Глава 8
Подготовка к балу в честь зимнего солнцестояния .
Вскоре мрачный ноябрь закончился, выпало много снега, и стало невыносимо холодно. Однако настроение Карен, несмотря на это, немного улучшилось.
Сегодня было солнечно: свет отражался от снега, слепя глаза, но ведьмочке это нравилось. На душе было спокойно, и, несмотря на мороз вокруг, в душе теплилось тепло. Рядом по сугробам пробиралась заспанная Адель, болтая о повседневных мелочах. Спереди и сзади слышались голоса других учеников — немного усталые, но вполне довольные. Вдыхая морозный утренний воздух, ведьмочка была расслаблена, поэтому для неё стало неожиданностью, когда кто‑то сзади сбил её с ног.
Упав лицом в сугроб, всё спокойствие этого утра для девушки закончилось. Адель, шедшая рядом, тут же бросилась помогать ей встать.
— Хез‑хе‑хе‑хе!
Над ведьмочкой возвышалась крайне довольная собой Жанна, подкидывая в руке снежок.
— Жанна! Что творишь?! — завопила Дель, раздражённо выбивая снежок из её рук, за что и была вознаграждена осуждающим взглядом демонессы.
Потихоньку отряхиваясь закоченевшими руками, Карен чувствовала, как вдобавок немеет её лицо. Раздражение, проснувшееся внутри неё, было готово вот‑вот выплеснуться.
«Карен, не ведись», — мысленно успокаивала себя ведьмочка, выдохнув. На самом деле девушка уже привыкла к выходкам этой демонюги, поэтому, заботясь о своём ментальном здоровье, научилась абстрагироваться от нежелательных эмоций. Всё‑таки не хотелось, чтобы долгие годы практики, позволившие Карен держать лицо, прошли даром из‑за Жанны.
Закончив отряхиваться, ведьмочка, растирая руки, улыбнулась и спокойно заявила:
— Со мной всё в порядке, Дель.
Жанна, в это время бегавшая от пандочки со снежком по сугробам, услышав её слова, озорно крикнула себе за спину:
— Слышала, Дель? С ней всё хорошо!
Карен еле заметно криво ухмыльнулась: она уже придумала, как ответить демонессе. Когда та опрометчиво пробегала мимо, дразня Адель, Карен якобы случайно выставила ногу, отчего, споткнувшись, уже Жанна оказалась лицом в сугробе, а к ней присоединилась пандочка, плюхнувшись рядом. Ведьмочка хихикнула, глядя, как эти двое барахтаются, но, проявив милость, полагающуюся аристократке, решила всё‑таки помочь.
Наконец выкарабкавшись из снега, Жанна рассмеялась. Её длинные розовые волосы были все в снежинках, но она не пыталась отряхнуться. Надутая Дель, отряхиваясь, косо поглядывала на демонессу.
— Хватит игр, пойдёмте уже, — трясясь от холода и стуча зубами, пробормотала пандочка.
Карен, уже спокойно улыбаясь, кивнула. Почему‑то, даже несмотря на то, что сейчас она вся мокрая, ей стало капельку веселее.
Спустя некоторое время девушки дошли до учебного корпуса, и ведьмочку тут же окружила толпа галдящих студентов. На самом деле это была обычная практика: чуть ли не каждый день к дочери главы ведьменского Ковина липли студенты и студентки в надежде подружиться. Карен же всем вежливо улыбалась и перекидывалась парой стандартных фраз. Сегодня народу собралось больше, чем обычно, и по большей части это были молодые люди.
— Доброе утро! Рада вас видеть. Как поживаете?
Пока ведьмочка обменивалась любезностями, Адель старалась держаться к ней как можно ближе, дабы не потеряться в толпе. Сейчас у учеников был завтрак, поэтому девушки и все следом идущие поднимались по каменным лестницам.
