Подняв голову, Лю Чан Цзюн наконец отозвался, но слова его оказались самыми обычными: «И что с того?»
От услышанного Вань Чжэн Хао оторопел. Когда до него дошло, что
происходит, он разозлился так, что ткнул в Лю Чан Цзюня пальцем и гневно
произнес: «Ты… Ты такой… Такой тупица… Что мне сказать, чтобы до тебя
дошло? Ты на самом деле… И что с того? Что ты несешь? То неважно, это
неважно… О чем ты вообще думаешь?»
Он с раздражением спросил: «Неужели мы можем безрассудно
связываться с двумя великими сектами? Или ты не считаешь их
влиятельными?»
«Нет, они не влиятельные. Дальше что? – нетерпеливо посмотрел на него Лю Чан Цзюнь. – Чего ты боишься?»
«Чего я боюсь?! – наконец вышел из себя Вань Чжэн Хао. – Если мы
спутаемся с двумя великими сектами, каким станет наше будущее? Ты
понимаешь? Десятки тысяч миль огня и десятки тысяч миль тумана. Среди
живых воцарится смерть. На нас в любую секунду обрушится меч судьбы!
Ясно? Тебе не кажется, что это серьезно?»
Потеряв терпение, Лю Чан Цзюнь сказал: «Ты несешь какой-то бред!
Что еще за последствия? Ты правда думаешь, что важно то, что о них
говорят?»
Распахнутые глаза Вань Чжэн Хао напоминали глаза кита. Он
недоверчиво смотрел на Лю Чан Цзюня и не мог вымолвить ни слова. Затаив
дыхание, он не сразу смог выдохнуть. Он гневно спросил: «Почему неважно?
Ты можешь их победить? А мы можем? Это более чем важно! Очень важно!»
«Нет, не можем», - наконец дошло до Лю Чэн Цзюня.
Вань Чжэн Хао с облегчением вздохнул и подумал: «Наконец-то до
ублюдка дошло. Значит, иногда ты проявляешь слабость, да? Теперь
объяснить ему все будет не так сложно. Наконец-то мои уговоры дали
плоды». Вытерев пот, он сказал: «Раз ты и сам понимаешь, что мы не можем
победить…»
Но не успел он договорить, как Лю Чан Цзюнь перебил его: «Не можем, и что с того?»
«Что мы умрем! Люди умрут! Много людей!» - закричал Вань Чжэн Хао, не удержавшись и ткнув в Лю Чан Цзюня пальцем.
Спокойно подняв взгляд, Лю Чан Цзюнь уставился на направленный на
него толстый палей. Взгляд его был исключительно хладнокровным.
Он просто смотрел и не говорил ни слова.
По спине Вань Чжэнь Хао будто проползла ядовитая змея, он не на шутку испугался.
Поспешно отдернув палец, он строго произнес: «Погибнет много людей, и я не шучу! Тебе понятно?»
Глядя на толстый палец Вань Чжэн Хао, Лю Чан Цзюн мягко ответил: «Конечно, и что с того?»
Вань Чжэн Хао был поражен.
На этот раз он не нашел подходящих слов.
«Какого черта? «И что с того, и что с того»? Он хочет, чтобы я
умер от гнева? Невозможно повлиять на этого глупого кретина. Нет способа
его образумить. Что я могу сказать? – думал он. – Я и правда говорю с
трупом, способным дышать…»
«Ты не можешь бояться смерти!» - презрительно посмотрел на него Лю Чан Цзюнь. Непринужденно встав, он сказал: «И еще кое-что!»
«Что?» - рассвирепел Вань Чжэн Хао.
«Никогда не тычь в меня своим свиным пальцем. Меня от этого
тошнит. Тебе понятно?». Развернувшись, Лю Чан Цзюнь пошел прочь. Уходя,
он предупредил его: «Если сделаешь это еще раз, я без колебаний отрежу
тебе палец. Тебе понятно?»
Он исчез в дверях, но голос до сих пор был слышен: «Жирный хряк Вань! Тебе понятно?»
Вань Чжэн Хао смотрел на него, широко распахнув глаза и разинув рот. Он так злился, что не мог ничего сказать.
Успокоился он нескоро.
Босс Вань швырнул стул, на котором сидел Лю Чан Цзюнь, и тот
раскололся. Он громко выругался: «Что за… Что за зомби! Какого дьявола!
Почему бы тебе просто не умереть…»
Он пробормотал: «Ты, черт возьми, не боишься смерти. Ладно. Но ты
тянешь на тот свет других… Проклятье! Что ты такое! Что за мысли! О чем
ты думаешь… Ублюдок, ублюдок, ублюдок! И ты назвал меня жирным хряком
Ванем… Я не жирный! Я сбросил много килограмм…»
Неожиданно появился человек. Это был вернувшийся Лю Чан Цзюнь,
который хладнокровно уставился на Вань Чжэн Хао: «Если нам придется
сражаться с двумя сектами, и ты станешь предателем – я первым делом убью
тебя. У тебя не будет шансов выжить! Тебе понятно?!»
И Лю Чан Цзюнь снова исчез.
«Предателем… Предателем? – в гневе Вань Чжэн Хао поднял стул и швырнул его в сторону. – Предавай своих чертовых предков!»
Он задыхался.
На этот раз Лю Чан Цзюнь действительно исчез.
Босс Вань злился так, что жир на его теле колыхался. Сердце его
билось быстро, а голова кружилась. В этот миг он понял, что Лю Чан Цзюнь
ушел, и говорить теперь не с кем. Лю Чан Цзюнь никогда не давал ему
полезных советов, но всегда его слушал. А теперь он ушел.
Полный гнева, Вань Чжэн Хао яростно произнес: «Проклятье! Ты
убийца и не боишься их. Думаешь, почему я такой богатый? Я – бог
богатства. Богатство управляет даже духами и богами. Если кто-то посмеет
связаться со мной, я уничтожу его. Я тысячелетиями был богом богатства.
Я не люблю неприятности, но если они придут ко мне, я проявлю силу…
Черт!»
Ругнувшись, он выкрикнул: «Когда придет этот день! Посмотрим, упадет на меня небо или нет! Пошло оно все!»
Кажется, босс разозлился не на шутку!
В пяти комнатах от него, скрестив ноги, сидел Лю Чан Цзюнь. На хладнокровном лице виднелась улыбка, которую он долго скрывал.
Но глубоко в глазах виднелось беспокойство…
Видимо, хладнокровный убийца был не таким уж и хладнокровным. Он был еще и человеком!
Солнце освещало землю, покрывая ее золотым блеском.
Двери в Лин-Бао-Холл наконец начали открываться…
Наверняка люди двух великих сект хотели попасть внутрь первыми.
В этот миг кто-то крикнул: «Подождите!»
Толпа была поражена. Оглянувшись, они увидели два строя людей, которые в безумной тишине шагали к ним.
Слева шла колонна людей, одетых в белые одежды, белые туфли,
белые шляпы, белые пояса, вооруженных белыми щитами и мечами. Они были с
ног до головы белыми.