Дурные знамения

Солнце взошло рано, второго августа, на второй день их путешествия. В пять утра все проснулись, чтобы позавтракать. Ранний отход ко сну накануне помог с ранним началом сегодня. В имении Люсиана ела бы одна, пока свита прислуживала ей, но, поскольку время было дорого, этим утром все ели вместе. Мелоди приготовила быструю и простую еду — сэндвичи.

— Никто не делает их так, как ты, Мелоди! — сказала Люсиана.

— Я просто использовала остатки жареной говядины с вчерашнего ужина, миледи. Рада, что вам нравится.

Напротив, в пиршестве, расставленном на столе, не было ничего быстрого или простого.

— Наши планы? — спросил Рук, жуя сэндвич. — Когда мы уезжаем?

— Закончим есть, соберём вещи, разберём коттедж и отправимся в путь, — сказала Мелоди. — Мы должны наверстать вчерашние задержки благодаря раннему старту.

— Вы разбираете это место?! — воскликнула Мика.

— Скажи, что это не так, Мелоди! — сказала Люсиана. — Было бы такой тратой разрушать всю эту тяжёлую работу!

— Ну, мы не можем просто оставить это здесь, — сказала Мелоди.

Оставлять пустой дом на обочине дороги, возможно, было бы не самым мудрым планом. Кто знает, какие преступления или незаконная деятельность могли там происходить. С самого начала Мелоди намеревалась разобрать строение.

— Вы должны использовать свою магию, чтобы сохранить всё это, — сказала Мика.

— Я должна что?

— Отличная идея, Мика! — сказала Люсиана. — Тогда мы сможем использовать его везде, куда бы ни пошли!

— Простите?

— Мы могли бы даже оставить весь багаж внутри, чтобы не собирать его снова, — продолжила Мика. — Подумайте, сколько времени мы сэкономим!

— Простите?

— Это всё равно гораздо удобнее, чем гостиница, — бормотала Люсиана. — И мы сэкономим на плате за комнаты.

Они с сообщницей кивнули друг другу, прежде чем предстать перед Мелоди единым фронтом.

— Ну, мисс Мелоди? Вы можете это сделать?

— Пожалуйста, Мелоди? Ну?

— Я... О, хорошо, — сказала Мелоди. — Я попробую.

— Ура! — воскликнули они, звонко давая друг другу пять.

Мелоди дала себе мгновение, чтобы перевести дух.

Рук наблюдал за возбуждённой парой краем глаза.

— Вы очень настойчивы.

— Ты почувствовал эти кровати?! — рявкнули девушки. Мягкие одеяла — не шутка.

— Я сделала их из перьев птицы, которую нашла в лесу, — сказала Мелоди. — Рада, что они работают так хорошо, как я и думала.

— Есть ли что-то, чего вы не можете достать в том лесу? — спросила Мика.

— Я бы и сама хотела это узнать, — сказала Люсиана.

Несомненно, Мелоди оставалась в неведении о том, что животные, на которых она охотилась ради этих ресурсов, были, по сути, монстрами. Кто был высшим хищником в крупнейшей гибельной земле мира?

Ужасающие звери, не поддающиеся воображению? Или мимо проходящая горничная?

Мика знала свой ответ, как бы невозможно ни было представить Мелоди охотящейся на что-либо, кроме комков пыли. Не то чтобы она хотела, чтобы та остановилась.

***

— Это действительно тот самый коттедж? Он такой милый!

Люсиана смотрела в хрустальный шар в своей руке. Внутри, заключённый под куполом на твёрдом куске земли, лежала миниатюрная версия коттеджа Мелоди. Неосведомлённому наблюдателю он мог показаться обычным снежным шаром, но Люсиана была права. Это был, фактически, сам коттедж.

— Я хотела сохранить его в доступной форме для будущего использования, — объяснила Мелоди. — Просто воткните основание в землю и снимите заклинание, и он появится.

— Я не имею ни малейшего представления, как такое вообще работает, — сказала Мика.

