Джейн лежала у костра, укрывшись потёртым шерстяным одеялом, которое едва защищало от ночной прохлады. Она вслушивалась в тихое, почти завораживающее потрескивание дров, звук которого разливался в холодном воздухе, смешиваясь с далёким шорохом листвы. Огонь отбрасывал дрожащие тени на окружающие деревья, создавая причудливые узоры на земле, будто лес оживал в этом тусклом свете. Её взгляд украдкой скользил к загадочному спутнику, который сидел чуть поодаль, сосредоточенно выводя буквы на влажной земле тонкой веткой. Его движения поражали аккуратностью — почти неестественной точностью, словно он не учился, а копировал её собственные штрихи, которые она показывала ему несколько часов назад. В этом было что-то гипнотическое: каждый жест казался выверенным до мельчайших деталей, будто его рука двигалась по невидимой траектории, заданной неким внутренним механизмом, недоступным её пониманию.
Она наблюдала за ним уже не первый день, но каждый раз находила в его поведении что-то новое, что-то, что заставляло её сердце сжиматься от смеси любопытства и тревоги. Эйфория первых дней их знакомства, когда она впервые встретила этого странного существа и была поражена его силой, давно улетучилась, сменившись гнетущим чувством беспокойства. Мысли о мрачной, сырой пещере, где они укрывались несколько недель назад, не давали ей покоя. Именно там она впервые увидела, на что способен её спутник. Он владел пугающей магией — или чем-то, что она не могла объяснить. Природа этой силы оставалась для Джейн загадкой, тёмной тайной, которую она боялась разгадывать. Она не видела, как он это делает, не могла уловить ни одного движения или слова, но результаты были ужасающими: тяжёлый, тошнотворный запах горелого мяса, который въелся в её память, и изуродованные тела врагов, которые она старалась вычеркнуть из сознания. Но образы эти всплывали в самые неподходящие моменты — во сне, в минуты тишины, когда лес вокруг замирал, и её мысли начинали блуждать.
Другие детали их совместного пути только усиливали её беспокойство. Она ни разу не слышала его дыхания — ни единого вздоха, ни кряхтения, которые были бы так естественны для любого живого существа после долгих часов пути по пересечённой местности или яростных схваток с дикими зверями. Его движения были плавными, лишёнными малейшего намёка на усталость или неуклюжесть, как будто он не чувствовал тяжести своего тела или груза, который нёс. Даже нежить, с которой Джейн сталкивалась в своих скитаниях по заброшенным деревням и древним руинам, двигалась грубо и дёргано, издавая хруст костей и скрежет. А он... Он был воплощением идеальной гармонии, каждый шаг и жест — частью сложного, заранее продуманного танца, который завораживал и пугал одновременно. Он не ел, не пил, не проявлял никаких естественных потребностей, которые были бы присущи человеку. Может, он скрывал это, уединяясь, пока она спала, укрывшись в тени ночного леса? Но даже такое объяснение казалось натянутым, слишком простым для того, чтобы описать его чуждость. Он выглядел чужим, словно созданным не из плоти и крови, а из чего-то иного — из металла, из магии, из самой тьмы, если такое вообще возможно.
«Может, он вовсе не человек, а монстр?» — мелькнула тревожная мысль, заставив её сердце биться быстрее, а пальцы невольно сжаться вокруг рукояти кинжала, который всегда лежал под рукой.
«Нет, монстры не способны так искусно маскироваться и говорить. Они набрасываются, едва завидев добычу, не раздумывая и не скрывая своей звериной сущности. Они не сидят у костра, не учатся писать, не смотрят на тебя с таким холодным, но странно внимательным взглядом», — попыталась успокоить себя Джейн, глубоко вздохнув, чтобы унять дрожь в руках.
Но тут же в голову закралось ещё более пугающее предположение, от которого по спине пробежал холодный пот: «А что, если он ни то ни другое? Что, если он нечто совершенно иное, нечто, чего я даже не могу представить? Что, если он — создание из легенд, истории о котором передаются из уст в уста, или хуже — посланник из другого мира, который пришёл за чем-то, о чём я даже не догадываюсь?» Она поспешно отбросила эту мысль, посчитав её абсурдной, почти безумной, но червячок сомнения всё же остался где-то в глубине сознания, не давая расслабиться. Её пальцы нервно теребили край одеяла, а взгляд снова вернулся к спутнику, который, казалось, не замечал её тревоги.
С его силой и сверхъестественными способностями он мог бы стать легендарным авантюристом, чьё имя гремело бы по гильдиями городским площадям, от Мелромарка до северных морей. Но Джейн уже решила для себя: в ближайшем крупном городе она оставит его, тайно исчезнет, растворившись в толпе, чтобы избавиться от этого гнетущего чувства тревоги, которое не покидало её в его присутствии.
Её размышления, уносившие её всё глубже в дебри сомнений и страхов, внезапно прервал громкий, почти комичный звук урчащего желудка. Этот звук, такой знакомый и простой, вернул её к реальности, напомнив о насущных потребностях, которые не могли ждать.