В очередной раз отвечая на чьё‑то приветствие, Карен невольно обернулась, и взгляд её глубоких синих глаз выцепил из всей толпы знакомую рыжую макушку. Имя девушки никак не хотело всплывать, но что больше всего поразило ведьмочку, так это запечатляющая машина, направленная на неё в руках бесстыдной лисицы.
Карен замерла, а затем, к удивлению окружающих её аристократов, медленно начала спускаться. Элиза (наконец Карен вспомнила её имя), заметив приближающуюся ведьмочку, попыталась скрыться, но её остановила Цугуми, к несчастью лисицы, оказавшаяся за ней.
— Ого, ты очень храбрая, раз осмеливаешься фотографировать людей исподтишка, — хмыкнула синеволосая вампирша, ловко выхватив устройство из рук Элизы.
— А ну верни! — лисица испуганно попыталась отобрать запечатляющую машину[9] , но Цугуми в силу роста удавалось удерживать её над головой.
К тому моменту, когда Лизи почти выбила аппарат из рук соперницы, Карен уже стояла на лестничной площадке рядом с девушками.
— Элизабет, полагаю? — нарочито мягким тоном начала ведьмочка.
Оборотница медленно повернулась к ней и, поджав губы, сложила руки на груди.
— Да, я. Ты что‑то хотела?
Карен смерила девушку холодным взглядом, но, не прекращая улыбаться, продолжила:
— Я смотрю, у тебя талант к запечатлению картин.
Уши Элизы навострились, и она в непонимании глянула на ведьмочку, подняв рыжую бровь.
— Я, конечно, не очень разбираюсь в этом, но позволь мне оценить твою работу.
Элиза возмущённо открыла рот:
— Ты не имеешь права!
— Вообще‑то имеет, — из толпы высунулась голова Адель; голос её слегка дрогнул. Было ясно, что ей неловко.
— Мы все видели, как ты её снимаешь! — выкрикнула пандочка, с усилием вырвавшись из массы людей.
Элизабет поморщилась.
— Так что же, позволишь мне взглянуть? — Карен требовательно протянула руку.
Сжимая губы в тонюсенькую полосочку, Лизи неуверенно отдала запечатляющую машину в тонкие, но уверенные пальчики ведьмочки. Сухая улыбка отразилась на лице девочки, и она начала рассматривать сделанные снимки.
— Знаешь, очень неплохо. Я везде такая симпатичная. Однако мне интересно, с какой целью ты этим занималась?
Оборотница отвернулась, а вместо неё из толпы вышел один черноволосый паренёк и, неуверенно лепеча что‑то вроде:
— Полагаю, для этого, — передал Карен академическую газету.
За это его действие толпа начала возмущённо перешёптываться и цокать. Ведьмочка нахмурилась: судя по всему, ученики МАВС специально не рассказывали самым большим шишкам об этой газетёнке, чтобы спокойно обсуждать в ней всякий бред.
На первой же странице девочка обнаружила такой вот заголовок: «Все секреты Карен Ларнет!». Дальше шёл краткий список того, о чём рассказывается в статье:
Кто же такая Карен Ларнет?
Кто её настоящие родители?
Есть ли у неё кавалер на предстоящий бал?
Комментарии от знакомых с ней.
С каждым таким пунктом брови ведьмочки поднимались всё выше. Вдобавок ко всем этим заголовкам можно было заметить кучу картинок с ней — начиная с того, как она ест, заканчивая тем, как она спит. И если про первое можно сказать, что это вполне нормально, то про последнее у Карен комментариев не оставалось.
Разлепляя губы, ведьмочка выдохнула:
— Спасибо на том, что в ванной меня не запечатлели.
Тишина стояла полная: кто‑то отводил глаза, кто‑то краснел, а кто‑то предпочёл вообще удалиться. Карен закипала — ой, как она сейчас была зла. Синяя бездна её глаз впилась в сжавшуюся лису.
