Стояло ясное солнце, было ужасно жарко. Началась очередная рабочая неделя. Саша и Алина активно переписывались, но не виделись. Каждый был занят своими делами, но больше всех не хотела видеться именно Алина. Точнее, ей было страшно. Она не в первый раз сталкивалась с вниманием от парней, но заканчивалось всё это одинаково и плохо.
Смена девушки закончилась, и та уже закрыла двери в магазин. Она немного отошла и посмотрела на все композиции, что собрала сегодня. На витрине стояли красивые букеты в вазах. Самым выделяющимся, наверное, был букет из двадцати пяти алых роз. Розы были совсем свежие и молодые, что на фоне других он казался особенно красивым. Рядом с ним стоял букет из крупных махровых пионов нежно-розового цвета с персиковым подтоном. Цветы тонули в воздушной дымке гипсофилы, придающей композиции невесомость. Акцентом служили веточки эвкалипта с серебристыми округлыми листьями — они наполняли букет свежим пряным ароматом и добавляли благородной фактуры. Казалось, что изнутри букет окутан мягким тёплым свечением.
— Как же всё-таки прекрасны цветы.
Алина мягкой улыбкой одарила каждый цветок, что стоял за стеклом, и направилась домой.
Думаю, если бы я пыталась описать каждый букет, который там стоит, у меня уйдёт вечность…
Девушка шла медленно, вдыхая свежий воздух лета. Повсюду играли дети, рядом шли подростки, отмечающие выпускной или просто собравшиеся компании весело проводили время вместе. Это лето как никогда раньше было наполнено большими красками и спокойствием, что нравилось Алине.
Когда-то и я была выпускницей…
Мысли и воспоминания били ей в голову, она вспоминала о моментах, как училась в школе, и о своих друзьях. До сих пор она тесно дружит с одной из одноклассниц, а про других как-то и вспоминать не хотелось. Не то чтобы её буллили или ненавидели в школе, но кроме её друзей, в школе было либо «не очень», либо «совсем плохо». Она не всегда могла постоять за себя, поэтому иногда становилась лёгкой мишенью для шуток и грубых насмешек.
Алина открыла входную дверь и зашла в квартиру. Положила свою сумку на комод и посмотрела мимолётно на себя в зеркале и сразу отвела взгляд. Сев на кухне на стул, она листала соцсети и наткнулась на новый пост Саши. На фото была его команда и тренер. Саша стоял левее от парня, про которого рассказывал как-то Саша.
Дима его вроде звали…?
Она приблизила фото и выключила телефон.
Что ж неймётся так мне?
Алина положила голову на стол и прижала к себе колени, положив свою руку на голову, будто собираясь себя погладить. Вдруг телефон завибрировал. Это написал Саша.
Саша: Привет! Ты как?
Алина: Нормально. Домой пришла только что.
Саша: Устала?
Алина: Немного. А ты?
Саша: Я отлично. Слушай, у меня предложение.
Алина: Какое?
Саша: Мы с Димой завтра идём на волейбольную площадку возле парка. Потренироваться немного. Хочешь с нами?
Она уставилась на экран. Волейбол. Она не держала в руках мяч с тех пор, как закончила школу. Деньги и травма поспособствовали её уходу из спорта. Для неё это не было темой, которую нельзя обсуждать, но и вспоминать было неприятно. Шло время, а ей всё не с кем было играть, ребята из команды шли дальше и забыли об Алине, да и она о них — была занята своими заботами.
Алина: Я не умею.
Саша: Неправда. Ты же говорила, что занималась.
Она поморщилась. Точно. Она рассказывала ему. В тот вечер, когда они сидели на кухне и болтали о детстве. Она сказала про волейбол вскользь, не вдаваясь в подробности. А он, видимо, запомнил.
Алина: Это было давно. Я уже всё забыла…
Саша: Ну и ладно. Мы научим. Дима вообще отличный тренер, он капитан в команде. Не бойся.
Она хотела отказаться. Пальцы уже замерли над экраном, готовые написать «извини, не могу». Но внутри что-то щёлкнуло. Она вспомнила, как смотрела на себя в зеркало и сразу отводила взгляд. Вспомнила, как боялась всего, что могло закончиться плохо.
Алина: Ладно. Во сколько?
Саша: В четыре. Я зайду за тобой.
Алина: Не надо, я сама дойду.
Саша: Я зайду за тобой. Это не обсуждается.
Она не сдержала улыбку. Вот же настырный.
Алина: Боже, ладно)
Саша: Договорились. Тогда спокойной ночи)
Она смотрела на экран и чувствовала, как внутри разливается странное тепло. Отложила телефон и выдохнула. В груди колотилось сердце. Волнение, смешанное с предвкушением.
На следующий день Алина перемерила три футболки. В итоге надела старую чёрную спортивную, которая сидела свободно, и короткие чёрные шорты. Она посмотрела на ногу — на икре виднелся след от старого растяжения. Врач тогда сказал: «Не перегружай, не бегай долго, давай ноге отдыхать». Она помнила ту боль, когда потянула сухожилие, — несильную, но ноющую. И сколько времени ушло, чтобы восстановиться. Алина вздохнула. Она решила, что будет просто аккуратна и не станет перегружать ногу.