«Эх, скорее бы добраться до города, до какой-нибудь уютной таверны с потёртыми деревянными столами и запахом свежесваренного супа, доносящегося из кухни! Хочу наконец поесть нормальное, горячее мясное рагу, которое согреет изнутри, и выпить холодного, пенящегося пива, а не давиться этим сухим, как дерево, вяленым мясом и тёплым, безвкусным виномиз фляги. Спина ноет от холодной, твёрдой земли, от бесконечных ночёвок под открытым небом — отдала бы всё за тёплую, мягкую кровать с пуховой периной и, может быть, за симпатичного наёмника для развлечений, чтобы скрасить долгие одинокие вечера», — мечтательно подумала она, позволяя себе на миг отвлечься от мрачных мыслей. Уголки её губ дрогнули в слабой улыбке, а взгляд затуманился, представляя эту простую, но такую далёкую жизнь.
Внезапно что-то кольнуло в памяти, словно некий смутный образ всплыл из глубин сознания. Джейн нахмурилась, пытаясь ухватить эту мысль, и засунула руку в карман своих потёртых,видавших виды штанов. Порывшись там среди всякой мелочи — обрывков верёвки, нескольких медных монет и старого ключа без замка, — она вытащила старый, потрёпанный кошель, кожа которого потрескалась от времени. Ослабив затянутую верёвку, стягивающую его горловину, она заглянула внутрь с затаённой надеждой в глазах, словно ожидая чуда. Но лицо её мгновенно исказила гримаса разочарования, когда она увидела лишь несколько жалких монет, тускло поблёскивающих в дрожащем свете костра. Их едва хватило бы на кусок хлеба, не говоря уже о таверне или мягкой постели.
«Похоже, придётся повременить со всеми благами городской жизни. Хотя на хороший, жирный кусок сала, возможно, и хватит, если удастся поторговаться на рынке с каким-нибудь сговорчивым торговцем. Видимо, пора возвращаться к работе авантюриста», — вздохнула она, пряча кошель обратно в карман с тяжёлым сердцем.
Потерев переносицу, в мозгу мелькнула причина последних событий, о которых она совсем забыла. Джейн потянулась к своему старому, потёртому рюкзаку, который лежал рядом, покрытый слоем дорожной пыли и пятнами от дождя. Порывшись среди свёртков с вяленым мясом, фляги и запасной рубахи, она достала продолговатую шкатулку с изящным золотым узором, который слабо поблёскивал в отблесках костра. Она с некоторой осторожностью, почти благоговением, нажала на защёлку, и крышка с лёгким щелчком откинулась. Перед ней предстал серебряный артефакт, украшенный драгоценными камнями, — предмет столь странный и шокирующий, что её разум на миг замер в замешательстве. Это был мужской половой орган в состоянии эрекции, сияющий в тусклом свете, словно некий странный, почти мистический артефакт, созданный для ритуалов, о которых она даже не хотела думать.
Джейн не сразу поняла, что именно перед ней, но, когда осознала, быстро, почти панически захлопнула крышку, словно боялась, что кто-то увидит, и забросила шкатулку обратно в рюкзак, подальше от любопытных глаз — хотя вокруг не было никого, кроме её спутника, который слишком глубоко погрузился в письменность. Она ожидала увидеть украшения, драгоценности, золото или что-то ещё, что можно было бы легко продать на ближайшем рынке или толкнуть какому-то ювелиру, но никак не это странное, почти шокирующее изделие. Хотя она давно не была невинной и повидала многое на своём пути, сталкиваясь с самыми разными странностями в своих путешествиях, но такое всё же застало её врасплох, заставив щёки слегка покраснеть от смущения. Она даже бросила быстрый взгляд на спутника, чтобы убедиться, что он не заметил её реакции.
Скорее всего, это необычное изделие предназначалось какой-нибудь богатой дворянке с весьма эксцентричными вкусами. Но для неё это был источник серьёзного дохода, который мог бы изменить её жизнь, вытащить из бесконечного круга скитаний и опасностей. Конечно, можно было разобрать его на части, отделить камни и серебро, продать всё по отдельности, но гораздо выгоднее было бы сбыть целиком, как уникальную вещь. Даже Джейн за эти пару секунд смогла оценить точность и детальность данного агрегата, что внушало странное уважение в сторону ремесленника, что его создал.
Плюсу неё был знакомый торговец, человек с весьма сомнительной репутацией, но с обширными связями в торговых сетях и гильдиях, который мог бы найти покупателя на такой необычный товар. Однако жил он далеко, почти на границе с Шильвельтом, в местах, где дороги становились опасными от возможных набегов зверолюдов. Путь предстоял долгий, зато с этой штуковиной она сможет осуществить свою давнюю мечту — осесть где-нибудь в тихом уголке, подальше от дорог и опасностей, не полагаясь на помощь напарника, который вызывал у неё столько сомнений.
