«Неудачу? Что она имеет в виду?»
Ян пристально всмотрелся в лицо Принцессы, на котором застыла улыбка, исполненная лёгкой печали и смирения перед неизбежным.
— Я поняла, что Дракула нашёл тех, кто подходит на роль его потомков куда лучше, чем собственные дети…
Не успел Ян ничего ответить, как Принцесса продолжила:
— Вспомни мои титулы! Та, что ходит под солнцем. Та, кого не удержат текучие воды. Та, что не страшится святости!
С этими словами она раздвинула шторы, впуская в комнату яркий дневной свет. Солнце ещё стояло высоко, и его лучи хлынули из окна, окружив силуэт Принцессы ослепительным сиянием.
— Взгляни. Даже сейчас я способна стоять под солнечными лучами.
Именно это зрелище когда-то повергло Яна в ужас при их первой встрече.
Солнце было силой, которой страшились даже вампирские старейшины, не смевшие приближаться к его лучам. Поэтому появление вампира, способного свободно разгуливать средь бела дня, стало настоящим потрясением для всех охотников.
Принцесса подняла указательный палец правой руки и подставила его под солнечный луч, падавший из окна у неё за спиной.
Затем она начала понемногу отводить кровавую энергию, защищавшую её руку, и беспощадный солнечный свет тут же принялся обжигать белоснежную кожу.
*Пшшшшшш…*
С горькой улыбкой Принцесса восстановила обожжённый палец и вновь посмотрела на Яна.
— Однако те, кто заключил договор священной крови… Те, кто вступил в соглашение с моим Отцом не как члены кровной семьи, а как представители кровавого братства, могут совершенно беззаботно нежиться под солнцем.
За долгие годы наблюдений Принцесса пришла к выводу, что в использовании исконных вампирских способностей, будь то управление кровью или подчинение чужих душ одним лишь подавляющим могуществом своего присутствия, кровная семья по-прежнему превосходила кровавое братство.
Однако за эту силу приходилось платить немалую цену.
Для применения своих способностей члены кровной семьи расходовали драгоценную кровь, а чтобы восполнить скудные запасы маны, им приходилось питаться человеческой кровью, преобразуя заключённую в ней жизненную эссенцию в магическую энергию. Подобный способ был крайне неэффективен.
Но теперь времена изменились.
— Я способна ступить на текущую воду и пересечь её, тогда как они могут совершенно свободно в ней плавать.
Для кровавого братства расход крови больше не был необходимостью.
Дарованное им благословение не наделяло их способностью извлекать ману из крови, как это делали их предшественники. Вместо этого оно изменяло сами их тела, делая их гораздо более приспособленными к накоплению магической энергии.
А если учесть, что одним из благословений кровавого братства была вечная молодость, со временем они вполне могли сравняться по могуществу с кровной семьёй, а то и вовсе превзойти её.
— Я могу с гордостью стоять перед священными реликвиями, тогда как они даже не понимают, с какой стати должны их бояться.
Представители кровавого братства могли развивать свои способности и становиться сильнее, питаясь кровью не только людей, но и других существ.
Принося кровь своей добычи в жертву 《Владыке Неутолимой Жажды》, они получали новые благословения, постепенно наращивая своё могущество.
Подобный способ существования в корне отличался от жизни прежних вампиров, вынужденных питаться человеческой кровью.
А поскольку изменилась сама природа их существования, представители кровавого братства оказались гораздо меньше скованы ограничениями, которые, согласно древним преданиям, издревле тяготели над кровной семьёй.
Именно так Принцесса, сама принадлежавшая к кровной семье, объясняла произошедшие с вампирами перемены.
— Ну, разумеется, если вонзить им в сердце железный кол, они по-прежнему умрут. Но разве с вами, людьми, не произойдёт то же самое?
Вероятно, если бы перед ними предстал жрец, поклоняющийся не самому солнцу, а солнечному божеству, его сила причинила бы им куда больший вред.
И если бы вместо обычной проточной воды им пришлось столкнуться с водами реки загробного мира, протекающей глубоко под землёй, представители кровавого братства наверняка тоже испытали бы страх.
Если бы против них использовали не обычную священную реликвию, а оружие, изготовленное из костей святого и освящённое священной кровью, даже они не смогли бы избежать его воздействия.
Однако, как уже заметила Принцесса, от подобного оружия погиб бы и самый обыкновенный человек.
Иными словами, в повседневной жизни представители кровавого братства практически ничем не отличались от людей.
Ян с трудом подавил внезапно нахлынувшее желание повысить голос. Некоторое время он молча размышлял над услышанным, пытаясь понять, к чему на самом деле клонит Принцесса, прежде чем наконец заговорить.
— Почему?
— Хм?
— Тогда почему ты сражалась? Ради кровавого братства, а не кровной семьи. Ради тех, кто никогда не был твоими подданными. Почему ты согласилась играть роль шута?
— Ты ошибаешься.
Принцесса покачала головой.
