«Проверить, как это теперь работает?»
Как раз вовремя: после поглощения твари Хаоса в тело Айзека влилось немало веры.
Он собрал текущий по ладони Цвет извне в плотный сгусток и заставил его растечься, словно жидкость.
Цвет обвился вокруг останков Распорядителя конца света.
Тогда Айзек снова уплотнил его — до состояния твёрдого вещества.
В этот момент из обломков туши выползло несколько Многоликих пауков, прятавшихся внутри.
Они быстро обошли Айзека и бросились со спины.
Из лужи Цвета извне вокруг мёртвого чудовища мгновенно выросли острые шипы.
Туп-туп-туп-туп!
Пауков прошило насквозь.
А шипы тут же растаяли обратно в жидкость, затем разошлись дымкой и растворились в воздухе.
«Полезно. Но если захочу делать конструкции прочнее или точнее, придётся тратить намного больше божественной силы».
Даже в таком виде способность выглядела чрезвычайно гибкой.
И главное преимущество Цвета извне оставалось прежним: если вокруг хотя бы немного темно, заметить его очень трудно.
Применение точно найдётся.
— Айзек!
Он тут же распустил Цвет извне газом.
Башул то ли вообще ничего не увидел, то ли принял остатки за части убитой твари — подозрения на лице не было.
Зато сам Айзек вызвал у него недоумение.
Старший рыцарь оглядел его сверху вниз.
— Рыцарь Грааля... Вы вообще в порядке?
— А что со мной... А.
Все живые существа, которых касалось тело Распорядителя конца света, либо растворялись и поглощались, либо получали тяжёлые ожоги и разрывы.
У самого Башула по коже тянулись рваные и обугленные следы. Особенно плохо выглядела нога: рана на подъёме, пробитом щупальцем, заставляла его прихрамывать.
— Похоже, это газообразное тело на самом деле состоит из колонии мельчайших существ, — быстро придумал Айзек объяснение. — Они агрессивны ко всему живому, поэтому набрасываются и пожирают всё подряд. Но когда погиб управляющий центр, общая враждебность исчезла.
— А... понятно.
Отдельные Многоликие пауки, успевшие оторваться от основной массы и обзавестись каким-никаким самостоятельным поведением, продолжали нападать.
Но это был лишь вопрос времени.
Такие существа редко могли долго существовать отдельно.
Айзек и раньше знал, что Цвет извне способен оставлять мелкие раны: ещё во владении Исакреа он однажды напугал этим Делию Лион.
Однако тогда ему казалось, что серьёзного физического урона способностью не нанести.
Распорядитель конца света, похоже, был устроен иначе — всё-таки тварь из загробного мира.
— Его Величество в порядке?
— Да. Но...
Башул тяжело оглянулся.
У кареты, привалившись спиной к борту, сидела Рене и хватала ртом воздух.
Она закашлялась — и изо рта хлынула кровь, заливая доспех.
Айзек мгновенно подошёл ближе.
— Подождите. Только что с ней всё было нормально.
— Было. А потом что-то пошло не так... За священником уже послали.
Один из солдат не отходил от Рене, следя за состоянием.
Вальтземер заставил сияние рогов разгореться ещё сильнее и направил свет на неё.
Обычно такое очищающее пламя сжигало бы почти любое проклятие.
Рене не становилось лучше.
Айзек поспешно достал Плащаницу Карлайла.
— Что это? — спросил Вальтземер.
— Реликвия, которая лечит раны, расходуя кровь. Она принадлежит Алому Граалю, но мы спасаем доблестного рыцаря — думаю, Кодекс Света простит нам такую вольность!
Никто не стал придираться.
Айзек обмотал Плащаницей Карлайла грудь и живот Рене, затем порезал собственную ладонь и позволил крови пропитать ткань.
Плащаница потемнела до густого багрового и активировалась.
Лицо Рене не порозовело.
Значит, дело не в проклятии и не во внутренней травме обычного рода.
— Рыцарь Рене Ромерк до этого показывала какие-нибудь странные симптомы?
— Только после высшей техники против того чудовища кашляла очень сильно... больше ничего.
Лицо Айзека застыло.
И в этот момент Рене снова согнулась в кашле — таком тяжёлом, будто сейчас вывернет наружу внутренности.
Кровь выплеснулась на землю.
В ней шевелились кусочки органов.
И маленькие чёрные ноги.
Все вокруг побледнели.
Рене, и без того белая как полотно, раскрыла рот и дрожащими пальцами ощупала губы и язык.
— Что это...
Внутри рта копошились чёрные конечности.
В тот момент, когда Рене вонзила меч в тело Распорядителя конца света, она сбила дыхание и вдохнула часть его жидкой массы.
