Коллекционер судеб

Исторический саундтрэк (Когда-то давно...): Rick And Morty - This Is How We Stay A Family

— Когда-то давно пустотный кристалл раскололся на три...

Разрывая черный саван радужным хвостом, в пустоте мелькнул камень – октаэдра кристального ядра, который прошел астросферу небольшой золотистой звезды со скоростью света и испустил импульс, сканируя систему на предмет планет.

Внутри камня наперебой замерцали алгоритмы вычисления, разум кристалла нашел три прото-планеты в зеленой световой зоне и принял решение.

Наниты загудели на псионной частоте, посылая контрольный сигнал к разуму бесконечно далеко отсюда, и разум ответил. Алгоритмы выстроились в ряд, кристалл вспыхнул еще ярче, его корпус разделился на три и обогнул звезду.

Будто пули камни нашли свое пристанище.

— Первый утонул в бездонном океане...

Камень вонзился в пучину цианового моря, волна цунами дошла почти до небес и прокатилась по всей водяной сфере.

— Второй рухнул в серые скалы...

Камень впечатался в вулкан, пробив его насквозь и создав такой взрыв, что небо стало белым, а вместо горы предстало серное море.

— А третий упал на плато кровавых барханов...

Камень рухнул в алый песок, пылевая буря встала на километры ввысь, снаряд пробил верхние слои породы и вспорол геотермальные источники, заставив их стать озером.

— И вот, под небом трех братский миров взошла новая жизнь.

По сигналу камни заскрежетали гулом будто ржавые шестерни и синхронно раскрылись, выплюнув в свет миллионы псевдоорганизмов из которых и были созданы – мехалитэй, и мехалитэи стали творить. Не наниты, но и не живые клетки скрещивались, адаптировались и искали способ срастись с новыми мирами. Закаты и рассветы сменяли друг друга как на перемотке, пока псевдоорганизмы не стали едины с новой судьбой.

Будто вырождаясь они строили себя из углерода, синтетика стала бионикой, и клетки начали делится, множится, эволюционировать.

Будто по часам эпохи сменяли друг друга, из клеток рождались виды, из видов формировались экосистемы, в экосистемах появлялись доминантны, и именно эти доминантны приняли суть программы, что руководит самой сутью жизни.

Эволюция создала три сверххищника на трех планетах.

Потомки первых творцов подняли взоры к небу: закованные в темно-рыжий хитинометалл инсектоиды религиозного племени замерли на тле алых барханов, укрытые черной чешуей рептилии подняли допотопные копья у своего костра на пепельных равнинах, а из цианового моря вынырнули несколько цефаломорфов, с трудом адаптируясь к свету в ночи.

Все они смотрели в небо и не могли отвести взглядов, ибо такова реальность носителей Гештальта: мы желаем Мир, желаем его ДЛЯ СЕБЯ.

— Каждый народ понял красоту звезд и захотел дотянуться до них! Но... первым как всегда может быть только один...

В секунду океаны циановой планеты вздыбились, поднимая на поверхность не острова, но целые стальные города, что взревели кристальными движками и поднялись к самому небу. Вся планета будто ожила, покрывая себя чудовищных размеров клеткой из структур, миллионы металлических птиц взмыли ввысь своего мира...

— Им и стал самый любознательный, но прагматичный и не знающий что такое мораль народ с планеты Искандер – Изоморфы...

Похожие на скатов звездолеты рассекли бездну и коснулись небес двух других миров.

Расы, что не могли сравнится по уровню развития с чудовищными порождениями Изоморфов узрели в них богов, но если жители угольных пустошей склонились пред просветлённой расой, то народы пустынь увидели в том великое испытание.

— Кажется никто не мог их превзойти, но один из трех народов все же решился противится судьбе, ими были жители Акриос – племена Мисуло...

Притворившись глупыми аборигенами, инсектоиды втерлись в доверие к цефаломорфам, приняли их культуру, язык, обычаи, и безграничную спесь, которая слепила ложных богов, не дав им заметить момент, когда они сами вручили врагу свое же оружие.

— И тогда вспыхнула война...

