не мечник.
— А Аматэрасу что, тоже мечник как и ты? Нет. Он сражается на кулаках и на магии. Его сильные стороны — его тело. Да и запас маны у него огромный. Я навряд ли смогу его победить.
— А какая у вас стихия, сэнсэй?
— У меня нет стихии. Я сражаюсь исключением чистой магией. Каждая из стихий имеет преимущество над одной, но также имеет недостатки по отношению к другим. Например огонь — он с лёгкостью может противостоять флоре или льду, но бессилен против ветра или воды. А у чистой магии нет сильных или слабых сторон, она средняя между всеми. Ведь именно она и даёт контроль над потоком, струнами и ткани.
Всего было девять стихий. Огонь, вода, земля, ветер, свет, тьма, лёд, флора (природа ) и молния. Конечно, над некоторыми стоят вопросы, стихия ли это, но их признала сама Гея, поэтому это всё стихии.
— Что такое эти ваши потоки и ткани? — Спросил Ренгоку.
— Ну, как сказала Гея — это виды материи. Поток это вода, тьма, ветер, молния, свет и огонь. Струны это всё твердое: земля, лёд. А ткани это всё органическое, то есть флора. А вот мана это энергия объединяющая всё это и застааляющая все эти материи между собой сосуществовать.
— И когда она это сказала?
— Во время её первого пришествия, сразу после мировой войны в 135. И ещё к конце первого круга жизни в 144. Скоро в 160 она тоже должна прийти.
— А с чем её проходы вообще связаны? — Спросил Ксиф.
— Никто не знает. Однако по её словам, она хочет быть ближе к своим творениям. Кхм, что-то мы слишком сильно разговорились. Пойдём, Ренгоку, нас ждут великие свершения.
— Ты решил собрать армию для исполнения своей мечты?. — Вмешался с вопросом в разговор Ксиф.
— Ты один из этой армии, если что. Пошли Ренгоку.
— Пошлите, Сэнсэй.
Они встали босыми ногами в воду. Однако Ренгоку стоял на поверхности воды облачённый в кимоно. Лайтер был только в трусах. И они начали драться, пугая всех вокруг.
Лайтер отстал с тренировками от Ксифа. Белокожему удалось убедить его, что ему нужны не тренировки, а практика.
«Мда, какой-то скудный пляжный эпизод.»
Ксиф стоял под зонтом у лавки мороженщика. Не смотря на то, что деньги у него были для проезда обратно, Ксиф всё же поддался искушению и купил себе мороженное.
— И что ты тут стоишь?
Ксиф услышал нежный женский голос и обернулся. Его окликнула Райзи. С собой она несла чёрную спортивную сумку.
«Слава науке она не в купальнике, ещё одну дозу фан сервиса я не переживу.»
— Только не говори мне, что я ем эскимо, потому что оно похоже на хуй моего отчима, я и сам это знаю. — Ксиф наконец-то нашёл человека, которому он мог изливать свои тупые шутки, а она в ответ.
— Хорошо, раз ты уже в курсе, то не буду отвлекать тебя от минета. Хотя нет, буду. Умеешь играть в настольный теннис?
— Зачем тебе это? Странные у тебя фетиши.
— Хотелось бы с тобой шары по столу погонять. Гефест говорил, что ты любил этим заниматься.
— С дедом играл, потом дед умер и я больше не играл. Это было в детстве, так что навряд ли я смогу тебе хоть минимальную конкуренцию составить. — Ксиф не сразу услышал последнюю часть фразы, и только через пару секунд понял, что его можно неправильно понять. — Так, с дедом я играл в теннис, а не шары с ним гонял.
— Не волнуйся, представь что мяч это яичко, а ракетка это пенис.
Ксиф промолчал.
***
— Ты какими ракетками любишь играть?
Сейчас они стояли далеко от места, где тренировались Ренгоку и Лайтер, однако это место было на том же большом пляже. Над ними была крыша, установленная на трёхметровые колонны, а под ней стояли столы для тенниса.
