## Глава первая: Банкет
Шёл 1535 год по Императорскому календарю. Сегодня устраивался пышный банкет в честь 25 - летия молодого императора Йенса Грегори Аларонского, держащего в страхе свой народ. В величественном зале императорского дворца, залитом мягким светом сотен свечей, звучали мелодичные звуки арфы и скрипок, наполнявшие воздух приятной музыкой. Здесь собрались сотни гостей из разных уголков империи, оживлённо беседовавших друг с другом. Время от времени разговоры становились громче, переходя в споры, или сопровождались дружным смехом.
Сам император восседал на высоком троне, облачённый в богато украшенный чёрный мундир, расшитый золотыми нитями и синими лентами, и сияющую золотую корону, символизирующую законную передачу власти. Внешний вид императора подчеркивал его высокий статус и абсолютную власть.
Мужчины были одеты в длинные камзолы из бархата, украшенные искусной вышивкой золотыми нитями и драгоценными камнями. Широкие рукава рубашек завершались элегантными кружевными манжетами, подчёркивающие богатство и утонченность владельцев. Женщины щеголяли в роскошных платьях из атласа и бархата, щедро украшенных жемчугом и драгоценными камнями, расшитых замысловатыми узорами. Высокие причёски многих дам венчали экзотические украшения: павлиньи или страусинные перья, инкрустированные драгоценностями.
Среди гостей царила атмосфера предвкушения и ожидания. Все знали, что сегодня вечером должно произойти важное событие, которое надолго останется в памяти. Но никто пока не догадывался, насколько значительными окажутся последствия предстоящего вечера...
Кроме того, гостям разрешалось приносить личные подарки императору. Наиболее ценные подарки отличались своей стоимостью и эксклюзивностью. Среди них можно было заметить редких собак особой породы, выведенных специально для охоты, статных лошадей разных мастей, выращенных в лучших конюшнях империи, коллекции рукописных книг и гравюр, коллекцию ценных монет, датируемых разными периодами, миниатюрные скульптуры и ювелирные изделия, изготовленные лучшими мастерами.
Однако император воспринимал эти знаки внимания равнодушно. Движения его оставались спокойными, взгляд отсутствующим, и, казалось, ничто не могло поколебать его внутреннего спокойствия. Император хранил полное безразличие к количеству и ценности принесённых подарков. Внутри себя он чувствовал, что находится не на своём месте, будто вся церемония была чуждой и бессмысленной для него.
Подарки принимались в специальных сундуках и бережно укладывались слугами, расположенными неподалёку от императорского трона. Гости завидовали удачным подаркам и радовались возможности угодить столь строгому хозяину.
Все предметы сервировки и еда представляли собой произведения искусства, выполненные руками талантливых ремесленников империи. Серебро, золото, стеклянные изделия, керамические тарелки и столовые приборы ручной работы дополняли картину великого пиршества, отражающего богатство и силу Императорского двора.
Главным украшением зала был огромный центральный стол, расположенный ровно посередине помещения. Стол занимал ключевое место и притягивал взгляды всех присутствующих. Он был покрыт дорогой скатертью из золотой парчи, украшенной вышивкой и кисточками. Каждая тарелка и прибор были покрыты тонкой серебряной салфеткой, украшенной гербом императорской семьи Аларонской державы.
По обе стороны от главного стола размещались вспомогательные столы, предназначенные для простых гостей. На главном столе находились важнейшие персоны, приближённые императора и иностранцы высоких званий. Таким образом распределялись места, подчёркивая социальную иерархию.
Центральный стол ломился от изысканных блюд, приготовленных лучшими кулинарными мастерами империи. Здесь можно было увидеть жареных индюков, фаршированных дикими трюфелями, зайцев, тушёных с лесными грибами, паштеты из гусиной печёнки, золотистые пирожки с чёрной икрой, сыры из дальних земель империи и плоды южных садов. Особое внимание уделяли соусам: белым кремобразным соусам и красным густым приправам, сделанным с добавлением редких специй, доставленных из далёких краев, таких как страна Золотого Феникса и Империя Блистающих Вод.
Рядом стояли огромные хрустальные кубки, наполненные прозрачными напитками: белоснежное вино из долины Барогонье, густой мед из горных ульев, терпкое вино из виноградников южного региона Маливии, лёгкое игристое вино из провинции Амурии и горячий сладкий напиток с ароматом гвоздик и кардамона, согревающий сердца гостей прохладными зимними вечерами.
