Золотистый свет не погас.
Чисаки продолжала держать ладони над грудью Хару. Магия стекала между её
пальцами, проникала в разорванную ткань одежды и смешивалась с кровью, но тело
больше не отвечало. Она знала это.
Чувствовала отсутствие сердцебиения под ладонями.
Понимала, что воздух больше не входит в лёгкие.
Но свет становился только ярче.
— Ещё немного, — быстро произнесла она. — Мне нужно ещё немного времени.
Аканэ не ответила.
Она сидела на земле, прижав руку Хару к груди. Его пальцы лежали между её
ладонями неподвижно, но она продолжала сжимать их так, словно ждала ответного движения.
Асахи поддерживала его голову и плечи. Её крылья дрожали. Связи больше не было.
Ещё несколько мгновений назад она чувствовала Хару полностью: боль в груди,
страх за неё, слабое желание успокоить всех, остаток надежды, который он сохранял даже
тогда, когда сам уже не мог вдохнуть. Теперь внутри оставалась тишина. Не спокойствие.
Не отсутствие боли.
Пустое место там, где всё это время находился другой человек.
— Хару-хозяин, — тихо позвала Асахи.
Ответа не последовало.
— Не разговаривай с ним, — сказала Чисаки. — Ему нельзя тратить силы.
Асахи медленно подняла на неё глаза.
— У него больше нет сил.
— Есть.
Чисаки прижала ладонь ближе к ране.
— Я ещё не закончила.
Блэйд стоял на коленях возле них.
Кровь стрелка оставалась на рукаве его чёрного костюма. Несколько капель попали
на щёку, но он будто не замечал их.
Он смотрел только на Хару.
— Господин.
В голосе ещё оставалась надежда.
Блэйд протянул руку и коснулся его шеи двумя пальцами.
Замер. Медленно убрал руку.
— Не надо, — произнесла Аканэ.
Блэйд посмотрел на неё.
— Госпожа Аканэ…
— Не надо проверять.
Она сильнее сжала руку Хару.
— Чисаки его лечит.
— Я вижу.
— Тогда не мешай ей.
Блэйд опустил взгляд.
— Я не собирался мешать.
— Хорошо.
Аканэ снова посмотрела на лицо Хару. Её голос стал тише.
— Просто подожди.
Чисаки всхлипнула, но не остановила заклинание.
— Рана слишком глубокая. Болт что-то оставил внутри. Я чувствую чужую магию,
но она уже слабеет. Если убрать её остатки…
Она не закончила. Правая рука Хару дёрнулась. Аканэ резко выпрямилась.
— Хару?
На мгновение показалось, что пальцы действительно пошевелились. Затем кисть
изменилась.
Контуры раздвоились. Верхняя часть ладони сместилась в сторону, будто кто-то
разрезал её на несколько узких полос и неправильно сложил обратно. Искажение
продолжалось меньше секунды. Рука снова стала обычной.
Аканэ смотрела на неё, не моргая.
— Что это было?
Чисаки убрала одну ладонь от груди Хару и коснулась его запястья.
— Не знаю.
— Это из-за лечения?
— Нет.
— Из-за болта?
— Я не знаю.
Чисаки накрыла его руку своей.
— Хару, ты меня слышишь?
Никакой реакции.
Золотистый свет снова окутал его тело.
— Может быть, это отклик магии. Или действие артефакта ещё не закончилось.
Мне нужно понять…
Лицо Хару дрогнуло. Не мышцы. Само изображение.
На мгновение его глаза, нос и губы сместились в сторону, оставив за собой бледный
неподвижный след. Затем всё вернулось на место. Аканэ отшатнулась. Всего на несколько
сантиметров.
Почти сразу она наклонилась обратно и обхватила Хару за плечи.
— Нет.
Она потянула его к себе.
Асахи отпустила тело, позволяя ей забрать его, но осталась рядом.
— Аканэ, осторожно, — сказала Чисаки. — Болт всё ещё в груди.
— Мне плевать на болт.
— Если ты сдвинешь его…
— Он уже не чувствует боли!
Слова вырвались слишком громко. Аканэ замолчала. Посмотрела на Хару. Её губы
задрожали.
