Путь на северо-восток занял у нас три дня. Всё это время Канаэ Кочо шла рядом, мягко напевая какую-то мелодию и искренне радуясь окружающим пейзажам. Она была воплощением доброты, веря в то, что когда-нибудь люди и демоны смогут жить в мире. Я же, айсер братан, прекрасно знал изнанку этого мира и понимал: тот, к кому мы идём, не имеет ни капли человечности.
Вторая Высшая Луна, Доума. Абсолютный психопат, не способный чувствовать вообще ничего — ни жалости, ни злости, ни скорби. Человек, точнее, монстр, который пожирает женщин, считая, что таким образом «спасает» их от мирских страданий.
Когда солнце начало клониться к закату, мы наконец вышли к окраине густого леса, за которым раскинулась большая, подозрительно тихая деревня. В воздухе отчетливо потянуло неестественным, пронизывающим до костей холодом, смешанным с едва уловимым сладковатым запахом крови.
— Рио-кун, ты тоже это чувствуешь? — Канаэ мгновенно посерьёзнела. Её расслабленная улыбка исчезла, а рука легла на изящную гарду клинка в форме четырехлистного клевера. — Воздух слишком холодный для этого времени года.
— Да, Канаэ-сан, — я медленно вытащил из ножен свой чёрный как ночь Ничирин. Воздух вокруг лезвия сразу же пошёл лёгкими искажениями, предвещая появление призрачных полумесяцев. — Держись за моей спиной и старайся не вдыхать глубоко, если почувствуешь ледяной туман. Это Техника Демонической Крови. Если этот холод попадёт в лёгкие, они просто замерзнут и разрушатся изнутри.
Она удивлённо посмотрела на меня, поражённая моими знаниями, но расспрашивать не стала — времени не было.
Мы двинулись вперёд, ступая по покрытой лёгким инеем траве. На дворе был разгар ночи, но в деревне не горел ни один фонарь. Окна домов были заколочены, а на улицах валялись брошенные вещи. Мы прошли пару десятков метров, как вдруг посреди центральной площади, прямо на крыше двухэтажного деревянного амбара, я заметил силуэт.
Мужчина сидел в расслабленной позе, покачивая ногой. На нём была каштановая парчовая одежда, а на голове красовалась забавная чёрная шапочка, напоминающая корону. В руках он держал два острых золотых веера. Его длинные светлые волосы отливали платиной под лунным светом, но самое жуткое — это его глаза. Семицветные, радужные глаза, на которых чётко были выгравированы кандзи: «Высшая Луна Два».
— Ой, какие гости! — Доума фальшиво-радостно захлопал в ладоши, и его веера издали приятный металлический звон. — Два Столпа? Какая щедрость от господина Убуяшики! Да ещё и такие красивые... Милая девушка и... ого, какой необычный мальчик. Твоя аура... она такая старая и грозная. Напоминает одного моего знакомого из Высших Лун.
Канаэ сделала шаг вперёд, её голос зазвучал твёрдо и чисто: — Это ты убил всех этих людей в деревне? Зачем ты это делаешь? Зачем причиняешь столько боли?!
Доума приставил веер к губам и тихо, почти детски захихикал, а в его радужных глазах не отразилось абсолютно никаких эмоций: — Боль? Что ты, милая, я вовсе не причиняю им боль. Мир людей так полон страданий, болезней и старости. Я лишь проявил к ним милосердие — они теперь живут внутри меня, вечно, избавленные от всех забот. И вас я тоже спасу!
— Заткнись, тварь, — холодно оборвал его я, вставая в стойку. Дыхание Воды ушло на задний план, уступая место тяжелой, древней концентрации. Моё сердце забилось в рваном, мистическом ритме ночного светила. — Твои сказки о спасении оставь для Мудзана. Сегодня ты сдохнешь здесь.
Доума удивлённо приподнял брови, заметив, как вокруг моего чёрного клинка начали хаотично вращаться десятки мелких, светящихся лезвий-полумесяцев.
— Ого! — искренне восхитился демон, резко соскакивая с крыши. В полёте он взмахнул веерами, и в нашу сторону мгновенно устремился густой поток сверкающего ледяного тумана. — Техника Демонической Крови: Замерзающие лотосы!
Воздух в мгновение ока превратился в мириады острых ледяных шипов, готовых разорвать нас на куски и заморозить наши дыхательные пути.
— Канаэ, назад! — крикнул я и сделал резкий выпад вперёд, выплескивая всю накопленную мощь.
— Дыхание Луны. Третий стиль: Ненавистная Луна: Цепи! (San no kata: Engeki ri - Tsuki no asagao)
Я совершил два мощнейших круговых удара сверху вниз. Из моего клинка вырвался колоссальный восходящий вихрь из сотен огромных, острых как бритва полумесяцев. Они двигались по абсолютно непредсказуемым траекториям, с диким свистом разрезая само пространство.
БАТУМ!
Моё Дыхание Луны полностью смяло и уничтожило ледяной туман Доумы ещё до того, как он приблизился к нам. Хаотичные лезвия пробили его ледяные лотосы, превратив их в мелкую крошку, и обрушились на самого демона.
Доума успел выставить свои золотые веера в блоке, но сила атаки была настолько колоссальной, что его отбросило назад на тридцать метров. Он пробил стену амбара, подняв тучу пыли и обломков. Его идеальные деревянные веера покрылись глубокими зазубринами, а с рук начала капать кровь — несколько моих полумесяцев всё же задели его, оставив рваные раны, которые, впрочем, тут же начали затягиваться.
Из разрушенного здания медленно вышел Доума. Его фальшивая улыбка стала ещё шире, а в глазах загорелся фанатичный, исследовательский интерес.
— Невероятно... — прошептал он, слизывая кровь со своей руки. — Это дыхание... Это точно техника Кокушибо-доно! Но ты человек! Как обычный человеческий ребёнок может использовать стиль Первой Высшей Луны?! Это так весело! Мудзан-сама будет в восторге, если я принесу ему твою голову!
Канаэ, стоявшая позади, смотрела на меня широко открытыми от шока глазами. Она никогда в жизни не видела такой разрушительной, пугающей силы у охотника, тем более у одиннадцатилетнего мальчика.
— Рио-кун... что это за сила? — тихо спросила она.
— Это Дыхание Луны, Канаэ-сан, — я не оборачивался, не сводя глаз с Доумы, который уже раскрывал оба своих веера для следующей, куда более масштабной атаки. — Мой предок создал его, но выбрал путь демона. А я использую это оружие, чтобы отправлять таких, как он, в ад. Помогай мне с флангов, рассеивай его мелкие ледяные техники своим Дыханием Цветка, но не подходи близко к его веерам!
— Поняла! — Канаэ мгновенно перехватила клинок, в её глазах появилась решимость. Канон был сломан окончательно — Столп Цветка больше не была беззащитной жертвой. Теперь мы сражались вместе.
— Ну что, поиграем? — Доума сделал легкий шаг вперед, и земля вокруг него начала покрываться толстым слоем льда.
Битва, которая должна была переписать историю организации охотников, началась.