Одвин опустила взгляд на протянутый документ. Это действительно было заявление об отставке.
Но сам поступок озадачивал её.
Пусть мы общались не слишком близко, она знала о ненасытной тяге Джулиана к власти. Почему человек, желающий подняться выше всех, добровольно отказывался от такой опоры?
— Не хотите ли вы сказать, что сами убили императора?
Она спросила на всякий случай.
— Эта шутка зашла слишком далеко, госпожа Одвин.
Я тихо рассмеялся. От звука по её спине пробежал холодок, но на ложь это не походило.
— Верно, я пошутила.
Одвин кашлянула, взяла заявление и убрала в ящик.
— Я не принимаю вашу отставку.
— Почему?
— Потому что это раздражает.
Я даже немного растерялся.
— Подавать заявление посреди такого хаоса — всё равно что просто сбежать.
— Но разве документы, которыми вы занимаетесь, имеют ко мне отношение?
— Именно поэтому это бесит ещё сильнее. Так что не приму.
Что это вообще значит?
Увидев мою реакцию, Одвин неловко пожала плечами.
— Это тоже была шутка. Просто без вас «Закрытые Глаза» перестанут нормально работать как ведомство, подчинённое императорской семье.
Она захлопнула ящик.
— Возвращайтесь, когда захотите.
— Вы ведь не знаете, когда это случится.
— Думаю, мы встретимся довольно скоро.
— Не настолько скоро.
— Счесть это обещанием вернуться?
Одвин снова проверила закрытый ящик и с редкой для неё улыбкой добавила:
— После вашего ухода «Закрытые Глаза» всё равно скоро распустят. Поэтому оставим всё как есть.
От подобной наглости мне оставалось лишь недоверчиво улыбнуться и кивнуть.
***
Покинув здание «Закрытых Глаз», я купил бутылку дорогого алкоголя. Тот, кому она предназначалась, предпочитал напитки средней цены, но когда ещё тратиться, если не сейчас?
— Для могилы героя Империи место слишком скромное.
Добравшись до захоронения Святого Меча, я невольно произнёс это вслух. Подвиги Хейдена Райха заслуживали целого мемориала и места на национальном кладбище, однако его могила выглядела почти смешно.
Наверняка причиной стало изгнание. Без просьбы влиятельного человека вроде Орнна Крайпарта даже такой могилы могло не быть.
— Хм?
У плиты лежал букет. Сегодня не было памятной даты, значит, кто-то навещал его регулярно.
«Наверное, Линне».
— Повезло вам, учитель. Хотя бы одна ученица приходит постоянно.
Пробка вышла из бутылки с приятным хлопком. Я начал лить напиток на камень с именем Хейдена Райха.
— Редко навещаю, да ещё и принёс медовуху, которую вы так не любили. Плохой из меня ученик.
Наблюдая, как медовуха стекает по надгробию, я улыбнулся. Упрямый старик всегда говорил, что выпивка не должна быть сладкой. В этом его можно было понять: слишком сильный вкус мешает закуске.
— Хотя какая теперь разница? После смерти вы вряд ли собираетесь закусывать.
Струя истончилась и вскоре закончилась.
— Говорят, отдохнуть удаётся лишь после смерти. Похоже, не врали.
Голос раздался сзади. Я не удивился — присутствие заметил заранее.
К могиле подъехали Калдрах и Абиша. Раны принца ещё не зажили; ведьма помогала ему управлять устройством, похожим на кресло-каталку.
— Предположил, что ты будешь здесь, и решил прийти.
— Едва выжили.
— В этих словах слишком много злорадства. Но что поделать? Я всего лишь невежественный человек, вынужденный цепляться за жизнь всеми силами.
Странно слышать от принца, что он невежда.
— Это была шутка, — пояснил Калдрах.
Я не понял, в каком месте следовало смеяться.
— Меня спас Флюгель. Всё-таки не зря его называют лучшим магом и лекарем Империи.
— Значит, господин Флюгель очнулся?
— Уже довольно давно. Просто по-прежнему лежит в лечебном крыле и ничего не делает.
— Удивительно. Человек, который несколько раз меня убивал, теперь спас мне жизнь.
