Столько лет прошло, а одного взгляда на него оказалось достаточно, чтобы внутри снова зашевелилось что-то неприятное.
Он почти не изменился, разве что стал выше, шире в плечах, а черты лица стали взрослее и строже, но его глаза остались прежними. Те самые фиолетовые глаза, которые когда-то смотрели на неё с презрением.
Синнея первой отвела взгляд. Ей совершенно не хотелось проводить этот вечер рядом с ним, поэтому девушка взяла с подноса бокал и направилась в противоположную сторону зала.
Музыка вновь наполнила помещение. Гости постепенно возвращались к своим разговорам, но многие всё ещё украдкой наблюдали за принцессой.
Она остановилась возле одного из высоких окон. За стеклом уже сгущались сумерки, в саду мерцали фонари, а белые розы казались серебристыми в вечернем свете.
— Ваше Высочество.
Услышав знакомый голос, девушка даже не обернулась.
— Ты сегодня решил не отходить от меня ни на шаг? — с раздражением спросила принцесса и, повернувшись, первым, что она увидела, были чёрные волосы и синие глаза своего рыцаря — Кастиана де Ривьера.
— Это моя обязанность.
— Пф, какая скука.
Кастиан остановился рядом. На фоне остальных мужчин он выглядел удивительно спокойно. Пока аристократы хвастались титулами и богатством, он просто молча стоял рядом, словно этого было достаточно.
— На вас смотрит толпа мужчин, моя леди.
— А мне какое дело до них? — Синнея закатила глаза и отвернулась от рыцаря.
Кастиан стоял позади, но всё равно достаточно близко.
— Неужели вам не хочется станцевать хотя бы один танец? Единственный человек, с которым вы танцевали за последние годы, — это император.
— Не хочется. Среди них нет ни одного человека, который не был бы похож на остальных дворян.
Кастиан на секунду задумался.
— А как же я, госпожа моя? Неужели вы считаете меня таким же?
— Ты мой рыцарь. Это другое. — Слова сорвались с её губ быстрее, чем она успела подумать.
На губах Кастиана появилась едва заметная улыбка.
— Моя леди, вы забываете, что я тоже вырос среди аристократов.
— Но хотя бы не стал таким занудой, как большинство из них.
После этих слов рыцарь уже не сдерживал свою улыбку.
— Благодарю за столь щедрую похвалу.
Синнея уже собиралась ответить очередной колкостью, как вдруг почувствовала на себе чей-то взгляд. Тяжёлый, пристальный и знакомый.
Она обернулась. Похоже, судьба решила окончательно испортить ей вечер.
Люциан.
Златовласый принц медленно приближался к ним через зал. Некоторые гости тут же начали наблюдать за происходящим. Слишком многие знали историю детей двух императриц и слишком многие хотели увидеть очередную ссору.
На возвышении зала Аурелия резко заметила Люциана.
Её взгляд сразу стал напряжённым. Пальцы сильнее сжали подлокотник трона.
— Он здесь… — тихо выдохнула она, почти с раздражением и тревогой одновременно.
Она следила за тем, как он приближается к Синнее, и её челюсть слегка напряглась.
Иллирия не изменилась в лице.
Она спокойно наблюдала за залом, но её взгляд задержался на Люциане чуть дольше обычного.
Ни слов, ни эмоций — только холодное внимание.
Люциан выглядел удивительно спокойным. На его лице не было ни насмешки, ни высокомерия. Он просто подошёл и остановился в нескольких шагах от принцессы и от её рыцаря.
— Синнея.
Девушка холодно посмотрела на него.
— Ваше Высочество Люциан — сказала Синнея, сделав глубокий реверанс для будущего императора Нова.
Люциан едва заметно поморщился. Он прекрасно понял, что она сделала это намеренно.
Когда-то она называла его братом. Теперь же обращалась так, словно перед ней стоял совершенно посторонний человек.
— Давно не виделись.
— Недостаточно давно.
Несколько придворных поблизости мгновенно притихли.
Кастиан молча наблюдал за происходящим.
— Я слышал, ты всё ещё живёшь в западном крыле дворца.
— Представь себе.
— Там всё такой же красивый сад?
Синнея нахмурилась. Вопрос оказался настолько неожиданным, что на секунду выбил её из равновесия.
— Тебя это волнует?
— Просто спросил.
— За три года ссылки в провинции тебе стало настолько скучно?