— Он пока не чувствует, — исправила она себя. — Когда ты его вылечишь, ему
снова будет больно.
Чисаки несколько секунд молчала.
Потом снова опустила руки на его грудь.
— Да.
Свет вспыхнул ярче.
— Поэтому не двигай его.
Аканэ прижала Хару к себе, но перестала тянуть.
Она держала его голову возле своего плеча и проводила ладонью по тёмным
волосам.
— Слышишь? Чисаки сказала не двигаться. Поэтому просто лежи.
Голос становился всё тише.
— Ты никогда не слушал, когда тебе говорили отдыхать. Хотя бы сейчас сделай,
как тебя просят.
Асахи опустила глаза.
На правой руке что-то изменилось.
Тёмный рисунок рабского контракта, который оставался на коже с того дня, когда
Хару открыл её клетку, побледнел. Сначала исчезла одна линия. Потом вторая.
Остальные начали растворяться прямо на глазах.
Асахи поднесла руку ближе к лицу. Провела пальцами по коже.
Там больше ничего не было.
— Метка исчезла.
Чисаки на мгновение прервала заклинание.
— Что?
Асахи показала правую руку.
— Контракта нет.
Аканэ не посмотрела.
Она продолжала гладить волосы Хару.
— Потом.
— Он исчез после смерти хозяина.
— Я сказала: потом.
— Аканэ…
— Замолчи!
Крик разнёсся между деревьями. Асахи не отодвинулась. Аканэ тяжело дышала.
Несколько капель крови скользнули с её рук на одежду Хару.
— Он не умер, — произнесла она уже тише. — Чисаки ещё лечит его. Значит, он не
умер.
Асахи посмотрела на Чисаки. Та отвела глаза.
— Скажи ей, — потребовала Аканэ.
Чисаки не ответила.
— Скажи, что ты можешь его вылечить.
Свет вокруг её ладоней дрогнул.
— Я пытаюсь.
— Не это.
Аканэ впервые подняла на неё глаза.
— Скажи, что можешь.
Чисаки открыла рот.
Не смогла произнести ни слова.
Аканэ смотрела ещё несколько секунд.
Потом снова прижала Хару к себе.
— Тогда продолжай пытаться.
Рядом послышался тихий металлический звон.
Блэйд смотрел на собственную руку. Кончики пальцев стали прозрачными. Он
медленно сжал кулак.
Прозрачность поднялась выше, к запястью.
— Нет, — произнёс он.
Чисаки повернулась к нему.
— Что происходит?
— Связь.
Блэйд прижал ладонь к груди.
— Она исчезла.
— Какая связь?
— Моя связь с господином.
Его плечи дрогнули.
Человеческая оболочка на мгновение стала нечёткой.
— Я не могу её удержать.
Аканэ посмотрела на него.
В её взгляде впервые появилось что-то кроме пустоты.
— Ты тоже исчезаешь?
— Я не знаю.
— Тогда сделай что-нибудь.
Блэйд замер.
— Госпожа Аканэ…
— Ты всегда знал, что делать. Всегда говорил ему, когда остановиться, куда
шагнуть, как держать меч. Ты чувствовал опасность. Ты должен знать.
Она посмотрела на Хару.
— Скажи ему вернуться.
Блэйд опустил голову.
— Я больше не слышу хозяина.
— Он слышит тебя.
— Нет.
— Ты не можешь знать.
— Я знаю.
Аканэ осторожно положила Хару обратно на руки Асахи.
Поднялась. Колени едва удержали её.
Она сделала шаг к Блэйду и схватила его за лацканы костюма.
— Тогда позови громче.
Блэйд не сопротивлялся.
— Госпожа Аканэ…
— Позови его!
— Хару-хозяин! — крикнула Асахи.
Её голос сорвался.
Чисаки зажмурилась, но продолжала лечить.
— Хару! — повторила она.
Золотистый свет вырвался из-под её ладоней и залил дорогу.
— Открой глаза! Ты слышишь меня?!
Блэйд смотрел на лицо хозяина.
В его глазах снова появилась та беспомощность, которую Хару увидел перед
смертью.
— Господин.
Тихо. Почти шёпотом.
— Простите меня.
Человеческая оболочка дрогнула сильнее.