Упоминание прежних повторений снова озадачило Абишу — она всё ещё не до конца понимала природу Калдраха.
— Вы больше не сможете ходить?
Он коротко вздохнул.
— Врачи не дают точного ответа, но советуют не надеяться.
— Понятно.
— Слишком вялая реакция. Вы всё ещё недовольны, что я вместе со своей свитой перехватил инициативу?
Калдрах слегка улыбнулся.
— Я выступил первым только потому, что человек с наибольшей силой почему-то не собирался действовать.
Я и так подозревал, что он не собирался всерьёз шантажировать меня сведениями об Ордене Рассвета. Калдрах хотел как можно быстрее убить Эульсиса, а мои долгие приготовления ему не нравились.
Поэтому он начал действовать сам. Для меня Калдрах и Рыцари Клина были полезными фигурами, которыми нельзя жертвовать без причины.
— Значит, желание занять трон тоже было ложью?
— Не совсем. Но что мне теперь делать с такими ногами?
Он коротко рассмеялся.
— Придётся доверить всё старшему брату Осборну.
В итоге победителем борьбы за наследование оказался Осборн. Ничего не делать действительно стало лучшей стратегией.
— Ты собираешься покинуть Империю? — внезапно спросил Калдрах.
Я удивлённо посмотрел на него.
— Лишь догадка. Просто возникло такое чувство.
— Вдруг захотелось попутешествовать.
— Попутешествовать?
Я кивнул.
Прежде мне никогда не хотелось объехать континент Розенда. Но разговор с Миленой заставил понять: когда-то этот мир действительно меня очаровал, хотя до сих пор я видел его лишь в воспоминаниях об игре.
Теперь хотелось увидеть его собственными глазами.
— Всем иногда требуется отдых.
На самом деле я отправлялся не отдыхать, но пусть думает так.
— Свяжись со мной после возвращения. Должность командующего Императорскими рыцарями как раз свободна, а подходящего человека я не вижу.
Предложение было куда выше места в «Закрытых Глазах», но сейчас подобное меня не привлекало.
— Подумаю, если к тому времени она всё ещё будет свободна.
— Неужели Империя настолько тебя измотала, что отказываешься даже от положения сильнейшего мечника?
Я люблю деньги. И власть тоже люблю. Лучше всего иметь и то и другое.
Империя была лучшим местом, чтобы получить и то и другое, и единственным, где я сейчас чувствовал себя дома.
— С чего вы взяли? Я нежно люблю Империю.
— А в словах одни колючки.
— Как можно не любить Империю, которая бережно хранит даже такие колючки?
Я в последний раз посмотрел на надгробие и поднял пустую бутылку.
— Что станет с Орденом Рассвета? — спросил Калдрах.
Я остановился.
— Хаос времён верховного жреца больше не повторится.
— Даже без поводка в твоих руках?
В его голосе звучало беспокойство. Орден Рассвета незаметно вырос до огромных размеров, а ослабленной императорской семье было бы трудно справиться с новым мятежом.
— Да. Я уверен.
— Трудно поверить, но пока приму твои слова.
Рыцари Клина, Небесная Стража и императорская армия понесли чудовищные потери. Открыто выступать против Ордена Рассвета сейчас было бессмысленно; оставалось лишь признать его существование.
— Тогда я пойду. Нужно многое подготовить.
Я оставил могилу Святого Меча и вскоре покинул столицу, начав путешествие.
***
— Господин Джулиан внезапно исчез из столицы?
Пинтель не сумел скрыть потрясения, услышав доклад. Раньше Джулиан всегда предупреждал его об отъезде.
— Да, — кивнул Рим Хашар.
Пинтель погладил подбородок и вздохнул. Неужели господин Джулиан ушёл под давлением накопившихся событий?
«Нет».
Такой человек не поддался бы обычному стрессу. Значит, существовала иная причина.
— Простите, — произнёс Рим Хашар. — Если бы мы внимательнее следили за состоянием господина Джулиана…
— Как нам постичь глубину его мыслей? Считай случившееся проявлением божественной воли.
Успокоив его, Пинтель продолжил рассуждать. Вскоре он улыбнулся.
— Неужели…
— Что?
