— Думаю, ты удивлен, что мы призвали именно тебя, особенно учитывая все обвинения, что были озвучены в твой адрес после инцидента в городе Юрани полтора года назад?
— Да, моя госпожа.
— Позволь напомнить тебе и Совету, что герцог Юранский требует публичной казни всех причастных. Его жена публичной порки... герцога. Совет города настаивает на вручении всем причастным медалей и титулов, но при этом не сильно возражает против последующей казни и порки. Что пожелал Великий Магистр, думаю тебе и так известно? Однако в его просьбе было отказано.
Одно из зеркал издало смешок.
— Учитывая все произошедшее и вовлеченность стольких сторон, а также по той причине, что гончие действовали по нашей просьбе и общей запутанности дела. На время расследования тебе было позволено и дальше быть капитаном гончих. К твоей эффективности ни до, ни после того инцидента, ни у кого из нас нет нареканий. Однако…
— Однако недавно нами была получена целая пачка «анонимных писем» со всевозможными обвинениями в твой адрес. Поскольку Орден не может не опровергнуть обвинений, не подтвердить их…
Повисла выжидающая тишина и Хаунд спросил.
— Это трибунал, моя госпожа?
Высокая фигура в центральном зеркале задумалась, а затем, разгладив складки на платье, ответила.
— Нет. Впрочем, пока нет. Вокруг тебя сгустились тучи, и хоть твоя компетентность не вызывает ни у кого вопросов, но вот лояльность Ордену и нам Совету под сомнением. Однако учитывая прошлые заслуги, мы хотим дать тебе еще один шанс…
Советница опять прервалась на полуслове, и Хаунд, поняв правила этой игры, спросил в ответ.
— Что я должен сделать?
— Как тебе известно, небесные часы почти завершили свой оборот. Скоро завершится цикл в 12 лет. И очередное Великое Бедствие обрушится, на мир. Седьмое Великое Бедствие, если быть точной и оно будет отличаться от всех предыдущих. Коварнее и смертоноснее …
— К чему нагнетать? Почему просто не подождать, когда придет еще одна и всех спасет? Шесть раз ведь сработало. – Перебил Советницу скучающий зевок и мелодичный голос из зеркала, украшенного розами.
Ответом ей было шипение из зеркала с черепами.
— Дослушай, прежде чем перебивать!
Советница откашлялась.
— Верно. Увы, но один из семи артефактов был уничтожен Темным. У нас нет гарантии, что на этот раз иная отзовется на зов…
— И уж тем более нет гарантий, что у нее хватит сил обуздать Великое бедствие без артефакта. Сколько раз нужно тебе это повторять Роза дорогая? – Спросила женщина, что прятала лицо за маской.
— Мы не можем рисковать, когда одна из нас уже пала. – Согласно, кивнула обладательница стилета.
— Пфф! Отчитываете меня как ребенка! Что такого особенного в этом «бедствии», что вы развели ради этого такую панику?
Ответом ей была тишина.
— Тебя этот вопрос тоже беспокоит Хаунд?
— Да, госпожа. Чего нам следует ожидать?
Советница задумалась, а затем поймав одобрительные кивки соседних зеркал, вновь нарицательно обратилась к нему.
— Думаю, тебе стоит знать. У Седьмого Великого Бедствия, согласно пророчеству, человеческий облик и сила подчинять другие бедствия своей воле не только малые, но и Великие. Сила, способная сокрушить нас.
— Что?
— Как и в случае с Темным мы подозреваем, что это мужчина. Носитель проклятой крови императорской династии, что отторгает любое волшебство. Он тот, кто не способен заключать пакты. Истинный наследник наших артефактов. Против него мы бессильны.
— Все настолько плохо? — В голосе Розы звучали скепсис и недоверие.
— Карин Крылатая, могла в одиночку сокрушить любого врага. Перед ней преклонялись, как перед воплощением одной из ушедших*. Однако при их дуэли Темный расправился с ней с ужасающей легкостью.
(*Богиней)
— А ведь он не был прямым потомком Императора? — Изел задумчиво постучала себя краем маски по подбородку. — Спустя столько лет мы так и не узнали, почему это пробудилось именно в нем.
Владычица Бури невесело рассмеялась.
— Скажу тебе так, даже стоять в его присутствии было больно. Изел, чудом осталась тогда в живых.
Со стороны зеркала с масками раздался горький смешок.
— Верно… чудом.
— Тц.
— Но мы отвлеклись на старые раны и горькие воспоминания. Хаунд, мы неустанно ищем и следим за теми, кто подходит под критерии, и до этого дня мы ошибались, но…
И снова вопрошающая вопрос тишина. Хаунд тяжело вздохнул.