Вот почему кашель начался ещё тогда.
Осознав, что происходит, Рене оцепенела от ужаса.
Потом в панике начала стаскивать доспех и тянуться за мечом.
И тогда Вальтземер поднял копьё.
— Ваше Величество!
Хруст.
Айзек попытался остановить его, но острие уже прошло сквозь грудь Рене.
Её глаза широко раскрылись, затем медленно помутнели.
Пламя вспыхнуло на наконечнике и пошло внутрь тела.
Многоликие пауки и прочая нечисть внутри неё загорелись первыми.
Потом огонь поглотил и саму Рене.
Через несколько мгновений на месте, где она сидела, остались только белые кости и куски обугленных доспехов.
Вальтземер долго смотрел вниз.
— Она погибла, защищая меня. Почтить её по высшему разряду.
Башул прикусил губу и кивнул.
— Да, Ваше Величество.
Айзек тоже смотрел на останки Рене с тяжестью в груди.
Он не злился на императора за то, что тот не стал искать другой выход.
В последнюю секунду Рене и сама пыталась распороть себе живот.
Страх лишил её способности рассуждать.
Копьё Вальтземера скорее просто сократило мучения.
И всё же Айзек никак не мог избавиться от мысли: если бы он раскрыл свою силу, возможно, ещё удалось бы что-то сделать.
Ведь существа внутри Рене тоже принадлежали Хаосу.
Может быть, он сумел бы их подчинить.
— Айзек.
Вальтземер положил ладонь ему на плечо и заставил подняться.
Айзек поднял голову.
Из домов уже начали выходить люди.
Горожане, спрятавшиеся при нападении чудовищ, теперь один за другим выбирались наружу и сбивались в толпу.
— Подними голову. Покажи им, что стоишь перед ними живой и несломленный. Это люди, которых ты спас.
Вдали появилась Изольда, возвращавшаяся с отрядом городской стражи после подавления хаоса в центре.
Все вокруг смотрели на рога императора, сиявшие как солнце.
Знак был настолько ясным, настолько неоспоримым, что люди сначала ахнули, а затем один за другим начали опускаться на колени.
— Его Величество победил чудовище...
Кто-то прошептал.
Шёпот разошёлся, как огонь по сухой траве.
— Император спас нас!
— Да здравствует Его Величество!
Голоса становились громче.
Люди плакали, падали ниц и снова кричали слова благодарности.
Перед ними стояло Священное Тело — чудо, посланное богом, и именно оно пришло их спасти.
То, что чудовище вообще появилось здесь, потому что целью был сам император, никого уже не интересовало.
— Слушайте меня!
Вальтземер перекрыл толпу одним голосом.
План «тихо приехать и тихо уехать» окончательно отправился в мусор.
Солдаты выстроились вокруг, усиливая величие картины.
— Спас вас не я. Вас спас человек, стоящий рядом со мной, — рыцарь Грааля Айзек Исакреа!
Айзек резко обернулся к императору.
Тот лишь хлопнул его по плечу и взглядом приказал смотреть вперёд.
— Я тоже воспользовался помощью рыцаря Грааля. Нечестивые еретики напали на наших граждан, но мы — народ, верный истинному богу! Кодекс Света воскресил рыцаря Грааля, чтобы тот вновь проводил Его волю на земле!
Айзеку стало не по себе от настолько щедрой похвалы.
Тем более что нападавшими были прислужники Хаоса, а агент Алого Грааля, за которым он сам позволил продолжать наблюдение, оказался частью заговора.
Люди погибли.
Рене погибла у него на глазах.
— Я благодарю тебя и воздаю тебе честь, Айзек Исакреа.
Но когда взгляды толпы переместились на него, вместе с ними хлынула вера.
Огромная.
Тяжёлая.
Наполненная благодарностью, восхищением и почти отчаянной потребностью верить, что спасение существует.
Айзек физически почувствовал её давление.
И не смог отвернуться.
— Рыцарь Грааля вернулся к нам!
Вальтземер поднял его руку.
Толпа ответила криком.
За бесчисленными головами Изольда смотрела на Айзека с непривычным выражением лица.
— Рыцарь Грааля вернулся!
— С нами Айзек Исакреа!
Это был ослепительный поток славы — почти болезненный своей силой.
— Зачем вы это сделали?
— Что именно?
Император снова собирался в путь.
Он приехал тайно, поэтому охраны с собой взял немного. Теперь маршрут раскрыт убийцам, и медлить становилось опасно.
Дитрих пообещал добавить людей, но лучшим решением всё равно оставалось покинуть город до того, как слухи разойдутся окончательно.
— Зачем вы сказали горожанам, будто спас их я?