«Ладно, это всё в будущем, в далёких планах, до которых ещё пахать и пахать. А что делает мой спутник сейчас?» — подумала Джейн, отгоняя мысли о богатстве и свободе, которые казались такими близкими, но всё ещё недостижимыми.
Повернув голову, она встретилась с пристальным, почти пронизывающим взглядом напарника, который уже давно закончил свои прописи на земле и терпеливо ждал, сидя неподвижно, словно статуя, вырезанная из камня. Её охватило неловкое чувство, что она так глубоко погрузилась в свои раздумья, в этот водоворот мыслей, и совершенно забыла о нём, о его присутствии рядом. Его глаза — или то, что блестело под шлемом, — казались холодными, но внимательными, будто он что-то собирался сделать, но продолжал выжидать.
— Ах, прости, совсем забыла про тебя! Давай посмотрим, что ты там написал, — сказала она, смущённо потирая затылок и пытаясь скрыть своё замешательство за лёгкой, немного натянутой улыбкой.
Джейн встала, медленно обошла костёр, чьи языки пламени весело плясали в темноте, отбрасывая длинные, изломанные тени на окружающие деревья, и присела рядом с ним на корточки, стараясь держать небольшую дистанцию. Сначала она немного отодвинулась, опасаясь, что от неё дурно пахнет после долгих дней пути без нормального отдыха — запах пота, пыли и дыма от костра, который пропитал её одежду, был ей самой неприятен. Но, увидев, что начертил её спутник, она забыла об этом и придвинулась ближе, не в силах скрыть своего удивления. Её поразило, насколько красиво он мог писать, несмотря на свою ненависть к жизни. Каждая буква была ровной, каждый изгиб — идеальным. Это выглядело так, будто он не писал, а создавал произведение искусства.
— Ничего себе! Ну ты даёшь! — воскликнула Джейн, хлопнув его по плечу в порыве эмоций, забыв о своей осторожности. Но тут же пожалела об этом. Рука отозвалась тупой, но ощутимой болью, словно она ударила не по живому человеку, а по холодной, твёрдой стене, сложенной из массивных каменных блоков.
— Ай-ай-ай! А ты крепкий парень. — проворчала она, растирая ладонь, чтобы унять боль, которая медленно расходилась по пальцам.
Но её спутник лишь смотрел на неё со всё таким же безразличием. Из-за шлема, скрывающего его черты, невозможно было разобрать, чувствует ли он что-то вообще — раздражение, удивление или, может, насмешку. Его молчание и неподвижность только усиливали её неловкость.
— Ах да, прости, я совсем забыла, что ты меня не понимаешь, что мои слова для тебя — лишь пустой звук. Ладно, ты вроде научился писать алфавит, и это уже большой шаг вперёд. Перейдём к их произношению, к тому, как они звучат в речи. Смотри, эта буква читается вот так... — начала объяснять она, стараясь говорить медленно и чётко, сопровождая слова жестами, чтобы он мог уловить связь между написанным и звучащим.
---
АНАЛИЗ ЗАВЕРШЁН!
- ОБНОВЛЕНИЕСТАРОЙ БАЗЫ ДАННЫХ
- ПОЛУЧЕНЫ НОВЫЕ ДАННЫЕ
- ЛИНГВИСТИКА НОВОГО МИРА ИССЛЕДОВАНА ПРИБЛИЗИТЕЛЬНОНА 20%
- ТРЕБУЮТСЯ ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЕ ИСТОЧНИКИ ИНФОРМАЦИИ
---
— На сегодня закончим. По крайней мере, теперь я знаю, что ты не немой, что ты способен издавать звуки, и это уже радует. Так, ну а теперь ложись спать, ты, скорее всего, устал, а я пока подежурю.
Терминатор смотрел на неё, его взгляд был всё так же холоден и непроницаем, словно он решал её судьбу или обдумывал что-то крайне важное. Под шлемом не было видно ни намёка на эмоции, и это только усиливало её чувство, что перед ней не человек, а нечто иное, скрытое под этой бронёй.
ЛИКВИДИРОВАТЬ?
ОТКАЗАНО.
ПРИЧИНА: МОЖЕТ ДАТЬ ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЕ ДАННЫЕ О МИРЕ И ПОМОЖЕТ ИНФИЛЬТРИРОВАТЬСЯ В НОВОЕ ЧЕЛОВЕЧЕСКОЕ ОБЩЕСТВО.
ПРЕЖНЯЯ ДИРЕКТИВА ОСТАЁТСЯ В ВЫСОКОМ ПРИОРИТЕТЕ: ЗАЩИТА ДЖЕЙН.
ВЫПОЛНЯЕТСЯ.
— Эй, ты меня слышишь?! Ложись спать, быстро! — Джейн жестами показала, чтобы он лёг, указывая на землю рядом с костром, где можно было устроиться на ночлег, хотя сама не была уверена, нужно ли ему это.