— Это довольно просто, на самом деле. Просто обозначь определённую точку в пространстве и времени, и—

— Я поверю вам на слово! Я поверю вам на слово! — воскликнула Мика, прижимая руки к ушам и качая головой.

Сначала немного ошеломлённая, Мелоди в конце концов рассмеялась, когда рассмеялась её госпожа. Она должна была признать, что выходки Мики были довольно милыми.

Новейшее дополнение Мелоди к её репертуару горничной магии, Spazio Tempo Dominare*, не было заклинанием для профана, так как включало высокосложные, продвинутые формулы. Но для понимания профана — это было заклинание для манипуляции пространством-временем. Остановив время над заданной областью, затем сжав это пространство до размера ладони, она эффективно создала снежный шар из реального куска физического мира.

Это, конечно, было не так просто, как звучало, но это была суть.

Существование вне потока времени означало, что Мелоди не нужно беспокоиться о поддержании хижины, и вся мебель и багаж останутся точно там, где она их оставила. Его уменьшенный размер помогал и с установкой. Мелоди не пришлось бы перестраивать фундамент или заново копать отстойник, когда она могла просто носить всё это с собой. Все самые удобные аспекты её карманных измерений лежали на ладони Люсианы.

Само собой разумеется, после настойчивых просьб Люсианы и Мики они больше не останавливались бы ни на каких почтовых станциях, кроме редких случаев, когда нужно было выполнить какие-либо дела. Они могли путешествовать так далеко, как могли, пока не наступит ночь, после чего просто снова возводили коттедж.

Удобства говорили сами за себя, но были и менее очевидные преимущества этой договорённости. А именно, они могли избежать потенциально необузданной клиентуры гостиниц, которая делала многие долгие путешествия невыносимыми, когда напряжение и так было высоким. Проживание, не отличающееся от того, к чему они привыкли в столице, во многом облегчило бы бремя путешествия, не говоря уже о возможности есть вместе за одним столом. Это была одна из личных любимых частей Люсианы.

Так дни проходили под размеренный пейзаж, и четвёртого августа они приблизились к месту назначения без происшествий. Если фортуна будет благосклонна, они войдут на территорию Радлбергов менее чем через двадцать четыре часа.

Люсиана, только что закончив ужин и ванну, сидела в своей комнате.

— Как так получается, что езда в карете так утомляет? И я ведь почти не чувствовала кочек благодаря твоей магии, Мелоди.

— Праздность имеет свою цену, миледи, — сказала горничная, легко вытирая влажные волосы Люсианы. — Это может быть умственно утомительно, когда вы не привыкли к таким путешествиям. Кстати, как прошло ваше путешествие, когда вы впервые прибыли в столицу?

— Гораздо хуже, если подумать. Мы были на строгом расписании, чтобы успеть на каждую почтовую станцию вовремя. Это было далеко не неспешно, это точно. Я была измотана, когда добралась до имения, но, что ж, один взгляд на него заставил меня забыть обо всём этом. — Глаза Люсианы затуманились.

Глаза Мелоди, однако, засияли.

— Ах, конечно. Тот ремонт — одни из моих любимых работ. Я до сих пор с теплотой вспоминаю те дни.

— Не могу сказать, что согласна, но, если это кого-то осчастливило...

— О, осчастливило!

Люсиана изо всех сил постаралась ответить на сияющую улыбку своей горничной. Всё хорошо, что хорошо кончается, полагаю.

Волосы высушены, ночные приготовления завершены, Люсиана удалилась в постель. Её долгожданное возвращение домой было всего в одном сне; она не могла приветствовать своих людей с мешками под глазами.

— Спокойной ночи, Мелоди.

— Спокойной ночи, миледи.

Горничная затушила магически зажжённые свечи, погрузив комнату во тьму. Люсиана закрыла глаза и стала ждать.

И ждать.

— Не могу уснуть...

Час спустя сон всё ещё ускользал от неё, несмотря на усталость, ноющую в каждой конечности. Люсиана лежала без сна, совсем как ребёнок в ночь перед долгожданным выходом. Завтрашний день неотступно маячил в её мыслях, отгоняя сонливость, как заблудший страж.

