Глава
29.
После
этого стеной взметнувшееся пламя
рассеялось.
Позади
него Психея увидела двух мужчин, невесть
откуда здесь взявшихся.
Берндия
и Эйден.
Она
рефлекторно подавила свои способности,
но беда в том, что повсюду уже было много
чего заморожено.
Топ-топ
– девушка попятилась. И наступила на
лёд, который не тронуло пламя.
«А…»
Чувства,
зародившиеся на кончиках пальцев, быстро
охватили её разум.
Неумолимо
и ужасающе.
– Не
смей забывать, Психея. Если другие узнают
о твоём льде…
«Убить.
Или
умереть.»
Она
схватила кинжал. Девушка сжала рукоять
так сильно, что выступили белые костяшки.
В
миг, когда в воздухе сплелись пропитанная
страхом незримая стена и доброжелательность.
– …!
– Берндия застыл, словно что-то осознав.
Бах!
Позади
Психеи раздался громкий взрыв. Нахлынувший
порыв ветра грубо разметал её серебристые
волосы.
Перепуганная
Психея обернулась. И засомневалась в
том, что увидела.
Огромное
пурпурное пламя в виде торнадо охватило
всё вокруг неё.
Стены
переулка рухнули бесформенными грудами,
лёд давно растаял. И только магические
звери, скованные льдом, лежали возле
обломков, горя заживо и стеная от боли.
– Вы
в порядке? – послышался голос, пока
Психея глупо смотрела на обращающихся
в пепел зверей.
Эйден
задал вопрос, направившись к ней. Шок
читался на его лице, отражающем цвет
пламени.
– Вас
где-нибудь ранили?.. Это же… – он потянулся
к расплавленному рукаву и оставленным
ядом шрамам на коже.
«Они
видели?» –
шокированная Психея шагнула назад.
И
одновременно с этим послышался свист…
– Не
трогай её.
…вместе
с мечом упав между ними.
Это
был Берндия.
Он
оттолкнул остановившегося Эйдена. И
прошептал так, что только Психее было
слышно:
– Оттуда
ничего не было видно.
– …!
– Той
стеной я намеренно заслонил ему обзор.
В
разуме девушки будто взорвалась бомба.
«Всё
кончено. Так герцог...»
Ноги
девушки обмякли, а усталое тело отяжелело,
словно напитавшаяся влаги вата.
Она
закусила губу, и во рту разлился противный
вкус крови, слегка отдававший рыбой.
Психея проглотила эту отвратительную
субстанцию и попыталась успокоить своё
сердце.
– Вы…
видели?
– Думаете,
почему я разрушил стену?
В
мгновение ока ноги Психеи потеряли
всякие силы, и она едва не рухнула. Но
Берндия этого не заметил и прошёл мимо.
Его
пурпурное пламя было прекрасно видно
издалека, так что мужчине было необходимо
позаботиться о собравшихся на него
стражах правопорядка.
На
ходу он предупредил Эйдена, чтобы тот
даже не вздумал безрассудно приближаться
к Психее.
Однако
Эйден подошёл к ней, едва Берндия скрылся,
и виновато произнёс:
– Я
прошу прощения. Пока я ждал Вас, принцесса,
кое-что произошло и мне пришлось
отлучиться. Я и подумать не мог, что за
это время случится что-то подобное.
– …Нет,
всё в порядке.
«Не
знаю, могу ли я верить тому, что Эйден
ничего не знал,» – она успокоила своё бешено стучащее
сердце и постаралась вести себя как
можно спокойнее.
Но
дрожащие ноги выдали её состояние и
подкосились.
Эйден
поддержал девушку.
– Когда
я вернулся, здесь была странная завеса,
поэтому я и задержался. Должно быть, как
раз в тот момент, когда Вы пришли.
– Странная
завеса?
– Да.
По словам герцога, это что-то вроде
барьера.
«Барьер.
Так я поэтому не ощущала чьего-то
присутствия?»
– И
я не знаю, правильно ли расслышал, но…
– Эйден нахмурился, казалось, на секунду
заколебавшись, но вскоре продолжил. –
Он сказал, что его породили… с помощью
запретной магии.
– А.
Разум
девушки похолодел.
«Запретную
магию вычеркнули из истории из-за
презрения к жестокому способу использования
её в обмен на жизни, а также из-за побочных
эффектов, возникающих после активации
заклинания.
Время
от времени появлялись оккультисты,
желающие продолжить наследие своих
предков.
Пока
магические жилы перекрыты, они только
и могут, что создавать магических зверей.
Пускай
это ненастоящий зверь, но подделка с
максимально усиленной свирепостью.
Такими
они были раньше.
Волки,
с которыми я только что столкнулась,
определённо были рождены из тьмы.
Они
отличались от своих неуклюжих
предшественников в аукционном доме.
То
есть…
Нет,
прежде всего…
Могу
ли я доверять сэру Эйдену?
Странно,
что человек, не являющийся магом, знает
о запретной магии.
А
даже если и знает, не могу понять, почему
он сказал об этом мне.
Быть
может, это ловушка…»
– Я
точно сказал тебе не приближаться к
ней.
Уже
собравшуюся углубиться в эти мысли
Психею прервали. Берндия подошёл к ним,
хмуро морщась.
Пурпурное
пламя, прежде пожиравшее свою добычу,
угасло. Весь переулок был заполнен
пеплом, прежней формы которого было уже
не узнать.
– Полагаю,
ты совершенно не понял, что я сказал, м?
– он забрал у него Психею и сам её
приобнял.
Девушка
была несколько озадачена.