Ноги Блэйда начали терять форму. Чёрная ткань костюма сливалась с воздухом,
превращаясь в узкие серые полосы. Аканэ отпустила его.
— Нет.
Блэйд выпрямился.
Прозрачность уже поднялась до его груди, но он заставил себя повернуться к
девушкам. Сначала посмотрел на Чисаки. Потом на Асахи. Последней — на Аканэ.
— Позаботьтесь друг о друге. Не совершайте глупостей… и, прошу вас, не падайте
духом. Хозяин хотел бы, чтобы вы продолжали жить.
Аканэ покачала головой.
— Не говори так, будто прощаешься.
Блэйд хотел ответить. Не успел.
Его человеческая форма сжалась в одной короткой серебристой вспышке. На дорогу
упал клеймор.
Тяжёлый клинок ударился о землю и перевернулся на бок.
Линии Пустоты на металле вспыхнули. Один раз.
Погасли.
— Блэйд? — позвала Чисаки.
Меч лежал неподвижно.
Асахи протянула к нему руку.
— Он в форме меча не может говорить с нами.
— Он может превратиться обратно, — сказала Чисаки.
— Блэйд, — громче позвала Аканэ. — Вернись.
Ответа не было.
Она сделала шаг к мечу. Тело Хару снова исказилось. На этот раз целиком.
По лицу, груди и ногам пробежали короткие рваные полосы. Цвет исчез, вернулся,
снова исчез. Контуры тела сместились сразу в нескольких направлениях.
Асахи крепче прижала его к себе.
— Аканэ.
Та развернулась.
— Держи его!
Она бросилась обратно.
Упала на колени и обхватила Хару вместе с Асахи.
Чисаки прижала обе ладони к его груди.
— Не двигайся. Пожалуйста, не двигайся.
Искажение прекратилось.
На мгновение всё стало обычным. Хару лежал между ними.
Бледный.
Неподвижный. С закрытыми глазами.
Короткий конец болта всё ещё выступал из груди. Аканэ коснулась его щеки.
— Вот.
Она попыталась улыбнуться.
— Всё прошло.
Тело Хару исчезло. Без света. Без звука. Без постепенного растворения.
В одно мгновение его не стало.
Руки Аканэ сомкнулись на пустоте.
Асахи потеряла опору и подалась вперёд.
Ладони Чисаки ударились о землю.
Золотистый свет прошёл сквозь пустое место, где только что находилась грудь
Хару, и растёкся по пыльной дороге.
Болт исчез вместе с телом. Кровь осталась. На руках. На одежде. На земле. Аканэ не
двигалась.
Её руки всё ещё были согнуты так, будто она продолжала держать Хару.
Несколько секунд никто не произносил ни слова. Чисаки первой подняла ладони.
Посмотрела на пустое пространство под ними. Провела рукой по земле.
— Нет.
Она коснулась крови.
— Нет. Он был здесь.
Асахи выпрямилась.
Аканэ продолжала смотреть на свои руки.
— Он был здесь, — повторила Чисаки.
Она начала ощупывать землю вокруг.
Будто Хару мог оказаться рядом.
Будто его отбросило невидимой силой.
Будто стоило провести ладонью ещё немного дальше — и она снова найдёт его
плечо, руку или край одежды.
— Куда он исчез?
Асахи осмотрела дорогу. Пустые кусты. Брошенное оружие.
Тело Алекса в нескольких шагах. Клеймор на земле. Хару нигде не было.
— Я не чувствую его.
— Ты потеряла контракт, — резко сказала Чисаки. — Конечно, не чувствуешь.
Она поднялась на колени.
— Блэйд должен чувствовать.
Чисаки схватила клеймор за рукоять. Меч оказался слишком тяжёлым.
Она смогла лишь приподнять его край.
— Блэйд! Где Хару?!
Клинок не отозвался.
— Ответь мне!
Чисаки потянула сильнее.
Меч сдвинулся по земле, оставляя борозду.
— Превратись обратно! Найди его!
Асахи положила руку поверх её пальцев.
— Он не отвечает.
— Ты не знаешь.
— Знаю.
— Откуда?!
— Потому что он бы уже вернулся.
Чисаки резко отпустила меч. Клеймор упал обратно.
— Нет.
