The Echo of Ash
Глава 2. Король.
Хускар закрыл за собой дверь и коротким кивком поблагодарил служанку, указавшую направление. Личный кабинет Освальда располагался в восточном крыле замка, выше жилых покоев, у самой старой террасы. Хускар шел по коридорам, и ритм его шагов эхом отдавался от камня. Замок бурлил: даже здесь, наверху, чувствовалось напряжение. Слуги сновали с сундуками, стража удваивала посты, а из открытых окон доносился лязг металла — внизу, в свете факелов, кузнецы правили снаряжение каравана. Норен-Таль не спал.
Мимо прошли двое стражников: пожилой, с изрезанной морщинами щекой, и совсем молодой, «зеленый». Они узнали Хускара и коротко кивнули в знак приветствия. Он ответил таким же сдержанным движением головы. В дальнем пролёте двое писцов торопливо несли кипу документов, вполголоса обсуждая приказ об отъезде и число людей для сопровождения принцессы. В преддверии поездки замок оживился, и от этого становилось только тревожнее.
Он остановился перед массивной дверью кабинета. На миг всё стихло. Хускар уже занёс руку, собираясь постучать, когда тяжелые створки беззвучно разошлись в стороны сами, поддавшись невидимому толчку. Изнутри донёсся спокойный голос:
— Входи, Хускар.
Он вошёл, подавив короткое напряжение.
В кабинете было тепло, но совсем не уютно. Большой камин горел ровным огнём, на столе лежали карты и письма, стены были заставлены полками с книгами, печатями и свитками. Воздух пах воском, чернилами и старым деревом. Освальд стоял у окна и наблюдал за городом. Высокий, уверенный, в строгом тёмном одеянии без лишней роскоши. В его движениях не было спешки. Король обернулся и посмотрел на Хускара так, будто тот уже давно не был для него случайным гостем.
— Ваше Величество, — произнёс Хускар, склонив голову.
— Присаживайся, — ответил Освальд и указал ему жестом на кресло.
Хускар сел, но не расслабился. Подлокотники кресла были гладкими, отполированными до блеска, и он почти сразу почувствовал себя не гостем, а человеком, которого посадили на заранее определенное место в чужой игре.
С полки, располагавшейся за спиной Хускара, сорвалось письмо. Оно пролетело над его головой и мягко легло в руки короля. Хускар видел это не в первый раз, но про себя всегда восхищался: у него самого освоить этот аспект магии никак не выходило. Освальд, не глядя, развернул письмо и пробежался глазами по его содержанию.
— Я думаю, ты уже знаешь, — сказал Король. — Через три дня вы с Алисой покинете Норен-Таль с сопровождающим отрядом. Вы едете на юг, в Академию.
Хускар медленно вдохнул.
— Ваше Величество, позвольте узнать причину спешки? — спросил он прямо, глядя королю в глаза. — Мы отправляемся раньше срока.
Освальд не сразу ответил. Он положил письмо на стол и на мгновение перевел взгляд на огонь в камине, будто искал в нем подтверждение своим словам.
— Ситуация на востоке обострилась. Через две недели Шаб-Вакхар встанут у наших границ. Я не собираюсь ждать, пока дорога станет небезопасной.
Хускар коротко кивнул. Значит, империя Вак-Харат пришла в движение. Очередная война.
— Нас отправляют из-за этого? — уточнил он.
— Из-за риска, — поправил Освальд. — Для вас обоих. В Академии вы будете в безопасности. По крайней мере, в большей, чем здесь.
Хускар опустил взгляд на стол. Карта была развернута так, что он невольно различал линии дорог, границы домов и крошечные пометки, сделанные твердой рукой. Всё это казалось далёким, почти нереальным, и всё же именно туда теперь уходила его жизнь.
— Учебный год уже начался несколько месяцев назад... примут ли нас? — спросил он. Вопрос звучал почти мелочно, но он не мог не задать его.
Освальд поднял на него взгляд.
— Я договорился, — сказал он сухо. — Сфокусируйся на более важных вещах.
Хускар уловил в этих словах не только ответ, но и укол. Король умел говорить так, чтобы собеседник одновременно получил нужную информацию и почувствовал себя немного глупо за сам вопрос.
Освальд откинулся в кресле.
— Присмотри за Алисой.
Голос короля стал жестче. Хускар невольно выпрямил спину.
— Она может за себя постоять.
— Она моя дочь, разумеется, может. Но клинок не защитит от глупости. Ты видишь больше остальных и чувствуешь опасность за версту. Мне нужно, чтобы рядом с ней был тот, кто вовремя ее осадит.
Хускар понимал: это не просто поручение. Это высшая степень доверия. И всё же жажда мести жгла сильнее любого долга.
— Вы знаете, я не выпущу её из виду, — сказал он после паузы. — Но вы также знаете, зачем я здесь на самом деле. Моя цель не изменилась.
Освальд прищурился, и в комнате будто физически похолодало.
— Не забыл. Как и не забыл, что обещал твоему отцу позаботиться о тебе. И сейчас я говорю: ты не готов. Наследник своего рода или нет — сейчас ты не выживешь. Тот, кто выступил против твоего отца и дяди на равных, тебе не по зубам.
Слова прозвучали без лишней жесткости, и оттого стали еще тяжелее. В них не было ни угрозы, ни насмешки — только холодная уверенность человека, который действительно знает, о чем говорит.
В кабинете повисла удушливая тишина. Хускар сжал подлокотники кресла, сдерживая ответный порыв. Освальд выждал паузу и продолжил уже мягче:
— Не торопись. Доучись до конца, стань сильнее. В Академии ты узнаешь больше, чем в этих стенах. Прекрати травить душу ядом мести — там будет чем заняться. Успеешь еще сомкнуть клыки на шее своего врага.