— Ведь я Принцесса.
Как она уже объясняла, Принцесса считала кровавое братство одной из ветвей аристократов ночи, а смысл её собственного существования видела в том, чтобы вести аристократов ночи за собой.
— Так почему же я не могу стать шутом ради своих подданных?
Принцесса рассказала о напряжённых отношениях между кровавым братством и охотниками. Даже во времена второго поколения многие охотники нулевого поколения продолжали активно действовать, а потому недавно возникшее кровавое братство всё ещё вызывало у людей неприязнь и настороженность.
Именно поэтому Принцесса добровольно согласилась играть роль шута и стать идолом, превратившись в своего рода музейный экспонат, выставленный на всеобщее обозрение.
— Даже если они не признают во мне свою Принцессу, для меня они всё равно остаются подданными.
А долг Принцессы заключался в том, чтобы защищать своих подданных, помогать им пустить корни на этой земле и обрести место, где они смогут жить, не опасаясь за своё будущее.
Почему же она добровольно вступила в схватку с невиданным прежде бедствием в виде врат S-ранга?
Врата уже находились на грани разрушения, и, если бы их оставили без внимания, человечество понесло бы колоссальные потери. Воспользовавшись последовавшим хаосом, кровавое братство, возможно, даже сумело бы возвыситься и занять положение правящего сословия новой эпохи.
Однако Принцесса смотрела на ситуацию совершенно иначе.
Если кровавое братство действительно хотело выжить в Эпоху Созвездий, надвигающуюся катастрофу следовало предотвратить любой ценой.
Ведь только заслужив признание в качестве полноправных членов общества, представители кровавого братства смогли бы обрести стабильное будущее и спокойно процветать, не опасаясь новых преследований.
— И в тот день, когда я остановила врата S-ранга, моя роль была исполнена. Теперь никто больше не считает кровавое братство врагом человечества. А значит, мой долг…
Постепенно стихли даже голоса тех, кто прежде называл кровавое братство врагом всего человечества. Ведь когда мир столкнулся с беспрецедентной угрозой в лице Врат S-ранга, именно представители кровавого братства первыми бросились в бой.
Хотя, если быть точным, та, кто сражалась на передовой, принадлежала вовсе не к кровавому братству, а к кровной семье.
Однако теперь уже не осталось никого, кто помнил бы об этом различии.
— Моя ценность… Теперь она исчерпана.
Но Ян услышал в словах Принцессы совсем иной смысл.
Наша эпоха подошла к концу. Война между вампирами и охотниками закончилась ещё в 1999 году.
***
— …Теперь я понимаю истинную ценность кровавого братства.
Само существование кровной семьи было исполнено противоречий. Вампиры пожирали людей, но в то же время не могли существовать без них.
За исключением таких необычных созданий, как Принцесса, пополнять свои ряды они могли лишь за счёт людей, которые, в свою очередь, считали вампиров своими врагами.
Однако с кровавым братством всё обстояло иначе. Пусть для появления новых представителей им тоже требовались люди, это вовсе не означало, что они непременно должны были становиться врагами человечества.
А если учесть дарованное им благословение вечной молодости, то спустя невообразимо долгое время на Земле и вовсе могли остаться одни лишь представители кровавого братства…
«А, нет. Вряд ли. Ведь те, кто заключил договоры с другими Созвездиями, наверняка тоже обладают подобными способностями.»
Возможно, однажды соотношение обычных людей и тех, кто заключил договоры с Созвездиями, изменится на противоположное. А спустя ещё какое-то время почти всё население мира будет состоять из обладателей таких договоров.
И если подобное будущее действительно наступит, то в определённом смысле кровавое братство всё-таки осуществит своё «завоевание мира».
Вот только произойдёт это совершенно иным путём, не имеющим ничего общего с насильственным господством, к которому стремилась кровная семья.
— Но тогда почему ты не создаёшь новых членов кровной семьи?
— Я ведь уже сказала. Мы потерпели неудачу. Я понимаю, что времена изменились.
Перемены проявлялись в том, как представители кровавого братства беззаботно нежились под солнечными лучами.
Перемены ощущались в самой мане, наполнявшей окружающий воздух.
Перемены заключались в том, что…
— Теперь я больше не слышу голоса Отца.
Её связь с Предком оборвалась.
Ян знал, что Принцесса была создана как особое боевое оружие и одновременно как верховная жрица, призванная подготовить мир к нисхождению Дракулы.
Рождённая из чистейшей крови старейшин, она была ближе к Предку, чем кто-либо другой, и могла слышать его голос яснее и отчётливее всех остальных.
Но если даже верховная жрица больше не получала божественных откровений…
— Тогда кровная семья…
Ян уже собирался продолжить свою мысль, но в этот момент Принцесса заговорила первой.
— Заклятый враг мой.
Она улыбнулась. Уголки её губ слегка приподнялись, однако в глазах застыла горькая, щемящая печаль.
— Кровной семьи больше нет.