Она оглянулась.
— Нужно продолжить лечение.
Асахи посмотрела на неё.
— Лечить некого.
Чисаки развернулась так быстро, что едва не ударила её.
— Не говори так!
Асахи не отступила.
— Его тела нет.
— Оно вернётся.
— Мы не знаем.
— Тогда будем ждать.
Чисаки снова опустилась возле пятен крови. Подняла руки.
Золотистое свечение вспыхнуло ещё раз.
Магия вошла в пустой воздух.
— Чисаки, — позвала Асахи.
— Когда он появится, лечение уже будет работать.
— Ты истощишь себя.
— Я целитель.
— Здесь нет раны.
— Она была!
Голос Чисаки сорвался. Свет стал неровным.
— Она была здесь. Я держала её. Я чувствовала его сердце.
Она ударила ладонью по земле.
— Я почти остановила кровь.
Асахи молчала.
— Ещё немного, и я бы смогла.
— Его сердце уже остановилось.
— Я знаю!
Чисаки закричала так громко, что с ближайших ветвей сорвались птицы.
— Я знаю!
Магия погасла. Она сидела, тяжело дыша.
Слёзы падали на кровь Хару.
Аканэ всё ещё не шевелилась.
Её взгляд оставался прикован к ладоням. Чисаки посмотрела на неё. Сначала просто
смотрела. Потом её лицо изменилось. Не сразу. Боль не исчезла.
Но рядом с ней появилось что-то другое.
— Ты знала.
Аканэ не отреагировала. Чисаки медленно поднялась.
— Ты знала, кто он.
Тишина.
— Аканэ.
Асахи встала между ними не полностью, но достаточно близко, чтобы успеть
остановить любую из девушек.
— Она тебя не слышит.
— Слышит.
Чисаки подошла ближе.
— Ты слышишь меня?
Аканэ моргнула. Только один раз.
— Ты знала об Алексе, — продолжила Чисаки. — Знала о помолвке. Знала, что
скрываешься от своей семьи.
Аканэ медленно опустила руки.
На ладонях оставалась кровь Хару.
— Я собиралась рассказать.
Голос прозвучал тихо и бесцветно. Чисаки вздрогнула.
— Когда?
Аканэ ничего не ответила.
— Когда ты собиралась рассказать? — повторила Чисаки. — После возвращения в
Wist? Через неделю? Когда он снова спросит, почему ты ничего не говоришь о своей
семье?
— Не знаю.
— Ты не знала.
— Нет.
— Но решила молчать.
— Да.
Чисаки подошла почти вплотную.
— Мы только что были во дворце.
Аканэ подняла на неё глаза.
— Что?
— Во дворце. У моего отца. Среди солдат, охраны и людей, которые могли
выяснить, кто такой Алекс де Вингман.
— Чисаки…
— Если бы ты сказала, что от тебя несколько лет скрывают помолвку, что ты
сбежала из дворянского дома и что существует человек, считающий тебя своей
собственностью, мы бы не вышли на эту дорогу одни.
— Я не знала, что он найдёт меня здесь.
— Но он нашёл!
— Я знаю.
— Отец дал бы нам сопровождение. Мы могли поехать в карете. Могли выбрать
другой путь. Могли хотя бы знать, кого опасаться!
— Я знаю.
— Прекрати это повторять!
Чисаки схватила Аканэ за одежду возле плеча. Аканэ не сопротивлялась. Даже не
подняла рук.
— Почему ты не сказала Хару?
— Боялась.
Ответ прозвучал сразу. Чисаки замерла.
— Чего?
— Что он посмотрит на меня так же, как посмотрел сегодня.
— Он сказал, что не злится.
— Я видела его лицо.
— И поэтому ты продолжала бы молчать?
— Я не знаю.
— Ты должна была знать!
Чисаки толкнула её. Не сильно.
Но Аканэ не попыталась удержаться и упала на колени. Асахи сделала шаг вперёд.
— Чисаки.
— Не останавливай меня.
— Ты толкнула её.
— Она привела к нам Алекса!
Аканэ сидела перед ней, глядя на землю.
Чисаки указала на тело мужчины.
— Он пришёл за ней. Он окружил нас своими людьми. Он приказал выстрелить в
Хару, потому что Хару был рядом с ней!
