—;Шлюс сейчас дома?
— …
Дверь неожиданно распахнулась.
Увидев за ней улыбающуюся Айрис, Эмилия нервно сглотнула.
— Эм… Господина Хайнкеля сейчас нет дома.
— Тогда я подожду его внутри.
— Боюсь, его дела могут затянуться. Может, вам лучше зайти попозже…
— Но ведь он вернётся сегодня, а не останется где-нибудь ночевать? Тогда я подожду внутри.
— Да… Хорошо, святая. Проходите.
Мысленно цокнув языком, Эмилия всё-таки впустила Айрис.
Она солгала, что дела Шлюса могут затянуться.
Он ведь всего лишь отправился проверить итоговые оценки и ненадолго встретиться с ассистенткой Эрвин.
— Могу я узнать, по какому вы делу? Если что-то срочное, я могу связаться с господином Хайнкелем.
— Ничего особенного. Просто захотелось немного поболтать.
— …
Эмилия с трудом удержала улыбку, напрягая все мышцы лица.
Раньше эта женщина приходила только по действительно важным делам.
А теперь шастала сюда так, словно это её собственный дом.
И куда только подевалось всё достоинство святой?
Почувствовав лёгкое раздражение, Эмилия направилась на кухню.
— Я сейчас принесу вам чай.
— Не нужно. Можешь подать его, когда вернётся Шлюс. А пока я хотела бы поболтать с тобой, Эмилия.
— Со мной?..
Так она хотела поговорить не со Шлюсом, а со мной?
Озадаченная Эмилия развернулась и вернулась в гостиную.
Она села на диван напротив Айрис и почувствовала себя немного странно.
Ей ещё ни разу не доводилось сидеть со святой вот так, лицом к лицу.
— Ну как, есть успехи?
— Успехи? В чём?
— Я спрашиваю, как продвигаются твои отношения со Шлюсом.
— Н-нет! Что вы такое говорите! Мы с господином Хайнкелем вовсе не в таких отношениях!..
Перепуганная Эмилия замахала руками, поспешно всё отрицая.
На мгновение она напряглась, испугавшись, что Айрис каким-то образом обо всём догадалась.
Однако вскоре поняла, что та просто решила проверить свою догадку, и успокоилась.
Об их помолвке со Шлюсом пока нельзя было рассказывать посторонним.
О ней следовало объявить позже, когда сотрудничество королевства и Империи станет более очевидным, чтобы окончательно закрепить этот союз.
«Значит, у них до сих пор ничего не произошло».
Тем временем Айрис почувствовала облегчение.
Когда-то она искренне поддерживала Эмилию и Шлюса.
Но сколько бы времени ни проходило, они, казалось, ничуть не сближались.
И постепенно это начало её раздражать.
«Оба такие стеснительные. Наверняка они не то что не помолвлены, даже ни разу не целовались».
А значит, испытывать чувство вины не из-за чего.
У Эмилии было достаточно времени.
И если она так и не воспользовалась своим шансом, это уже её собственная проблема.
Может, теперь и самой Айрис стоило осторожно попробовать добиться Шлюса?..
Щёлк…
— Я дома.
— С возвращением, господин Хайнкель.
Дверь распахнулась, и Эмилия тут же поднялась, заметно просияв.
Она даже не пыталась скрывать, насколько рада его видеть.
И при этом в их отношениях до сих пор нет никакого продвижения?
Наверняка Эмилия просто расслабилась, ведь у неё была возможность каждый день видеться со Шлюсом дома.
Это даже немного раздражало.
— Чай готов.
— Спасибо, Эмилия.
— Не за что.
Вскоре Шлюс сел напротив, и на стол подали чай.
Айрис приветливо улыбнулась Эмилии, но та ответила несколько натянутой улыбкой.
Вот ведь как.
Её мужчина разговаривает с другой женщиной, и ей от этого ужасно не по себе.
В Айрис проснулось желание немного пошалить.
— К тому же без тебя я бы не удержал первое место.
— Хм-м… Если ты настолько благодарен, можно попросить награду?
— Награду? Если это что-то, что я способен дать, дам что угодно.
Айрис придержала юбку и поднялась, направляясь к Шлюсу.
При этом она слегка приподняла длинный подол, намеренно обнажив ноги.
Но нечуткий Шлюс совершенно не уловил её намерений и лишь недоумённо наблюдал.
— То-огда выполни всего одну мою просьбу.
— Говори.