Люциан тихо усмехнулся, но спорить не стал.
Именно это раздражало Синнею сильнее всего. Раньше он обязательно начал бы спорить, обязательно сказал бы что-нибудь неприятное, но сейчас почему-то молчал, будто боялся сделать ещё хуже.
— Как поживает Женевьева? — неожиданно спросил он.
Синнея резко посмотрела на него. — С чего вдруг такой интерес?
— Она всегда хорошо к тебе относилась.
— Не делай вид, будто тебя это заботит.
Люциан на секунду опустил взгляд.
Синнея заметила это.
— Ты всё ещё злишься.
— За что? Не напомните ли?
На этот раз усмешка исчезла с его лица.
Несколько секунд между ними повисла напряжённая тишина.
Музыка продолжала играть, а гости танцевали. Кто-то смеялся, но для Синнеи весь зал словно исчез. Остался только человек напротив. Человек, которого она когда-то ненавидела больше всех.
— Синнея — его голос вдруг стал тише.
— Что?
— Я рад, что с тобой всё в порядке.
Девушка на мгновение замерла, а затем её лицо вновь стало холодным.
— А я рада, что ты наконец научился лицемерить так же хорошо, как остальные.
Люциан ничего не ответил, просто посмотрел на свою младшую сестру.
От этого взгляда ей вдруг стало не по себе. Слишком спокойный, тёплый. Слишком непохожий на тот, который она помнила, и именно поэтому он раздражал её сильнее всего, потому что было намного проще ненавидеть прежнего Люциана — того, который открыто презирал её.
Чем этого. Того, который почему-то смотрел на неё так, будто сожалел о чём-то.
— Сожалеть тебе не идёт — холодно сказала Синнея.
Люциан слегка опустил взгляд.
— Возможно.
Этот ответ почему-то разозлил её ещё сильнее. Почему он не спорит? Почему не отвечает колкостью? Почему ведёт себя так, словно между ними никогда не было всех тех лет? Синнея крепче сжала ножку бокала.
— Что же случилось за три года? — с насмешкой спросила она. — Неужели жизнь вдали от дворца внезапно сделала тебя хорошим человеком?
— Нет — спокойно ответил Люциан. — Просто многое заставило меня посмотреть на некоторые вещи иначе.
Музыка продолжала играть, пары кружились в танце, а где-то неподалёку раздавался смех придворных дам. Но вокруг них словно образовался невидимый круг тишины.
Даже любопытные гости старались не подходить слишком близко.
— Синнея...
— Не надо.
Девушка перебила его раньше, чем он успел закончить.
Хоть разговор был интересный, Синнея не хотела говорить со своим братом, поэтому, посмотрев на рыцаря, ей пришла в голову идея.
— Бал уже скоро закончится, а я ещё не танцевала, Кастиан, не соизволишь ли ты подарить мне танец? — сказала Синнея, чтобы скорее уйти от утомительного разговора.
Кастиан слегка удивился, но быстро сообразил.
— С удовольствием, моя леди.
На губах Синнеи появилась едва заметная улыбка.
Кастиан протянул ей руку. Синнея вложила свои пальцы в его ладонь и позволила вывести себя в центр зала.
Музыка как раз сменилась. Мелодия стала плавной и торжественной. Некоторые пары уже освобождали место для нового танца, и когда Синнея и Кастиан остановились в центре, несколько придворных удивлённо переглянулись. Принцесса редко танцевала, что вызвало недоумение у дворян.
На возвышении зала, над шумом музыки и голосами придворных, сидел император Талассиан.
Он наблюдал за залом спокойно, опираясь на подлокотник трона, не проявляя лишних эмоций. Его взгляд медленно скользил по танцующим парам, по гостям, по детям, словно он видел в этом не праздник, а политическую карту, разложенную перед ним.
Он заметил, как в центре внимания оказалась Синнея.
Её холодная осанка, уверенность, то, как на неё смотрели — всё это не ускользнуло от него. На мгновение его взгляд задержался.
Затем он перевёл его чуть в сторону — туда, где стоял Люциан.
И там тоже уже собирались взгляды.
Талассиан не сказал ни слова.
Но его молчание само по себе было оценкой.
Кастиан сделал учтивый поклон, положив руку на сердце. Синнея ответила глубоким реверансом, придерживая край тёмно-синего платья. Сапфиры в её волосах мягко сверкнули в свете люстр.