— Принесу стакан воды. Может, это успокоит нервы.

Надев тапочки и выйдя из комнаты, Люсиана прокралась вниз по лестнице, стараясь не издавать ни звука. Достаточно заклинания Luce ещё оставалось, чтобы обеспечить тусклый, окружающий свет, чтобы она могла найти опору и добраться до кухни.

Она налила стакан воды и отпила.

— Миледи?

Люсиана вздрогнула с странным писком. Каким-то образом сумев не разлить воду, она медленно обернулась.

— О. Это всего лишь ты.

— Что заставило вас бодрствовать в такой час? — спросила Мелоди. Она была в лёгком халате поверх ночной рубашки, волосы свободно спадали на плечи.

Люсиана никогда не видела её в таком непринуждённом виде раньше. Её сердце дрогнуло при этом зрелище. Правда, она была одета немногим больше, чем её горничная.

— А ты что делаешь? — сказала она.

— Я услышала, как открылась ваша дверь, и пошла посмотреть, в чём дело.

— Ах, верно. Твоя комната рядом с моей.

Коттедж был далеко не достаточно большим, чтобы отделить комнаты прислуги от комнат господина или госпожи, и Мелоди, конечно, хотела убедиться, что сможет быстро отреагировать, если что-то случится с её госпожой, поэтому разместила их в смежных комнатах.

— Вы не часто бодрствуете так поздно, миледи. Что-то не так?

— Просто хотела пить. Ну, и ещё не могу уснуть. — Люсиана неловко рассмеялась.

Мелоди вздохнула, затем с облегчением улыбнулась.

— Это вполне естественно, миледи, когда ваше возвращение так близко.

— Думаешь? Как ты и говорила, у меня никогда раньше не было проблем с засыпанием.

— Если это вас тревожит, почему бы мне не спеть вам колыбельную?

— Колыбельную? — Люсиана моргнула. — Мелоди, Весенний бал был месяцы назад. Я взрослая леди.

— Что в этом плохого? Вы технически ещё ребёнок в течение следующих трёх дней, пока вам не исполнится пятнадцать.

— Это не делает меня младенцем, спасибо большое.

— Тогда я извиняюсь и отзываю предложение.

Люсиана дулась некоторое время, прежде чем отвести взгляд.

— Но я бы хотела послушать, как ты поёшь.

Мелоди подумала, что она так и скажет, и с радостью проводила её обратно в комнату. Она уложила Люсиану в постель, придвинула стул и тихо запела.

У неё такой красивый голос, — подумала Люсиана.

Нежные, сонные тона ласкали её слух. Это была та же мелодия, которую она когда-то пела Граалю. Та же, которую пела ей мать. Одно из величайших сокровищ Мелоди.

Веки Люсианы отяжелели. Её сознание угасло.

— Сладких снов — Fa in Bel Sogno.

Покой охватил её.

***

Люсиана моргнула, просыпаясь.

Что? Где я?

Неужели даже Мелоди не смогла её усыпить? Нет. Что-то было не так. Она была не в своей постели.

Она была не в коттедже.

Люсиана обнаружила себя в незнакомом коридоре. Справа — стена. Слева — ряд больших окон, за которыми не видно ничего, кроме черноты ночи. Она попыталась открыть одно, но оно не поддалось. Незажжённые светильники лепились к потолку. Единственный свет исходил снизу, у её ног, сочась из нижнего края стены через равные промежутки.

Полагаю, это значит, что мне не нужно беспокоиться о том, что я споткнусь, но знать, где я, было бы лучше.

Она шагнула вперёд. Клац-клац. Она посмотрела вниз и обнаружила на ногах тяжёлые ботинки. Ночная рубашка, в которой она легла спать, исчезла.

Погоди-ка. Это платье...

Это было платье, которое она носила всё время до того, как Мелоди появилась в её жизни.

Откуда это взялось? Мелоди переделала его давным-давно.

Страх одолел замешательство. Что это за место? Почему вернулось её старое платье? Что происходит?

