Столкнувшись с допросом Ли Пейсунга, Ши Лэй не запаниковал, он уверенно улыбнулся.
— Границы? Я? Мой отец так стар, и вы, начальство, уволившее его
без причины, да вы даже не соизволили объясниться! Он начал работать на
заводе в семнадцать лет. В этом году ему пятьдесят. Более тридцати лет, и
ради чего? Теперь вы уволили его и ожидаете, что он найдет другую
работу? Да вы использовали его как пример для других уволенных рабочих!
Разве мой отец громил фабрику или публично вызывал проблемы? Конечно
нет! Он только хотел объяснений, и все же он стал примером! Может
рабочие личные игрушки Цинь Хуайюаня? Они вообще не имеют права на
объяснения!? Дом не относится к заводу. Более десяти лет назад мы
потратили на него более 20 000 юаней. Теперь вы отдаете нам всего 20 000
юаней? Я бы смолчал, если бы вы рассчитали рыночную стоимость на этот
год, но что сделал Цинь Хуайюань? Ничего не говоря он перечислил на счет
моего отца 20 000 юаней и забрал дом! Он дал нам только три дня!
Поставьте себя на наше место, вы смогли бы найти другое жилье и
переехать за три дня? А потом моего отца избили, потому что он не
съезжал! Они даже мою мать не пощадили. Теперь вы, Ли Пейсунг, приходите
сюда и говорите, что я перехожу грань? Что за оправдания! Вы хотите
закрыть дело всего за 150 000 юаней компенсации? Вау, Цинь Хуайюань,
конечно, любезно отдаст нам эти деньги! И вы, Ли Пейсунг! А вы настолько
смелы, не так ли? Я повторю, если бы не тот факт, что я был
одноклассником вашего сына, я бы немедленно избил вас. За кого, черт
возьми, вы себя считаете? — Ли Пейсунг никогда раньше не слышал таких
слов в свой адрес. Даже владелец Цинь Хуайюань не разговаривал с ним
таким тоном. Его лицо вспыхивало, переходя от красного до белого, он не
мог вымолвить и слова.
Ши Лей достал свой телефон и проверил время.
— Я уже говорил об этом Цинь Хуайюаню. - сказал он, — Я дал ему
двенадцать часов. Было около четырех часов вечера, когда я это сказал,
поэтому, если он не сможет дать мне ответ, который удовлетворит меня,
передай ему, чтоб не жаловался на последствия. Сейчас 5 часов. До 4 еще
одиннадцать часов. Ну, время ужина, господин Ли. Я не буду вас держать!
Ли Пейсунг не смог сдержать свой гнев. В его глазах обвинения Ши Лэя были необоснованными.
— Хорошо, хорошо, хорошо, - он злобно рассмеялся, кивая головой, —
Ты определенно созрел после учебы в университете. Хорошо, я подожду и
посмотрю на твои действия, — с этими словами он нервно поправил рукава и
ушел. Сначала он хотел предложить большую компенсацию, но не решился
под взглядом этого молодого человека.
После того, как он покинул больницу, Ли Пейсунг связался с Цинь
Хуайюанем. Он не пересказал последние слова Ши Лэя, упомянув лишь три
критерия и двенадцать часов.
— Хорошо, — Цинь Хуайюань трясся от гнева, — позволь мне
понаблюдать, как этот брат заставит меня нести ответственность, — с
этими словами он разбил свой телефон о ковер роскошного особняка.
Ли Пейсунг долго размышлял, но решил отправиться в дом Цинь
Хуайюаня. Он знал, что этот человек был зол и на него тоже. Ему не
удалось выполнить задание Цинь Хуайюаня. Ему нужно было все правильно
объяснить.
Когда он подошел к дому Цинь Хуайюань, охранники быстро открыли дверь и поприветствовали его словами «Директор Ли».
Ли Пейсунг высокомерно кивнул и вошел внутрь, сложив руки за спину.
Но войдя в особняк, он в миг сменил маску высокомерия, поклонился и вежливо сказал:
— Председатель Цинь, это Сяо* Ли!, — на самом деле он был на
несколько лет старше Цинь Хуайюаня, что говорило о его бесстыдстве при
обращении к себе как к «Сяо Ли».
Цинь Хуайюань с суровым лицом открыл дверь, но не впустил его.
— Для чего ты здесь? - спросил он.
— Председатель Цинь, не сердитесь. Позволь мне подробнее рассказать о произошедшем.