Тем временем императору наскучило восседать на троне, и он решил подняться и снова присоединиться к гостям, вновь принимая их поздравления и обмениваясь информацией. Но вдруг неожиданно один влиятельный князь из соседнего государства почтительно приблизился к нему:
— Ваше императорское величество, благодарю вас за приглашение. Могу ли я представить вам мою дочь, княгиню Анастасию?
Император небрежно кивнул головой:
— Извольте. Очень даже интересно, кого на сей раз мои подданные хотят мне подарить в качестве фаворитки, — произнес он с надменностью и высокомерием.
Князь покраснел и закашлялся, неловко отступив назад. Остальные гости обернулись, услышав резкие слова императора, испытывая смесь смущения и любопытства.
У князя не нашлось слов, он был совершенно подавлен грубостью императора. Его дочь, стоящая сзади, тоже вспыхнула румянцем и утратила дар речи. Девушка была очаровательна: нежно-голубое платье, украшенное драгоценными жемчужинами, подчёркивало стройную фигуру. Рыжие волосы, заплетённые в сложную косу и также украшенные жемчугом, блестели в свете свечей, привлекая взгляды гостей.
— Ну что, кто ещё хочет мне представить своих дочерей или сестёр? — продолжал император, оглядев зал с откровенной издёвкой.
Присутствующие стояли молча, парализованные неуверенностью и страхом. Никто не решался нарушить тяжёлый покой, вызванный резкостью императора.
— Раз так, — усмехнулся император, возвращаясь к столу. — Прошу вас, уважаемые подданные, и дальше наслаждаться банкетом.
Его голос прозвучал ядовито и раздражённо. Вернувшись на трон, император оставил после себя полный конфуза и напряжения обстановку. Князь и его дочь решили покинуть банкетный зал, спасаясь от унижения и стыда.
Как только они покинули помещение, шепот возобновился. Люди начали обсуждать происшествие, обмениваться мнениями и давать оценки поведению императора и княжеской семьи.
— Дорогой граф, — обратилась герцогиня к пожилому мужчине, стоящему рядом. — Вы видели подарок маркиза Дэ Рошфора? Золотой кинжал, инкрустированный изумрудами, достоин особого внимания.
Граф пренебрежительно махнул рукой:
— Всего лишь очередной блеск золота и камня. Куда ценнее книга редких рецептов восточных трав, подаренных принцессой Марианной.
Эти слова были сказаны тихо, почти конфиденциально, подчёркивая близкую связь пары и доверительный тон их общения.
Но других гостей, стоящих рядом, заинтересовала одна фигура.
— О, смотрите-ка, это тот самый из семьи предателей, — процедил один из молодых аристократов, презрительно взглянув на Армана. — Семья его в немилости у императора. Совсем жалкое положение у него. Он все равно что собачка императора сейчас начнёт своё дурацкое представление.
То был известный всему дворцу шут по имени Арман, единственный человек, чей наряд не соответствовал торжественному событию. На нём был яркий костюм, составленный из множества цветных лоскутов, подпоясанный разноцветным поясом и увенчанный дурацкой шапочкой с бубенчиками. Весь вечер он развлекал публику своими остроумными выходками и забавными речами, вызывая лишь смех у присутствующих.
Однако к концу вечера шут заметно устал и позволил себе лишнего вина. Когда пришло время завершающего номера, он оказался чересчур возбуждённым и начал выступать всё менее умело. Сначала он рассказал пару неудачных анекдотов, вызвавших недоумение собравшихся. Затем перешёл к сомнительной пантомиме, сопровождаемой неуместными комментариями.
Наконец, потеряв контроль над собой, Арман обратился непосредственно к императору:
— О великое императорское величество, разве не забавно, что вам всего лишь четверть века, а вы уже десять лет управляете великой империей? Правда, слух ходит любопытный... будто трон перешёл к вам сразу после смерти предыдущего императора! Уж не воспользовались ли вы ситуацией, заняв трон силой, пролив императорскую кровь?
Зал мгновенно притих. Гости испуганно зашептались, некоторые отворачивались, не желая привлекать внимание разгневанного императора. Шут, одурманенный вином, не понимал тяжести своих слов.