— У вас есть кандидат, вызывающий особое беспокойство?
— Да. Его имя Эван ван Астра. 14 лет. Единственный сын лорда-герцога Лионела ван Астры. Хранителя центральных юго-западных земель.
Хаунд краем глаза заметил некоторое волнение в зеркале с розами. До этого момента принцесса Анна Роза откровенно скучала, разглядывая собственные ногти, но тут она встрепенулась. От резкого движения из ее волос выпало несколько цветов.
— Отец отослал мальчика после смерти его матери и вспышке серой хвори на границе их восточных владений, когда тот был еще ребенком. Он долгие годы воспитывался на попечении старого друга семьи в отдаленном замке «Воронье гнездо» на территории центральных западных земель.
— Тем самым он ускользнул от нашего взора…
— Но недавно все изменилось?
— Да, мы получили весьма любопытное донесение об этом ребенке. У нас нет абсолютной уверенности в словах очевидца. А принимая во внимание знатное происхождение ребенка… Нам пришлось искать очень уважительный предлог, прежде чем направить туда отряд псоглавцев из крепости Клыков. Пять дней назад они известили нас, что в замке произошел серьезный пожар. Хозяин замка убит, а мальчишка и слуги бесследно исчезли.
—?!
Хаунд даже вздрогнул, когда самое правое зеркало издало звук, похожий на, приглушенный вскрик.
Четыре женских силуэта перевели на младшую из них обеспокоенные взгляды.
— Роза дорогая, у тебя все хорошо?
— Что?! Да! Простите. Я… я отвлеклась на пробежавшую мышь!
— Мышь? – Скептически потянула графиня.
— Да, да! Обычная мышь, не летучая. У нас такие все еще водятся. Угх! Не обращайте внимание. Просто продолжайте.
Советница устало вздохнула, а, затем сделав глубокий вдох, продолжила.
— Возможно, этот ребенок и не является тем, кого мы ищем, и все обвинения были беспочвенными. Но он все еще единственный наследник хранителя тех земель и их семейного пакта. Именно по этой причине мы приказали Ордену призвать гончих, а также отправить в погоню отряд из «Вороньего гнезда».
— Однако. Прошло уже довольно много времени, а никто из них так и не вышел с нами на связь. Словно они сквозь землю провалились. — Протянула Изел, нервно прикусив краешек маски, однако тут же себя отдернула и, убрав маску, обратилась к центральному зеркалу. — Что еще раз возвращает нас к способности скрываться от ...
— Не обязательно. — Спокойно возразила ей Советница. — Как мы уже давно выяснили, достаточно лишь простого желания или сильного артефакта.
—Пф-ф.
На центральном зеркале морозным узором проступила карта.
Хаунд узнал это место.
«Совсем недалеко от Аконитовой долины».
— В тех землях расположена Священная роща Олании, все дороги, так или иначе, ведут к ней. Это отправная точка твоего расследования.
— Отправляйся по следу. Найди Эвана. Если наши подозрения ошибочны, то наследник дома ван Астры должен быть доставлен в безопасное место, до тех пор, пока не будут выяснены обстоятельства пожара в замке «Воронье гнездо».
— Если же наши худшие подозрения верны… Прикончи. — Прошелестел голос владычица Бури.
Великая Советница неодобрительно откашлялась, предпочтя иную формулировку.
— О, мальчике следует «позаботится». До того, как оно пробудится.
Хаунд поклонился.
— Будет исполнено, моя госпожа.
— И еще Хаунд. Твоя судьба зависит от исхода этого расследования. Это твой последний шанс. Либо ты оправдаешь, наши ожидания, либо...
Раздался смешок Бури.
— Я понимаю.
«Позаботятся уже обо мне».
А затем мелодичный голос хозяйки масок обратился к другим зеркалам.
— Таланты капитана не вызывают сомнений, но, возможно, нам стоит подстраховаться и принять дополнительные меры?
— Мы не можем больше рисковать. – Прошипело зеркало с черепами.
— О! у меня появилась отличная идея! – Неожиданно бодро подала голос Анна Роза.
— …
—Только не это. — Раздался чей-то шепот, но кто именно говорил, уловить было сложно.
— Я отправлю на перехват одну из моих протеже. Верно, так и поступлю! Долг, родня и все такое.
— Которую из них? – Вопрос прозвучал мрачно.
— Мари, все еще … Кхм, она как раз должна находиться, где-то поблизости.
Повисла тишина, а затем Хаунд невольно вздрогнул от трех страдальческих вздохов.