Слева от Императора сидела Аурелия.
Она не пыталась скрыть, что следит за дочерью. Её взгляд был прикован к Синнее почти всё время.
Когда та вышла в центр зала и приняла внимание всего двора, на губах Аурелии на секунду появилась едва заметная, почти болезненная улыбка.
Не спокойная — скорее выстраданная.
Она чуть подалась вперёд, будто ближе к сцене внизу. Синнея была там, в центре, на виду у всех.
— Вот так… — очень тихо, почти беззвучно, выдохнула Аурелия.
В её голосе слышалось нечто между гордостью и облегчением.
Музыка заиграла громче. Кастиан сделал шаг вперёд и осторожно взял её за руку.
— Вы пригласили меня только чтобы сбежать от принца Люциана?
— Нет.
— Лжёте.
— Возможно.
На лице рыцаря появилась лёгкая улыбка.
Следующие секунды они уже двигались по залу, мягко и плавно, словно делали это сотни раз.
Одна рука Кастиана лежала на её талии, вторая удерживала её ладонь. Синнея положила свободную руку ему на плечо. Подол её платья красиво кружился при каждом повороте.
— На нас опять смотрят.
— На меня всегда смотрят — с ухмылкой ответила Синнея.
— На этот раз особенно внимательно.
Синнея украдкой посмотрела по сторонам — и действительно: половина зала наблюдала именно за ними, особенно молодые дворяне.
Некоторые девушки откровенно завидовали, а некоторые мужчины выглядели разочарованными.
— Пусть смотрят.
— Именно это я и ожидал услышать.
Они продолжали кружиться под музыку.
Кастиан уверенно вёл её через зал. Без единой ошибки, без единого лишнего движения.
После Аурелии на троне сидела Иллирия.
Она не меняла выражения лица, но её взгляд был направлен на Люциана почти постоянно.
Когда он оказался в центре внимания рядом с Синнеей, она слегка прищурилась. Не из раздражения, а из внимания.
Люциан стоял ровно, спокойно, так, как она его и учила — не теряться, не показывать слабость, не уступать пространству.
Император молчал. Он видел обе стороны сразу — Синнею и Люциана, внимание двора, реакцию зала, движение взглядов, иллюзию праздника. И что-то, что медленно превращалось в напряжение, которое он не спешил останавливать. Он лишь чуть сильнее сжал пальцы на подлокотнике.
И продолжил наблюдать.
Синнея неожиданно поймала себя на мысли, что рядом с Кастианом спокойно. Странно спокойно. Словно рядом с ним ей не нужно было постоянно держать оборону.
Музыка становилась всё быстрее. Пары начали вращаться по залу. Кастиан слегка притянул Синнею ближе, помогая ей сделать плавный поворот. Платье разлетелось вокруг неё тёмно-синей волной.
По залу прокатились восхищённые шёпоты.
— Осторожнее, моя леди — произнёс Кастиан, уверенно ведя её по залу.
— Я и без тебя не упаду — ответила Синнея, бросив на него недовольный взгляд.
— Конечно — на губах рыцаря появилась лёгкая улыбка.
— Хватит улыбаться.
— Не могу.
— Почему?
— Потому что вы сейчас выглядите счастливой
Синнея нахмурилась.
— Ты ослеп?
— Возможно — спокойно ответил Кастиан.
Девушка закатила глаза. Иногда ей казалось, что спорить с ним совершенно бесполезно.
Музыка становилась всё громче. Пары кружились по залу, а свет огромных люстр отражался в драгоценностях и золоте украшений.
Кастиан уверенно вёл её вперёд. Подол тёмно-синего платья красиво скользил по мраморному полу. Взгляды гостей были прикованы к ним.
Синнея прекрасно это чувствовала. Впрочем, её это никогда не смущало, ведь она выросла среди придворных и с детства привыкла быть объектом чужого внимания.
Музыка внезапно достигла кульминации. Кастиан крепче перехватил её ладонь. Ещё один поворот, затем он аккуратно поддержал её за талию, позволяя сделать красивый прогиб назад. Сапфиры на её шее вспыхнули в свете люстр. По залу прокатился восхищённый шёпот. Кто-то даже за хлопал раньше времени.
Синнея услышала несколько удивлённых вздохов, и когда вновь выпрямилась, её взгляд случайно скользнул по толпе и остановился.