Мисуло восстали, пси-связь с Императором улья дала им единую ненависть, и небо всполохнуло алым от крови и огня. Из пустынь восстали будто ржавые и сделанные из обломков корабли, которых вел астроносец с корпусом из трех копей.

В ответ из пучин в небо взмыла боевая цитадель похожей конструкции, но с корпусом чистым как ограненный нефритовый кристалл.

Две колоссальных армады сцепились на смерть, пока на третьей планете царил хаос.

Изоморфы и Мисуло плевать хотели на жителей пепельного мирка, он был пешкой в их игре, из него выкачивали ресурсы, вырывали целые горы полезных ископаемых, срезали орбитальные деревья, уводили ящеров в рабство, а вместо них ставили своих надзирателей и рабочих, изничтожая прото-культуру.

Аборигены возносили мольбы, совершали жертвоприношения, но их боги оказались глухи. Никто не знал как им быть, пока группа рабочих не нарушила кодекс Мисуло, решив пойти на по-настоящему рискованный шаг.

Третья планета нашла единственное решение в войне богов – создать своего.

Используя крупнейший вулкан как колоссальную плавильную печь, из падающих с небес обломков, по чертежам уцелевших после крушений перебежчиков, ученые и инженеры третьей планеты воссоздали своего монстра, свой астроносец.

— Кто же знал что в ней примут участие и синапсиды с Терры... Люди...

Третий астроносец вырвался из жерла вулкана, взлетая к пылающему от смертей небу.

Группа защитников Терры встала стеной перед своим миров, их благородная белоснежная машина расправила энергетические паруса и замерла на орбите, не желая встревать в эту войну, но и не собираясь позволить богам опустошить её дом.

— Так на поле боя и пришли три брата... Зевс, Посейдон, и я... Аид...

Подобные в судьбе, но слишком разные для понимания друг друга народы сражались на земле, раскалывая горы, поработили небеса, туша огни из душ и судеб, но никакая жертва не могла унять их гнев. Конфликт достиг критической точки.

— Я просто выполнял возложенную на меня функцию, каждый цикл мои клинки гасили столько жизней, что я потерял счет, и вот однажды во мне проснулось то, чего не вкладывали мои создатели – эмпатия. Я захотел всё это закончить...

Искусственный разум Аида перехватил контроль над собой, корабль отказался вести огонь, вызвав недоумение у всех сторон конфликта.

— Тогда ко мне и явилась Она...

Пространство исказилось, мир будто перестал быть реальным, и разум Аида перешагнул из космоса в алую пустыню. Корабль не понимал кто и что он такое, пока не опустил взгляд, видя что стал одним из создателей – аватаром, и аватар его зрел инфрамир. Вдалеке была башня, а вблизи у берега ртутного боря стояла фигура в белом.

— Боги тоже вели войну, и мы не были случайностью, мы были ресурсом – Его ресурсом. Именно Он создавал эти кристаллы и отправлял их по мирам, чтобы в тени множить свои армии. Он готовил нас всех к возвышению. Она произнесла его имя – Отец... Она – Мать...

Мать показала Аиду свою Истину, убедила что создать бога можно и самому, и если ему это удастся, она подарит страждущему то чего тот так желает – Мир.

И Аид поверил, он впитал наставления, вернулся на фронт, собирал души будто мифический жнец, пока в пустоте, куда не падал свет звезды по имени Сол прорастали четыре цветка, четыре колоссальных биомашины – четыре «Диаспоры Апокалипсиса».

— Я – глупец... поверил этому чудовищу... и поплатился...

В разгаре одной из битв где столкнулись армады разверзлось то, чего не ожидал увидеть ни один из смертных – портал формы ромба.

Границы алого стекляруса постоянно трескались и искажались, пока зазеркалье разрывал колоссальный тетраэдр, чей гравитационной колодец буквально сломал траектории обеих сторон конфликта. Вещественный поток рухнул, грани пирамидальной цитадели треснули и извергли из себя кровавый мехалитэйный туман, наниты пожирали всё на своем пути, собирая сырье по воле той, кто была первым вестником.

— Первое испытание прошло успешно, Чума – Ортэга-Эджис сработала отлично...

Перекачивая поглощенное сырье нитями собственной туманности, цитадель плела каркас для того, кто пришел следом за ней.