— Разве я солгал?
— ...Без вашего сияния погибших было бы намного больше. Без молний Халтавы у чудовища не появилось бы слабого места. Без Башула и Рене у меня вообще не возникло бы возможности нанести решающий удар. Я лишь поставил последнюю точку.
Вальтземер расхохотался.
Он смеялся ещё несколько секунд уже внутри кареты, а потом, будто между делом, заметил:
— Ты и правда совершенно не умеешь быть любимым.
— Что вы имеете в виду?
— Ничего. Давай разберём по порядку. Кто первым понял, что готовится заговор?
— Я.
— Кто первым нашёл призывателя, убил его и тем самым сорвал ритуал?
— ...Я.
— Кто добывал доказательство, что за всем этим стоит Культ Бессмертия?
Айзек промолчал.
Вальтземер не стал добавлять ещё один очевидный вопрос: кто добил чудовище после того, как даже императорские гвардейцы пострадали.
Вместо этого он снова похлопал Айзека по плечу.
— Я понимаю, почему тебе тяжело. Столько людей ранено и погибло, а теперь кажется, будто вся слава досталась одному тебе. Но привыкай. Так будет ещё много раз. Герой — это человек, который в одиночку сидит на троне, сложенном из множества трупов.
Айзек вспомнил, что Вальтземер сам был героем войны — победителем после бесчисленных междоусобиц.
Под его ногами лежали тела не только врагов.
Там были союзники, друзья, собственные солдаты.
И именно такому человеку предстояло подражать Айзеку, если он действительно хотел поднять Поход Рассвета и заслужить необходимую славу.
Император кивнул в сторону людей, всё ещё окружавших карету и выкрикивавших благодарности.
— Эти люди измучены и напуганы. Им нужен герой. Ты станешь для них знаком надежды. А вскоре Дитрих объявит о твоей помолвке с Изольдой. После такого события жители Лужуберга довольно быстро вытеснят из памяти сегодняшний ужас.
— ...Но героем могли стать вы. Опыт у вас уже есть.
В тоне Айзека слышалось явное недовольство.
Вальтземер тихо рассмеялся.
— Если я полезу в центр сцены в день твоего возвращения, люди решат, что старик совсем потерял чувство меры и захотел отобрать чужие аплодисменты.
Прожектор должен светить на одного человека.
Айзек и сам уже понимал намерение императора.
Но перед глазами всё равно стояла Рене, кашляющая паучьими ногами.
— Кстати, — продолжил Вальтземер, — среди вещей призывателя нашли вот это.
Он достал из-за пазухи предмет.
Анкх — искривлённый, помятый, весь в следах зубов.
Но первоначальную форму знака Кодекса Света всё ещё можно было узнать.
— Это...
— Мы проверили. Похоже, этот человек когда-то был священником. На теле обнаружили татуировку с молитвенным текстом, нашли и монастырь, к которому он принадлежал. Подробности ещё выясняются.
Айзек понял, куда ведёт император, и по спине прошёл холод.
Вальтземер заговорил очень тихо.
И в этой тишине его жажда убийства ощущалась сильнее любого крика.
— Да. Очень возможно, что за заговором стоит сама церковь Кодекса Света.
— Но зачем церкви...
— Ты серьёзно спрашиваешь? Для некоторых из них само моё существование — заноза в глазу. Подумать только: земная власть посмела откусить кусок от власти небесной! Но мои рога не позволяют избавиться от меня открыто.
Вальтземер фыркнул.
— Или они специально хотели меня разозлить. Подсунуть след Культа Бессмертия и сказать: «Ну что, и теперь будешь сидеть спокойно?»
— Но Культ Бессмертия действительно участвовал.
— А мы с тобой и Башулом знаем, что внутри церкви, возможно, есть люди, которые по какой-то причине сотрудничают с Культом Бессмертия.
Айзек замолчал.
Значит, Вальтземер знал и о том, что Башул служит Элилю, и о его ненависти к церковной верхушке — и всё равно держал рядом.
— Они убили Рене. Сейчас я не могу обнародовать всё, что знаю. Но забывать не собираюсь. Я найду предателей и сверну им шеи.
Император повернулся и пристально посмотрел Айзеку в глаза.
— А для этого мне нужна твоя помощь.
Только теперь Айзек в полной мере почувствовал, насколько далеко простираются амбиции Вальтземера.
Возможно, титула императора Белой Империи ему будет мало.
В истории уже существовал человек, желавший власти ещё большей.
Элиль — Король-завоеватель.
Хотел ли Вальтземер стать новым Элилем?
Проверить это Айзек не мог.
Да и, если честно, сейчас его занимало другое.
«Как император нашёл анкх, которого не заметил даже я?»