Перевод подготовлен командой «Звёздный Раскол» 🌌
Приятного чтения!
Священник Фольке — этот «учитель», мчащийся прямым экспрессом к одинокой смерти, — поступил просто бессовестно.
На следующий же день начались занятия барышни Майки, вот только учить её с бухты-барахты поручили мне. Никаких священных служб на горизонте не маячило, так что единственной обязанностью этого человека оставалась расшифровка древних текстов. Чистейшей воды саботаж церковных обязанностей! Едва успевшая закончиться священная война грозила разгореться с новой силой. Впрочем, для партии войны нашлась весомая выгода, остудившая боевой пыл, так что священную войну удалось чудом предотвратить: из дома старосты в нашу семью передали весть о принятом решении. Тот самый отец, вечно брюзжавший и цедивший колкости всякий раз, когда заставал меня за книгой, на сей раз сам отпустил меня в церковь, велев не надрываться на хозяйстве.
Какое же облегчение! Физической работы сегодня досталось меньше обычного, голова оставалась свежей, и я наконец-то мог выкроить время для чтения, пусть даже попутно приходилось кого-то учить. Если подумать о положении барышни Майки, ситуация отдавала неловкостью, но над этим пустяком можно было лишь посмеяться.
— Ну что ж, для начала попробуем вот так?
— У-угу... Пожалуйста, помоги мне, Эш-кун.
Барышня Майка все еще заметно нервничала, поэтому я старался улыбаться и говорить как можно мягче. Первое впечатление о человеке почти целиком строится на внешнем виде, а остальное довершает голос. Суть же беседы под влиянием этого впечатления способна меняться до неузнаваемости, так что о содержании можно думать во вторую и третью очередь — по крайней мере, так подсказывали обрывки памяти, оставшиеся от прошлой жизни.
— Говорят, разным людям подходят разные методы, но давайте для начала возьмем ту же книгу, по которой занимался я.
— Ты тоже по ней учился, Эш-кун?
— Да. Это первая книга, которую я одолжил у священника Фольке... точнее, у учителя Фольке.
Правда, он лишь одолжил мне её, так ничему и не научив, — тоже мне учитель, ирония да и только.
Я протянул барышне Майке ту самую книгу праздничных молитв — драгоценный список, собственноручно составленный учителем Фольке. Девочка бережно приняла её и с благоговением уставилась на тонкую тетрадь.
— Книга, по которой учился Эш-кун...
Казалось, её взгляд искрился неподдельной решимостью. Прямо сейчас она делала первый шаг к тому, чтобы научиться читать. Это трепетное волнение перед задачей, которая прежде казалась невозможной, — я прекрасно понимал её чувства. И пусть меня втянули в эту затею против воли, а особого рвения я поначалу не испытывал, при виде подобного воодушевления энтузиазм волной поднялся и во мне.
— В этой книге записаны священные слова, которые учитель Фольке обычно читает во время празднеств. Вы их наверняка уже слышали, поэтому и запомнить будет куда легче — оттого я её и выбрал.
— В-вот как... Здорово.
— Да просто в голову пришло, ничего особенного.
Не хватало еще, чтобы она восхищалась такой ерундой. Куда важнее без лишних заминок перейти к уроку.
— Думаю, лучше всего начать со слов, которые вам ближе всего или больше знакомы на слух. Есть у вас любимые фразы?
— Эм... Ну, например, слова, которые ты сам выучил самыми первыми, Эш-кун...
— Что ж, пожалуй, вот эта.
Это была элементарнейшая молитвенная фраза. Случись что-нибудь хорошее, её выкрикивали примерно с тем же чувством, с каким кричат восторженное «Ура!». Сам я религиозным благочестием не отличался, поэтому пользовался ею крайне редко.
— Тогда пусть будет эта. Можно?
— Если вас устраивает, Майка-сан, то я только за. Давайте разбирать её знак за знаком.
Для начала решено было взять строку «Могучий Волчий Бог». Я читал вслух, ведя пальцем по строке, чтобы показать, какой знак какому звуку соответствует:
— Вот этот знак читается как «та», следующий — «ку», а дальше по порядку идут «ма», «си», «ки», «ро», «у», «си», «н».
Поймет ли она такие объяснения? Я взглянул на девочку, склонившуюся над книгой рядом со мной. На скорый прогресс рассчитывать не приходилось, и барышня Майка действительно не поспевала: она смотрела на меня совершенно потерянным, отсутствующим взглядом.
— Давайте разбирать по одному знаку за раз. Вот этот — «та»... Майка-сан?
— А, д-да. Значит, вот это — «та»?
— Именно так, все верно. Дальше идут «ку», «ма», «си», «ки»... Считается, что Волчий Бог наделен несокрушимым здоровьем и сильным телом, поэтому ему часто молятся, когда рождаются дети или предстоит тяжелый труд.
Решив, что перегружать её всем сразу не стоит, я попытался разбавить урок пояснением по теме. И тут...
— А-а... Так вот что значит «могучий»...
С неподдельным изумлением на лице она пробормотала нечто, заставившее опешить уже меня.
Вот оно как. Значит, объяснять придется с самых азов — даже значения слов?
В то же мгновение, когда эта мысль промелькнула у меня в голове, с лица барышни Майки схлынули краски. Похоже, она осознала, какую наивность сморозила вслух, и теперь сгорала от стыда. Мне потребовалось изрядное усилие воли, чтобы удержать лицо и не выдать замешательства. Мелькни сейчас у меня опешившее или разочарованное выражение перед растерянным ребёнком — я лишь глубоко раню её. Пусть даже сейчас я и сам был ребёнком одних с ней лет.
Не зная, насколько убедительно выгляжу со стороны, я продолжил беседу максимально бодрым тоном, сделав вид, будто ничего из ряда вон выходящего не произошло:
— Кроме того, стойкий дух и твердое сердце тоже называют могучими.
— В-вот как... Эм-м...
— Спрашивайте обо всем, чего не знаете. А если я сам не смогу ответить, мы просто вместе пойдем и спросим у учителя Фольке.
Если она решит, будто не знать чего-то постыдно, дальнейшая учеба зайдет в тупик, так что приходилось изо всех сил сглаживать неловкость.
— А... как насчет «Мудрого Обезьяньего Бога»?..
Старания не пропали даром: барышня Майка решилась спросить сама. Девочка все еще смущалась, но если двигаться вперед шаг за шагом, со временем между нами сложатся доверительные отношения, и она перестанет стесняться вопросов.
— «Мудрый» означает умный, рассудительный. Когда берешься за такую учебу, пожалуй, стоит помолиться Обезьяньему Богу, чтобы он поделился хотя бы крупицей своего ума.
— Вот оно как... Тогда, наверное, мне тоже стоит помолиться?
Барышня Майка, пусть еще немного скованно, но уже застенчиво улыбнулась. Я ответил ей столь же тепло.
Какое счастье. Препятствий на пути предвиделось куда больше, чем казалось поначалу, но дело вроде бы шло на лад, и с сердца наконец отлегло. В таком духе я обязательно добьюсь того, чтобы и барышня Майка научилась читать. В конце концов, это стало ясно еще тогда, когда священник Фольке завел речь о расшифровке древнего языка: иметь рядом человека, способного разделить твои интересы, — истинное удовольствие.
Над главой работал:
— malstach