И лишь теперь Ян, кажется, начал понимать, почему из всех людей Принцесса ждала именно его.
— Заклятый враг мой. Я всего лишь лучшее из неудачных творений.
Принцесса обладала огромным могуществом, однако даже такой силы было недостаточно, чтобы преодолеть пропасть, разделявшую кровную семью и кровавое братство.
— Даже если я вновь создам кровную семью, это лишь положит начало бесконечному появлению новых неудачных творений, само существование которых будет противоречить воле моего Предка.
Принцесса верила, что наконец постигла истинную волю Короля, а потому ей оставалось лишь смириться с неизбежным.
— И рано или поздно мы всё равно вымрем. Ведь в эту эпоху нам больше нечего пить.
Принцесса добавила что-то ещё, однако Ян уже поднялся с места.
— Ну что же, заклятый враг мой? Как поступишь? Не настало ли время наконец завершить нашу давнюю битву?
На кончике её пальца выступила капля крови. Она запульсировала, словно вздымающаяся волна, стремительно увеличилась в размерах и, застыв, обратилась в изящную рапиру.
Однако Ян прекрасно помнил, каким оружием Принцесса предпочитала сражаться на самом деле.
Огромным двуручным мечом, почти равным ей самой по росту.
Он пристально посмотрел на неё.
— …Не втягивай меня в своё самоубийство.
На мгновение лицо Принцессы застыло от удивления. Затем она вновь напустила на себя привычный самоуверенный вид, но удержать его надолго не смогла, и её губы искривились в горькой усмешке.
— Как проницателен ты, однако.
— Хочешь напоследок погибнуть трагической смертью, чтобы навсегда остаться в памяти кровавого братства? Чтобы они вспоминали тебя как свою «Принцессу»? Не рассчитывай, что я исполню твоё желание. Ни лёгкая смерть, ни почитание в качестве мученицы тебе не положены. Для тебя это слишком большая роскошь.
С этими словами Ян надел мангон и вновь исчез из виду, как и в тот момент, когда незаметно проник в комнату.
— Так и оставайся навеки чужой среди подданных, которые не признают тебя своей Принцессой. Всего лишь застывшим музейным экспонатом, которому нет места среди них.
Принцесса устремила взгляд туда, где стоял невидимый охотник, и напоследок задала ему вопрос:
— А что же ты сам, заклятый враг мой?
— …
— Если пожелаешь узнать, что сталось с твоими прежними товарищами, начни с Бладвеба. Это пристанище таких же стариков, как я, что никак не могут расстаться с тоской по ушедшей эпохе.
Ян ничего не ответил и молча покинул гостиничный номер.
Вслед ему донеслось тихое пение Принцессы.
Кровавая сеть разорвана. Не осталось нитей, чтобы сшить её вновь, и уже не продеть нить сквозь разорванные ячейки.
И никогда больше кровь не свяжет нас узами родства.
***
— Ой, а где же ваш гость?
Хотя менеджер уже вернулась, гостя, о котором говорила Принцесса, нигде не было видно. Принцесса невозмутимо кивнула.
— Он уже ушёл. Видимо, его ждало немало дел, вот он и поспешил откланяться.
— Ах, как жаль! А я так надеялась познакомиться с вашим другом.
Принцесса, как обычно, ограничилась лишь молчаливым кивком.
Некоторое время менеджер составляла ей компанию за чашкой кофе, поддерживая непринуждённую беседу. Затем, воспользовавшись предлогом убрать оставшиеся угощения, она незаметно отправила сообщение высшему руководству ордена.
[Принцесса вступила в контакт с посторонним лицом. Личность не установлена.]
Сама менеджер принадлежала к числу высокопоставленных членов кровавого братства, состоявших в Красном ордене.
Отношение представителей кровавого братства к Принцессе во многом зависело от их положения и могущества.
Новички, лишь недавно вступившие в его ряды, боготворили Принцессу, словно настоящего идола.
Однако по мере того, как они поднимались по ступеням иерархии охотников и достигали всё более высоких рангов, к ним постепенно приходило осознание того, кем на самом деле была эта Принцесса – одним из самых ужасающих вампиров, с которыми когда-либо сталкивалось человечество. Тем самым чудовищем, которое сражалось даже против Шести основателей.
Лишь те, кто знал эту истину и при этом сохранял непоколебимое чувство долга, могли оставаться рядом с Принцессой, исполняя обязанности её надзирателей.
Однако существовали и те, кто стоял над самими надзирателями.
Истинные правители Красного ордена, опутывавшие своих подчинённых нитями долга и управлявшие ими, словно марионетками.
『Первобытная сущность особой категории опасности 《Владычица Королевской Крови》 вступила в контакт с посторонним лицом. Личность не установлена.』
『Что известно об этом постороннем?』
『Личность неизвестна. Удалось установить лишь местонахождение.』
『Шеол, верно?』
『В таком случае свяжитесь с епископом, ответственным за этот регион.』
Это были Звёздные епископы.