Ли Сюэ могла только смеяться и закатывать глаза от собственничества
как большого, так и маленького дьявола. — Обе твои собственнические
выходки так похожи. Но ничего, если я начну прямо сейчас, мы опоздаем.
Так что давай пропустим эту часть и сначала приготовимся,-сказала она,
глядя на двух людей с непроницаемыми лицами впереди.
— Мама, мы не
собственники. Мы просто хотим проводить с тобой больше времени после
выходных», — сказала Вэйвэй, защищая и себя, и своего папу-Ангела.
Но
теперь Ли Сюэ лучше узнал их обоих. Кивнув головой с вынужденным
согласием, она трижды моргнула, а затем, слегка скривив губы, сказала:
«Я верю твоим словам, милая, и я также верю, что свиньи действительно
могут летать в воздухе. А теперь пойдемте, я освежусь и приготовлю вас
для начала, чтобы я тоже мог пройти в номер.»
— Но Мама …»
—
Вэйвэй, тетя и Лань будет ждать нас, и что я тебе говорила о том, как
заставить людей ждать?» Ли Сюэ подчеркнула свой мягкий голос, и ее дочь
ответила со всем согласием.
— Что мы не должны заставлять людей
ждать нас, и»пунктуальность» всегда будет хорошим кодексом поведения,
которому нужно следовать». — Сказала Вэйвэй и похлопала по плечу своего
папаши Ангела, прося его положить ее обратно на землю.
— Папочка
Ангел, давай не будем заставлять свинью летать. Это было бы катастрофой.
А пока лучше следовать кодексу пунктуальности, иначе мама оставит нас в
покое, и мы останемся одни в этом доме, — сказала девочка, подмигнув
папе-Ангелу каким-то скрытым сигналом, понятным только им двоим.
Фэн
Шуфэнь понял ее маленький жест, на что он кивнул ей и положил ее
обратно на пол. Вэйвэй посмотрела на него в последний раз, а затем
опустила лицо, чтобы показать свою уязвимость в этой сцене, повернулась и
пошла обратно к матери, бормоча свои слова легким тоном, который был
достаточно слышен, чтобы попасть в уши обоих родителей.
— Вздохни, Вэйвэй, тебе нужно много работать. Твой маленький мозг все еще не способен понять мамины логические доводы»
Мать могла только заставить себя покачать головой в ответ на дьявольский поступок дочери. Эта малышка действительно такая …
Когда
она подошла достаточно близко, Ли Сюэ заключила ее в объятия и сказала:
Ей нужно много работать, чтобы совершенствоваться. Если бы только она
могла понять свою мать, то заметила бы, что позже вечером ее мама
собиралась взять ее в «замороженный уголок», чтобы насладиться ее
любимым мороженым. Но с тех пор …»
Прежде чем она успела закончить
свои слова, руки принцессы обвились вокруг ее шеи, останавливая ее
слова с неожиданной силой. -Конечно, мама! Вэйвэй понимает тебя лучше
всех. Если не я, то кто еще мог бы так хорошо понять тебя в этом мире, —
девочка на мгновение замолчала. Она перевела взгляд на мужчину,
стоявшего в стороне. После недолгого раздумья она добавила с улыбкой: —
кроме папы Ангела в вопросе!»
— А теперь, мама, не угостить ли нас мороженым попозже вечером?» — Спросила она, выжидающе глядя на мать.
Ли
Сюэ не ответил. Сжав губы, она просто смотрела на нее и ждала, чтобы
увидеть больше ее драматизма. И к ее ожиданиям, ее маленький дьявол
вскоре моргнул своими щенячьими глазами на нее, когда она спросила: «моя
драгоценная Мама, ты все еще не удовлетворена словами своего ангела о
масле? Стоит ли мне попробовать что-то более хорошее?»
Мать
скосила на нее глаза, на что маленькая Вэйвэй склонила голову набок,
чтобы лучше видеть выражение лица матери. Прочитав достаточно, она
честно оправдывалась: «мама, почему ты злишься? Я просто следую вашим
учениям. Вы сказали, что мы всегда должны быть честны в своих словах и
намерениях. Вот я и был таким. Неужели я сделал что-то не так?»
Ли Сюэ снова лишился дара речи. Были ли какие-нибудь слова, которыми она могла бы опровергнуть свои собственные слова?
В
стороне, Шуфен, который был свидетелем всего этого, больше не мог
сдержать смех. Вырвавшись однажды с глубоким Громовым смешком, он
сказал:»всегда горько пробовать собственное лекарство».
Женщина
сердито посмотрела на него, но ничего не ответила. Снова посмотрев на
дочь, она сказала: «Ты, маленький дьяволенок, давай сначала
приготовимся. Посмотрим позже, будет ли у меня настроение угостить вас
мороженым вечером». — Сказала она и, повернувшись спиной к мужчине,
стала подниматься по лестнице. Но это было не раньше, чем она напомнила
мужчине.
— Мистер Вельзевул, если вы хотите пойти со мной, то лучше приготовьтесь до того, как мы это сделаем!»
Фэн-Шуфэнь улыбнулся ей вслед, когда она ушла. Насколько приятной и красочной стала его жизнь с ними рядом?
Как
раз в этот момент у него в кармане зазвонил телефон. Вытащив его, он
прочел: «Гао фан». Его аура мгновенно изменилась, вернувшись к своей
темной, холодной стороне.
— …- Подключившись к телефону, он не ответил, а просто ждал, чтобы услышать информацию с другой стороны.
Как
будто в этом не было ничего нового, Гао фан мгновенно понял намек и
сказал: «Доброе утро, президент Фэн! Извините за мою неэффективность в
правильном управлении временем. Ваши приказы долго выполнялись, а вчера
было уже очень поздно. Я бы сам позвонил вам вчера, чтобы сообщить
необходимые сведения, но, заметив, что уже довольно поздно, запретил
себе это делать»
-Все нормально. Продолжайте! — мужчина отмахнулся от угрызений совести своего секретаря и попросил его перейти к деталям.
Понимая
приказ лучше, секретарь продолжил: «президент Фэн, ваши приказы были
выполнены, и результаты пришли так, как вы хотели. Чжэн Индастриз теперь
будет находиться под нашим контролем без их ведома. Мы приняли
предложения генерального директора Чжэна и уже заставили его принять
наши. Хотя он знал, что подписание контракта с нами не принесет им
никакой помощи, все же он согласился уступить требованиям, которые мы
создали для их тяжелых времен».
— Хм … — просто промычал
Фэн-Шуфэнь, а затем добавил тоном, который свидетельствовал о плане
разрушения, который он имел в виду. — А теперь давайте официально начнем
игру!»