Она внимательнее осмотрела окрестности. Это был не просто коридор, которого она не узнавала. Это была сама архитектура. Что бы это ни было, оно ни в малейшей степени не выглядело теоланским.

Пол и стены гладкие, но это не мрамор, — заключила она. Я не знаю, что это. Здесь все эти окна, но никаких украшений. Нигде. Всё такое стерильное. Слишком пресное, чтобы принадлежать дворянину, но слишком дорого выглядящее, чтобы принадлежать простолюдину. Что это за место?

Люсиана сглотнула и продолжила идти вперёд. Она не найдёт ответов, стоя на месте.

Её шаги зловеще эхом отдавались в мрачном, пустом коридоре. Если кто-то и был рядом, чтобы их услышать, он не показывался. Она достигла конца коридора, где путь продолжался через дверь. Табличка на ней несла надпись на языке, который Люсиана не могла прочитать.

Я никогда не видела круглой дверной ручки. Полагаю, она работает так же, как все остальные. Просто повернуть... Она открыта.

Дверь не оказала сопротивления. Сердце Люсианы колотилось в ушах. Что ждало по ту сторону?

Она рискнула войти.

Здесь... никого нет.

Это была большая комната, неосвещённая, как и коридор. Окна продолжались и здесь, выстраиваясь вдоль каждой стены, обращённые в никуда, кроме тени.

Хаос столов, стоящих парами, каждый лицом к другому, усеивал комнату. Металлических, насколько Люсиана могла чувствовать. Книги лежали на них, были засунуты внутрь, смешиваясь с различными связками и документами, вываливающимися с полки высотой по пояс вдоль стены.

Беспорядок в комнате охватывал не только книги. На нескольких столах стояли своеобразные пластины из блестящего металла, которые, казалось, складывались посередине. Внутри были выступы, которые поддавались давлению, но не служили никакой другой немедленно очевидной функции.

В другом месте подобная, но большая металлическая пластина привлекла взгляд Люсианы. Какой-то пьедестал держал её в воздухе. Она напомнила ей туалетное зеркало. Те странные выступы украшали соседний отрезок какого-то сплава. Она вгляделась в глянцевую пустоту большой металлической пластины, но не увидела ничего, кроме размытого отражения собственного лица.

И тут она вспомнила.

— Я могу больше, чем Fare Acqua. Я не одна трюковая лошадка! — Она сжала руки. — Свет — Luce!

Luce, самое первое заклинание любого начинающего мага, когда-то было невыполнимой задачей для Люсианы, но наставления Мелоди принесли плоды. Крошечный, мерцающий огонёк свечи появился на её кончике пальца. Он был слабым, но достаточным, чтобы дать ей больше видимости.

Она вгляделась в пластину.

— Что?

Размытое отражение раскрыло больше при свете. Люсиана увидела себя, но она была незнакомкой.

Ч-что? Мои волосы. Они как лён. Моя кожа потрескалась. И это моё старое платье. Это не... Это...

Это была она — до встречи с Мелоди. Она, когда была одна.

Дверь щёлкнула.

Люсиана взвизгнула, её свет погас. Двое мужчин вошли в комнату. Она повернулась к их голосам.

— Рад, что твоя презентация прошла хорошо, Кацураги-сан.

— Взаимно, но, знаешь, ещё многое висит в воздухе. Мне нужно кое-что написать, если они хотят больше конкретики по сюжету к следующей встрече.

Молодой человек в рубашке с короткими рукавами и воротником и аккуратно завязанном галстуке вошёл с человеком по имени Кацураги, который выглядел старше. Его одежда казалась менее строго опрятной, особенно галстук, едва болтающийся на шее.

— П-привет, — окликнула Люсиана. — Кажется, я—

— Им понравилось то, что у тебя было, — сказал младший мужчина. — Привлечение Мидзуно-сан к работе над артом, вероятно, принесло тебе несколько очков.

— Если у тебя есть возможность разбрасываться громкими именами, ты далеко пойдёшь в этом мире. Давай пойдём, пока никто не передумал.

— Вот это настрой!

Они меня не замечают? — удивилась Люсиана. Что я вижу?