— Дорогая моя Элизабет, — яростно зашипела ведьмочка, — это переходит уже все границы. Ты знаешь, что это считается преступлением?
Адель за спиной Карен тоже стало страшно, что уж тут говорить про Лизи. Ведьмочка подняла руку; лисица дёрнулась в ожидании пощёчины, но вместо этого девочка схватила её за плечо и с неожиданной даже для неё самой силой потащила куда‑то.
Толпа в ужасе загудела, расступаясь. По щекам оборотницы катились слёзы, но Карен не останавливалась. Третий, четвёртый пролёт — и вот ведьмочка громче, чем подобает, стучит в дверь кабинета ректора.
Ей открыли. На пороге стоял удивлённый демон и непонимающе смотрел на разъярённую, словно фурию, Карен и всхлипывающую Элизабет.
— Доброго утра, профессор, — ведьмочка подтолкнула оборотницу вперёд. — У нас тут инцидент. Можем ли мы зайти?
Ректор хлопнул глазами, словно девица, а потом быстро закивал:
— Да‑да, конечно.
Девушки зашли в кабинет. Профессор Рагнар усадил их на сиденья у стола и предложил чаю. Пока Элизабет сидела и непристойно булькала в чашку, Карен объяснила всю ситуацию:
— Я понимаю — вести статьи о повседневной жизни, понимаю, если про светскую жизнь. Но когда это переходит в вот это…
Карен плюхнула на стол газету, открытую на странице с фотографиями из спальни.
— Это уже переходит все границы.
Профессор внимательно осмотрел эту газетёнку и кивнул:
— Определённо, полное непотребство! Вам есть что сказать, мисс? — обратился Рагнар к оборотнице, но вместо ответа лисица опустила голову и не произносила ни звука.
— Вот как. В таком случае вы отстраняетесь от занятий на три месяца и сегодня же отправитесь домой.
Карен фыркнула, глядя на помятую лису.
— Благодарю вас, — стараясь скрыть своё торжество, произнесла ведьмочка и, попрощавшись, покинула кабинет.
Ректор Рагнар, как только за спиной девочки закрылась дверь, разочарованно посмотрел на лисицу, а газету спрятал в один из ящиков своего стола.
Карен была очень зла: из‑за инцидента она пропустила завтрак, поэтому сейчас, стараясь не чеканить шаг и идти спокойно, ведьмочка направлялась на урок ботаники. Постучав в двустворчатую дверь, Карен дождалась ответа и вошла.
— Ларнет? — удивился профессор Пикок.
— Доброе утро, профессор. Извините за опоздание.
— Мне сообщили, что вас не будет на первом занятии, и в журнале я вас уже отметил как отсутствующую.
Карен из всех сил держалась, чтобы не распсиховаться. Дело в том, что этот учитель — ужасный перфекционист, и если он поставил отсутствие, то исправит его далеко не сразу. Потому что это значило зачеркнуть его прекрасную букву «Н», написанию которой он учился годами (он обожает завитушки и в этот символ вкладывает всё своё мастерство, превращая несчастную букву в сплошные петельки), и поставить нерадивой студентке «П», в которую, увы, не помещалась ни одна петелька.
Ведьмочка раздражённо дёрнула уголком губ: сейчас было легче просто пойти и посидеть где‑нибудь в коридоре, чем сначала всю лекцию слушать о том, как нехорошо опаздывать, а потом неделю бегать за учителем, прося исправить «Н».
— Тогда до свидания, — стараясь говорить спокойно, выдала Карен и вылетела в коридор.
Ведьмочке казалось, что сегодня всё идёт через одно тёмное место, что ужасно бесило. Настроение учиться было полностью отбито, поэтому ведьмочка сходила к администрации, отвечающей за первые курсы, и взяла официальный отгул на день. Это время она планировала потратить на отдых, поэтому пошла в общежитие.