Хотя Терминатору сон не требовался — его системы не знали усталости, — он наконец мог понимать речь людей этого мира, пусть не идеально, но гораздо лучше, чем раньше, когда приходилось полагаться исключительно на жесты Джейн и её мимику, чтобы уловить хоть малейший смысл её слов. Теперь он мог перевести все свои ресурсы на анализ ранее записанных диалогов, на обработку каждого звука, каждого интонационного оттенка, оставаясь при этом готовым мгновенно среагировать на любую опасность, которая могла подстерегать их в этой дикой, неизведанной местности, полной скрытых угроз.
Терминатор повернулся спиной к Джейн, словно подчиняясь её указаниям, и принял горизонтальное положение, имитируя отдых, хотя его разум, если его можно было так назвать, продолжал работать на полную мощность, анализируя данные и сканируя окружающую среду на предмет малейших признаков движения или шума.
**НАЧАТ ПЕРЕВОД И АНАЛИЗ ЗАПИСЕЙ ДИАЛОГОВ**
Джейн тем временем приступила к охране периметра, обходя их временный лагерь с лёгкой настороженностью, вслушиваясь в каждый шорох, доносящийся из тёмного леса, который окружал их со всех сторон. Она сжимала в руке кинжал, готовясь к любому неожиданному нападению, хотя знала, что в случае серьёзной угрозы её единственной надеждой будет этот странный спутник. Лес казался живым в темноте: ветви скрипели под ветром, где-то вдали ухала сова, а шорохи мелких животных заставляли её вздрагивать. Она остановилась у края поляны, вглядываясь в тьму между деревьями, где, казалось, что-то двигалось — или это был лишь обман зрения, игра теней и её усталого разума?
«Хм, может, когда он уснёт или, по крайней мере, сделает вид, что спит, посмотреть, как выглядит его лицо под этим шлемом? Так я, по крайней мере, пойму, что он человек», — подумала она, бросая взгляд на неподвижную фигуру спутника, который лежал у костра, словно каменный истукан.
«Нет, это будет неправильно по отношению к нему, это нарушит то хрупкое доверие, которое, возможно, начало зарождаться между нами. Если захочет — сам покажет своё лицо, когда будет готов. А если я сделаю это без его ведома, то он может и убить меня. Черт его знает, может, у него клятва, а проблемы мне не нужны», — решила она, отводя взгляд и сосредотачиваясь на окружающей темноте, стараясь унять любопытство, которое боролось с чувством долга.
Эта ночь прошла спокойно, без неожиданных нападений, только лёгкий шелест листвы под слабым ветром да потрескивание угасающего костра нарушали тишину. Но Джейн всё равно не могла полностью расслабиться, её разум оставался настороже, а рука не выпускала кинжал до самого рассвета, когда первые лучи солнца начали пробиваться сквозь густую листву, окрашивая лес в бледно-золотистые тона.
---
На следующее утро, едва солнце поднялось над горизонтом, Джейн и её загадочный спутник собрали свои скудные пожитки и двинулись в путь. Они шли в полном молчании, не проронив с утра ни слова, как будто ночь не принесла никаких изменений в их странное, напряжённое сосуществование. Пыльная дорога, петляющая среди выжженных солнцем холмов, казалась бесконечной, словно время застыло в этом жарком, удушливом мареве. Жара давила с каждым часом всё сильнее, заставляя пот стекать по вискам и спине, а тяжёлый рюкзак тянул плечи к земле. Джейн чувствовала, как её ноги подкашиваются от усталости, каждый шаг давался с трудом, а пыль, поднимаемая её сапогами, оседала на губах, оставляя горький привкус. Спутник, как всегда, двигался с механической точностью, не выказывая ни усталости, ни раздражения. Его чёткие, ритмичные шаги контрастировали с её собственной неровной поступью, выдававшей изнеможение. Она бросала на него короткие взгляды, пытаясь понять, чувствует ли он хоть что-то, но его броня и шлем скрывали любые намёки на эмоции или слабость.
Они шли часами, минуя редкие кусты, высохшие от солнца, и каменные валуны, которые, казалось, были разбросаны по холмам какой-то древней, забытой силой. Время от времени Джейн останавливалась, чтобы отхлебнуть тёплого, почти мерзкого вина, но её спутник даже не замедлял шаг, продолжая двигаться вперёд, словно машина, не знающая отдыха. Она пыталась отвлечься от усталости, вспоминая истории, которые слышала о здешних местах, — о древних битвах, о проклятых землях, о сокровищах, спрятанных в заброшенных крепостях. Но мысли неизбежно возвращались к её спутнику, к его молчанию, к его тайне, которая не давала ей покоя.
Лишь к закату, когда солнце начало опускаться за горизонт, заливая окрестности мягким золотисто-оранжевым светом, перед ними возникли очертания старой крепости — их цели на этот день. Крепость, полуразрушенная и заброшенная, возвышалась на холме, словно молчаливый памятник давно ушедших лет. Её стены, некогда мощные и неприступные, теперь были изъедены временем и войнами: камни выщерблены, местами обрушены, а башни, когда-то гордо устремлённые в небо, превратились в обломки, поросшие мхом и вьюнком. Ворота, сделанные из толстого дуба, давно сгнили, оставив лишь ржавые петли, болтающиеся на ветру и скрипящие при каждом порыве. Внутри виднелись остатки внутренних построек — разрушенные казармы, заваленные обломками, и старый двор, где когда-то, вероятно, маршировали солдаты. Теперь же двор был засыпан пылью и усеян сухой травой, пробивающейся сквозь трещины в камнях. Над всем этим витал запах сырости и тлена, а ветер, завывая в пустых проёмах, создавал ощущение, будто крепость стонет, вспоминая своё прошлое, полное славных битв и горести поражения.