Хускар посмотрел на короля. Он понимал, что старик прав, но признавать бессилие было горько.
— Мой отец... — начал он.
— Что вас связывало? Какой у вас был перед ним долг? — Хускар почти требовал ответа, и сам это понимал.
Король не отвел взгляда.
— Я уважал твоего отца. Наши дороги пересекались во время многих военных кампаний.
— А долг?
Освальд медленно поднялся и подошел к окну.
— Я не хочу обсуждать это сегодня. Когда придет время, ты всё узнаешь. Поверь, не всегда правда приносит облегчение.
Хускар закрыл глаза. Он понял, что сегодня не получит ответов на свои вопросы.
Освальд резко сменил тему, будто отсек прошлый разговор мечом.
— Насколько хорошо ты знаком с политикой? Что ты знаешь о землях южнее Севера?
Хускар озадачился такой резкой переменой. На мгновение ему даже показалось, что король специально уводит разговор в сторону, проверяя, сумеет ли он не потерять нить.
— Я изучал их структуру и основные дома, но... — он не договорил.
Король бросил ему письмо, которое только что читал.
— Лорды Юга поддержат нас в этой войне, — сообщил он. — А лорд Таурус Андрогорус уже просит принять его сына в качестве моего адъютанта.
Хускар быстро пробежал глазами строки и снова посмотрел на короля.
— Южные лорды не в первый раз поддерживают вас. Здесь есть что-то еще?
— Смотри глубже. Письмо личное. Таурус хочет укрепить связи и метит сына в партию для Марии, старшей сестры Алисы. Власть Юга держится на трех семьях. Если Север поддержит одну из них — баланс рухнет. Есть вещи, которые решаются не только сталью, Хускар.
Король посмотрел на него в последний раз — испытующе, серьезно.
— Не тащи за собой только прошлое, парень. Ступай.
Хускар поднялся и покинул кабинет. Тишина коридора показалась ему тяжелой, давящей. Хотелось сорвать с плеч груз чужих секретов и планов.
Он свернул к выходу на террасу. Ему нужно было выйти из этого камня, почувствовать ледяной ветер и просто помолчать.
На террасе, опершись на парапет, стояла Алиса. Она не обернулась сразу. Только когда Хускар подошел ближе, чуть повернула голову и скользнула по нему взглядом.
— Вид у тебя такой, будто отец приказал тебе до конца жизни чистить конюшни, — сказала она.
Хускар встал рядом, глядя на город.
— Почти так. Но разгребать дерьмо придется за тобой.
Алиса удивлённо посмотрела на него и вдруг рассмеялась — искренне и звонко.
— Неужели ты научился шутить? Значит, тебе доверили присматривать за мной? Ну, если это будешь ты, я готова смириться.
Она тихо усмехнулась, потом чуть наклонила голову.
— Может, я и бываю несносной, но сомневаюсь, что только это так сильно тебя нагрузило. Он сказал что-то еще?
Хускар не спешил отвечать.
— То, что я и так знал.
— Ответ в твоем духе, — фыркнула она. — Сказать так, будто я должна угадать остальное сама.
— Ты бы и так догадалась.
Алиса повернула к нему голову, и в ее взгляде на миг мелькнуло что-то более серьезное.
— Тогда я, пожалуй, не стану делать вид, что меня это устраивает.
Хускар скосил на нее взгляд.
— Не устраивает что?
— Что ты опять смотришь в одну точку, будто собираешься вцепиться в нее зубами, — сказала Алиса. — И что Оntw снова говорил с тобой так, будто ты не человек, а слишком острый клинок, который нужно просто направить.
Хускар чуть напрягся.
— Он просто сказал, что я не должен торопиться.
— И ты, конечно, сразу захотел сделать все наоборот.
Он промолчал, и Алиса усмехнулась уже мягче. Некоторое время они стояли молча. Внизу мерцал город. Холодный воздух шелестел в мехе на ее плечах и трепал темные волосы Хускара.
— Довольно мило, что ты соглашаешься с каждым его словом, — поддела она.
— Я уважаю твоего отца. Разве у меня есть право сомневаться?
— Конечно. Но ты всегда страшно страдаешь, когда тебе приходится делать то, что велят.
Они замолчали. Снизу донесся звон железа и резкий голос стражника — замок Норен-Таль готовился к большой дороге. Хускар перевел взгляд на Алису. Её профиль в свете магических факелов казался вырезанным из льда.
— А что думаешь ты? — спросил он неожиданно для самого себя.
Алиса чуть нахмурилась.
— О чем?
— Тебя устраивает, что нас отправляют в Академию? Ты ведь больше всех хотела сражаться в предстоящей войне.
Алиса на мгновение замерла. Её взгляд скользнул по огням города, уходящим во мрак.
— Конечно, я разочарована, — произнесла она наконец, и голос её стал непривычно ровным. — Но я, как и ты, не смею ослушаться отца, несмотря на свои желания. Долг превыше желаний. Для нас обоих.
Между ними воцарилась тишина. В этой фразе было больше правды, чем во всех колкостях, которыми они обменивались до этого. Хускар понимал: его тянет к мести, её — к защите своего дома, но оба они заперты в рамках замысла Освальда.
Алиса посмотрела на него, и в её глазах снова запрыгали искры привычной насмешки.
— Ну? Ты собираешься стоять здесь всю ночь и философствовать? Может, сходим потренируемся напоследок?