— Да, — произнесла Аканэ.
Чисаки посмотрела на неё.
— Что?
— Он пришёл за мной.
Аканэ провела ладонью по лицу, оставив на щеке красный след.
— Если бы меня здесь не было, он не стал бы искать Хару.
— Аканэ, — сказала Асахи.
— Она права.
— Я не сказала, что она права во всём.
— Но в этом права.
Аканэ посмотрела на пятна крови перед собой.
— Я знала об Алексe. Знала, на что способна его семья. Знала, что он считает
помолвку настоящей. И всё равно решила, что могу просто исчезнуть и никогда больше с
этим не столкнуться.
— Ты могла рассказать, — сказала Чисаки.
— Могла.
— Но не рассказала.
— Нет.
— Хару доверял тебе.
Аканэ закрыла глаза.
— Знаю.
— Он рассказал тебе о своём мире.
— Не всё.
— Достаточно!
Голос Чисаки снова поднялся.
— Он открыл тебе то, чего не рассказывал мне. Показал Блэйда. Привёл в свой дом.
Поверил тебе. А ты всё это время знала, что где-то есть человек, называющий тебя своей
невестой.
— Да.
— Скажи хоть что-нибудь кроме «да»!
Аканэ открыла глаза.
В них больше не было ни слёз, ни привычной резкости. Только усталое, страшное
спокойствие.
— Что ты хочешь услышать?
Чисаки не ответила.
— Что я не виновата? — продолжила Аканэ. — Что Алекс сам принял решение?
Что я не держала арбалет? Что Хару мог погибнуть и на любом другом задании?
Она медленно покачала головой.
— Я не буду этого говорить.
— Почему?
— Потому что он пришёл за мной.
Аканэ посмотрела на место, где исчезло тело Хару.
— Хару умер из-за меня.
Чисаки несколько секунд смотрела на неё.
Пальцы на её руках сжались.
— Если бы Хару никогда тебя не встретил, он был бы жив.
Асахи резко повернула голову к ней. Аканэ не вздрогнула. Не возразила. Просто
кивнула.
— Да.
— Нет, — сказала Асахи.
Обе девушки посмотрели на неё.
Асахи встала между ними полностью.
— Отойди, — потребовала Чисаки.
— Нет.
— Она сама признала.
— Аканэ сейчас согласится с чем угодно, что сделает ей больнее.
— Я понимаю, что говорю, — произнесла Аканэ.
Асахи посмотрела на неё.
— Нет.
— Не решай за меня.
— Тогда не решай за Хару.
Аканэ нахмурилась.
Первое живое выражение появилось на её лице.
— Что?
— Ты сказала, что без тебя он был бы жив. Ты не знаешь этого.
— Алекс…
— Алекс пришёл за тобой. Это правда.
Асахи повернулась к Чисаки.
— Аканэ скрыла то, что должна была рассказать. Это тоже правда.
Чисаки отвела взгляд.
— Тогда зачем ты её защищаешь?
— Я не защищаю.
Асахи снова посмотрела на Аканэ.
— Ты должна была рассказать Хару. Он имел право знать. Мы все имели.
Аканэ медленно кивнула.
— Знаю.
— Но ты не стреляла в него.
— Какая теперь разница?
— Для тебя — большая.
— Хару всё равно нет.
— Поэтому ты хочешь, чтобы Чисаки уничтожила тебя вместо Алекса?
Аканэ посмотрела на неё.
— Я не…
— Хочешь.
Асахи говорила ровно. Не повышая голоса.
— Ты не сопротивлялась, когда она тебя толкнула. Ты соглашаешься с каждым
обвинением. Ты даже не посмотрела на неё, когда она сказала, что без тебя Хару был бы
жив.
— Потому что это правда.
— Ты повторяешь это, чтобы больше ничего не чувствовать.
Аканэ резко поднялась.
— Ты больше не чувствуешь меня!
Асахи замолчала. Аканэ тяжело дышала.
— Контракта нет. Связи нет. Ты сама сказала.
— Нет.
— Тогда не говори, что знаешь, что я чувствую.
— Я вижу.
— Ничего ты не видишь.
— Вижу, как ты ищешь способ исчезнуть вслед за ним.