Джейн знала из рассказов путников, что эта крепость была построена в те времена, когда Мелромарк только-только стал страной, ещё не обретя своих нынешних границ. Тогда она служила пограничным форпостом, защищая земли молодой страныот набегов соседних племён и государств. Её стены видели первые сражения за право существовать, а её гарнизон был символом стойкости молодого королевства, о котором слагали баллады. Но после войны с Шильтвельтом, длившейся десятилетиями и унёсшей тысячи жизней, границы Мелромарка расширились далеко на север, и крепость утратила своё стратегическое значение. Её забросили, оставив на милость времени и природы. Солдаты ушли, а местные жители избегали этого места, считая его проклятым — поговаривали, что души павших воинов до сих пор бродят по разрушенным залам, охраняя давно забытые тайны, или мстят любому, кто осмелится нарушить их покой. Джейн не особо верила в эти байки, но, глядя на мрачные руины, она чувствовала, как по коже пробегает холодок, а в груди зарождается ещё один комочек — беспокойство.
Проходя через пыльный проход у внешних стен, Джейн устало потянулась, чувствуя, как ноют плечи под тяжестью долгого пути. Она смахнула с лица липкую пыль, оставившую серые разводы на коже, и, тяжело вздохнув, побрела к полуразрушенному навесу внутри крепости. Когда-то, судя по остаткам перегородок и запаху прогнившего сена, это место было частью стойла для лошадей гарнизона. За её спиной, не сбиваясь с ритма, шагал её спутник. Его походка, чёткая и механическая, напоминала марширующего солдата или бесчувственного голема — ничего лишнего, но достаточно строгая, чтобы выделяться на фоне её собственной усталой поступи. Она снова посмотрела на него, пытаясь понять, чувствует ли он хоть малейший дискомфорт от жары или долгого пути, но его фигура оставалась непроницаемой, как всегда.
На окраине навеса они разбили стоянку. Солнце уже почти село, отбрасывая длинные тени от обломков стен крепости, которые тянулись по земле. Перед навесом была выкопана небольшая ямка, куда Джейн накидала сухую солому из остатков конюшни и несколько дров, добытых из разломанной табуретки, найденной среди мусора. Разложив свои скромные пожитки и соорудив подобие лежака из соломы и старой простыни, она с облегчением рухнула на него, чувствуя, как каждая мышца в теле ноет от усталости. Взгляд её скользнул к спутнику, который молча устроился поодаль, сидя на потёртом ящике, словно часовой, не нуждающийся в отдыхе. Широко зевнув, Джейн нарушила тишину, пытаясь разрядить гнетущую атмосферу этого места.
— Опять будешь молчать как рыба? — спросила она с лёгкой насмешкой в голосе, надеясь хоть на какую-то реакцию. Но её слова повисли в воздухе, не встретив ответа, и она отмахнулась, пробормотав: — Давай завтра с утра продолжим твоё обучение. А то день был долгим, жарким и от начала до конца полная ерунда. Каждую минуту.
Она уже собиралась отвернуться, чтобы устроиться поудобнее на своём импровизированном ложе, когда раздался голос — низкий, с металлическим эхом, который заставил её замереть на месте, а сердце пропустить удар.
— Джейн. Мне нужны ответы.
От неожиданности она перекатилась к сумкам, выхватила меч и направила его в сторону звука, её руки дрожали от напряжения. Источником оказался, как ни странно, её молчаливый спутник, от которого до этого не было никакой реакции, кроме холодного молчания. Посидев пару секунд в тишине, пытаясь осознать, что происходит, Джейн громко рассмеялась над комичностью ситуации, а может, от усталости ей мерещилась всякая ерунда. Но, протирая слёзы, выступившие от смеха, она снова услышала:
— Джейн.
На этот раз она не стала хвататься за меч, а просто удивлённо вытаращила глаза, чувствуя, как внутри нарастает смесь восторга и недоверия.
— Ты разговариваешь? — спросила она, и в ответ получила медленный, но чёткий кивок.
— Серьёзно? — от любопытства и радости Джейн на четвереньках подползла к нему, забыв о своей усталости и боли в мышцах.
— Мне удалось понять речь. Начать говорить. Хотя проблемы есть. В построениях, — его голос звучал отрывисто, он пропускал второстепенные слова, а некоторые вовсе не произносил, видимо, из-за скудного словарного запаса.
— Юхуууу! — Джейн вскочила и, как ребёнок, запрыгала вокруг уже не немого друга, не в силах сдержать эмоции. — У меня столько вопросов! Откуда ты? Сколько тебе лет? В каких богов веруешь? И, в конце концов-то, как тебя зовут?