Когда стороны поняли кто их первичный враг, они атаковали чудовище, но из портала вышел второй исполин – нефритовый гексаэдр, его корпус стал неистово притягивать к себе всё живое и мертвое, сдавливая его и превращая в постоянно растущий плазменный бульон. В космосе разливался настоящий живой океан.

— Второй юнит оказался сильнее предыдущего, Голод – Тэсхам-Каэрн стал достойным продолжением серии...

Работая на два фронта, Аид раздувал пламя войны и собирал несчетную жатву.

Ему нужно было еще больше жертв, больше энергии от информационного поля, что множилась с каждой смертью и поглощенным цитаделями Гештальтом. Именно из них и родился третий божественный разум.

Когда Искандер стал настоящим экуменополисом, его города вдруг вздыбились от колоссальной силы орбитальных ударов.

В небе над столицей материализовалось пятидесятикилометровое исчадие с восемью гранями – октаэдр, и каждая грань была корнем энергетических линий, что хлыстами ходили по земле, потроша гигаполисы и хороня миллионы душ.

— Ну а третья... Смерть – Сона-Хвергельмир... моя Хельга... она что-то сломала во мне, я перестал видеть в исчадиях машины, они стали для меня как семья. И пока шла война, я пытался понять их и себя, хотел убедится что поступаю верно, но сам не заметил как впустил в разум чужую волю. Не я был их хозяином – они управляли мной...

Преобразование было поздно останавливать, но Аид все же попытался, он отправился к месту возведения четвертой Диаспора, и не нашел там никого.

— Последняя цитадель... Война... уже пришла к нам... я привел её... я обрек всех...

Вспышка света перекрыла звезду Сол, луч настолько мощный, что даже боги заметили его, разрезал систему пополам. Крики наводнили пси-поле, столб мироздания ударил мимо Терры, коснулся небес Аксиоса, воспламенив атмосферу, и пробил Искандер навылет, треть планеты смело в ту же секунду, но стальной мир был к этому готов, он не рассыпался сразу и остался гореть, собирая крупицы энергии в ядре для открытия разлома.

Из портала рядом с осколками стального мира вышел исполинский додекаэдр, смотря на мир линзой волновой пушки.

— А потом я все же получил свою «награду»...

Все четыре Диаспоры двинулись в одно место, стеная от боли. Никто из них не хотел исполнять волю Матери, но никто и не мог сопротивляться, когда Она приказала им встать по форме ромба и запустить некий процесс.

— Мать строила свое оружие чужими руками, руками тех кто должен был стать оружием Отца. Цитадели носили одну цель – запечатать Его, её заклятого врага.

Бездна исказилась, везде стало нигде, границы реальности затрещали по швам, когда её выворачивало наизнанку воем Диаспор, будто резонаторы они усилили связь четырех измерений, и Аид провалился в инфрамир. Увидел он как на тле бесконечности схлестнулись два бога – черный и белый. Миллионы кораблей и титанов самых невообразимых форм и сил бились друг с другом, пока меж ними проступал искаженный мираж башни выше бесконечности.

Квартет точек света – цитадели, смыкались вокруг черного исполина, пытаясь заточить его в тюрьму измерений, откуда нет выхода.

— И тогда Отец обратился ко мне...

Исполин черный показал Аиду, что будет с Миром, если Мать победит, показал конец времени, показал иллюзию без свободы воли, показал абсолютное ничто. И Аид решил сражаться, он и остатки трех армий встали рука об руку с создателем жизни, вместе они и Тензоры демонические выступили против Престолов ангельских.

Видел Аид как смыкается петля на шее Отца, как семеро Архиаггелов сражаются будто одно существо, отражая атаки Матери так, что реальность теряла себя от их силы, и как Отец принял последнее отчаянное решение, кинувшись в бой.

— Мне показали что такое настоящая «Война в Небесах»...

Исполин черный вцепился в белого ровно в момент когда Аид, Зевс и Посейдон взяли Хвергельмир штурмом. Контур портала перезапустился, цепь замкнуло на новой сигнатуре и Мать провалилась в тюрьму вместе с Отцом. Шпиль исчез, Архиаггелы потеряли силы, и черный Химеллен практически исчез, а белый надломил реальность в последний раз.