— Ну, мне нравятся средние.
— А я играю тяжёлыми. — Райзи передала Ксифу ракетку. У неё в сумке лежало несколько ракеток разных видов. А так же шарики, перчатки без пальцев, и тряпочка для протирания ракеток.
— Ого, какое приятное покрытие. Видимо дорогая. Я играл обычными из первого попавшегося магазина.
— Да, они довольно дорогие, стоят около 5-ти тысяч кинтам.
«И зачем так тратиться на кусок дерева?»
— Я с детства люблю играть в теннис. Отец даже построил на этом пляже эту зону, точнее заплатил за постройку. — На Райзи была кепка, её волосы были завязаны в пучок, а сама она была в белой футболке и чёрных шортах. Ксиф ходил так же как и всегда. — Однако играть тут особо не с кем. Только с играющими здесь дедами. Но у них слишком подпивасный стиль игры и они мне почти всегда проигрывали.
— Ну естественно они будут проигрывать, они же пришли в теннис играть, а не в боулинг.
— Тоже верно. Тогда давай сделаем тренировочный матч, чтобы ты привыкнул к ракетке и столу. — Райзи подбросила глянцевый мяч.
— Ну, дав... — Не успел Ксиф окончить свою фразу, как мячик с ошеломляющей скоростью ударился о край стола и улетел за пределы шатра.
«Ничего, дед меня уже натренировал этими пушечными выстрелами. Щас буду как Гарп ядрами в неё кидаться.»
***
— И где ты был, Ксиф?
Ксиф подошёл к костру, который прямо на пляже развели Ренгоку и Лайтер. Уже стемнело, и пляж освещался голубым светом полной луны.
— Шары гонял. А это вообще законно?
— Бомжам тут можно, а великому охотнику нельзя? Мы, кстати, будем здесь спать.
Пляж был усеян такими же бомжами, как и они.
Ренгоку развалился рядом и лежал без задних ног. Лайтер жарил на костре кусок чьего-то мяса.
— А чего ты боишься с Райзи общаться?
У Ксифа уже не было сил шутить, и он ничего не смог придумать, его это расстроило.
— Так получилось. Я ей признался в чувствах, а она меня отвергла, вот и всё.
— Тебе стыдно теперь рядом с ней находиться?
— Да. Однако это было давно, они уже угасли, так что, я не против, если ты захочешь с ней, ну не знаю, встречаться там. — Лайтер произнёс это с горечью.
— Я к романтике отношусь более деликатно и осторожно. У меня другие идеалы, так что не волнуйся.
— И какие у тебя идеалы?
— Ну, как бы тебе сказать. Любовь это не просто чувство или желание потрахаться, это ведь что-то большее. Для меня проявление истинной любви — это дружба. А романтика это зло.
— Значит, ты не хочешь иметь романтики ни с кем... — Лайтер сделал интригующую паузу. — Кроме Релейви.
— Хватит шипперить меня с ней. Я её даже за человека не считая, а за женщину тем более.
— По твоему женщины не люди?
— Ох, бля-я. — Ксиф устал разъяснять ему псевдофилософию своей жизни. — Человек — это не просто набор принадлежностей в виде пола, нации, чувств и т.д. Для меня человек это — творец, существо которое способно превращать мысли и чувства в осязаемые предметы. Однако эти предметы должны быть не просто осязаемыми, они также одновременно должны быть и духовными. Противоположность человека — духи. Они способны только разрушать, не имея чувств. Между людьми и духами существуют животные, они способны чувствовать, но не способны творить.
— Ммм, и что тогда такое бог?
— Ох. Бог это человек, который властен над собой. Люди властны над всем чем угодно: над другими людьми, над магией, над мечами, но не властны над собой...
— То есть, что бы стать богом, надо избавиться от ненависти, обиды, похоти, ну и дальше по списку.