Комната встретила девочку прохладой и лёгким сквозняком. Карен выдохнула. Её мысли были где‑то далеко; в голове то и дело всплывали скандальные заголовки. Честно говоря, ведьмочке даже интересно стало, что ещё там про неё писали.
Стоило ей об этом подумать, как её взгляд упёрся в тумбочку Адель (оборотница предпочитала держать балдахин открытым), а на ней лежала та самая газета… Карен медленно подошла и взяла её в руки.
— Неужели она… — тихо прошептала ведьмочка, а затем тряхнула головой. — Нет, лучше спрошу лично.
Карен ещё раз прочитала все заголовки, потом углубилась в сами статьи. Честно говоря, такого бреда она не видела давно, особенно в статье про родителей.
— Ха‑ха? Так‑так… Моя мать — служанка в доме мамы, а отец — мистер Нельсон. Надо же, вот это фантазия!
Удивительно, но, за исключением фотографий из спальни, ничего более возмутительного девочка не нашла. Вернув газету на место, Карен в приподнятом настроении решила вздремнуть. Сняв форму, она надела лёгкую ночнушку и забралась под тёплое одеяло. Её рыжие волосы разметались по белой подушке, а синие глаза спокойно закрылись.
В сон ведьмочка провалилась быстро. Сначала ей снилось что‑то лёгкое и доброе, однако неожиданно тело Карен прошил озноб. Сон начал превращаться во что‑то мрачное и гнетущее. Девочке снились… живые мертвецы? Нет, скорее полуживые солдаты… Во всяком случае, эти существа ползли всё ближе к ней; их тела были настолько отвратительно изуродованы, что к горлу Карен подступил ком.
Затем на секунду ведьмочка погрузилась в темноту. В ней теплилась надежда, что сейчас она проснётся, однако, когда она открыла глаза, к её ужасу, сон не прекратился. Ведьмочка очутилась за дверью знакомого с детства маминого кабинета; её взгляду был представлен лишь небольшой прямоугольник. Мама что‑то говорила.
«Святая Зерессия…» — рука девочки сама потянулась к двери. Почему сердце так быстро бьётся? Что она ожидает увидеть?..
С радостью, которую, казалось, Карен не испытывала никогда в своей жизни, девочка влетела в кабинет и увидела то, что явно не стоило видеть: куча из органов, мяса и костей лежала на окровавленной ткани.
— Папа? — её тихий шёпот прозвучал в абсолютной тишине. Сердце замерло, а через секунду ведьмочка обнаружила себя лежащей на полу. Дыхание Карен было частым и неприлично громким; хвала Зересии, в комнате ещё никого не было. Девочку воротило, но она подавляла рвотные позывы.
— Что это было? — лихорадочно пыталась понять она, поднимаясь на трясущиеся ноги. Почему‑то Карен боялась выходить за шторку, хотя темнота её обычно не пугала.
Резкий звук удара двери об стену чуть не лишил ведьмочку чувств.
— Кареееен, мы пришли! — это была шумная и бесцеремонная Жанна, которой ведьмочка сейчас даже обрадовалась.
Осторожно выходя из‑за своих шторок, девочка облегчённо выдохнула, увидев своих соседок по комнате.
— Что‑то случилось? Ты такая бледная… — встревоженно спросила Адель, тоже выглядя не очень свежо.
— Ох, просто сон не очень хороший.
Дель понимающе кивнула, а затем запустила руку в свою сумку.
— Меня тут кое‑что попросили тебе передать.
Пандочка протянула Карен пачку писем.
— Ого! — хохотнула Жанна, уже измерив взглядом её плотность.
— Кстати, я тоже получила! — горделиво вздёрнув нос, оповестила незаметно подошедшая Лана.
— Вот! — сирена с ликующей улыбкой помахала похожей пачкой писем, только явно тоньше.
— Мы счастливы за тебя, — слегка насмешливо подметила Софи, тоже извлекая из своей сумки пару конвертов.