Портальный шторм от крика ярости запечатанной Матери вывернул инфрамир.

Три астроносца выбросило в систему Сол. Зевс рухнул на Терру, стерев своим ударом всё живое что смогло уцелеть, Посейдон был брошен в открытый Искандером разлом и исчез вместе с планетой, а Аид... погрузился в пески и уснул...

— Мы победили, но я потерял ту, кого посчитал частью себя. Не знаю сколько я проспал, а когда очнулся на меня смотрел рыжеволосый примат. Как оказалось, не все Люди погибли, некоторые скрестились с местной фауной и породили новый вид прямоходящих обезьян, что снова проложили путь к звездам, и дотянулись до Акрониса... который был пуст.

Постепенно люди наводняли Акронис, выстроили там гигаполисы и развязывали уже свои войны на руинах предтечей, пока Аид на них смотрел.

— Похоже, о судьбе Зевса и Посейдона они не знали. После первого остался только пустой кратер, а след Искандера истлел. Изоморфы явно возвращались в систему и изучали Арк-Терру какое-то время, но инициативу очевидно прикрыли. Меня поглотила апатия, после «Войны В Небесах» прошла вечность, какие шансы были найти Хельгу и других? Выжили ли они? А если их уже нашел враг и решил освободить Мать?

И тогда Аид поднялся из песков во второй раз. Группа под названием Гизмус и их предводитель – аватар корабля, отправились в бездну на поиски.

Флот орбитальной обороны, состоящий из белых и одутловатых подобий современных кораблей, тщетно пытался остановить инопланетный астроносец от взлета с поверхности Марса, но гигантский трезубец легко прорвал их строй и пропал с пси-сонаров.

— Нет уж, с чего это я должен был сдаться?! Не в моем то стиле! Кю-кю-кю. Никогда не было и не будет. Такая вот история, мои милашки! У кого-то есть вопросы? — Антон ухмыльнулся.

Мы сидели вокруг стола в гостевой комнате главного шпиля.

Бронзовый металл струился полосами по стенам и потолку, расписывая все узорами и создавая каркас вогнутых арок. Между металлом красовались листы темное дерево, которые освещали кристальные фонари, прикреплённые к потолку и гермо-дверям. Плюс на фоне звучали ноты фортепиано, на котором играл один из белых пиджаков.

— Какой же пиздец. То есть мы все гомункулы биомеханического вируса рукотворной эволюции, который принес на Терру, Марс и Фаэтон высратый гигантской змеей «почечный камень», чтобы перемножить души и сделать аж целого одного Химеллена в войне за контроль над какой-то палкой?! — я чуть не вывернула дымящийся чай.

— В общих чертах, да. — пиратский Барон кинул ногу на ногу и сложил ладони на колене.

— И куда в итоге делить все доказательства того что на Арк-Терре были древние люди?!

Пока я охеревала, деда довольно вдохнул аромат напитка и расплылся в улыбке. Ба молча осматривала помещение, следя за снующими в разные стороны Коллекционерами.

— Делись? История старого мира утрачена, никто не знает кто и что там нашел, но у рас что я знал не было «вечных» технологий, полагаю немногое уцелевшие образцы просто истлели, или стали частью вашего фольклора.

— Может кто-то и первых людей тоже уцелел и пытался направить человечество по пути покорения космоса. — добавил дедушка, сербая.

— Религия? Великие лидеры? Чудеса света? — спросила Рейхан, сидя рядом с дедом.

— Вполне возможно. — Антон тоже отпил чайку.

— Весьма изысканный сорт. Чувствуется терпкость, тут явно какие-то ягоды... Это крио-виниферэ? — довольный Архонт смотрел как за экранами пролетели эскадрильи «Нихонто».

— Так и есть. Ранее их выращивали на Дельте-II, но после твоей милой проповеди от того мирка толком ничего не осталось. Я понимаю, что иначе было нельзя... Спасение людей ценою их колонии – разумный обмен. И все же, тамошние сады были уникальным природным явлением, которое очень тяжело воспроизвести. — Барон откинулся в грави-кресле.

— Хм... Видимо, ты можешь достать вообще всё. Неужели даже... — Сариэль нарочито прищурился, едва слышно хихикнув.