— Зачем? Бред это. В крайности уходят только дегенераты, а они хуже и животных, и духов. Так вот, бог властен над собой, он полностью контролирует себя и даёт отчёт своим действиям, и он создаёт себя, а не внешние вещи.
— Интересная конечно у тебя философия. И ты считаешь, что творчество это главное качество человека?
— Да, мы единственные кто способен творить.
— А мне кажется, что это коммуникация. И важно, чтобы она была искренней. Даже если ты ничего не умеешь — если у тебя хорошо подвешен язык, ты можешь добиться чего угодно. Да и, знаешь, почему большая часть людей страдает от депрессий и прочего? У них просто нет хорошего собеседника, которому было бы не плевать на них. Тем более, кто сильнее, сверхсильное существо, или человек, который им манипулирует? Это существо может пользоваться только своей силой, а манипулятор не только его, он может использовать и остальных таких же существ. Да и пара искренних слов лучше любых вещей в этом мире. Так я считаю.
— Хмм, твои звуки имеют смысл. Но всё же, на коммуникацию и животные способны, а творчество подвластно только людям.
— Но не все же умеют творить...
— Если ты думаешь, что творчество это лишь рисование да писание на бумаге, то нет. Творчество — это воплощение мыслей и чувств в реальном мире. Это может быть рисование, инженерия, пивоварение и тому подобное.
— То есть, во всё, что ты вкладываешь свои эмоции, то и является творчеством?
— Нет. В дрочку ты тоже эмоции вкладываешь, однако это не творчество. Эти же эмоции и мысли, которые ты вложил во что-то, могут ощутить и другие люди. А от твоей дрочки другие люди ничего не ощутят и не узнают о тебе и твоих мыслях ничего.
— Хмм, значит, по твоему мнению, каждый человек может стать богом.
— Не каждый человек является богом, но каждый бог является человеком. Любой может стать богом, достаточно лишь не быть жалким животным.
— И ты себя им считаешь?
— Естественно нет. Мне до человека далеко также, как и отсюда до луны. Куда уж там до бога, до которого далеко также, как отсюда до солнца.
— Хмм, вот как, рад, что ты не настолько большого мнения о себе. Мне бы тоже надо ставить обороты.
— Мне так не кажется.
— Почему?
— Ты светишься ярче чем солнце, когда помогаешь другим людям. Мне нравится это в тебе, ты действительно горишь своим делом, а не просто делаешь, чтобы тебя похвалили. — Ксиф решил провести аналогию с собой и с его рисованием.
— Спасибо за такой комплимент, однако, разве это не похоже на гейство. Ты же вроде ненавидишь яой.
— И людей, которые видят гейские намёки в любом действии тоже. Спокойной ночи.
— Спокойной.
***
На следующий день вечером после игры с Райзи он пошёл в другой город, чтобы купить себе поесть на деньги Лайтера. И рядом с магазином заметил его.
Полицейский с тёмно-синими волосами волосами сидел и рассматривал улицы. Ксиф прятался за углом магазина. Он не должен допустить того, чтобы этот полицейский его заметил.
«И откуда он здесь?»
— Я вижу тебя, белокожий.
Сказал негромко Хиро и начал подходить к Ксифу. Ксиф понял что он его заметил. И подошёл к нему.
— И где же Лайтер? Он же должен быть где-то здесь.
— Я не знаю. Однако, что же вы здесь забыли, если ваша территория, это Иллиантос.
— Я работую не по территории, а по цели. И где же сейчас Лайтер, Ксиф?
«Видимо моё имя ему сказала Лиза.» Ксиф решил промолчать.
— Хорошо, можете не отвечать. Всё равно моя цель это не он, а вы.
— А зачем тогда на него напали? — Ксиф напрягся.
— Спровоцировать его переезд сюда, он меня быстро победил. Но на каждого хищика найдётся наживка покрупнее. Ладно, досвидания, Ксиф. Надеюсь, вы оплатите счёт.
Уходя, Хиро передал Ксифу штраф, за тот самый ужин с Лизой.
«Блять.»