Цинь Хуайюань посмотрел на него, словно жаловался, что тот не
смог выполнить задачу, но все же отошел от двери и позволил Ли Пейсунгу
войти.
Закрыв дверь, Цинь Хуайюань с яростным взглядом сел на диван. Ли Пейсунг не смел садиться или даже громко дышать.
— Что ты хочешь сказать? - наконец спросил Цинь Хуайюань, но
вдруг задумавшись, что его положение было не совсем правильным добавил, —
Садись.
Затем Ли Пейсунг поклонился и с улыбкой сел.
— Не сердись, председатель Цинь. Ваше давление поднимется. Давайте я проверю его.
Цинь Хуайюань кивнул. Ли Пейсунг достал из шкафа прибор, вся ситуация выглядела так, словно проигрывалась миллионы раз.
По мере того, как прибор работал, Ли Пейсунг начал свой рассказ:
— Председатель Цинь, не сердитесь и не опускайтесь до его уровня.
Он думает, что он культурно образован только потому, что он несколько
лет учился в Удуне. Но вы тоже были студентом. В то время существовала
большая разница между университетом и институтом. Я предполагаю, что он
встретил какого-то адвоката и лишь издевается над тобой, думая, что
адвокат поддержит его. До 4 утра!? И этого адвоката еще нет! Видимо, она
приедет завтра. Он просто молод и разыгрывает большой спектакль!
Цинь Хуайюань почувствовал себя намного лучше, услышав это, он громко фыркнул.
Ли Пейсунг притворился удивленным.
— Айя, твое кровяное давление действительно немного завышено! Я
пойду принесу лекарство ... — Цинь Хуайюань тоже был удивлен. Он
посмотрел вниз, заметив на приборе цифру сто, это даже не девяносто. В
его возрасте оно было только немного выше обычного.
Увидев, что Ли Пейсунг кивнул головой и поклонился, Цинь Хуайюань улыбнулся.
— Хорошо, прекрати уже. Почему же оно высокое? На обед я выпил
немного алкоголя и не отдыхал, так что это нормально. Прекрати эти игры.
Так как ты здесь, оставайся на ужин и немного выпей.
Ли Пейсунг увидел, что Цинь Хуайюань улыбался и понял, что уже все в порядке. Он сразу засветился улыбкой.
— Тогда извините меня за вторжение и за ваше вино высокого качества..
— Ты... — Цинь Хуайюань рассмеялся и указал на Ли Пейсунга.
Многие на заводе мечтали избавиться от него, ведь он только и мог, что
лебезить перед вышестоящими, однако в работе он был незаменим. Цинь
Хуайюань тоже подумывал об этом. Он слышал о репутации Ли Пейсунга и
думал о замене, но после понял, что он может быть очень полезным. Прошло
более десяти лет, и Ли Пейсунг все еще сидел на своем месте. На заводе
была даже поговорка: офис директор сделан из железа, а владелец фабрики
работает под водой. Конечно, это было раньше. С тех пор, как пришел Цинь
Хуайюань его не сменяли.
Как только они начали выпивать, Вэй Цин прибыл в Ран Чжоу.
После того, как в середине дня Ши Лэй уехал из города, Вэй Синьюэ
и Вэй Цин сами разузнали об этой истории. Вэй Синьюэ после краткой
дискуссии наконец решилась.
— Я думаю, вам стоит поехать в Ран Чжоу, — сказала она.
Вэй Цин слегка нахмурился и подумал: «Хотя у меня с ним хорошие
отношения, и я готов дружить с ним, но что с этой девушкой? У нее должны
быть более тесные отношения, верно? Она даже обняла его при встрече,
так почему туда еду я?»
Видя, что Вэй Цин не отвечал, Вэй Синьюэ нахмурилась.
— Ты приехал в Удун для составления проекта с моей сестрой, не
так ли? Я заранее говорю тебе, что этот проект был заказан моим отцом, а
причиной является Ши Лэй!
Вэй Цин был поражен, он не понимал, что происходит. Его
сотрудничество с семьей Вэй было связано с Ши Лэем? Возможно, отец Вэй
Синьюэ также заботился о Ши Лэе. Но почему? Однако его сомнения были в
тот же миг устранены. Неудивительно, что семья Вэй специально предложила
именно ему обсуждать этот проект.
Примечания к главе:
1. Сяо + фамилия: используется при обращении к себе/другим людям
перед лицом старшего или человека с более высоким социальным статусом.