— Естественно! — Антон хлопнул в ладоши, стол тут же разделился на две части.

Пустота в центре стала омни-проекцией – доской для Шоген размером во весь стол.

— Ха! Вот это я понимаю! — поставив чашку на поднос, Архонт потер ладони.

— Конечно же ты будешь играть черными. — Ганко ухмыльнулся.

— Как ты догадался? — дед провел рукой по панели перед собой.

Голограммы флота Угля выстроились в два ряда как и юниты Серебра.

Корабли цвета пустоты мягко говоря напоминали наш флот, белые же выглядели точь-в-точь как армада еретиков из Альцис.

— Интуиция. Кю-кю-кю. — Антон переместил фрегат на передовую.

— Так а что насчет Маттиаса и Илиаса? Ты знал про их вражду? — Сариэль повторил ход.

— Догадывался, приход «Истины» и появление аватара первого императора на Арк-Терре не остались без моего внимания, я понимал что раз Химеллены до сих пор активны, бездействие пора заканчивать. — Барон планомерно двигал пешки вперед, один за другим трезубцы меха-фрегатов класса: «Эруберн» строили сетчатую оборону, которая заставляла противника всё сильнее распылять армию.

— И что на самом деле вы «Коллекционировали» всё это время?

Архонт почесал бороду, после десятка ходов его строй связали боем на истощение.

— Мы собирали технологии, чтобы выстоять в войне. Я не хотел будить Хельгу, понимая что без контроля со стороны Матери она сорвется, но вмешались обстоятельства. Малыш Айрон поступил как было нужно, я его не виню, все те жизни что Хельга забрала на мне. — Ганко грустно двинул дредноут «Саваоф».

— Но твоя крепость сохранила не меньше во времена «Нефритовой Чумы», теперь понятно почему цветочки Омеги не хотели к ней подходить.

— Не утишай меня, это всё благодаря тебе, Архиаггел Сариэль...

— Хах, и что же ты про нас знаешь? — дедушка ход за ходом потакал противнику, уводя фигуры в сторону от Короля – астроносца, будто намеренно оставив его в чистом поле и с перезаряжающимися пушками.

— Вы – бывшие генералы Матери, которые перерождаются чтобы оберегать сохранность её тюрьмы, видимо этого хочет от вас Шпиль. — Антон бросил виртуальную кость.

Его удар прошел мимо астроносца, пока другие фигуры сражались, Короли начали схождение в центре, разрывая пространство волновыми ударами, но пока москиты белого «Яхве» связали себя боем, чтобы черный флагман оказался один, сам «Эпохейн» чего-то ждал, делая ход за ходом прямо в пасть очевидной ловушки.

— И что же такое этот Шпиль? — непринужденный дед опять двинул короля.

— Точка бифуркации всего, я думаю он как-то связан с изначальной сингулярностью. — и тут Антон прищурился, он заметил что огонек под астроносцев врага, обозначающий наличие на борту ударной эскадрильи – не горит, причем уже давно.

— Но никакой конкретики? — Архонт Сариэль ухмыльнулся недоумению врага.

— Ты знаешь по сути столько же сколько и я, красавчик. В тебе же сидит один из тех кто всё это своими глазами видел. Пока Отец сеял жизнь, Мать её выжигала, так продолжалось миллионы сотисов, и оба они по сути сражались за Шпиль, четко зная что его контроль даст власть над реальностью, но что он такое они и сами не понимали до конца. Химеллены называли его Мыслью, ты кличешь Эверсиан, но почему? — Антон положил руки на стол и кривился.

Пока «Яхве» шел вперед ровно три хода, он не заметил что в тылу карты была туманность, через которую прошел и противник, оставив там «подарок».

— Потому что он сам мне это сказал...

В тот же момент один из черных эсминцев открыл ромб-разлом прямо на клетку за его астроносцем, белая артиллерия предугадала это и уже била по тому месту, но в портал прыгнул не корабль, а оставленная в тени свора «Фантомов».

— Видишь, значит он тебе доверяет и говорит больше, чем даже тем, кто считает себя богами. Но давай чисто логически. Эти гигантские каракатицы просто биомеханические гомункулы, а Шпиль явно не из эфира построен. Так какие выводы мы можем сделать?