Император сохранял ледяное спокойствие, однако его пальцы крепко сжимали рукоять трона. Медленно встав, он произнёс глубоким голосом:
— Отведите его в тюрьму и пусть дожидается моего решения.
Стражники начали вести шута прочь, но тут произошло непредвиденное. Из глубины зала стремительно выбежала девушка, облачённая в скромную одежду служанки. Лицо её выражало отчаяние и решительность одновременно. Она была изумительной красоты: миниатюрна, кожа словно свежевыпавший снег, круглые, широко распахнутые глаза глубокого бирюзового цвета, сияющие тёплым светом моря в солнечных лучах, черные волосы, гладкие и блестящие, спадали каскадом мягких волн, подчёркивая природную привлекательность и очарование.
— Прошу вас, ваше императорское величество! Умоляю, проявите милосердие к моему брату! — воскликнула она, бросившись на колени перед троном.
Её брат тем временем слыша её обращение к жестокому правителю пытался вырваться из оков стражников, при этом крича: "сестра, не смей унижаться перед этим..."Но не успел он произнести свою речь до конца, как один из стражников оглушил его, ударив по тыльной стороне головы.
Приглядевшись внимательнее, император отметил удивительную схожесть девушки с пойманным шутом. Местные жители и приближённые двора знали, что перед ними стояла сестра-близнец неудачливого преступника, но многие приезжие из провинций понятия не имели о её настоящем положении.
Йенс наклонился вперёд, оценив новое обстоятельство.
— Милосердие требует жертвы. Чем готова пожертвовать ты ради спасения брата? — равнодушно произнёс он.
Девушка дрожащими губами и умоляющим, ни тихим, ни громким голосом произнесла:
— Всем, ваше императорское величество. Ради брата я готова отдать вам даже свою жизнь.
Эти слова вызвали шок среди собравшихся. Люди шептались, осуждая её безрассудство. Её поведение можно было бы трактовать как акт неуважения и открытого оскорбления императора. Ведь она открыто выступила против воли императора, рискуя собственной жизнью. Даже самые смелые придворные испытывали ужас, зная, что подобные поступки могли привести к немедленной казни как самой девушки, так и её родственника.
— Очень трогательно, — усмехнулся император, наслаждаясь реакциями окружающих. — Посмотрим, на что способно подобное самопожертвование. Жди моего решения до утра.
Обратившись спиной к девушке, император вновь сел на трон, довольный произведённым эффектом. Девушка осталась стоять на коленях, провожая печальными глазами брата, которого уводили в подземелье.
Затем император сказал:
— Ступай. Ты можешь быть свободна до завтрашнего утра. Когда потребуется моё решение, я позову тебя, — холодно и приказным тоном произнес он.
Её охватило глубокое смятение. Девушка медленно поднялась, едва удерживая равновесие от нервного потрясения. И прежде чем уйти она поклонилась императору и добавила следующие: "Благодарю ваше императорское величество за проявленную милость, с вашего позволения я откланяюсь". Выпрямившись она устремилась к выходу для прислуги, покидая зал размеренным, но неуверенным шагом. Взгляды императора и всей знатной публики неотрывно следовали за ней, наполнив комнату взволнованным шёпотом. Даже после того, как она исчезла за дверьми, гул обсуждений долго не стихал. Имя несчастной девушки и её родного брата стали главной темой для разговоров высшего света, вытеснив память о княжеской чате и прочих событиях вечера.
После чего император поднялся с трона и, держа в руке бокал, громко произнёс:
— Дорогие гости, прошу вас забыть сегодняшний вечер и держать языки за зубами, иначе будете лещины их. А теперь я вас покину. Прошу и дальше наслаждаться банкетом без меня.
Сделав заявление, император заставил всех замереть в тревоге и замешательстве. Эти слова вселили в каждого присутствующего глубокий страх за собственную безопасность. Каждый почувствовал угрозу, исходящую от властного хозяина вечера. Обеспокоенные шепотки и тревожные взгляды заполнили зал, превратив радостное мероприятие в источник беспокойства и тревоги.
Сказав свой тост, император залпом выпил бокал крепкого вина, резко выбросив его в сторону, и поспешно покинул зал, поднимаясь вверх по лестнице. После этого никто не мог точно знать, куда он направился — может, в свои покои, а может, и вовсе нет.
---