— У отъезда господина Джулиана обязательно есть цель.
Рим Хашар внимательно слушал.
— После недавнего происшествия императорская семья вынуждена следить за ним. Он один из двух выживших свидетелей событий в тронном зале и единственный, кто видел всю картину.
— Значит, семья силой вытеснила господина Джулиана из столицы?
Пинтель не стал отрицать.
— А это говорит о её крайней слабости. Им пришлось изгнать даже его.
Он поднялся.
— Господин Джулиан покинул столицу, чтобы сообщить нам: у Ордена Рассвета появился шанс поглотить императорскую семью.
— Тогда он требует поднять в столице новую бурю?
— Нет.
Пинтель резко отверг предположение и опёрся на посох.
— Думаю, он передал иной приказ.
— Какой же?
Осборн де Адратан считался главным кандидатом на трон, но уступал Калдраху и Эульсису в народной любви. Третий принц выжил, однако из-за тяжёлого состояния почти потерял влияние.
— Мы должны подготовить почву, чтобы в день возвращения господина Джулиана провозгласили императором.
При таком развитии событий имя следующего правителя вполне могло оказаться «Джулиан».
— Он намеренно разыграл собственное изгнание и дал Ордену Рассвета причину объединиться в эпоху потрясений.
— О-о…
— Мы не знаем, когда он вернётся. Поэтому подготовка должна начаться сейчас.
Пинтель указал посохом на Рима Хашара.
— Созови архиепископов на совет.
— Да!
Провожая его взглядом, Пинтель тихо рассмеялся.
«Наконец я постиг глубину замыслов господина Джулиана!»
Он искренне в это верил.
***
Палящее солнце и бесконечное пространство без единого зелёного пятна.
Одни называли это место Пустыней Смерти, другие — Концом Странников. Но настоящее имя было простым: пустыня Суранун.
По ней шёл одинокий человек.
Солнце обжигало кожу за считаные секунды, поэтому путник полностью укрыл голову и тело тканью. Спустя долгое время он заметил несколько деревьев и остановился в их тени.
— Странник без верблюда в такой пустыне явно мечтает умереть.
Из тени заговорил уже отдыхавший там старик. Оценив состояние незнакомца, он неодобрительно цокнул языком.
Даже местные не отправлялись в Суранун без подготовки. Требовались вода, припасы и верблюд для перевозки груза.
— Хотя раз добрался так далеко, совсем слабаком тебя не назовёшь.
— Благодарю за похвалу, господин.
— Я ещё не настолько стар, чтобы ты звал меня господином.
Путник тихо рассмеялся.
— Вы хорошо владеете общим языком континента. Пришли извне?
— Думаешь, Суранун — захолустная деревня? Мы давно освоили общий язык. Иначе как бы я читал газеты?
Старик лениво встряхнул листы.
— Ты гражданин Империи?
— Да.
— По коже видно.
Он снова цокнул языком.
— Слышал, около года назад у вас случилось нечто серьёзное. Как же это называли… Событие, потрясшее столицу до основания?
— Вы хорошо осведомлены о внешнем мире, господин.
— А чем ещё заниматься в пустыне? Только и остаётся внимательно читать редкие газеты.
Старик помахал посохом и проверил пасущихся неподалёку верблюдов.
— Честно говоря, Империю я не люблю. Если она рухнет, только обрадуюсь! Но не пойми неправильно — ненавижу государство, а не отдельных…
Он осёкся, встретившись с путником взглядом.
На плечо незнакомца бесшумно опустилась невидимая для старика птица и что-то прошептала.
— Проникновение в императорскую семью?.. Пинтель, какого хрена ты опять задумал?
Путник пробормотал это и поднялся.
— Уже отдохнул?
— Внезапно появилось срочное дело.
— Тогда пойдём вместе. Ты ведь собирался в деревню рахманцев?
— Собирался. Но, похоже, придётся возвращаться.
Он улыбнулся и вышел из тени. Старик проводил его взглядом и услышал слова, разлетевшиеся над песками:
— Блядь. Блядь, ну почему опять…
[Конец основной истории]
+=+=+=+=+=
Перевод выполнен командой Дом Некроманта.