— Ну, что?! – Возмутилась Роза.
Великая Советница откашлялась.
— Роза дорогая, это не самая хорошая идея.
— Почему? Она прекрасно справляется с возложенными на нее задачами!
— Ты потеряла приставку «НЕ» перед словом «справляется» не так ли?
— Если это шутка, то она совершенно несмешная.
— У девочки всего на всего переходный возраст и ...
— Успокойся, Роза. Раз уж это на границе твоих владений никто не будет возражать, если ты пошлешь, одного из своих людей. Просто …
Однако Советницу прервал другой голос.
— Ветер в голове и никакого воспитания?
— Ой, да заткнитесь, у вас вообще детей нет!
На этих словах силуэт Розы исчез из зеркала, бутоны закрылись, а бабочки рассыпались искрами.
Ее заявление было встречено скорбным молчанием и лишь владычица Бури, да Алая Графиня расхохотались.
— Такого счастья и врагу не пожелаешь.
— Но и живем мы гораздо дольше ее и жить будем, когда она и дети ее детей обратятся в прах. – Проговорил монотонный голос, — До встречи сестры. Жизнь покинуло зеркало с черепами.
— Ха! Пускай. Может, наконец-то свернет себе шею. – Усмехнулась владычица Бури.
— Разве ты не одолжила этой девчушке одного из своих слуг?
— Одолжила. От него было слишком много проблем. Если оба убьются. Не жалко.
— Какая доброта. – Кокетливо отозвалась Леди в Маске. – Боюсь, мое время подходит к концу. У меня намечена встреча. Потому мои дорогие я вас оставлю. Рами, ты уведомишь об этом происшествии нашего общего друга?
— Нет нужды.
— Ладно, ладно. Попроси как-нибудь заглянуть, я соскучилась по его наглой морде.
— Обязательно сестра.
— Тогда закончили?
Зеркала с масками и драконами погасли.
— Удачной охоты Хаунд! Не разочаруй нас. Других шансов у тебя уже не будет.
Центрально зеркало, умолкло и вновь покрылось инеем.
Хаунд остался один. С усилием встав с затекших колен, краем глаза он уловил движение в одном из зеркал. Обеспокоенный, что возможно будут еще приказы, он поднял голову.
Из зеркала с черепами на него смотрел усмехающийся мертвец. Его собственное отражение. Он подмигнул ему белесыми глазами, и гниющими руками поманил за собой в абсолютный мрак, удаляясь в который его гнилая плоть обратилась в скелет, а скелет рассыпался в прах.
Хаунд выпрямился, отряхнулся, но, прежде чем уйти он бросил через плечо.
— Однажды, но не сегодня.
***
Хаунд несколько раз дернул за рычаг, но ответом ему был лишь скрежет металла и тишина.
—Чтоб эту развалюху!
Не хватало еще застрять здесь.
Он вздохнул и прислонился лбом к холодной перекладине. Путь, через катакомбы был заблокирован, и вряд ли хоть кто-то за полтора года, потрудился его расчистить. Да, даже если и так. Там не убирались годами. Насколько бы ударило по его репутации, если бы он вышел из катакомб весь в пыли, обмотанный паутиной, но очень сердитый?
Из-за под маски раздался смешок.
Его взгляд снова упал, на фрески, на стенах. Эта была другой, но, следуя логике, если в начале шла, речь о сотворении мира, то здесь говорилось о его окончании.
«Если верить знамениям, то до этого дня осталось около года.»
Он ожидал увидеть мрачную человеческую фигуру в темном облачении, но там было изображено нечто странное. Золотой змей, ставший скелетом. Солнце в затемнении. Распахнутая пасть бездны и порванные нити. Падающие звезды. Гротескные фигуры незнакомых созвездий, танцующих в небесах. Плачущие люди и нелюди с разбитыми сердцами и… твари с изнанки, в человеческих масках? Все они протягивают небу упавшие звезды. А над всем этим ярче прочих, горят две луны… Но что тогда вызвало затемнение? И нарисованы они не в традиционном стиле. Тогда звезды? Жаль, краска осыпалась, и невозможно сказать, какого они цвета.
Или это не звезды, а глаза? Наблюдающие за концом мира.
«Бред какой-то.»
Хаунд потряс головой и дернул за рычаг.
С третей попытки механизм всё-таки ожил, и платформа медленно поплыла вверх.
«Наконец-то.»
Хаунд вздохнул с облегчением. Ему не терпелось покинуть это место не только из-за холода. Время тут текло странно. Он лишь надеялся, что эта аудиенция у Совета, и эта задержка, не заняла у него слишком много времени.