# Хроники Токи Фран Люма: Между Зверем и Демоном
## Глава 1. Падение Черной Птицы
В горах, где ветер обычно пел песни свободы, сегодня бушевала смерть.
Токи Фран Люма, уникальное создание — волчица-рысь-оборотень, с душой дикой кицунэ, летела сквозь ночной шторм. Ей было почти десять лет. Всего через шесть месяцев она должна была достигнуть возраста, когда сможет принять человеческий облик — стать милой девушкой с черными волосами, украшенными белыми прядями, и сохранить свои звериные черты: с острыми клыками, рысьи ушки, фволчий хвост и могучие крылья.
Но сейчас она была зверем. И зверем загнанным.
Её чёрная шерсть отливала лунным светом, а крылья, как у гигантской птицы, словно сотканные из ночи и рассвета, переливались чёрно-белыми перьями. Белая грудь, кончики лап, хвоста и рысьи уши с лапами придавали ей неповторимый вид. От носа до кончика хвоста тянулась белая полоса, а на бедре красовалось пятно контракта в форме белой лапы – клеймо её стаи. Когти и зубы были остры, как осколки льда, а носик и подушечки лап нежно-розовые. Её глаза – левый, красно-голубой, правый – зелёно-жёлтый, отражали бурю эмоций, скрытых в юной душе..
Вся её стая была перебита людьми. Она осталась одна. Воспоминания жгли сильнее молний. Она помнила своего старшего брата Котона, который мог дышать огнём, могучего волка-тигра-оборотня с тигриными ушами и лапами, белая шерсть с чёрными полосами, одно из крыльев черное с драконьей белой лапой крыло, а второе белое с чёрной драконьей лапой крыло, эти крылья были драконьи, и пятно контракта в форме белого сердца на ляжке – все это было частью ее воспоминаний. Его глаза, левый фиолетово-изумрудный, правый сине-лиловый, всегда смотрели на нее с любовью. Как он мог превращаться в мускулистого мужчину с тигриными ушами, волчьим хвостом, крыльями и чёрно-белые волосами. В детстве, чтобы спасти стаю, он предложил ей стать парой, и она согласилась, отдав ему часть своей силы щенка.
«Улетай, Токи!» — кричал он ей тогда. Но она не успела.
Три месяца ада в плену у людей. Клетка, пытки, голод. Они сломали ей правую переднюю лапу так, что кость торчала наружу, и заставляли таскать грузы, пока она не падала от боли. Потом, сломленную, её выбросили в этом проклятом наморднике. Она не хотела мести, она хотела только выжить. Котон был где-то далеко, искал её, но сейчас она была одна против стихии.
Сверкнула молния. Удар пришелся прямо в левое крыло. Токи закричала, но намордник заглушил звук. Крыло хрустнуло, мгновенно вспыхнула боль от ожога и начинающейся инфекции. Старая рана на правой лапе, где виднелась кость, тоже пульсировала гноем.
Она начала падать.
Внизу, около темного леса, горел свет в окнах огромного поместья. Её звериное чутье, обостренное до предела, уловило два странных запаха. Один — человеческий мальчишка-контрактор. Второй — холодный, древний запах серы. Демон.
—Удар о землю был страшным.
— Аауууууууу-аууууумяумяу-аауу-ауу-грррр-мяу-рр, — вырвался из её груди сдавленный вой, смешанный с рычанием и мяуканьем.
Токи попыталась встать и поняла, что не чувствует задних лап. Позвоночник был поврежден: один позвонок раздроблен, другой торчал из спины. От удара порвалось легкое, дыхание стало тяжелым, из пасти и носа запузырилась кровь.
В этот момент она почувствовала что-то новое, странное и пугающее. Её тело горело не только от ран и температуры под 48 градусов. Это была её первая течка. Она пришла в самый неподходящий момент, добавив к физической боли еще и гормональный хаос, и кровь пошла не только горлом.
Она умирала. И она не хотела жить.