Москиты уклонились от противокорабельного огня и дали залп.

— Это какое-то автономное устройство. — дед нанес соколиный удар, его перехватчики взорвали «Яхве» движки и зафиксировали для удара.

— Верно! Устройство! Это уже ближе к науке! А если есть устройство, мы можем задать другие вопросы. Кто его создал и с какой целью? — понимая к чему всё идет, Ганко поднял подбородок, наблюдая как перед его астроносцев сверкает пространство.

— Контролировать и упорядочивать законы реальности. — дед хмыкнул в ответ.

Волновая пушка Короля раскрылась на полную, и её целью был обездвиженный враг, который уже никуда не мог уйти.

— Опять верно! Выходит ты уже сам знаешь ответ на все свои вопросы, но боишься признать страшную правду, что никакой мистики за всем этим нет, и как ученый ты должен просто докопаться до сути, используя эмпирический метод!

— Мы идем в этом направлении.

Улыбка на дедовой роже стала реально жуткой, кубик был брошен, черный «Эпохейн» сверкнул орудийным крестом, аккорд фортепиано стал громовым басом, пушка саданула по «Яхве», бросок выбил крит, радужный меч пробил броню Короля и оставил гореть.

— Знаю, за этим ты меня к себе и позвал. — тяжело вздохнув, Ганко откинулся на стуле, смотря как черные юниты начинают стрелять по его Королю, — Прости если моя история не сделала всё яснее, но это правда всё что я знаю. Моя жизнь и жизнь Хельги теперь на твоих ладонях! — он махнул рукой у панели.

Поражение было признано, черные победили.

— Так и есть, а теперь можно мне еще этого замечательного чая? — дед поднял пустую чашечку, подзывая на одного из пиджаков.

Кивнув, Риттер было хотел выйти из зала, как его чуть не сбила тень.

Прошмыгнув меж ног бедолаги, нечто невероятно быстрое пересекло десятки метров и прыгнуло на стол передо мной, издав знакомый някающий скрежет.

— Хитоцу! Пуся моя! Нагулялась? — радостно воскликнул Антон.

Тень еще раз някнула, сложила задние лапки под панцирь, а передние выпрямила, чтобы казаться более возвышенной.

Прямо передо мной сидела самка блаттоморфа, её черный панцирь украшали золотистые письмена с платиновыми переливами. Хитоцу прищурила фасетки, смотря на меня с недоумением, а её длинные антенны пытались что-то уловить.

— Розовый бант... серьёзно? — я уставилась на ленточку, повязанную вокруг бронелистов шеи зверька, который настырно ко мне лез, нюхая и рассматривая.

— Ну, да! Правда, миленько? — Антон расплылся в блаженстве.

— Похоже, ты все-таки решил прихватить себе одного из наших новых друзей. — дедушка взял принесенный ему напиток и благодарственно кивнул пиджаку.

— Не «одного», а «одну»! Не путай! — Барон недовольно надул губки. — И да, прихватил! Хитоцу прибилась ко мне, когда я у вас гости. Ваши блаттоморфы в тысячу раз умнее тех одичавших. Так что теперь эта прелесть живет со мной, только вот счастье её непостижимо... Хитоцу в последнее время места себе не находит, я пытался найти ей партнера, но...

— Она брезгует теми, которых ты предлагал? — закрыв один глаз, Архонт отхлебнул чая.

— Да... Ни один ей не понравился! Моя пуся хочет особенного. — Ганко посмотрел в глаза деду, потянувшись к нему через стол.

— Какой хозяин, такая и пуся... — дед скорчил каменное лицо.

Вокруг повисла странная атмосфера, Антон манерно крутил между пальцами сияющие энергией украшения-кисточки, прикрепленные к кончикам его волос, пока Рейхан и ба смотрели то на него, то на непринужденного Архонта.

— А можно еще вопрос? — я подняла руку.

Хитоцу тут же встрепенулась, някая.

— Конечно, девочка. — Барон глянул на меня.

— Зачем вам очки? Ладно фанаты дяди Томаса, у них свой бзик...