Она обрушила на него град вопросов, её голос дрожал от возбуждения, но тот молчал, сохраняя стоическую выдержку, как будто её энтузиазм не затрагивал его вовсе.
— Сначала ты, — он указал на неё пальцем, его жест был медленным, но твёрдым. — Потом я. Отвечу.
От такого немногословного и не совсем понятного заявления Джейн нахмурилась и слегка обиделась, но всё же вернулась на своё место, ожидая вопросов, скрестив руки на груди.
— Ну, задавай. Три твоих, потом три моих, — показав три пальца, сказала она, стараясь выглядеть серьёзной, хотя внутри её раздирало любопытство. Парень в бронированном костюме кивнул и снова указал на неё.
— Пусть объяснит. Человек в тряпке. Говорил слова. Потом из руки. Вырвался огненный шар, — задал он первый вопрос и стал ждать.
Джейн поняла, о чём он говорит, вспомнив их столкновение с магом несколько дней назад, и кивнула, стараясь собраться с мыслями.
— Это магия, — сказала она просто, ожидая реакции. Но его лицо, скрытое под шлемом, оставалось непроницаемым, как всегда.
— Что такое магия? — последовал следующий вопрос, такой простой, но в то же время странный, что Джейн лишь выдохнула: «Эээээ».
Однако затем задумалась. Она сама не владела магией,но за годы скитаний кое-чему научилась от разных коллег и магов, что сопровождала вместе с караванами.
— Так, начнём с того, что магия — это энергия, наполняющая пространство вокруг нас. Эту энергию в чистом виде можно поглощать из воздуха, и называют её «маной». С помощью песнопений маги направляют её и создают заклинания типа огненных шаров. Точно не знаю, я сама этому не училась, — на последней фразе она пожала плечами и замолчала, чувствуя себя немного неловко за свой поверхностный ответ.
Через пару секунд прозвучал следующий вопрос, такой же отрывистый и прямолинейный.
— Что такое Мелромарк? С кем он соседствует?
— Ну, Мелромарк — это королевство с королевой во главе, находится на юге континента. Один из лидеров в производстве вин и продовольствия, их поля и виноградники славятся на весь мир. Соседствует с… эээ, Шильтвельтом и Шильфриденом. Извини, я плохо знаю географию. По Мелромарку ориентируюсь, а заграница мне не знакома. Хотя могу рассказать о Фобрее, если хочешь, — ответила она, чувствуя, как её знания кажутся недостаточными перед его холодным, изучающим взглядом.
Спутник задумался, просидев так около минуты, но всё же задал последний вопрос, который снова застал её врасплох.
— А откуда ты? — спросила Джейн.
— Я пришёл. Не помню, — односложно ответил он, его слова звучали как приговор. Джейн расстроилась, понимая, что много о нём не узнает.
— Ладно, тогда так, как тебя зовут? — спросила она, надеясь на более ясный ответ, который дал бы хоть какую-то зацепку.
— Не помню, — коротко отрезал он, его красные глаза мигнули в полумраке, словно маленькие огоньки, горящие в тени шлема.
Джейн задумалась на миг, а затем, усмехнувшись, предложила, стараясь разрядить обстановку:
— Тогда буду звать тебя временно Железяка. Ты крепкий, как металл. Годится?
Терминатор кивнул, соглашаясь с прозвищем, словно ему было всё равно, как его называют.
— Ясно, — сказала она, заметив, что костёр начинает угасать, а тьма вокруг сгущается. Повисла неловкая тишина, нарушаемая лишь треском углей и далёким воем ветра в руинах. Встав, Джейн направилась к куче мусора неподалёку, чтобы собрать хворост. Подбирая палки, она обдумывала их разговор, стараясь сложить кусочки головоломки, которую представлял собой её спутник.
«Он странный и задаёт необычные вопросы. Но, похоже, что-то скрывает,» — не успела она закончить мысль, как под ногой хрустнул прогнивший кусок дерева. Пол провалился с громким треском, и она с криком покатилась вниз по узкому тоннелю, чувствуя, как всякий мусор, торчащий из земли, царапал и сдирал кожу. Пару раз она даже об что-то приложилась руками.
Через несколько секунд, ободрав всё тело о шершавые стены тоннеля, Джейн неудачно приземлилась на твёрдую каменную поверхность, сильно повредив ногу при ударе. Боль пронзила её, как молния, от ступни до бедра, заставив сжать зубы, чтобы не закричать снова. Она тут же поняла, что не сможет идти — нога отказывалась слушаться, каждый малейший сдвиг вызывал новую волну мучений. Хлипкий тоннель, по которому она скатилась, затрещал и обрушился с оглушительным грохотом, чуть не задавив её обломками. Джейн успела отползти перекатом в сторону, но осталась лежать на каменистой земле, тяжело дыша, чувствуя, как пыль оседает на её лицо, а сердце колотится от страха и боли.
