Широко распахнув глаза, Вань Чжэн Хао произнес: «Вы… Монарх, вы действительно способны на такое?»
Е Сяо фыркнул и сказал: «Во-первых, нам нужно собственная сеть
разведки. Все ответвления Линь-Бао-Холла должны быть единой
разведывательной сетью. Во-вторых, чтобы создать собственный отряд
убийц, нам нужно потратить много денег. Нужно добиться успеха как можно
скорее. В-третьих, нужно тратить все, что можно, на благотворительность.
Не бойся. Деньги, которые мы собираемся получить, превзойдут все твои
ожидания. А самое главное – нам надо организовать отдел наказаний»
«Мы не должны быть милосердными со злодеями. Я не буду мягким», -
Е Сяо поднял голову и посмотрел в окно, на ночное небо. Он сдержанно
сказал: «Раз какое-то время мне нужно оставаться в этом мире, думаю, я
должен сделать все необходимое»
Вань Чжэн Хао кивнул: «Да, я буду к этому стремиться»
«Мне все равно, как ты это сделаешь. Просто я хочу, чтобы ты
сделал это тайно. Линь-Бао-Холл по-прежнему будет Линь-Бао-Холлом,
местом для проведения аукционов, - мягко сказал Е Сяо, - ты опытный
человек. Кажется, ты знаешь, что делать, так ведь?»
«Знаю. Не стоит беспокоиться», - ответил Вань Чжэн Хао.
«К тому же, в нашем отряде убийц не должно быть много человек,
потому что нашими наемными убийцами могут быть все культиваторы мира, -
мягко говорил Е Сяо, - надо даровать ему название»
«Давайте дадим название… - подумал Е Сяо. – Мы назовем его… Совет Жизни и Смерти»
«Совет Жизни и Смерти», - пробормотал Вань Чжэн Хао, и его глаза загорелись. Он сказал: «Я понял. Я понял»
«Совет будет бороться с Домом Бурного Шторма, - нежно сказал Е
Сяо, - помни, если кто-то сообщит нашему совету, что могут погибнуть
невинные люди, тот, кто заказал убийство и тот, кто должен его
исполнить, будут бежать от преследования»
Лицо Вань Чжэн Хао дернулось: «Разве сражаться с Домом Бурного Шторма не слишком сложная задача?»
«Все должно проходить втайне, - сказал Е Сяо, - и я хочу знать о результатах. Мне все равно, как это будет сделано»
Лицо Вань Чжэн Хао помрачнело, кажется, он был подавлен.
Теперь он работал на человека, который смотрел лишь на
результаты, а все остальное возлагал на него. Хорошая сторона
заключалась в том, что он не утратит власти в Линь-Бао-Холле. Однако…
ему нужно будет позаботиться о некоторых делах.
«После аукциона… должны быть готовы твои Истощающие Даны», - улыбнулся Е Сяо. Видимо, он забрасывал приманку.
Вань Чжэн Хао пришел в восторг: «Ох!»
Это было для него как нельзя лучше, как он мог быть недоволен?
Однако 500 килограмм жира на его теле тряслись. Е Сяо заметил это и ощутил отвращение, поэтому ему пришлось немедленно уйти..
Вань Чжэн Хао заставил Монарха Сяо отступить, лишь заколыхавшись всем телом. Должно быть, он занял в истории важное место.
……
Дело было в доме Е.
Покинув постель, Сун Цзюэ некоторое время бродил по дому. Затем
он вернулся к постели и с беспокойством произнес: «Сяо, тебе не кажется,
что мы зашли слишком далеко? Пришел король, пришли все чиновники.
Сдается мне, что-то тут нечисто…»
Сун Цзюэ осмотрел все дары, собранные в комнате, и с беспокойством сказал: «Думаю, скоро королевство разрушится…»
Е Сяо закатил глаза: «Есть и чрезвычайные ситуации, и обыденные
проблемы. Между прочим, мы должны кое-что сделать. Теперь нам нужно
защитить себя. Мы должны оставаться в безопасности, а расправляться с
этими ублюдками только потом. Если бы на этот раз ничего не предприняли,
разве король поступил бы так жестко с его любимыми чиновниками… То, о
чем ты говоришь, должно беспокоить нас в последнюю очередь. Я понимаю,
что королевство разрушится, но ведь этого еще не случилось не так ли?»
Сун Цзюэ вздохнул. Он был немного подавлен.
«Я последовал сюда, в Царство Хань Ян, за своим старшим братом… Я
застал те дни мечей, копий, лошадей, полей сражений…» - Сун Цзюэ
печально смотрел в окно. Он стал немного сентиментальным.
Он не был уроженцем этого мира, но некоторое время служил в
армии. Он довольно долго защищал это королевство. Он проникся любовью к
этой стране и – как солдат – чувствовал за нее ответственность.
Теперь он наблюдал, как королевство, в которое он столько вложил, медленно рушится. Как он мог не расстроиться?
Увидев это, Е Сяо немного забеспокоился.
Хотя он был опытным человеком, но большую часть жизни он провел в другом мире. Ему не хватало чувства родины.
Поэтому королевство его никогда не волновало.
Однако, глядя на Сун Цзюэ, он ощутил, что на этот раз что-то сделал не так. Может быть, он поступил слишком безрассудно.