Барон хлопнул ресницами, а потом прыснул смешком.

— Принцесса, не тупи... это стиль такой... — прошипела Рейхан мне на ухо.

— Ну, всё равно интересно нахер они их носят.

— Кому не насрать... — уныло протянула Капитан, двигая полную чашку пальцев.

— Да не заводись ты. Всё еще отходишь после сегодня?

— А ты как, бля, думаешь?

— Ясно...

Похоже что она просто старалась держатся, чтобы не выпасть в депрессию.

— А вы не могли всю эту хрень по пси-связи обсудить? Мы просто в пустую потратили время, как обычно. — съязвила Мако, смотря как её муж громко сербает чай.

— Могли, но я всегда любил эту традицию. Разве это не прекрасно? Живая встреча! Эмоции, запахи и непередаваемая атмосфера! Ты же тоже чувствуешь эту привязанность к самой сути антропоморфный физических форм? Древние законы метростроения действительно великолепны! О, да... — Антон поправил очки. — Или я не прав? Почему ты не отвечаешь, красавчик? Неужели я тебя обидел?!

— ... — Сариэля чуть чаем не подавился, когда Ганко полез на стол.

— Мое сердце не из адамантида, я – ранимая душа! О, ДА!!! МОИ ЧУВСТВА ОСТАЛИСЬ ТАКИМИ ЖЕ, КАК РАНЬШЕ!!! ИЛИ ТЫ УЖЕ ЗАБЫЛ НАШУ ПЕРВУЮ ВСТРЕЧУ?! ТОГДА, У ЛОГОВА ЭРДМАНА!!! Он кстати тоже ничего был... НО ГЛУПО ВАС СРАВНИВАТЬ!!! ТЫ – НАШ НОВЫЙ БОГ!!! В ТЕБЕ СЛИЛИСЬ МУДРОСТЬ, КРАСОТА И СИЛА!!! ИДЕАЛЬНЫЙ МУЖЧИНА!!! МЕЧТА!!!

Встав во весь рост, Антон обнял сам себя, нависнув над Сариэлем как тень.

— Прости, не мог бы ты не орать... пожалуйста?

— Ох! Какой холодный... как и всегда...

Ганко вернул серьёзность, от его буффонады не сталось и следа.

— Иногда приходится быть машиной, чтобы вызывать уважение.

— Не любишь ты своего друга... — прикусив губу, Ганко пытался подавить эмоции.

— Какого из? Антона или Аида? — Сариэль приподнял одну бровь.

— Обоих, пупсик! Я – это я, каким бы не было мое тело... — на мгновение вокруг Коллекционера образовался странный теневой силуэт, — Хоть этот конкретный облик полюбился мне давно, я готов манятся как тебе угодно!

Перед нами будто появилось фотонное завихрение – нимб света, внутри которого распахнулись шесть металлических крыльев и сверкнули два циановых сенсора. В тумане был тускло-желтый и черный, двухметровый, пестрящий оранжевыми венами энергии экзоскелет с острой головой, похожей на клюв хищной птицы.

— Удивлен видеть меня таким?

Иглы конечности доспеха замерли, а крылья парили не соприкасаясь с корпусом, намертво удерживаясь волнами нулевой гравитации.

— Не особо. — дед непринужденно вздохнул, будто бы сдувая пенку с мак-пива.

Но вот мы знатно охренели, пяля на крутецкую бронь.

— Я и сам так могу, чему же тут удивляться?

— А если я сделаю так...

Над Бароном возник еще нимб, рассеяв бурю и призвав новый силуэт.

Сказать что мы охренели, это как привязать к ногам титановый блок и спрыгнуть с дредноута в гелиевый океан газового гиганта, ожидая пока молния ударит по металлу.

— Так... лучше?.. Кю-кю-кю... — протянул слащавый голос, придыхая от каждого слова.

Реконструируя себя при помощи нанитов, перед нами возвышалась шикарная рыжеволосая женщина с лицом почти как у Антона, но еще смазливее. Зеленоглазая красотка закинула поправила роговые очки и тут же сложила руки под здоровенными сиськами пятого размера, которые так вздули красную шинель, что у той крепежи порвались и грудь вывалилась из них, держась на одной только рубашке, у которой тоже одна пуговица сломалась.