«Ну, блядь, приехали», — пробормотала она, морщась от боли, которая пульсировала в ноге.Она попыталась оглядеться, но вокруг царила почти полная тьма, лишь слабые лучи света пробивались через трещины в потолке, отбрасывая бледные пятна на неровные стены. Воздух был спёртым, пахло сыростью и гнилью, а где-то вдали слышалось эхо капающей воды, каждый звук которого отдавался в её ушах, усиливая чувство одиночества.
Тем временем наверху Терминатор заметил исчезновение своей спутницы. Его Система тут же переключилась в режим поиска, отображая данные на внутреннем интерфейсе:
ОБНАРУЖЕНО: ОТСУТСТВИЕ СУБЪЕКТА ДЖЕЙН
АНАЛИЗ ПОСЛЕДНЕЙ ТОЧКИ КОНТАКТА: ПРОВАЛ В ПОЛУ
ВЫЧИСЛЕНИЕ ТРАЕКТОРИИ ПАДЕНИЯ: 87% ВЕРОЯТНОСТЬ ПОДЗЕМНОГО ТОННЕЛЯ
ОБНАРУЖЕНО: НЕИЗВЕСТНЫЕ ФОРМЫ ЖИЗНИ ВНИЗУ
ВАРИАНТЫ ДЕЙСТВИЙ:
УЙТИ (НЕ РЕКОМЕНДУЕТСЯ)
ОСТАТЬСЯ И ЖДАТЬ (НИЗКАЯ ЭФФЕКТИВНОСТЬ)
ИСКАТЬ ОБХОДНОЙ ПУТЬ ВНИЗ (РЕКОМЕНДУЕТСЯ)
ВЫБРАН ВАРИАНТ 3
Терминатор направился искать вход в подземелье, его шаги были размеренными, но быстрыми, словно он точно знал, что делать. Через несколько минут он обнаружил узкий боковой проход, заваленный камнями, но достаточно широкий, чтобы протиснуться. Пробравшись внутрь, он столкнулся с группой скелетов, медленно бредущих по тёмному коридору. Их костяные руки сжимали ржавые мечи, а пустые глазницы светились зловещим красным светом, отражая слабый свет, падающий сверху. Терминатор мгновенно достал плазменный пулемёт и открыл огонь, разнеся первых двух врагов в кучу костей, которые с треском разлетелись по сторонам. Однако потолок затрещал от вибрации, и система выдала предупреждение, мигая красными символами на его интерфейсе:
ВНИМАНИЕ: ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ПЛАЗМЕННОГО ОРУЖИЯ В ДАННОЙ ЗОНЕ ОПАСНО.
ВЫСОКАЯ ВЕРОЯТНОСТЬ ОБВАЛА (92%).
РЕКОМЕНДАЦИЯ: ПЕРЕЙТИ В БЛИЖНИЙ БОЙ.
Убрав оружие с молниеносной скоростью, Терминатор ринулся в рукопашную. Его удары были точны и сокрушительны: он раздавил череп одного скелета металлическим кулаком, другого раскрутил за кость и швырнул в стену, где тот разлетелся на части, оставив лишь кучку пыли и обломков. Устранив угрозу, он продолжил движение вглубь, следуя за слабым эхом стонов Джейн, которые его сенсоры улавливали даже сквозь шум падающих камней.
В это время Джейн лежала на холодном каменном полу, приходя в себя. Свет едва проникал сюда через трещины в потолке, и вокруг царила гнетущая тьма, которая, казалось, сгущалась с каждым шагом. Джейн снова попыталась встать, опираясь на руки, но нога, пронзённая острой болью, отказалась слушаться, заставив её рухнуть обратно на холодный камень со сдавленным стоном. Она осела на землю, понимая, что сама не выберется. Отчаяние начало сжимать её сердце, словно холодная рука, сдавливая грудь и мешая дышать. Она чувствовала, как стены этого подземелья, пропитанные древним злом, давят на неё, будто хотят раздавить не только тело, но и душу.
> «Сука, сука. Да что за напасть. То чуть не грохнули, то похитили и почти грохнули. Теперь это вот всё», — прошептала она, глядя в темноту, которая, казалось, шевелилась вокруг. Очередная попытка встать, но нога ударила болью с ещё большей силой. На глазах выступили слезы, а тело снова опустилось на землю.
«Надо посидеть и отдохнуть. Только бы закрепить ногу и найти себе костыль,» — лаза девушки потихоньку привыкали к темноте. И она смогла нащупать несколько палок, что были с ней. Оторвав один из рукавов рубашки, Джейн стала закреплять ногу в определенном положении. Чтобы та не болталась, как сосиска, принося только боль.
«Положение, хрен в говне. Надо осмотреться и поискать выход, — девушка в третий раз всё-таки смогла подняться, опершись на камень, и посмотрела на кучу, что засыпало тоннель. Прямо перед ней торчала довольно большая палка, которая идеально подойдет на роль костыля. С пару подергиваний палка вышла из-под груды камней, но при этом Джейн упала на спину. Помимо боли от удара, она ещё сильнее рассвирепела нога. От чего скрючилась, схватившись за конечность. Но когда волна боли ушла, Джейн встала.
