ТОМ 1 ГЛАВА 5 — Философ
Пицца почти закончилась. Алина откинулась на спинку дивана и поймала себя на мысли, что не хочет, чтобы он уходил. Ни через пять минут, ни через час.
— Слушай, — Саша доел свой кусок и вытер руки о салфетку. — А что ты вообще смотришь? Ну, из фильмов.
— Да много всего, — Алина пожала плечами. — Чаще всего это какие-нибудь романы глупые.
— Глупые — это самые лучшие, — Саша достал телефон и начал листать. — Давай что-нибудь включим? Я сегодня всё равно никуда не спешу.
Алина посмотрела на него. В горле запершило.
— У тебя же тренировка сегодня вроде.
— Ага. Тренировка только вечером, в шесть.
Она кивнула и потянулась за пультом от телевизора. Включила первый попавшийся фильм — какой-то старый, про любовь, с диалогами, от которых становилось и смешно, и грустно. Саша сидел рядом. Не слишком близко, но достаточно, чтобы Алина чувствовала тепло его плеча. Она старалась не смотреть в его сторону, но взгляд всё равно возвращался. Он заметил.
— Что?
— Ничего, — она быстро отвернулась к экрану.
— Алин.
— Что «Алин»?
— Ты краснеешь.
— Нет.
— Да.
— Это от пиццы, — буркнула она и поджала губы.
Саша рассмеялся тихо, почти без звука, и вдруг потянулся и накрыл её ладонь своей. Просто положил сверху. Пальцы у него были длинные, тёплые, чуть шершавые. Алина замерла.
— Не бойся, — сказал он. — Я не кусаюсь, честно.
— Я и не боюсь, — выдохнула она.
— Тогда почему ты как статуя?
Она не ответила. Смотрела на их руки — его большую и свою маленькую, которую он накрыл, будто это было самое естественное дело на свете.
— У тебя сердце стучит, — сказал Саша через минуту.
— Откуда ты…
— Очевидно.
Алина отдёрнула руку и спрятала её под плед.
— Ты невозможный, — сказала она, но голос дрожал.
— А ты миленькая, когда злишься, — он не стал убирать свою руку. Просто оставил на том месте, где только что лежала её ладонь.
На экране что-то говорили про любовь. Алина не слушала. Фильм шёл уже полчаса, но Алина не могла сосредоточиться. Все мысли были о руке, которая лежала рядом. О том, что Саша не пытался снова её взять. Просто сидел и смотрел телевизор, будто ничего не случилось. Потом он зевнул и потянулся.
— Скучно?
— Нет, — соврала она.
— Врёшь.
— А ты откуда знаешь?
— У тебя уши краснеют, когда врёшь.
Алина машинально прижала ладонь к уху. Саша расхохотался.
— Ой, блин, — сказал он. — Ты такая… я не знаю. Забавная.
— Спасибо, — сказала она скептически. — Забавная — это комплимент?
— Для меня да.
Они помолчали. Саша встал, подошёл к окну, посмотрел на улицу.
— У тебя тут двор нормальный, — сказал он. — Деревья. Качели. Детский сад прям.
— Мама любит, чтобы было зелено.
— А папа?
Алина замялась.
— Папа… ну, он тоже. Просто его мало.
— Работает?
— Типа того.
Она не хотела говорить, что отец работает в другом городе и приезжает раз в месяц. И что последние два года они почти не разговаривают. Не потому что ссорятся. А потому что не о чем. А сегодня они уехали с мамой к другу, так что и почти не поговорили. С отцом у них и правда было всё нормально, просто не складывался разговор. Саша не стал выпытывать. Просто кивнул и вернулся на диван.
— Линь, — сказал он. — А ты вообще счастлива?
Вопрос застал врасплох.
— С чего ты…
— Просто интересно. Ты всё время в магазине, учишься, домой идёшь. А счастлива — нет?
Алина посмотрела на него. Кудри упали на лоб. Глаза серьёзные, без обычной насмешки. Обычно такие разговоры происходят только в фильмах и книжках. Было немного неловко от этого вопроса.
— Не знаю, — честно сказала она. — Наверное, не очень.
— А чего не хватает?
Она хотела сказать «себя другой». Или «чтобы не бояться». Или «чтобы смотреть в зеркало и не хотеть отвернуться». Но вместо этого пожала плечами.
— Не знаю, — повторила она.
Саша не стал давить. Достал телефон, включил какую-то тихую музыку, положил на стол.
— Ладно. Тогда будем искать.
— Что искать?
— То, чего не хватает.
Алина хмыкнула.
— Да ты философ, оказывается.
— Я просто такой, — он улыбнулся. — Душка.
— Ах да, я забыла.
Она засмеялась, и смех получился настоящим — без попытки прикрыть рот рукой. Саша это заметил, но ничего не сказал. Только улыбнулся шире. Ребята спокойно общались, иногда шутили и смеялись. Обсуждали какие-то мемы, страшные истории и просто всё то, что придёт им в голову. Время пролетело так быстро, что к шести часам он начал собираться.
— Тренировка, — вздохнул он. — Если не приду, тренер убьёт.
— А если придёшь?
— Тоже убьёт, но позже.
Они посмеялись.
— Хорошо, что ты так живёшь близко к моему клубу.
— Да? Где это? Что-то я не припоминаю.
— За дворами красного дома, там стоит большой спорткомплекс, скажем так.
— А, я как-то и забыла о нём.
— Вот же совпадение, правда? — улыбнулся хитро парень, будто намекая на что-то.
Алина проводила его до двери. Сердце колотилось где-то в горле.
— Спасибо за пиццу, — сказала она.
— Спасибо, что впустила.
Он надел кроссовки, завязал шнурки, потом выпрямился и посмотрел на неё.
— Линь.
— Что?
— Можно я тебя обниму? На прощание, типо. Девушки же вроде так прощаются?
Алина открыла рот, но не сказала ни слова. Просто кивнула. Саша шагнул ближе и осторожно, будто боялся сломать, обнял её двумя руками. Как бы девушка ни оскорбляла себя, в руках этого парня она была самой крошечной девушкой на свете. Она не успела раздвинуть руки, как Саша обнял её первый и просто прижал на мгновение, не сильно. Но Алина почувствовала, как он пахнет — свежестью, мятой и чем-то ещё, чего она не могла определить.
— Всё, — Саша отстранился и улыбнулся своей обычной улыбкой, но глаза были другими. — Пока, Линь.
— Пока.
Он вышел в подъезд. Алина закрыла дверь и прислонилась к ней лбом. Сердце билось так, что, казалось, его слышно во всём доме. Она прошла в комнату, села на диван, где только что сидел Саша. Плед ещё хранил его тепло. Телефон завибрировал.
Саша: я дошел до остановкиСаша: ты как?
Алина: живая
Саша: это хорошоСаша: я тоже)
Она улыбнулась.
Алина: иди уже на тренировку, а то тренер убьёт.
Саша: да да.Саша: спорим, я первый напишу вечером?
Алина: не буду спорить, ты всё равно напишешь
Саша: хахахахахаСаша: ты меня раскусила.Саша: ладно, бегуСаша: пока, Линь
Алина: пока
Она отложила телефон, легла на диван и уставилась в потолок. В окно светило солнце. В комнате пахло пиццей и почему-то мятой.
— Боже, — сказала она в пустоту. — Кажется, я влипла.
Она закрыла глаза и улыбнулась. Впервые за долгое время — не пряча улыбку, даже наедине с собой.