Было много странного в сцене, разворачивающейся перед ней. Очевидное безразличие мужчин к её присутствию, во-первых, и тот факт, что мир, казалось, оживал вокруг них, во-вторых. Всё было тёмным. Затемнённым. Коридор. Комната. Но везде, куда шли мужчины, область вокруг них светилась, словно прожектор следил за их движениями.

Что-то подсказывало Люсиане, что ключ к пониманию всего этого лежит в понимании мужчин. Она явно не могла с ними заговорить, но у неё не было ничего другого, и поэтому она приблизилась. Тот, кого звали “Кацураги”, сел за стол, открыл одну из складных металлических пластин и нажал на один из выступов. Верхняя половина пластины засветилась, и на ней появились письмена.

Это магический предмет. Интересно, для чего он?

Младший мужчина заглянул на светящуюся пластину из-за Кацураги. Люсиана стояла на заднем плане и наблюдала.

— Так этот маршрут—

— Так флаг здесь запускает—

Я не имею ни малейшего представления, что означают эти слова.

Их разговор входил в одно ухо и выходил из другого. “Маршрут?” “Флаг?” “Плохая концовка?” Очевидно, это была обычная терминология для этих двоих, но для Люсианы она была непостижима. Любопытно, что она понимала остальной их язык.

Что теперь? Они — единственные две зацепки, которые у меня есть. Мне поискать вокруг?

Как раз тогда мужчины наконец произнесли слова, которые она могла понять.

— Так эта девушка. — Молодой человек щёлкнул пальцами. — Как её зовут? Эм... Люсиана Радлберг. Какие планы на её счёт?

...Я?

Тревога сжала её внутренности в тиски. Они знали её. Откуда они её знали? Люсиана прислушалась внимательнее. Вскоре она пожалела об этом.

— Люсиана Радлберг? О, я её убью.

Я... — Она отшатнулась. Приговор Кацураги болезненно отозвался в её сознании. Он собирается... убить меня? Люсиану... Радлберг? Но почему?

Тревога потемнела до чернильно-чёрного страха. Этот человек хотел её смерти. И он объявил об этом так буднично. Так бездушно.

— Это немного мрачно, не думаешь? Убить Люсиану и больше никого?

— Я понимаю, но её смерть — то, что вдохновляет главную героиню и приводит всё в движение. Это неизбежно. Люсиана Радлберг должна умереть. Главной героине нужна её смерть, так что я её убиваю.

— Ну, я знаю, были мнения на этот счёт. Ты видел арт, который Мидзуно-сан нарисовала, где она получает счастливый конец? Правда, я не совсем уверен, почему главная героиня была горничной, наливающей ей чай.

— Фанарт до того, как игра даже получила зелёный свет? Кто-то немного забегает вперёд.

Мужчины усмехнулись.

Желудок Люсианы скрутило, вызвав тошноту. Эти люди. Они... смеются над этим.

— Итак, как она умрёт?

— Что я думал—

Хватит! Больше ни слова!

Люсиана вылетела из комнаты обратно в коридор.

Как мне выйти?!

Она бежала. Бежала. Бежала. Бежала. И коридор тянулся. И тянулся. И тянулся. Её дыхание превратилось в одышку, затем в отчаянные глотки воздуха. Она перестала бежать и оглянулась. Комната всё ещё была там.

Она не сдвинулась ни на дюйм.

Почему? Как? Я... Я бежала так быстро, как могла.

— Люсиана? О, я её убью.

Кровь застыла в её жилах. Она была в опасности. Эти люди хотели её смерти. Она должна была спастись.

Она побежала снова. Без плана. Без маршрута в голове, только безумный ужас гнал её вперёд. Она бежала. Точно так же, как раньше. С точно таким же результатом.

Для Люсианы Радлберг был доступен только один конец.

Я не могу.

Она упала на колени, плечи вздымались, лёгкие горели. Она больше не могла бежать. Комната всё ещё была прямо там, но она больше не могла бежать.

Её мир завертелся. Её зрение исказилось. Стены и потолок плавились и деформировались, притягивая дверь всё ближе.