В четыре часа ровно она вышла из подъезда. Саша уже стоял на скамейке — светлая футболка, чёрные шорты, кеды и, конечно, его вечные кудри, которые лезли в глаза.
— Привет, — сказал он, поднимаясь. — Ты сегодня точно не на работу?
— Точно, — она улыбнулась. — Я взяла выходной.
— Молодец. Пойдём, Дима уже на месте.
Саша немного замер и нагло уставился на её ноги. Алина не особо редко носила что-то короткое, так как она считала, что уж лучше "показать" свои недостатки, чем ходить в мешках и казаться ещё больше. Алина отвлеклась и отвечала кому-то в телефоне, поэтому взгляд парня она не заметила. Саша просто стоял с невозмутимым взглядом и смотрел на неё саму. Потом она убрала телефон и заметила, что Саша будто в абстракции.
— Идём?
— А, да.
Они пошли вместе. Саша не пытался её взять за руку или коснуться. Просто шёл рядом, иногда поглядывая на неё сбоку. Алина чувствовала на себе его взгляд, но не отворачивалась. На площадке действительно ждал Дима. Высокий парень, на голову выше Саши, с короткой стрижкой и широкими плечами. Увидев их, он улыбнулся и помахал.
— Привет! — крикнул он.
— Здаров, — Саша кивнул.
— Привет, я Дима, я рад с тобой познакомиться.
Алина покраснела.
— Я Алина и спасибо, что пригласили. Я, правда, давно не играла, так что не удивляйтесь моим косякам.
— Ничего, — Дима бросил ей мяч, она ловко поймала — рефлексы сработали. — О, видно, что не первый раз мяч в руках держишь.
— В прошлом занималась, — коротко сказала она.
— Тогда тем более. Сань, разминка?
Они размялись. Алина чувствовала себя немного неуверенно. Она знала технику, но тело уже не слушалось так, как раньше. Когда Дима подал ей первый мяч, она отбила его плохо, мяч ушёл в сторону.
— Ничего, — сказал Саша. — Попробуй ещё раз.
— Я же говорила, что всё забыла.
— Неправда, — Саша подошёл ближе, чуть наклонился к ней. — Ты просто напряжена. Расслабься. Это игра, а не экзамен.
Она вздохнула и кивнула. Дима снова подал — аккуратно, не сильно.
Алина отбила лучше. Мяч перелетел сетку.
— Отлично! — крикнул Дима.
Они играли около часа. Саша был осторожен с ней — не бил сильно, подавал точно в руки, чтобы ей было легко ловить. Если мяч летел в неё, он специально смягчал удар. Алина видела это. Видела, как он напрягается каждый раз, когда мяч летит в её сторону, как готовится подставить руки, если она ошибётся. Она чувствовала, что он старается не давать ей много бегать — специально подавал так, чтобы она двигалась меньше, а принимала мяч на месте. Алина знала, что он это делает специально, но ничего не говорила. Дима тоже был к ней мягок и не бил сильно. Зато когда они играли в паре, он бил в Диму не жалея. Мяч летел как пуля, и Дима едва успевал отбивать.
— В тебя бес вселился или чо? — кричал Дима. — Алинку жалеешь, а меня убить хочешь!
— Пф, ты что, смеешь сравнивать себя с ней?
Алина засмеялась.
— Эй, я с тобой больше дружу.
— И что? Я это не про дружбу говорю.
— Да вы только посмотрите на него, какой хороший становится, — сложил перед собой руки и усмехнулся Дима.
Алина сидела на скамейке, немного отдыхая и уже наблюдая, как два близких друга борются непонятно за что.
— Слышь, олух, я так-то капитан.
— И что? Заставишь отжиматься сто раз?
— А может, и заставлю...— хитро улыбнулся Дима.
— Ну тогда я жду.
Парни посмеялись, конечно же они шутили и все оскорбления просто сказаны в шутку и не более. Саша подкидывает мяч и со всей силы бьёт в капитана, тот идеально отбивает и бьёт так же в Сашу.
Они играли ещё час. Алина чувствовала, что возвращается к тем моментам, когда она любила волейбол. Саша продолжал быть осторожным с ней. Каждый раз, когда она ошибалась и огорчалась, он говорил ей что-то ободряющее. А когда она начинала бежать за мячом, он вдруг оказывался рядом, подхватывал его. Алина чувствовала его заботу. Она видела, как он следит за каждым её движением, как переживает, чтобы она не перенапрягла ногу. И от этого на душе становилось тепло и немного страшно. Потому что она не привыкла, чтобы о ней так заботились.
— Ты хорошо держишься, — сказал он, когда они остановились попить воды.
— Держусь, — усмехнулась она, — но это не игра. Это какая-то тренировка на выживание.
— Не выдумывай, — он подошёл ближе. — Ты играешь отлично.
— С вашей помощью, — улыбнулась она.
— Нет, — он покачал головой. — Ты сама.
