Глава 10.
Ночь в Приёмном доме редко была полностью тихой.
Даже когда ученики уже спали, а тренировочные дворы пустели, в коридорах продолжали раздаваться шаги дежурных рыцарей. Где-то вдали скрипели тяжёлые двери, сменялись ночные посты, горели тусклые духовные лампы, не позволяя тьме полностью поглотить здание.
Но этой ночью привычный порядок нарушился.
---
Ханьфен тяжело дышал, сидя на своей кровати.
По вискам стекал холодный пот.
Перед глазами всё ещё стояли бесконечные ступени, огромный Трон Небесного Удержания и трещина, которую он пытался удержать собственными руками.
Боль не исчезла.
Наоборот.
Теперь она была настоящей.
Правая ладонь словно горела изнутри.
Левая кисть дрожала так сильно, что пальцы почти не слушались.
Возле кровати уже стояли дежурный рыцарь и Дин Кай.
Через несколько секунд дверь распахнулась.
В комнату почти бегом вошёл пожилой лекарь.
Это был не тот молодой помощник, который осматривал его раньше.
Его длинные седые волосы были собраны в простой узел, а взгляд оставался настолько спокойным, будто его невозможно было удивить.
— Все выйти, — коротко сказал он.
Дежурный сразу подчинился.
Дин Кай хотел было возразить, но после одного взгляда лекаря лишь тихо произнёс:
— Я буду снаружи.
Дверь закрылась.
Комната снова погрузилась в тишину.
Лекарь сел рядом.
— Правую руку.
Ханьфен медленно протянул ладонь.
Старик долго смотрел на Метку.
Очень долго.
Слишком долго.
Его лицо почти не менялось.
Но глаза постепенно становились всё серьёзнее.
— Когда появилась эта линия?
— После... сна.
— Что видел?
Ханьфен опустил голову.
Он помнил предупреждение мастера Юэ.
Если придут видения...
Говорить только мастерам.
Но...
Можно ли говорить всё?
Он тихо ответил:
— Не помню полностью.
Лекарь посмотрел прямо ему в глаза.
— Ты врёшь.
Ханьфен молчал.
Старик неожиданно улыбнулся.
— Хорошо.
Мальчик удивлённо поднял голову.
— Хорошо?
— Если бы рассказал всё первому встречному, я бы начал сомневаться в твоём разуме.
Он аккуратно коснулся Метки двумя пальцами.
В этот момент по ладони пробежала холодная волна.
Ханьфен резко вдохнул.
Лекарь сразу убрал руку.
— Значит, действительно...
Он встал.
Подошёл к двери.
Тихо сказал:
— Передайте мастеру Юэ... и пригласите главу Приёмного дома.
Дежурный явно вздрогнул.
— Главу?
— Немедленно.
Послышались быстрые шаги.
---
Прошло около получаса.
За окном уже начинал заниматься рассвет.
В комнате собрались четыре человека.
Мастер Юэ.
Седой мастер, проводивший проверку печати.
Главный лекарь.
И ещё один человек.
Высокий мужчина лет сорока.
На нём были тяжёлые серебристые доспехи с глубокими синими узорами.
За спиной висел широкий щит.
Он не выглядел самым сильным человеком в комнате.
Но стоило ему войти...
Воздух словно стал тяжелее.
Даже мастер Юэ слегка склонила голову.
— Глава.
Ханьфен понял.
Перед ним стоял глава Приёмного дома Палаты Щита.
Человек, через которого проходил каждый будущий рыцарь.
Мужчина подошёл к кровати.
Никаких громких слов.
Никакого давления.
Он просто посмотрел на Ханьфена.
Именно посмотрел.
От этого взгляда у мальчика возникло странное ощущение.
Будто перед ним стоит огромная крепость.
Не человек.
Крепость.
— Значит...
— Это он?
Главный лекарь кивнул.
— Посмотрите сами.
Глава осторожно взял ладонь Ханьфена.
Его пальцы были грубыми.
Наверняка на них осталось бесчисленное количество старых шрамов.
Он внимательно изучал Метку почти минуту.
После чего отпустил руку.
И неожиданно спросил:
— Больно?
— Да.
— Терпимо?
— Пока да.
Глава коротко кивнул.
— Хорошо.
После этого он повернулся к остальным.
— Ваше мнение?
Главный лекарь заговорил первым.
— За всю жизнь я видел тринадцать Небесных Меток.
Таких изменений...
Не видел никогда.
Седой мастер добавил:
— Это не рост силы.
И не повреждение.
Это...
Он ненадолго замолчал.
— Завершение.
— Нет.
Главный лекарь сразу покачал головой.
— Не завершение.
Первый...
Шов.
Комната погрузилась в тишину.
Ханьфен ничего не понимал.
Шов?
Какой ещё шов?
Мастер Юэ посмотрела на него.
— Ты ведь ничего не знаешь о природе Меток?
Ханьфен покачал головой.
— Нет.
— Тогда слушай внимательно.
Она медленно подошла ближе.
— Любая Небесная Метка — это не рисунок.
Это...
Трещина.
Ханьфен замер.
— Что?
— Большинство людей думают наоборот.
Будто Метка даёт силу.
Но это лишь внешняя сторона.
На самом деле каждая Небесная Метка — это трещина между человеком и Законом.
Чем сильнее Закон...
Тем глубже трещина.
Главный лекарь продолжил её мысль:
— Именно поэтому многие носители редких Меток погибают молодыми.
Они не выдерживают собственный Закон.
Ханьфен невольно посмотрел на ладонь.
Трещина...
Именно такую он видел во сне.
Глава Приёмного дома неожиданно спросил:
— Во сне...
Ты что-нибудь удерживал?
Комната словно застыла.
Ханьфен почувствовал, как сердце пропустило удар.
Откуда...
Откуда он знает?
Он осторожно ответил:
— Не помню.
Глава спокойно смотрел ему в глаза.
Потом неожиданно усмехнулся.
Совсем немного.
— Хороший ответ.
Мастер Юэ удивлённо посмотрела на него.
— Вы считаете, что он действительно...
— Нет.
Перебил глава.
— Я считаю, что он пока правильно молчит.
И это гораздо важнее.
---
В комнате снова наступила тишина.
Через окно уже пробивались перв
ые лучи солнца.
Но разговор только начинался.
Глава Приёмного дома медленно подошёл к окну.
Несколько секунд он молча смотрел на просыпающийся двор.
После чего тихо произнёс:
— Если это действительно первый Шов...
То наша проблема гораздо серьёзнее, чем мы думали.
Он обернулся.
— Потому что...
Первый Шов никогда не появляется у ребёнка.