Карету, в которой ехали Майк, Пенелопа и Франклин, молча тащили два фестрала.
Явно
почувствовав тревогу седоков, фестралы после небольшого разбега
раскрыли крылья, похожие на крылья летучей мыши, и полетели вместе с
экипажем. Фестралы - удивительные магические существа, взлёт был очень
мягким и плавным, напомнив Майку лёгкое, но стремительное скольжение
облаков в небе.
Майк был уверен, что они способны летать отнюдь не
потому, что обладают крыльями, а благодаря какой-то особой магической
силе. Он своими глазами видел в их крыльях множество дыр, самая большая
из которых была размером с голову Майка, никакое существо никогда бы не
смогло летать с такой парой рваных крыльев.
Ночью было довольно
прохладно и Майк почувствовал озноб. Он поёжился, дважды встряхнулся,
перестал смотреть на двух фестралов и снова сел в экипаж. Франклин
дразнил смеющуюся сову Афу над своей головой. Привыкшая вести ночной
образ жизни сова выглядела очень взволнованной, и её большие глаза с
любопытством рассматривали украшения в экипаже.
- Похоже, тебе гораздо лучше, - сказал Майк, сев рядом с Франклином.
-
Я сразу сказал, что ничего особенного, - махнул рукой Франклин. - Это
старая проблема. Мысли о родителях вызывают головную боль, но пока я об
этом не думаю, всё хорошо.
- Лучше пойти к мадам Помфри, она, возможно, разберётся в твоей проблеме.
Франклин собрался было что-то сказать, но увидев искренние глаза Майка, почувствовал комок в горле и только молча кивнул.
Фестралы летели очень быстро и вскоре они приземлились на опушке Запретного Леса, где их уже ждал профессор Кеттлбёрн.
Профессор
Кеттлбёрн преподавал уход за магическими существами в Хогвартсе. Он
очень энергичный старик. Поскольку среди этих существ было немало
опасных, за свою жизнь профессор Кеттлбёрн получил немало травм, успев
потерять всю руку и половину одной ноги. Говорят, что он выйдет на
пенсию в следующем году, чтобы не потерять оставшееся.
Профессор
Кеттлбёрн был очень удивлён столь ранним прибытием, но, узнав всю
историю, он поспешно известил мадам Помфри и попросил её отправить
Франклина в лазарет. Майк и Пенелопа сначала хотели пойти с ними, но
мадам Помфри решительно отправила их из больничного крыла, чтобы не
мешали осмотру.
Профессор Кеттлбёрн отправился встречать других старшекурсников, экипажи, в которой они ехали, спускались один за другим.
-
Не волнуйтесь, Помфри, определённо, самый превосходный медик, которого я
когда-либо видел. Даже лечащий врач в больнице Святого Мунго для
магических травм не так хорош, как она, - профессор Кеттлбёрн бросил два
куска свежего мяса фестралам. - Так что не волнуйтесь, ваш друг будет в
безопасности, проходите в Большой зал.
Майку и Пенелопе оставалось только последовать совету.
Когда
они вошли в великолепно украшенный Большой зал, за четырьмя длинными
столами, представлявшими четыре факультета, уже сидели студенты.
Профессор Флитвик сидел за центральным преподавательским столом в
высоком кресле и болтал с другими преподавателями. Флитвик увидел
входящих в зал Майка и Пенелопу и, приветственно взмахнул руками, из-за
чего чуть было не свалился, но мастерски подхватил себя заклинанием
левитации. Майк тоже помахал в ответ рукой профессору Флитвику. За
преподавательским столом он не увидел профессора Макгонагалл, похоже,
заместитель директора встречала первокурсников для организации церемонии
распределения.
Профессору Кеттлбёрну не потребовалось много
времени, чтобы привести старшекурсников в аудиторию. Майк и Пенелопа
сели за длинный стол Когтеврана, и атмосфера во всём зале мгновенно
оживилась. Места рядом ними были полны народу. Все говорили о том, что
пережили во время каникул, выражая радость от того, что снова увидят
друзей.
Дамблдор на сцене улыбнулся, наблюдая за суматохой и
гвалтом, устроенными маленькими волшебниками внизу так, как будто он
видел лучшую картину в мире. Не выдержала стоявшая за дверью в ожидании
первокурсников профессор Макгонагалл. Она ворвалась в зал, приложила к
горлу волшебную палочку и рявкнула:
- Тише! Новые ученики скоро будут здесь. Покорно прошу садиться! Вы же не хотите, чтобы...
Однако
договорить она не успела. Дверь снова отворилась, и в комнату вошёл
мокрый рыжеволосый мальчик, в котором трудно было сразу опознать Перси.
Он был зол, похоже, сегодня ему явно не везло. Эти проклятые медвежата -
просто демоны из преисподней, завязавшие его нервы в узел и вымотавшие
его до крайности. Жаль, что образ доверенного старшего брата не позволял
ему объяснить им всю глубину их неправоты.
Плечо, по которому ему
в порыве чувств хлопнул Хагрид, сильно болело. Впрочем, это ещё не
самое худшее. Когда Перси собрал множество маленьких волшебников и
вышел на открытое пространство, где должны были ждать кареты, он
обнаружил только записку от председателя студенческого союза, которая
гласила:
"Извини, одному человеку стало плохо. Пожалуйста, воспользуйся лодкой первокурсников".
Перси
не стал жаловаться, развернулся и побежал к пирсу, потому что знал, что
Хагрид и остальные скоро отплывут и, если он не успеет, придется идти в
Хогвартс пешком. К счастью, Перси догнал первокурсников. К сожалению,
единственное свободное место было только в лодке Хагрида.
О
результате легко догадаться. Как только к весу Хагрида добавился Перси,
лодка стала почти черпать бортами воду. Они уже почти причалили, но тут
при развороте лодка опрокинулась. Жившие в озере осьминоги немедленно
пришли на помощь и вынесли на пирс пострадавших.
Увидев столь
экстравагантно выглядящего Перси, в зале засмеялись. Громче всех
ухохатывались близнецы Уизли. Лицо Перси почти приобрело тот же цвет,
что и его волосы.
Лицо профессора Макгонагалл тоже покраснело, но
от возмущения. Она взмахнула волшебной палочкой, высушив и Перси, и его
одежду. Увидев, что Перси всё ещё стоит на месте, растерянно глядя на
неё, она тихо сказала ему:
- Вы полагаете, что потери лица сегодня недостаточно?
Перси
рванул к длинному столу Гриффиндора, споткнувшись и чуть не упав по
дороге, что заставило присутствующих студентов вновь рассмеяться.