Тун Синьяо пригласила поужинать в известный ресторан домаш-ней кухни,
принадлежавший семейству Дун. В последние годы домашняя кухня
пользовалась благосклонностью клиентов. Термин «домашняя кухня» говорил
сам за себя, подразумевалась еда, приготовленная в домашних условиях.
Как правило, это были коронные блюда хозяина заведения.
Классические
рестораны домашней кухни обычно не имели ника-кой вывески
и определённого меню, даже не нанимали официантов, однако рецепты блюд,
что там готовились, зачастую были унаследованы от предков, еда обладала
уникальным вкусом и была в ограниченном количестве, в обычных ресторанах
её было не отведать.
Конечно, в первоклассных ресторанах
домашней кухни были очень высокие цены, вдобавок обычно требовалось
зарезервировать места задолго до своего визита. В некоторых элитных
ресторанах домашней кухни за один день обслуживался только один стол.
Если места была зарезервированы уже на полгода вперёд, то вообще
невозможно было договориться о визите.
Но Тун Синьяо впервые
угощала людей, причём угощала двух звёздных боссов, поэтому подавшая
ей идею Минь Ли приложила максимум усилий и задействовала все свои
связи, чтобы договориться с владельцем ресторана семейства Дун.
Вообще-то
в столице имелось достаточно пятизвёздочных отелей, и насчёт ужина
не стоило так хлопотать, однако Минь Ли считала, что тогда Тун Синьяо
не удастся в полной мере продемонстрировать свою искренность, так что
ресторан домашней кухни был необходимым решением.
Данное
заведение скрывалось в частном дворе на Южной улице. Было лишь видно,
что чёрную каменную черепицу и белые стены окружают ярко-зелёные
деревья. Обстановка была очень изысканная.
Лу Чэнь похвалил: «Синьяо не ошиблась, выбрав это неплохое место».
Чэнь Фэйр кивнула: «Синьяо, видимо, пришлось постараться, чтобы суметь в последний момент зарезервировать места…»
Она
длительное время прожила в столице, имела хорошее пред-ставление
о ресторанах домашней кухни и знала, как сложно зарезерви-ровать места
в последний момент. Она предполагала, что Тун Синьяо повезло, возможно,
сегодня кто-то из клиентов неожиданно отказался от своего визита или
появились ещё места. Но, как бы там ни было, догово-риться все равно
было нелегко.
Личико Тун Синьяо покраснело: «Я тут ни при чём, это сестрица Ли мне со всем помогла».
Лу Чэнь
и Чэнь Фэйр с улыбкой обменялись взглядами. Обоим людям нравился
характер Тун Синьяо. Хоть она и происходила из состоятельной семьи, она
никогда не вела себя как избалованная де-вица, которой все должны
потакать. Она была смышлёной, здравомыс-лящей и послушной, даже
обретённая популярность её не испортила.
Минь Ли со смехом
произнесла: «В этом вовсе нет моей заслуги. Когда семейство прознало
о визите таких двух суперзвёзд, как директор Лу и директор Чэнь,
то специально выделило места и любезно пригла-сило всех к столу».
Лу Чэнь
невольно улыбнулся. Всё-таки Лу Си сделала правильный выбор, приставив
к Тун Синьяо эту совмещавшую обязанности агента и помощника женщину.
Ворота
во двор были закрыты. Минь Ли подошла и легонько посту-чала в дверной
молоток в виде льва. Спустя мгновенье кто-то вышел наружу и открыл
ворота.
Ворота открыл толстяк с радостным пухлым лицом. При виде
Лу Чэня и остальных пара маленьких глазёнок тотчас сощурилась,
превра-тившись в узкие щели. Человек, сложив ладони вместе, поклонился
и с улыбкой сказал: «Только что услышал стрекотание сороки, сразу понял,
что уважаемые гости прибыли. Прошу вас пожаловать в ресторан. Это
действительно огромная честь для нас!»
Своим превосходным пекинским диалектом, широкой улыбкой и почтительным отношением встречающий сразу расположил к себе гостей.
Минь Ли спросила: «Вы владелец Дун?»
«Конечно же, я…»
Толстяк, расплывшись в улыбке, вымолвил: «Вы ведь мисс Минь? Пожалуйста, пройдёмте за мной».
Под
его руководством люди переступили порог двора и пошли по тропинке
из каменной плитки. Ударивший в нос аромат свежих цветов мигом взбодрил
всех.
В глаза первым делом бросился опрятный, изысканный двор.
Несколько комплектов столов и стульев и беседка были укрыты белой
тканью. Расположенные слева и справа флигели были поделены на множество
отдельных кабинетов, в отделке которых сочетались китайский и западный
стили. Помещения были изящны и не лишены вкуса.