Она
прекрасно знала, что фракция наследного
принца особенно ненавидит род Хиллейс.
– …Как
я уже говорил, я не разделяю взглядов
своей семьи.
– С
чего бы мне тебе верить?
Но
только слышала, а сейчас впервые стала
тому свидетелем.
Психея
была совершенно сбита с толку его тоном
и поведением, словно герцог видел в
Эйдене заклятого врага.
«Если
они настолько не в ладах, то история про
запретную магию выдумка?»
– Не
верю. Принцесса, это и есть тот самый
Эйден, к которому Вы проявили такой
интерес? – вдруг спросил Берндия, сверля
того взглядом.
Едва
его глаза встретились с глазами Психеи,
как её сердце пропустило удар.
Психея
вздрогнула.
«Почему
он так старается скрыть мою проклятую
способность?»
– Тц.
Пребывая
в панике, она совершенно позабыла про
способность колец. Способность разделять
эмоции, испытываемые обоими носителями.
Берндия
цокнул языком.
– Герцог!
Откуда-то
сзади к ним торопливо бежал перепуганный
мужчина.
Им
оказался Излет, которому вместо Берндии
пришлось разбираться со стражей
правопорядка.
– Вам
необходимо предоставить протокол о
произошедшем…
– Пиши
его сам. Просто предоставь запрос на
плату за ремонт.
– Необходимо
указать причину обрушения стены.
– Мне
было скучно. Почему я должен всё тебе
разжёвывать?
Причина
была просто абсурдной, но Излет молча
опустил голову, не меняя выражения лица.
«Поэтому
он получил прозвище Сумасшедший Пёс?
Хотя
я уже привык к такому.»
Психея
быстро поняла, что герцог пытался
сохранить в тайне не только её способность,
но и сам факт появления демонических
зверей.
Однако
губы не слушались, поэтому она не могла
спросить причину. Лишь сжала кулаки и
взволнованно расширила глаза.
– Уж
не знаю, что у тебя было на уме, когда ты
сблизился с ней под видом рядового
рыцаря, но привлечь внимание у тебя
вышло на ура.
Явная
враждебность.
Даже
чёрный меч в его руке оказался нацелен
на шею собеседника.
Эйден
был поражён, что Берндия решил так далеко
зайти, но вскоре вернул самообладание
и спокойно ответил.
– Герцог,
всё не так, как Вы думаете.
– Тебя
послушать, так ты будто бы влез в мою
голову и узнал всё, о чём я думал.
– …
– Не
лезь к ней и продолжай хвостиком бегать
за Изаром. Только на этот раз я закрою
глаза, – Берндия, говоря словно через
силу, вернул меч в ножны. – Пойдёмте,
принцесса.
– Что?
Постойте!..
Он
подхватил её на руки и зашагал прежде,
чем Психея успела сказать хоть слово.
Удивлённая
Психея поспешно оглянулась, но за широкой
грудью мужчины Эйдена совершенно не
было видно.
– Из
всех людей именно Хиллейс. О чём Вы
только думали, принцесса?
– Что?
– Психея, уже собиравшаяся вырваться,
остановилась.
«Странный
вопрос.
Силькисия
и Хиллейс относятся к одной фракции. И
едва ли у них, связанных строгими
отношениями господина и раба, была хоть
одна причина расходиться во мнениях.»
Видимо,
даже не думая получить ответа, Берндия
угрюмо продолжил:
– Быть
может, из-за того, что он устроился
простым рядовым, Вы не знали его фамилию.
Вы не участвуете в дворянских собраниях
или общественной деятельности, поэтому
вполне могли не узнать его лица. Я всё
понимаю.
Вопреки
его словам о понимании, мужчина выглядел
по-настоящему расстроенным.
«Оказывается,
фракция наследного принца в самом деле
очень сильно ненавидит дом Хиллейс,» –
Психея отвернулась, решив, что больше
ей не стоит говорить об Эйдене.
– Пожалуйста,
отпустите меня. Я пойду.
Как
ни странно, но язык отказывался слушаться.
Произношение девушки стало приглушённым
и невнятным, и вскоре она ощутила на
себе хмурый взгляд.
Она
уже было собиралась вновь расшевелить
свой рот, не понимая, в чём дело, как
Берндия вздохнул:
– По
большей части яд магических зверей
имеет свойство вызывать у жертвы паралич.
К счастью, судя по всему, он не возымел
на Вас сильного эффекта.
Всё
так, как он и сказал. Раненая рука девушки
онемела.
– Во
время боя он не распространился должным
образом из-за Вашей способности, но
сейчас Вы не сможете…
Внезапно
в кольцо передался несравнимый ни с чем
ранее ужас.
«Ох.»
Берндия
опустил взгляд на девушку в своих руках.
Она
была сильно взволнована. Настолько, что
раненой рукой Психея нащупала кинжал.
Руки,
державшие принцессу, напряглись. Мужчина
стал поспешно оправдываться:
– Прошу
прощения. Я собирался сказать вам раньше.
Во время боя с наёмниками в аукционном
доме я ощутил выходившую из Вас силу.
Лицо
Психеи сравнилось цветом со свинцом,
едва он сказал, что понял всё ещё тогда.
«Я
ошибся,»
– Берндия стиснул зубы.
«Судя
по её реакции, она просто притворялась
незнающей, чтобы выжить.
Полагаю,
в тот раз её сила вырвалась наружу сама
собой, незаметно для принцессы.»
Однако
после долгого молчания раздалась
неожиданная фраза:
– Вы…
собираетесь убить меня?