Я больше не могу бежать...

Коридор сжался. Дверь нависла. Она приближалась к ней.

Позади неё — бесконечный коридор. Бесконечность. Перед ней — всего в нескольких шагах — неизбежность.

Она больше не могла бежать.

Дюйм за дюймом. Люсиана смотрела, как её судьба приближается к ней, дюйм за дюймом, фаталистично.

Внезапно платиновый свет вспыхнул из лазарета, ослепляющий, затапливающий мрачный коридор и отгоняющий тьму. Он ударил в дверь, как физическая сила.

Реальность установилась. Дверь исчезла. Всё исчезло, заменённое этим серебряным сиянием. Ничего не осталось ни в одном направлении, кроме чистого света.

Бесконечность. Возможность. Будущее.

Красиво...

Позади неё слышались шаги. Люсиана обернулась. Ей пришлось прищуриться от света, льющегося из лазарета. Нет, льющегося из его истинного источника.

Яркость скрывала приближающегося человека, превращая его в обрывочный силуэт. Человек подошёл прямо к ней. И всё же она не могла его разглядеть.

Ей протянули руку. Не имя. Не слова утешения. Не какое-либо указание на то, можно ли доверять этой руке или нет.

Только руку.

Люсиана взяла её.

Мне не страшно.

Люсиана улыбнулась.

Человек крепче сжал её руку и улыбнулся в ответ.

Мне нечего бояться. Я знаю. Потому что я в безопасности с тобой.

Потому что ты всегда...

***

— Доброе утро, миледи.

— Мелоди?

Что я только что?.. Такое чувство, что я была в середине чего-то. Чего-то важного.

— Миледи, если можно, эм, отпустите мою руку.

— Твою руку?

Люсиана крепко сжимала её. Когда она успела её схватить? Она наклонила голову так, как могла лежащая в постели леди.

— Я пыталась вас разбудить, когда вы внезапно протянули руку и схватили её, — сказала Мелоди.

— О. Я этого совсем не помню.

— Должно быть, вам снился очень яркий сон.

— Сон... Верно. Сон.

Люсиана наконец отпустила руку и села.

— Он был хорошим?

— Хорошим? Я не могу точно вспомнить. Хотя помню, что мне было страшно.

— Страшно? О нет, это был кошмар?

— Нет. Не в конце. Я помню... что не была напугана в конце. Но это всё.

Таков путь снов. В тот момент это казалось таким несомненно реальным, но чем усерднее она искала в памяти эти переживания, тем глубже они прятались.

У меня такое чувство, что я была на грани осознания чего-то действительно важного. Чего же?

— Странно, — пробормотала Мелоди себе под нос. — Это заклинание должно приносить только сладкие сны. — Она стряхнула с себя размышления и вновь обратилась к госпоже. — В любом случае, займёмся вашим утренним туалетом? Вам сегодня возвращаться домой.

Она предложила руку. Люсиана взяла её немедленно.

— Верно. Доброе утро, Мелоди!

Горничная подняла свою госпожу с постели и вывела из царства кошмаров.

**

Примечания переводчика

Spazio Tempo Dominare (итал.) - Власть над пространством и временем.

**

Шуточки переводчика

— Есть ли что-то, чего вы не можете достать в том лесу? — спросила Мика.

— Я бы и сама хотела это узнать, — сказала Люсиана.

Мелоди: Я могу достать любые интересные товары из моего привычного леса. Что скажете?

Спецслужбы: Милочка, надо поговорить.

**

Ужасающие звери, не поддающиеся воображению? Или мимо проходящая горничная?

Святая водородная бомба массового очищения VS кашляющий щеночек.

**

Мне нечего бояться. Я знаю. Потому что я в безопасности с тобой.

Потому что ты всегда...

Люсиана: Я не звала тебя с собой, но ты пришла сквозь злые ночи.

**

Мика знала свой ответ, как бы невозможно ни было представить Мелоди охотящейся на что-либо, кроме комков пыли. Не то чтобы она хотела, чтобы та остановилась.

**

Разрабы отомэ игр be like: