[Повествование от третьего лица, о событиях прошедших несколько сотен лет назад с великой и непостижимой, Её Совершенство Богиней Нитмой]
Отрубленная голова последнего её поклонника скатилась с эшафота.
Отвратительное чувство того, что она лишь смотрела, как умирают её верные последователи, как она уже ничего не могла изменить. Что и говорить, она даже не могла видеть их мучений своими глазами.
— Ну как тебе шоу, о моя богиня?! — в угол обзора артефакта ворвалось лицо безумца, который разрушил её паству. — Вам понравилось? Надеюсь вы по достоинству оценили такое использование Ока? — безумец смеялся, — Скажите, ахахаха, поделитесь своими впечатлениями, как, пхахаха его соззcдатель!
Во всю гогочущий мужчина упал колени, и истерически смеясь свесился с балкона, держа Пурпурное Око в своей левой руке. Тем временем за его спиной раздался звон шагов. Мужчина обернулся и, всё ещё хихикая, преклонил колена перед вышедшей на балкон красавицей. Она была облачена в вульгарный, по мнению Нитмы, наряд цвета светлой охры. Её золотые волосы спускались по открытым плечам и развевались на ветру, подчёркивая победную улыбку на лице.
— Да уж, кто бы мог подумать, глупая Нитма, что твой последний жрец склонится пред тобой не от благоговения, от распирающего его смеха.
— Проклятая Нифель!
В своей тюрьме богиня скрипнула зубами. Её руки дрожали от гнева, заставляя сковывающие их цепи звенеть.
— Вот тут ты не права, дорогуша. Из нас двоих, именно ты будешь проклята на вечное заточение и полное забвение.
Нифель подошла к Горвату и потрепала его волосы.
— Хорошая работа. А теперь давай закончим дело и заставим дурочку подумать над своим поведением, теперь у неё для этого будет предостаточно времени. Отдай Око, Горват.
Предатель дрожащей рукой передал кольцо с крупной жемчужиной пурпурного цвета.
Почти не проявив нетерпения (однако глаза её всё же выдавали), Нифель взяла кольцо левой рукой и, повертев немного, стала надевать на указательный палец правой руки.
Внезапно воздух затрещал, от кольца стала распространяться фиолетовая аура, которую атаковали золотые молнии.
Нитма почувствовала незнакомую прежде боль, такую будто её одновременно и подожгли и пронзили всё тело иголками.
С другой стороны Нифель похоже тоже приходилось несладко. Кучка молний превратилась в искрящий шквал радиусом в несколько метров. Зубы богини скрипели, и лицо было заметно напряжено.
Тем не менее, как бы Нитма ни пыталась удержать власть над артефактом, как бы ни сосредотачивала божественную волю, кольцо медленно продвигалось по пальцу: её сущность изгнали из царства богов и запечатали. Теперь она и близко не могла сопротивляться силе спустившегося на землю бога, осквернявшего её достоинство в другой части планеты.
Золотых молний становилось все больше. Они уже затмили солнце. Горват, стоящий на коленях скрылся в этом свете, а рогатые человекоподобные существа на площади, будь они землянами, могли бы подумать, что на балконе храма разорвалась атомная бомба. Однако это были демоны, что склонили колени в благоговении и страхе перед их богом, карающем "предательницу", которую они уже считали чужой, хоть и возносили ей молитвы, как и к остальным Нио́нам ещё несколько дней назад.
С грохотом этот океан света устремился в кольцо, исторгая из него и разрывая в клочья облака пурпурной ауры, пока в один миг камень в кольце не стал белым, а затем золотым.
Тем временем площадь погрузилась в тишину. Золотой свет исчез и теперь свет дня казался блеклым словно сумерки. Нифель торжественно улыбнулась, наслаждаясь своим новым приобретении и успокаивая токи божественной энергии. Она закрыла глаза, сконцентрировав волю и любопытство на глазе древнего титана, что теперь принадлежал ей. Столь сложный план наконец увенчался успехом, ничего не случится, если она немного переведёт дух и изучит такое сокровище. Божественная воля Нифель растянет эти несколько мгновений в часы. Смертные даже не заметят, они всё ещё ослеплены её величием буквально и фигурально, скаламбурила она в мыслях.
Действительно, демонический народ на площади даже не мог видеть, их глаза ещё не адаптировались к новому освещению. Поэтому никто не стал свидетелем того, как в тени медленно поднимается фигура Горвата, как в его руки ложится, словно порождённый пустотой, стилет, окутанный красными рунами. Как его глаза, теперь горящие красным устремляются на ту, что считала себя его новой госпожой.
Спустя миг стилет оказался в теле Нифель, пронзив той сердце. Горват, точнее то, что сейчас было в его теле, склонилось к её уху и прошептало:
— Ну, лохушка, теперь ты знаешь, что пакость всегда нужно доводить до конца. Надеюсь в пустоте это знание тебе пригодится. — Сущность захохотала, трансформируясь в двухметровую демоницу с красной кожей.
Теперь уже иссыхающее лицо Нифель выражало до шок и боль. Её ноги подкосились, глаза померкли, а тело словно сжималось и обесцвечивалось, отдавая все силы клинку. Наконец одежды цвета охры тоже исчезли, а тело рассыпалось снопом золотых искр, что были жадно втянуты в клинок. От той, кто раньше была богиней осталось лишь кольцо с золотым камнем, которое со звоном упало на камни мостовой с балкона.