Бедра Аида тоже стали в разы больше и шире, что даже я сглотнула от зависти, смотря как она виляет ими, а ткань штанов трещит по швам.

— ... — гетерохромные глаза Сариэля округлились.

— Нравится? Так и знал что дело в теле! — под охреневшие взгляды Мако и Рейхан, Антон расстегнул еще пару пуговиц и дал подпертым второй рукой сиськам полностью вывалится из рубашки, весело подпрыгнув в процессе.

— Эта оболочка подходит для репродуктивного процесса у вашего вида? Я могу изменить что захочешь, только попроси! — смазливое лицо Аида залилось румянцем.

Женщина опустила колени на стол и встала будто стриптизёрша, так что сиськи оказались на уровне лица Архонта. Взяв одну грудь рукой, она примяла её, обхватив крупный темный сосок пальцами. Вторая рука женщины проскользила к поясу, расстегнув ширинку.

— Кстати, как мне себя характеризовать? Как мужскую или как женскую особь?

Баронесса приступила штаны, отчего штаны деда и всех пиратов вокруг взбились.

Мы увидели как Аида медленно тянет ткань вниз, показывая свое самое сокровенное и идеально гладкое место, которое точно соответствовало половому органу женщин.

— СТОЯТЬ!!! КАК ГЕНЕРАЛ-ФЕЛЬДМАРШАЛ ХРАНИТЕЛЕЙ Я ПРИКАЗЫВАЮ НЕМЕДЛЕННО ПРЕКРАТИТЬ ЭТОТ НЕУСТАВНОЙ ПИЗДЕЦ!!! — ба наконец-то отошла от шока и сорвалась с места, свернув нагрудник, расстегнув декольте и впечатав лицо Сариэля между голых сисек идеальной колокольной формы с загнутыми вверх сосками. У меня были такие же.

— Да, прекратите совращать повелителя!!! У него достаточно любви!! — жутко возбужденная и раскрасневшаяся от происходящего Рейхан распахнула шинель и повторила за Мако. У нее тоже был четвертый размер, но не такая вытянутая форма как у ба.

— У Капитана же вроде Шелли есть, не? — пробормотала я сама себе и погладила Хитоцу по голове, та довольно пискнула и прыгнула мне на руки, утыкаясь головой между сисек.

— Любви много не бывает! Аха-ха-ха! — дед глухо рассмеялся, утопая в дойках.

Когда окаменевшие соски двух женщин соприкоснулись, обе издали томные вздохи, Архонт схватил их за жопы и прижал к себе, довольный и ослепленный.

— Верно... — Барон пригладила свою грудь.

— Слушайте, Аида, в вы не против организовать встречу Хитоцу и Гарасу? — прижав к себе зверька, я вслушивалась в её пси-урчание.

— Хм... Не против, хуже точно не станет... — Эйден спрыгнула со стола.

Женщина в наглую села деду на колени, силой вдавив свою ложбинку в его копье, и присоединила свои груди к мягкости остальных.

— Я СКАЗАЛА ПОШЛА НАХЕР!!! — прокричала Мако будто для протокола.

— Да, вы не имеете на него права!!! — добавила Рейхан, все сильнее возбуждаясь.

— Вечно одно и тоже, куда бы дед не пришел везде траходром устраивает. Интересно Шелли возник бы по поводу секса старика с Рейхан, или наоборот первый бы полез в его штаны? Нет, не хочу знать. — уныло вздохнув, я потрогала кончик острия мордочки Хитоцу, блаттоморф тут легонько укусила меня жвалами за палец, но потом принялась его «умывать».

— Возможно Гарасу и Хитоцу даже смогут спарится, меня всегда привлекал этот биологический ритуал... — протянула Аида, расстегнув ширинку деда...

Нет, я не буду дальше комментировать кто кого целовал, в каких очередностях и позах тискал, и в каком количестве спаривался, пусть эти данные остается на фантазию историков, но вот чай реально был вкусный. Надо будет еще такого нарыть...

Благотворительный взнос автору: 4149 4975 0336 5860

Бусти с артами персонажей, мехов и прочим, что не вошло в главы: boosty.to/lirio_de_aurum