Лу Чэнь
и остальные вошли в один из отдельных кабинетов. Внутри было тепло.
На столе уже были расставлены столовые приборы, поднос с фруктами
и холодные закуски. Оставалось только занять места.
Толстяк сам
хлопотал над тем, какие напитки и блюда принести. В подобных ресторанах
домашней кухни никто не заказывал блюда. Учитывалось количество
посетителей. Что шеф-повар приготовит, то гости и будут есть. Кулинарное
мастерство шеф-повара было на выс-шем уровне, и еда была вкусной. Можно
было ручаться, что гости не разочаруются.
Но, если они всё же разочаруются, то, естественно, перестанут дальше ходить в это заведение.
Хотя
сегодня вечером Тун Синьяо угощала всех, всё же хозяином встречи был
Лу Чэнь. Помимо корреспондента «Народной музыки» Тань Лин, он ещё позвал
Тань Хуна с его семьёй.
Тань Хун сейчас ещё находился в пути, но здесь уже собралось шесть человек. Тун Синьяо также пригласила и Лу Си.
Тань
Лин, похоже, не удовлетворилась интервью, что продлилось несколько
часов. Она продолжила беседовать с Лу Чэнем, разумеется, уже не так
официально, как прежде, но не отошла от первоначальной темы.
На самом деле можно было бы написать толстенную энциклопе-дию
по поп-музыке и традиционной музыке, где бы прослеживалась вся история
их развития. Даже нескольких дней не хватило бы, чтобы всё обсудить.
Чэнь Фэйр с любопытством слушала разговор, а затем тоже вступила
в дискуссию.
Лу Си же заговорила с Минь Ли о рекламном турне Тун Синьяо по стране. В кабинете царила пылкая обстановка.
Вскоре явился Тань Хун вместе с женой и маленькой дочкой.
«Сестрица Фэйр!»
Тань
Хун очень рано женился, его жена, Сун Ваньлю, также была его первой
любовью. В течение двадцати с лишним лет оба человека во всём помогали
друг другу. Их крепкие любовные отношения служили примером для
звёздных пар. У них были сын и дочь.
Сын Тань Хуна в настоящее
время обучался за границей. Дочке, Тань Цзявань, недавно исполнилось
7 лет. В этом возрасте дети были простодушны и активны. Заметив Чэнь
Фэйр, Тань Цзявань немедленно бросилась к ней: «Я так соскучилась
по тебе!»
«Я тоже соскучилась по тебе…» Чэнь Фэйр с улыбкой обняла её и поцеловала в розовую щёчку.
Чэнь
Фэйр была знакома с Тань Хуном много лет и состояла в хороших
отношениях с его семьёй. Больше всего ей нравилась эта девочка.
«Братец Тань, невестка…»
Лу Чэнь
пожаловался Тань Хуну: «Вас теперь действительно непросто пригласить
куда-нибудь. Благо, сегодня помогла корреспон-дент Тань».
С Тань Хуном всё никак не получалось встретиться. Лишь благо-даря Тань Лин удалось разрешить проблему.
Сун Ваньлю усмехнулась: «Этот пройдоха теперь превратился в старого домоседа. Никуда не хочет выходить!»
Тань
Хун родился в 70-х годах прошлого века. Нельзя сказать, что он был
слишком стар, но раз он решил удалиться от шоу-бизнеса, то не собирался
нарушать своего слова.
Тань Цзявань зашумела: «Верно, мама говорит, что папа совсем разленился!»
Все безудержно захохотали.
Лу Чэнь протянул Тань Цзявань обе руки: «Малышка Вань, давно не виделись, дай дяде обнять тебя».
Он был знаком с членами семьи Тань Хуна, но очень редко с ними виделся. Тем не менее ему тоже нравилась Тань Цзявань.
«Не надо!»
Тань Цзявань немедленно отвернулась, сказав: «Мама говорит, что девочкам нельзя просто так обниматься с мальчиками!»
Смех стал ещё громче.
Лу Чэнь с недоумевающей улыбкой потёр нос, сказав: «Твоя мама верно говорит…»
Он осведомил Тань Хуна: «Это Тун Синьяо из моей компании. Вот кто сегодня вечером всех угощает».
Тань Хун кивнул, промолвив: «Здравствуй».
Тун Синьяо с небольшой запинкой произнесла: «Здрав.
…Здравствуйте, учитель Тань, готова выслушать от вас советы!»
Она знала, что придёт Тань Хун, но, увидев его вживую, разволно-валась и невольно поприветствовала его почтительным поклоном.
Тань Хун улыбнулся: «Незачем так церемониться, давайте присядем и поболтаем».
В итоге
все снова уселись. Вместе с Тань Хуном и его семьёй в общей сложности
присутствовало девять человек. Вот уж действительно собралась хорошая
компания.