«Я обязательно выживу» — опершись на костыль и достав свой кинжал, она поковыляла к одному из выходов.
Вот так, тихо и медленно, авантюристка проковыляла минут пять. Рассуждая о последних событиях и о своем друге в частности.
«Интересно, а он придет меня спасать в этот раз? Если да, то пора за него выходить. Ну или переходить в принцессы. Хе-хе». Опираясь на костыль и держась за стену, Джейн усмехнулась своим мыслям. Но в какой-то момент остановилась и задумалась.
«А ведь и правда. Это будет третье спасение. Может, стоит пригласить его в отряд и действительно вместе путешествовать, — девушка подняла глаза к потолку и продолжила рассуждать.
«Хотя, может, стоит уйти на покой. Сейчас мир снова становится неспокойным, и лучше бы насладиться плодами своего труда сейчас,» — опустив глаза вниз, авантюристка потихоньку понимала, что эти слова не особо ей подходят. Сколько бы она ни рассуждала о пенсии, ей нравится быть авантюристкой. Да и что скрывать, ей нравится этот парень. Он не флиртует, молчалив и всегда поможет. В бою просто монстр, и за ним как за каменной стеной.
«Может, стоит забыть старые обиды и прикрыть раны, что давно зарубцевались и перестали болеть?» Но мысли девушки были перебиты кряхтением и стуком. Взяв кинжал покрепче, Джейн приготовилась к бою.
Из-за угла вышла тройка скелетов. Один с мечом и двое с дубинами или булавами, которые явно были не по их размеру. Скелет с мечом тут же побежал на авантюристку. Прямо перед ударом девушка сделала рывок в сторону и поставила скелету подножку, отчего тот упал. Но и сама Джейн не смогла удержать равновесие, и ей пришлось завалиться на скелет.
Упав на груду костей, Джейн тут же схватила его за лоб и вогнала кинжал по самую рукоятку прямо в висок. Скелет окончательно окочурился, но двое других подошли на расстояние удара. Но авантюристка быстро среагировала, схватив костыль, она ударила в ногу одного из скелетов, выбивая кость. От этого нежить упала прямо на девушку и стала агрессивно щелкать зубами, чтобы откусить кусок лица или нос.
Второй скелет же из-за габаритов оружия не смог остановить удар и разломал своего собрата пополам. Этот удар отразился на животе Джейн, но было терпимо. Булава застряла в костях и не желала выходить, от чего нежить бросила это оружие и потянулась к мечу, что лежал рядом. Сама авантюристка не могла пошевелиться, так как была зажата между костями.
«Ну вот и всё. Так и закончится история авантюристки по имени Джейн. Надеюсь, на той стороне будет не так страшно». Нежить подняла меч и стала на одно колено перед девушкой, собираясь воткнуть лезвие, словно в каком-то ритуале. Авантюристка уже попрощалась со всеми своими знакомыми, прочла молитву и закрыла глаза. Мгновение мелькнул свет, ну а после стало совсем темно.
Джейн услышала тяжелые шаги, которые издавал только один ей знакомый. Открыв глаза, она увидела Железяку, его броня была покрыта пылью и паутиной, но он выглядел невозмутимым, как всегда, словно тьма и опасности этого места не имели над ним никакой власти.
Терминатор молча отодвинул обломки, которые придавили девушку, с такой лёгкостью, будто они были сделаны из бумаги, и протянул руку Джейн. Она, тяжело дыша, ухватилась за неё, чувствуя холод металла даже сквозь перчатки, но встать не смогла — нога не держала, каждый рывок вызывал новую волну боли. Тогда он просто поднял её на руки, как пушинку, не проявляя ни малейшего усилия, и направился к выходу, который нашёл неподалёку, его шаги были такими же размеренными, как всегда.
Джейн, опираясь на его холодную броню, смотрела на его непроницаемое лицо, скрытое шлемом. Её дыхание было неровным, в груди всё ещё колотилось сердце, но внутри неё что-то изменилось. Ей стало спокойно и тихо. Будто она там, где нужно. И сейчас не было для неё разницы, кто он— человеком, монстром или чем-то иным, выходящим за рамки её понимания, — она не оставит его, не предаст, как предавала других в прошлом.
Они медленно двигались к выходу, оставляя позади тьму подземелья, запах гнили и шорохи неведомых тварей, которые, казалось, следили за ними из теней. Джейн знала, что впереди их ждут новые опасности, новые испытания, но сейчас всё это было не важно. Ей спокойно и тихо, а значит, она там, где нужно. А если это так, то он тот, кто ей нужен, чтобы перестать быть одинокой.
В это время на одном из деревьев, скрытая ветвями, сидела фигура в белом плаще. Она внимательно наблюдала, как двое медленно возвращаются к крепости. Через несколько мгновений таинственный наблюдатель исчез, словно его там никогда и не было.
КОНЕЦ ПРОЛОГА.