—Проснись и пой, Рунео, тебя ждут великие дела!
Что?..
Это была она. Такая же красивая, как и всегда, Екатерина
сияла в обыденной крестьянской робе: её черты лица почти не изменились,
пепельные волосы всё также развевались по хрупкому телу и только её глаза
ощущались какими-то… Другими.
Она смотрела на меня повзрослевшим, многозначительным
взглядом, будто бы видела всё случившееся насквозь. А что, собственно,
случилось?
—Я виноват?.. –то-ли спросил, то-ли заявил я, стараясь
понять чувство, которое я испытывал от её взгляда.
—Да, ты виноват. –с насмешкой сказала она, отойдя на шаг
дальше.
Почему-то я захотел побежать за ней, но ноги стояли на
месте, как вкопанные. И только тогда я обратил внимание на окружающее нас ничто.
Белая пустота, на первый взгляд бесконечная и настолько же
замкнутая. Мы находились рядом, но каждый её шаг ощущался как километры пути,
во время которых я оставался на месте.
Она продолжала идти, отдаляться и отдаляться: и чем дальше
она была, тем сильнее менялась. А я оставался прежним.
—Стой… –вырвалось из меня, когда я почувствовал боль в груди
от вида увядающей Екатерины. –Остановись!
Мой крик эхом прошёлся на пустоте, но девушка не только не
сбавила ход, но ещё и ускорилась. Постепенно Екатерина стала растворяться, как
дымка по утру. Сначала начали пропадать кончики волос, потом одежда, руки,
ноги, всё тело…
Жажда и нетерпение наполняли меня, пока в пустоте не издался
первобытный крик – я больше не мог стоять на месте.
И наконец меня отпустил всесильный паралич, тело начало
ощущать прохладу, а кровь в жилах бурлила как раскаленное железо. Стояло мне
освободиться, как у меня не было других мыслей, кроме как одной:
«Я спасу её. Чего бы мне это не стояло».
Первый шаг сделан, жизнь стала вновь наполнять моё тело, а
пустота вокруг растворялась вместе со мной: вместо белого ничего стали
появляться бескрайние моря, из них всплывала каменистая суша, из неё
высвечивались горы и зеленые леса, среди них стала зарождаться и погибать
жизнь, мир пролетал будто бы в последний раз, и не успел я этого заметить, как
сам стал его частью. Воспоминания всплывали одно за другим, я безмолвно следил
за ними, но стояло первой жизни прерваться, как и меня выкинуло из спокойного
наблюдения в реальный мир.
Сначала я не понимал происходящего. Было чувство, будто бы
меня мотает из мира в мир, по морям и океанам, лесам и бескрайним пустыням,
пока наконец не выбросили на зеленую поляну.
День, два, десять, сотня – время снова летит, и я уже
перестаю обращать на него внимание.
А потом наступила настоящая жизнь, которая, тем не менее,
ощущалась ещё несущественнее всех моих сновидений:
—Мистер! Эй, мистер! –сказал чей-то голос, замедляя ход
времени.
Зеленая листва и голубое небо над головой, холодная земля
подо мной и только чье-то оживленное лицо любопытно рассматривало меня. А я
смотрел в ответ, хотя до этой фразы я и сам не понимал, что делаю это.
—Мистер, а, мистер? Вы там живы вообще?
Цветущий весенний лес, заманчивое пение птиц где-то
неподалеку, запах утренней росы и стоящая надо мной девушка с выразительными
пепельными волосами.
Я понятия не имел, где нахожусь, зато я отчетливо чувствовал
себя живым: вся спина уже обмерзла до костей, но остальное тело находилось в
относительном тепле, потому что я был одет в расцарапанную рубашку и штаны,
которые я обычно надевал под доспехи.
—Да какого хрена происходит?..