Почему люди такие хрупкие?
> смеялись.
Почему они такие грустные?
> плакали.
И сегодня > снова смотрят.
Некий >, который жил на севере, кричал:
- Я убийца. Король бойни. Если ты хочешь проклясть меня, тогда вперед. Но все же... все же, я продолжу размахивать этим мечом. Чтобы спасти больше жизней, чем собираюсь уничтожить.
Смотря, как он плачет, выкрикивая эти слова…
Я не хочу больше убивать. Я не хочу никого ранить. Я не могу продолжать махать своим мечом в этом мире. Он закричал, но все равно > взмахнул мечом.
Меч, который > даровали ему.
Он печально махнул им.
И > посмеялись над этим.
И > плакали при этом.
Затем они убедились, что план, который они составили, функционировал верно.
И на этот раз, некий >, живший на юге, закричал:
- Если бы я мог вернуться вспять... вернуться и восстановить все... если бы я мог вернуть дни, проведенные с Райнером и Феррис, я бы даже отдал эту жизнь...
Он кричал, но > все равно не остановился.
Он предал своего друга, он ранил себя так, что едва мог стоять на ногах. Тем не менее, > не остановился.
И > смеялись над этим.
И > плакали при этом.
Затем они убедились, что план, который они составили, функционировал верно.
Затем они убедились, что план – в котором они использовали грустных > и > – функционировал верно.
Но тогда они и поняли, что слышат легкий шум.
И > знали, что это за шум.
Это было так же, как всегда. Всегда, всегда, он вносил шум в этот идеальный план.
Этот шум задребезжал.
Этот шум качнулся.
Шум в форме > вращался по кругу.
Но он не был >.
По крайней мере, он не был тем >, которого > знали.
> называли его демоном.
Демон.
Демон.
Демон.
Они не помнили, чтобы когда-либо создавали нечто подобное.
Демон.
Демон.
Демон.
Демон, который должен был дремать в глубинах тьмы, медленно открыл глаза…
- …