Айрис плюхнулась рядом с ним, приблизилась губами к его уху и слегка прикрыла рот ладонью.
— Пусть даже всего на один день… станешь моим мужем?
— ?..
Несмотря на то что она приблизилась к самому его уху, голос прозвучал довольно громко.
Разумеется, она сделала это нарочно.
Чтобы Эмилия тоже услышала.
И действительно, та не смогла скрыть потрясения и сидела с широко раскрытым ртом.
Уже одно это доставило Айрис немалое удовольствие.
«Какой спокойный…»
Айрис украдкой взглянула на Шлюса, желая увидеть его реакцию, и немного разочаровалась.
Кажется, он слегка растерялся.
Но даже не покраснел и ничуть не выглядел смущённым.
Невольно надувшись, Айрис снова села прямо.
— Не совсем понимаю, к чему ты это предложила. Стать твоим мужем на один день?
— Я ведь святая. Не знаю, известно ли тебе, но это пожизненное призвание. Поэтому до самой смерти мне нельзя ни встречаться с мужчинами, ни выходить замуж.
— Тогда разве играть в супругов на один день тоже не запрещено?..
— Но это же просто игра, почти как у детей. Думаю, такую маленькую шалость можно себе позволить. Всего один день! Учитывая, что я посвящу всю жизнь служению Айгис, она наверняка простит мне подобную вольность.
— …
Шлюс выглядел озадаченным.
Айрис тихонько вздохнула и тут же пожалела о своей затее.
Она всего лишь хотела подразнить этого наглого простолюдина, который вечно держался так уверенно и невозмутимо.
А в итоге только сама сделала себе больно.
— Хорошо. Супруги на один день, значит? Когда начнём?
— А? М-м? Ты согласен? П-правда?!
— Кто ещё в этом мире может похвастаться тем, что хотя бы день прожил в браке со святой? Было бы глупо упускать такой шанс.
— Н-ну да…
Собственно, уже само существование живой святой было уникальным случаем.
Неудивительно, что ему стало любопытно, каково это — пожить с ней в браке…
Айрис невольно горько улыбнулась.
Получается, она была для него всего лишь предметом любопытства.
Ни больше ни меньше.
— К тому же мне кажется, что семейная жизнь с тобой была бы довольно приятной.
— ?!..
Но стоило Шлюсу произнести эти слова, как Айрис вздрогнула всем телом.
— Почему?
— Даже не знаю. Трудно назвать конкретную причину. Просто почему-то так кажется.
— …
Вот как.
Значит, Шлюс думает, что жить со мной было бы приятно.
Он не считает меня какой-то мрачной и подозрительной женщиной, которая знает будущее…
— Можно начать прямо сейчас? До завтрашнего дня, до этого же часа. Я хотела бы провести ровно двадцать четыре часа в роли твоей жены.
— Сегодня и завтра… Хм. Никаких дел у меня нет, так что могу уделить тебе целый день.
Лицо Айрис просияло ещё сильнее.
Она и подумать не могла, что всё получится настолько легко.
Ведь Шлюс недавно получил важную государственную должность, и она ожидала, что в ближайшее время он будет очень занят.
— Эм… Тогда я схожу за продуктами. Кажется, у нас их маловато.
Эмилия, не в силах больше на них смотреть, отвернулась.
Сейчас ей хотелось вообще уйти из дома на все двадцать четыре часа.
Она не желала готовить еду, которую эти двое будут с удовольствием есть вместе.
Но и оставить их наедине было нельзя.
Кто знает, что может случиться, пока никого нет рядом?
«Как же бесит…»
Ведь это она сама говорила, что не против стать хоть второй, хоть третьей.
И всё же Эмилия испытывала раздражение, причины которого даже не могла толком объяснить.
Ей было противно осознавать, насколько противоречивой она сама оказалась.
***
— Эм… Айрис.
— Да?
— Что... это сейчас такое?
Неспешное послеобеденное чаепитие.
С трудом отпивая чай, я никак не мог понять происходящее.
— Что именно? Обычная поза, в которой супруги проводят вместе выходные.
— ?..
Вот это?
Сидеть у меня на коленях, прижавшись лицом к лицу так тесно, что я почти не могу пошевелиться?
Это считается обычным делом?
Супруги в этом мире действительно так проводят выходные?
Или я просто чего-то не понимаю, потому что никогда не был женат?
Ответ вроде бы получил, но вопросов стало только больше.