«Родина. Что такое родина? Родина… Родина…»
Это слово вспыхивало в его душе. Казалось, он что-то чувствовал, хотя это было неправдой.
Сун Цзюэ утонул в печали. Е Сяо смотрел на него и думал о том
дне, когда отбывала Армия Хуа Янь. Эти солдаты, хоть и знали, что могут
погибнуть вдали от дома, сохраняли храбрость и собранность.
Е Сяо задумался: «Защита. Охрана. Обязанность»
Внезапно его даньтянь потеплел. И тогда в нем внезапно разлилась масса фиолетовой ци.
Словно внутри него открылась дверь. Он чувствовал себя и расслабленным, и просвещенным одновременно.
В безграничном Пространстве вдруг появились слова, блестящие золотом.
Внезапно Е Сяо содрогнулся.
Наконец он понял, чего ему не хватает, что ему действительно
нужно. И он понял, почему в предыдущей жизни не смог выйти за границы
уровня Даоюань.
Этими словами было «чувства природы».
Е Сяо был ошеломлен.
Эти простые слова объясняли многое.
«Вот как. Это и есть истинный закон природы», - глубоко вздохнул Е Сяо.
В его сердце раздался протяжный голос древних времен.
«Врожденные… чувства…» - голос был таким особенным. Он словно доказывал, что вселенная произошла из пустоты…
«Говорят… У природы есть эмоции, она тоже стареет. Если в луне
нет ненависти, она остается полной… Но это неправильно. И природа, и
целая вселенная взрослеют и стареют. Они следят за тем, как человечество
страдает, а природа страдает вместе с ним»
«У природы есть свои слова и обязанности. Луна и солнце выполняют
свои обязанности. Трава и лес выполняют свои обязанности. У человека
есть своя обязанность… Человек никогда не должен предавать свою страну.
Культивация – нарушение воли природы. Если человек не может выполнять
обязанности, как он может совершенствоваться?»
Е Сяо слушал его и смущенно покрывался потом.
«У человечества есть семь видов эмоций, в то время как у природы
лишь один. Почему у человечества их семь? Почему у природы только один?
Семь эмоций и шесть желаний – вот природа человека. Один из критериев
природы первостепенен. И это чувства. Так будет всегда»
Казалось, голос устал. Он был мрачным и опустошенным, словно мог в любой момент исчезнуть.
Е Сяо не знал, откуда он доносится.
«Счастье, гнев, грусть, страх, любовь, неприязнь и ненависть. Вот
семь человеческих эмоций. Но все они ведут к любви, и это единственная
настоящая эмоция. Они радуются ради любви, злятся ради любви, печалятся
из-за любви, раздражены из-за любви, ненавидят из-за любви, боятся любви
и любят любовь»
«На любви основаны семь эмоций. Любовь создает шесть желаний.
Любовь к человечеству это возвышенная любовь. Любовь к стране – это
главная любовь. Твое тело чему-то принадлежит, твое сердце чему-то
принадлежит, ты сам чему-то принадлежишь. Это твой дом. Все герои
принадлежат своему дому. Именно это и делает их героями», - продолжал
звучать голос.
Е Сяо лежал в постели. Он просто лежал и размеренно дышал. Он сосредоточился на голосе и его словах.
Сун Цзюэ решил, что он крепко спит, поэтому тихо ушел.
Слушая голос, Е Сяо чувствовал, что его разум уносит за пределы
вселенной. То, что он не мог понять в предыдущей жизни, теперь
прояснялось.
Любовь.
Из-за любви люди сходят с ума. Возлюбленные пробуждают в людях
злобу. Люди грустят, потому что потеряли что-то и кого-то, кого они
любят. Они боятся смерти, потому что любят свою жизнь.
Причина всему – любовь.
«Но… Любил ли я в предыдущей жизни? Всю жизнь я был одинок и
всегда смеялся над людьми. Это выглядело внушительно, но кто может
знать, как грустно все время быть одному? Я культивировал Божественное
Искусство Истинной Ян и не мог любить женщину. Я был сиротой, поэтому
никогда не испытывал любви к семье. Я никогда не любил. Как я могу брать
на себя ответственность, если я не люблю? Что я буду защищать? Но я
действительно хотел добраться до вершины. Разве это не шутка? Самая
настоящая шутка»
Сердце Е Сяо дрожало.
«В предыдущей жизни я был таким неудачником… На самом деле у меня ничего не было. Нет. На самом деле было…»
Он не мог не думать о прекрасной девушке в белом платье, которую знал в предыдущей жизни.
Ее печальные глаза и хрустальные капли ее слез. Они были похожи на светящиеся жемчужины, падающие на пол.
Его ожидала истинная и прекрасная привязанность, но в те дни он
не обращал на нее внимания. Он игнорировал это, словно она была
бесполезной. Как же он теперь винил себя за это.
Е Сяо обуревали чувства. Он пробормотал: «Если в этой жизни у
меня будет возможность с тобой встретиться… Я не подведу тебя. Я обниму
тебя сразу же, как только увижу»
Внезапно у него перед глазами встали другие картины. Казалось,
что он видит, как униженный и затравленный ребенок умоляет толпу на
бесконечных улицах. Ему стало больно.
«Почему мои родители бросили меня?... Почему?»