Аканэ застыла.
Чисаки посмотрела на неё внимательнее. Асахи продолжила:
— И вижу, как Чисаки пытается причинить тебе такую же боль, какую чувствует
сама.
— Не смей, — тихо произнесла Чисаки.
— Ты сказала, что Хару был бы жив, если бы не встретил её.
— Потому что Алекс пришёл за ней.
— Да.
— Тогда в чём я неправа?
— Ты не знаешь, каким был бы Хару без Аканэ.
Чисаки сжала челюсть.
— Он хотя бы был бы жив.
— Может быть.
Ответ Асахи заставил обеих замолчать. Она не стала спорить.
Не сказала, что всё обязательно произошло бы так же.
— Может быть, — повторила Асахи. — А может быть, он погиб бы в малом данже.
Или в Пепельном разломе. Или возле красного дракона. Или спасая тебя. Или меня.
— Это другое.
— Для него — нет.
Асахи посмотрела на кровь на своих руках.
— Хару-хозяин постоянно шёл туда, где мог погибнуть. Иногда ради нас. Иногда
потому, что был упрямым. Иногда потому, что считал это правильным.
Её голос дрогнул. Совсем немного.
— Я не знаю, почему сегодня умер именно он. Но знаю, что Алекс приказал его
убить. Стрелок выпустил болт. Блэйд не успел. Ты не смогла вылечить. Аканэ не
рассказала правду.
Асахи подняла взгляд.
— Всё это произошло. Нельзя выбрать только одну часть и сделать вид, что
остальных не было.
Чисаки опустила голову.
— Я почти спасла его.
— Знаю.
— Если бы я была сильнее…
— Тогда ты говоришь то же самое, что Аканэ.
Чисаки посмотрела на неё.
— Это не одно и то же.
— Вы обе хотите найти одну причину.
Асахи указала на место, где лежал Хару.
— Потому что тогда можно решить, кого наказать.
Она перевела взгляд на тело Алекса.
— Тот, кто приказал стрелять, уже мёртв.
Аканэ посмотрела туда же.
На её лице ничего не изменилось.
— Этого недостаточно.
— Знаю.
Асахи повернулась к Чисаки.
— И если ты сейчас сломаешь Аканэ, Хару не вернётся.
Затем к Аканэ:
— Если ты позволишь ей это сделать, он тоже не вернётся.
— Тогда что нам делать? — спросила Чисаки.
В её голосе больше не было крика. Только усталость. Асахи посмотрела на клеймор.
— Блэйд сказал позаботиться друг о друге.
Чисаки закрыла глаза.
— Я не могу сейчас заботиться о ней.
— Тогда хотя бы не причиняй ей вред.
— А она?
— Аканэ не должна причинять вред себе.
Аканэ отвела взгляд.
— Я ничего не собираюсь делать.
— Хорошо.
— Ты мне не веришь?
— Нет.
Аканэ хотела возразить. Не стала.
Несколько мгновений они стояли молча. Ветер шевелил ветви.
Где-то далеко скрипнули колёса повозки, но звук быстро исчез.
На дороге всё ещё лежали брошенные мечи и щиты. Возле кустов темнело тело
арбалетчика. Алекс оставался там, где его настигла Аканэ. Мир вокруг продолжал
существовать. Солнце светило.
Птицы постепенно возвращались на ветви. Трава двигалась под ветром.
Только Хару больше не было.
Чисаки первой посмотрела в сторону дороги, ведущей обратно к Glyrt.
— Нужно вернуться во дворец.
Аканэ подняла голову.
— Нет.
— Здесь лежат тела. На нас напали возле столицы. Отец должен узнать.
— Отправишь ему письмо из первой деревни.
— Аканэ…
— Я не вернусь туда.
— Почему?
Она посмотрела на кровь на своих ладонях.
— Я не смогу войти в зал и сказать им, что утром нас было четверо.
Чисаки вздрогнула. Аканэ продолжила:
— Не смогу смотреть на твою мать. Не смогу слушать вопросы солдат. Не смогу
рассказывать всё снова.
— Но нам нужно куда-то идти.
— В Wist.
Чисаки посмотрела на неё.
— Ты думаешь, там будет легче?
— Нет.