— А что? Не нравится?
— Не то чтобы…
Просто для середины дня это было слишком уж волнительно.
Мне было довольно трудно выдерживать такую близость.
Я и сейчас изо всех сил отклонял бёдра назад, едва умудряясь избегать лишнего соприкосновения.
— Просто двигаться немного неудобно.
— А ты и не двигайся. Давай просто посидим так.
— …
Ладно.
Наверное, вместо того чтобы думать о каких-то делах, разумнее просто насладиться этим мгновением.
Как и сказала Айрис, святая обязана хранить целомудрие всю жизнь.
А поскольку до самой концовки религиозные порядки в этом мире никак не изменятся, второго шанса даже понарошку побыть супругами у нас наверняка уже не будет.
Я поставил давно остывшую чашку и обнял Айрис за талию.
— Хик?!
— Что такое?
— Просто… вдруг мурашки побежали…
— Тебе настолько неприятны мои прикосновения?
— Нет! Я просто испугалась неожиданности… Со мной ведь такое впервые…
Мило смутившись, Айрис ещё теснее прижалась ко мне.
Словно стесняясь показать лицо, она уткнулась им в мою рубашку и принялась тереться щекой о грудь.
«Да это просто безумие…»
Теперь, когда она прижималась ко мне всем телом, я вновь осознал, насколько впечатляющими формами обладает Айрис.
Просто под одеждой этого почти не было заметно.
А размеры и правда превосходили всякое воображение.
Наверное, даже одной ладонью не обхватить…
Чёрт возьми.
О чём я вообще думаю, глядя на святую?
Не зря ведь говорят, что нечего заглядываться на плод, который всё равно не сможешь сорвать.
— Послушай, Шлюс…
— Что такое?
Айрис, уже довольно долго сидевшая в моих объятиях, подняла голову.
— Может, хотя бы сегодня перестанешь так официально разговаривать? Для супругов у нас какие-то слишком уж церемонные беседы.
— Тогда и ты перестань выражаться так вежливо.
— А… Это… Просто уже вошло в привычку…
— Нечестно.
— Прости…
Значит, хочет провести черту?
Пусть мы и играем в супругов на один день, но вести себя совсем как настоящие муж и жена нельзя.
Я и так это понимал.
Но всё равно стало немного обидно.
— Кстати, а семейная жизнь… Она правда такая приятная, даже если целый день просто сидеть в обнимку?
— Хм. Даже не знаю. Наверное, у всех по-разному.
Хотя мы с Арым и не были супругами, я действительно чувствовал себя счастливым, когда мог просто обнимать её.
Ведь если мы могли вот так спокойно проводить время, значит, на этот день у неё не было назначено ни лечения, ни реабилитации.
Примерно триста дней в году она либо засыпала под действием лекарств, либо спала после операции, либо мучилась от боли во время реабилитации.
По-настоящему спокойные дни выпадали редко.
— Какое облегчение. А я уже боялась, что слишком легко становлюсь счастливой. Мне так тепло и спокойно, когда мы просто сидим вместе… Хотя сейчас ещё день, мне даже захотелось вздремнуть.
— Тогда поспи. Разбужу, когда захочешь.
— Не могу. У нас ведь всего двадцать четыре часа. Было бы так жалко потратить их на дневной сон.
Значит, я всё-таки был способен подарить Айрис хотя бы немного покоя.
От этого стало приятно.
Приятно осознавать, что я могу стать местом, где святая, постоянно испытывающая стресс со всех сторон, сможет немного отдохнуть душой.
Айрис снова попыталась прижаться ко мне, но вдруг о чём-то вспомнила и подняла голову.
При этом её бёдра придвинулись ещё ближе, и мне пришлось отклониться назад сильнее прежнего.
Чёрт.
У меня уже спина выгнулась дугой.
Сидеть так было просто невыносимо.
— Если мы супруги… значит, нам ведь положено и целоваться?
— Ты ведь не имеешь в виду поцелуй в тыльную сторону ладони?
— Конечно нет. Не заставляй меня смущаться.
— А святой вообще можно такое?
— Говорят, если тебя не поймали, то и преступления никакого не было.
— Кто тебе такое сказал?..
Да уж.
И это говорит святая?
— Всего один раз. Давай поцелуемся хотя бы разок. Чтобы потом ни о чём не жалеть.
Сладкий голос коснулся моего уха.
Мой разум медленно, но верно начинал затуманиваться.