Глава 191. Твоя голова окажется у меня на тарелке
В комнате воцарилась тишина.
Сестра Кэ в полной мере осознавала серьёзные последствия для Ань Сяся.
Публика
забудет о ней через некоторое время, если ей повезёт. В противном
случае они раскопают о ней всё, что можно и разоблачат её настоящую
личность. Она будет жить в этой тени всю оставшуюся жизнь.
Чтобы
защитить одного человека, она должна была погубить другого.
Лу Кэ проходила через это столько раз, что уже не смогла бы сосчитать, и
каждый раз ей давалось это очень легко, будто у неё было железное
сердце.
Однако, когда она услышала вопрос шестнадцатилетней девочки, то на какое-то время потеряла дар речи.
— Сяся, тебе не нравится Ицзэ? — сестрице Кэ удалось выдавить улыбку.
Ань Сяся закусила губу:
— Я... я не знаю. Сестрёнка Кэ, не могла бы ты дать мне время подумать об этом?..
Она не хотела лгать, но и не хотела, чтобы что-то случилось с Шэн Ицзэ.
Её жизнь только начиналась. Неужели всё закончится вот так?
Ань Сяся поднялась на ноги, поклонилась сестрице Кэ со слезами на глазах и направилась наверх.
Сестрица Кэ вздохнула, невольно пожалев девушку.
Ань Сяся поднялась по лестнице и обнаружила на площадке Хэ Цзяюя.
Он почесал нос и смущённо произнёс:
— Извини, я не хотел вас подслушать.
Ань Сяся покачала головой, и слёзы покатились по её щекам. Она тут же вытерла их рукавом.
Хэ Цзяюй осторожно передал ей носовой платок.
Ань Сяся взяла его, выглядя немного напряжённой:
— Хэ Цзяюй,
я не знаю, что делать... Я не хочу разрушать репутацию Шэн Ицзэ. Мне
жаль... так жаль... Я действительно не знаю... Я не могу думать…
— Не
плачь. Это не твоя вина, — Хэ Цзяюй успокоил её мягким голосом. Он
планировал остановить сестру Кэ, как только дослушает разговор.
Он
слишком хорошо знал чувства Шэн Ицзэ по отношению к Ань Сяся. Даже
если Сяся согласится с этой идеей, Шэн Ицзэ всё равно устроит адскую
сцену.
— Иди прими душ и хорошенько выспись, а
когда проснёшься, все проблемы исчезнут, — Цзяюй погладил волосы
Ань Сяся, как будто был её старшим братом. Ань Сяся кивнула и поплелась в
свою комнату.
Хэ Цзяюй вернулся на третий этаж и увидел, что Шэн Ицзэ говорил по телефону:
— Выясни, кто это сделал, и дай мне знать.
Узел между его бровями немного ослаб после того, как он повесил трубку. Хэ Цзяюй спросил:
— У тебя всё под контролем?
Шэн Ицзэ криво улыбнулся:
— Не переживай.
— Сяся не в
лучшем виде... она плакала. Сестрёнка Кэ попросила её признать, что она
фанатка сасэн... и, дескать, это на тебя набросилась...
Шен Ицзэ снова нахмурился и тихо выругался:
— Маленькая дурочка!
— Слушай
меня. Если она тебе действительно нравится, расскажи ей всё. Не бегай
вокруг да около, как будто это какая-то недосягаемая
вещь, — Хэ Цзяюй казался покорным, на что Шэн Ицзэ ответил с тёмным
лицом. — Я не хочу заставлять её делать то, чего она не хочет.
— Она тебя отвергла? — задумчиво спросил Цзяюй.
Шэн Ицзэ предпочёл промолчать и избежать вопроса.
На лестнице послышались тяжёлые шаги, и вскоре появилась ещё одна высокая фигура с тёмным лицом:
— Шэн Ицзэ,
ты знаешь, сколько лет ты можешь получить за совершение непристойного
поступка? А как насчёт сексуальных домогательств? Похищение
несовершеннолетнего? Хочешь в суд или полицейский участок?
Такие пронзительные слова могли исходить только от Ань Ибэя.
— Я постараюсь всё исправить как можно скорее, — извиняющим тоном произнёс Ицзэ.
Ибэй фыркнул:
— Если у тебя ничего не выйдет, то твоя голова окажется у меня на тарелке.
Чи Юаньфэн внезапно выбежал из своей комнаты, держа в руках телефон:
— Вау, все новости об Ань Сяся и брате Ицзэ пропали!