— Тогда зачем?
Аканэ не ответила.
Асахи подняла сумку с куклой.
Проверила, что та осталась внутри. Потом произнесла:
— Хару хотел домой.
Чисаки опустила взгляд.
Асахи посмотрела в сторону дороги, по которой они шли до нападения.
— Он говорил об ужине. О кровати. О том, куда я поставлю куклу.
Её пальцы сжали край сумки.
— Его дом в Wist.
— Его больше нет, — прошептала Чисаки.
— Дом остался.
Чисаки долго молчала. Затем вытерла лицо рукавом.
На ткани остался след крови, которую она не заметила.
— В первой деревне я найду гонца, — сказала она. — Отправлю письмо отцу.
Пусть пришлёт солдат и разберётся с телами.
Аканэ посмотрела на Алекса.
— Делай что хочешь.
— Я сообщу правду.
— Хорошо.
— Включая то, кто его убил.
— Хорошо.
Чисаки сжала губы.
— Тебя это вообще волнует?
Аканэ посмотрела на неё.
— Я убила человека, который приказал убить Хару.
Её голос оставался пустым.
— Можешь написать моё имя крупнее.
Чисаки отвернулась. Асахи подошла к Блэйду.
Взялась за рукоять обеими руками и попыталась поднять его.
Клинок оторвался от земли, но почти сразу потянул её вниз. Аканэ заметила.
Несколько секунд смотрела. Потом подошла.
— Отпусти.
Асахи подчинилась. Аканэ взялась за рукоять. Подняла Блэйда. Меч оказался
тяжёлым.
Раньше в руках Хару он двигался так, словно весил намного меньше. Сейчас
клеймор тянул руки вниз, требуя настоящего усилия.
Аканэ прижала его к себе.
— Блэйд.
Она подождала. Линии Пустоты не загорелись. Человеческая форма не появилась.
— Я знаю, что ты не можешь мне ответить.
Она провела пальцами по холодному металлу.
— Но я всё равно понесу тебя домой.
Аканэ сняла с плеча дорожную сумку. Освободила крепления.
Ремни не были рассчитаны на клеймор, но после нескольких попыток она смогла
закрепить ножны за спиной.
Блэйд лёг поперёк её плаща.
Тяжёлый. Слишком длинный для неё.
Чужой. Аканэ поправила ремень. Он врезался в плечо. Она затянула сильнее.
Чисаки молча наблюдала. Асахи подошла к ней. Не коснулась. Просто остановилась
рядом.
— Мы вернёмся в Wist, — сказала Чисаки.
Аканэ кивнула.
— Да.
— Но я не простила тебя.
— Я знаю.
— И не знаю, смогу ли.
— Знаю.
Чисаки закрыла глаза.
— Перестань это говорить.
Аканэ больше не ответила.
Асахи подняла с земли катану и протянула ей. Аканэ посмотрела на оружие.
На кровь Алекса вдоль клинка.
Приняла катану и убрала в ножны, не вытирая. Чисаки собрала оставшиеся вещи.
Еда, приготовленная королевой, лежала возле дерева, где они остановились на
привал.
Хлеб.
Сыр. Нарезанные фрукты.
Бутылка воды, которую Аканэ протягивала Хару. Чисаки хотела оставить всё.
Потом молча сложила обратно в сумку.
Асахи подняла куклу ближе к груди.
Аканэ встала на дороге первой. Блэйд давил на плечи.
Она поправила ремень ещё раз.
Посмотрела на пустое место возле дерева. Там оставалась кровь Хару. Больше
ничего.
— Идём, — сказала она.
Чисаки не сдвинулась.
— Я не могу.
Аканэ остановилась.
Асахи взяла Чисаки за руку. Не потянула. Просто сжала пальцы.
— Я тоже.
Чисаки посмотрела на неё.
— Тогда как?
— Вместе.
Чисаки опустила голову.
Через несколько секунд сделала первый шаг. Асахи пошла рядом.
Аканэ ждала, пока они приблизятся.
Никто не смотрел на тело Алекса.
Никто больше не пытался позвать Хару.
Они продолжили путь в Wist. Аканэ шла впереди.
За её спиной тяжело лежал Блэйд. Его голос не прозвучал.