Его взгляд задержался на её ноге, на икре. Не на колене — чуть ниже.
— Ты бережёшь ногу? — спросил он.
— Мне сказали, чтобы я просто меньше активничала, и как видишь по моей внешности, я с этим отлично справляюсь, — она усмехнулась. — Поэтому я и бросила. Но это не так страшно, мне просто нужно не сильно напрягаться.
— Жаль, — сказал Саша. — Ты хорошо играешь.
— Я просто тебе нравлюсь, поэтому ты так говоришь, — пошутила Алина, но в голосе чувствовалась неуверенность.
— Не только поэтому, — ответил он. — Но да, это тоже причина.
Алина покраснела и отвела взгляд. Ей хотелось верить, но внутри всё сжималось от страха. Она уже столько раз обжигалась.
Дима, сидевший в стороне и попивавший воду, снова всё слышал. Он покачал головой и улыбнулся.
— Я, пожалуй, пойду, — сказал он, вставая. — У меня ещё дела есть на завтра, да и мы тут уже больше, наверное, четырёх часов.
— О да, конечно, наш капитан всё-таки не настолько и сильный.
— Ха, — хмыкнул Дима, — ты всё на мне отыгрываешься.
— Иди уже.
— Иду, иду.
Дима ушёл, помахав на прощание. Алина и Саша остались вдвоём. Солнце уже клонилось к закату, и площадку заливало тёплым оранжевым светом.
— Ну, — Саша сел на скамейку рядом с ней, — как тебе?
— Ой, ну честно, я счастлива! — выпалила Алина и тут же прикусила язык. Слишком громко, словно ребёнок.
— Я рад, — Саша улыбнулся той своей спокойной улыбкой, от которой у неё внутри всё переворачивалось.
Она отвела взгляд и уставилась на свои руки. Пальцы слегка дрожали. Она ненавидела эту дрожь. Ненавидела, что он видит, как она волнуется. Они посидели немного в тишине. Ветер шевелил листву. Где-то вдалеке смеялись дети.
— Саш, — тихо сказала Алина.
— Мм?
— Почему ты вообще… ну, со мной? Я не понимаю. Ну типа ты дружишь со мной и всё такое! А ещё иногда заботишься. Ну, конечно, это я не о симпатии говорю, не подумай!
Он повернулся к ней. Взгляд спокойный. У него на лице появилась тёплая улыбка.
— Потому что ты — это ты, — просто сказал он. — С тобой легко и комфортно. Разве могут быть другие причины?
— Это странно, — сказала она, чувствуя, что снова краснеет.
— Мне нравится странное.
Она засмеялась — нервно, но искренне.
— Я не знаю, что с тобой делать, — призналась она. — Ты слишком… хороший.
— Это проблема?
— Для меня — да. Особенно твоя скорость меня поражает.
— Ты же и так сама всё поняла?
— Поняла что...?
Только совсем глупый человек не поймёт. Такие знаки внимания не каждый мог уделять кому-то просто потому что они друзья. Алина давно поняла, что значат его действия и слова, но всё равно не могла принять это и в глубине души просто закрывала на ключик эту дверь с чувствами. Слишком мало были знакомы. Она не хотела повторять своих ошибок, что были в прошлом. Так что поняла для себя одно — прежде чем думать о любви, сначала долго дружить и очень близко.
— Боже, да ладно тебе...
— Знаешь, я просто поняла, что ты хороший, очень хороший. А сейчас мало действительно хороших людей.
— Да, ты права. Я чувствую что-то похожее.
— Насчёт меня?
— Да.
Он не стал давить. Просто кивнул и сказал:
— Пойдём, — сказал он, вставая и протягивая ей руку. — Провожу тебя.
Она смотрела на его ладонь. Медлила. Потом всё-таки взяла. Они медленно пошли по аллее. Солнце спускалось всё ниже. Саша нёс её рюкзак, потому что она устала, а он не хотел, чтобы она таскала тяжести. Алина сначала сопротивлялась, потом сдалась. Не каждый день кто-то так о ней заботится. Она смотрела на его профиль — на его кудри, на его спокойные глаза, на то, как он иногда косился на неё и улыбался.
— У тебя красивое имя, — сказал он вдруг.
— Ты уже говорил.
— Мне нравится его повторять. Снова и снова, — шутливо улыбнулся Саша.
Алина улыбнулась. На этот раз не закрывая улыбку руками.
Они дошли до её подъезда. Саша отдал рюкзак. Задержался на секунду.
— Спокойной ночи, — сказал он.
— Спасибо за сегодня.
— Всегда пожалуйста, — он помедлил, будто хотел сказать что-то ещё, но передумал. — Пока, Алин.
— Пока.
Он развернулся и пошёл. Алина стояла и смотрела ему вслед. Сердце билось где-то в горле. Она не хотела, чтобы он уходил. Но не позвала. Вместо этого она зашла в подъезд, поднялась на свой этаж, закрыла дверь и прислонилась к ней спиной. Внутри всё дрожало. От страха. От надежды. От того, что она уже начала верить. А это было самое страшное.