— Жаль бросать здесь эту штуку, но не я не хочу чтобы по ней меня как-то отследили другие неудачники из Нио́нов.
Боэтия резко взмахнула кинжалом: из лезвия вырвалась змееподобная бордовая плеть, сорвавшая головы всех присутствующих на площади. Богиня предательства облизнула губы и покинув балкон, растворилась в тенях богато обставленной комнаты.
Жёлтый камень в кольце медленно терял свой золотой цвет, пока не стал серо мутным, как запотевшее изнутри стекло.
Так была убита Нифель, Первая из Нионов, впрочем никто из её сестер или братьев об этом так и не узнает. Занятые сговором со своей сестрой, они так были увлечены получением собственной выгоды, что даже не заметили её смерти. Но их можно понять: в большой семье не щёлкают.
Нитма же узнает о смерти теперь ненавистной Нифель лишь через многие годы из третьих уст. Она потеряла сознание, в момент уничтожения Пурпурного Ока.
Холод. Тяжесть. И… Ненависть? Так вот каково это чувство. Божественная сущность Нитмы была заперта в теле из плоти и крови. Людские чувства, что раньше, при воплощении казались в диковинку, за сотни лет заточения превратились в орудие пытки.
Лязгнули цепи. Некогда грациозная богиня сменила позу и провисла другим боком. Какой смысл в манерах, когда её никто не видит уже долгие века? Это место ужасно в своей изоляции. Нитма не знала, где точно её заточили, но похоже, что в каком-то проклятом месте, где она по своей воле даже не может связаться с другими богами. Тем не менее её силы бога никуда не делись и она все ещё обладала непостижимой по меркам смертных силой. Хотя что толку от неё, когда она даже не сможет освободиться? Её по силам освободить лишь кому-то из смертных, в мире которых её заточили, и душ которых она теперь даже почти не ощущает, настолько далеко и безлюдно было это место.
Конечно, когда её ещё только заключили здесь, она то и дело чувстовала горящие огнем любви страданий или ненависти души сильных смертных. С некоторыми из них она даже могла связаться. Однако услышав её голос они лишь сильнее молились своим богам, прося избавить их от искушений и злой ереси. Те же немногое что ещё не нашли своей веры или же предали её, не воспринимали её всерьез. Они не понимали с чего вдруг богине являться к ним, не доверяли ей. Ей, БОГИНЕ! Да как они смеют сомневаться в её словах! Они вообще знали чего ей стоило переступить через свою гордость и просить каких-то слабаков вроде них о помощи?! Она БОГ! Страдая и слабея от того что делает она обращалась к душам но не находила никого. Наверняка другие боги сговорились против неё! Те немногие людские герои, что решались принять её предложение как правило были совсем отчаявшимися и не имели ничего за душой. Эти редкие отщепенцы прикладывали все усилия, чтобы стать сильнее, но им не удавалось ничего изменить. Те, кто отправлялись на поиски своей проклятой богини находили лишь смерть, а другие, решившие возродить церковь её веры, подвергались религиозным чисткам, инициируемым другими богами. Демоны, гномы, эльфы, люди, с кем бы она не связалась все заканчивали одинаково.
И вот прошли годы, затем века, а потом она потеряла счет времени постоянно ища души, готовые бросить вызов этому миру, чтобы стать сильнее и спасти её. Со слабеющей силой истончалась её оболочка, притуплялось восприятие. Однако другого выхода нет. Нитма — богиня, она никогда не сдастся, пока не потухнет её воля, пока оболочка не иссякнет, и душа, низведенная по силам до уровня смертных, не покинет это бренное тело.
Вновь звякнули цепи, но сил не осталось даже на стон. На цепях в глухой и темной пещерной зале висел истонченный скелет. Но даже так, в бледном фиолетовом свете пентаграммы, в нем читалась воля, сила и непостижимая красота…
Сколько мне осталось? Век? Десять лет? Год, месяц, день, час? Нет смысла думать об этом, искать, даже в полной темноте нужно продолжать искать…
Вдруг впервые за долгое время она что-то почувствовала. Душа. Странная, некрасивая, изможденная душа явилась в этот мир. Однако это инородная душа! Она не принадлежала этим трем мирам! — В безжизненных глазах загорелся интерес. — Никого подобного я раньше не встречала! Но что же делать? Она так далеко и так плохо ощущается… Эта душа сразу приковала молчаливое внимание других богов. Что это? Он связан с Сутакдиром, Великим Богом Судьбы, но это не связь бога и поклонника, скорее причудливый контракт. А ещё это клеймо богохульника. Он попал в немилость сильнейшего бога всех времен?
Потянулись часы томительного ожидания. Давящие присутствия других богов, потерявших интерес, следящих за душой вместе с ней, исчезли одно за другим. Похоже никто не хотел связываться с этой странной душой, вызвавшей недовольство воли мира и странное внимание великого бога, что пережил всех своих противников…
Однако это единственный шанс. возможно последний. Нужно выйти на контакт с этой душой, нужно попытаться. Как жаль, что ей не под силу даже просто явиться к нему во сне…
Но вот душа оторвалась от тела и замерла на границе, готовая вновь быть унесенной пустотой. Она наконец горела ясно, пока тело медленно умирало. Нужно действовать.