— Ну вот, кажется, мы сегодня в пролёте, да, Адель? — явно не огорчившись, вздохнула Жанна и вульгарно приобняла Дель за плечо, от чего та залилась краской.
— Думается мне, что это приглашения на бал, — осторожно вскрывая свои письма аккуратным серебряным ножиком, предположила вампирша.
— Полагаю, в моём случае это ещё и извинения, — с меньшей бережностью разрезая конверты, ответила Карен.
Лана же предпочла молча заниматься своим делом, периодически слегка кривясь: видимо, написанное ей не особо нравилось.
В комнате была лёгкая непринуждённая атмосфера, и Карен совсем забыла о своём сне. Вскоре в комнату зашла кроткая Мэй и тихо окликнула Адель:
— Тебя кто‑то ждёт у входа в общежитие.
Пандочка удивлённо подняла брови, прервав диалог с Жанной.
— Надо же, кому это я там могла понадобиться? — хоть и сказала она это слегка отстранённо, но на самом деле в её сердце теплилась надежда.
— Я пойду, схожу, — повернувшись к Карен, сообщила она. Ведьмочка лишь на секунду подняла взгляд и, улыбнувшись, кивнула:
— Конечно.
Адель радостно выбежала, оставив Жанну без собеседника. Но та не сильно расстроилась и вместо диалога с пандочкой демонесса решила «помочь» Карен в разборе писем.
— Ты посмотри, какие чувственные слова! — залилась смехом надоедливая девчонка, махая листом бумаги.
— Что там? — свыкшись с фактом существования Жанны под боком, спросила ведьмочка.
— Приглашение на бал от какого‑то парня, — протягивая его Карен, констатировала демонесса.
Ведьмочка быстро пробежалась по нему глазами и отложила в сторону, в стопку к возможным кандидатам на роль её кавалера. Закончив с этим весьма скучным занятием, настало время делать кое‑что ещё более скучное — написать ответ. Тут Жанна посчитала, что здесь она уже не помощник, и пересела на кровать к Софи.
Спустя примерно час, когда руки у ведьмочки уже болели от пера, в комнату вернулась Адель с букетом подсолнухов. Все дружно подняли на неё взгляд; даже обычно отстранённая Мэй была в шоке.
— Ничего себе! — поразилась Карен, наконец отложив перо.
Пандочка слегка глупо улыбалась и нежно прижимала к себе букет.
— И кто же это был? Если не секрет, — заговорщически поинтересовалась Софи.
— Р‑Ральд, — зарывшись лицом в несчастные подсолнухи, пролепетала Дель.
Жанна, Софи и Карен восторженно выдохнули.
— А он шустрый, — хмыкнула Жанна.
— Ты знаешь Геральда? — удивилась ведьмочка.
— Конечно, мы как‑то с ним на физической подготовке в паре стояли.
— Судя по цветам, он весьма неплох, — Карен хихикнула в ладошку, всё ещё припоминая их первую встречу.
За это время они виделись не так часто, а если и встречались, то дракон был либо в сопровождении Ланы и Мэй,,то с Адель или друзьями .Кстати о Лане . Ведьмочка перевела взгляд на Серену и по ее спине пробежали не приятные мурашки . Она стояла сжимая кулаки ,впивая ногти в ладном и сжимая губы . Мэй то же заметила это ее состояние и поспешила удалится в гардероб под предлогом подготовки одежды к завтрашнему дню . Никто кроме них похоже не заметил реакцию серены и если честно то Карен растерялась .
Возможно, что ей настолько сильно нравится Ральд ?
Мысленно предположила Карен и подобравшись приготовилась к скандалу . Удивительно,но Лана вдруг резко выдохнула ,развернулась на пятках и зашла за свои шторки (в отличии от Дель , Лана их всегда закрывала) Ведьмочка проводила ту удивленным взглядом , но решила что им же лучше если ссор не возникнет .
[9] если в кратце то это фотоаппарат