ХАНС
Я проснулся от жуткой тишины, от её неправильности.
Сначала было ощущение, что я оглох.
Потолок надо мной незнакомый, он намного выше, чем обычно, будто это и вовсе не моя квартира. Линии трещин на штукатурке складывались в формы, которые я не узнавал, тем не менее они казались мне знакомыми...
Я сел, сердце билось слишком громко, тело пронзило холодным потом.
Я чувствовал спокойствие, смешанное с тревогой. Казалось, что все в норме, что все так и должно быть.
Когда я осмотрелся, комната показалась маленькой, узкой: кровать, старый письменный стол, лампа с треснувшим плафоном и открытый ноутбук.
Я нахмурился и встал, осматривая всё вокруг.
В комнате пахло дешёвым растворимым кофе, чем-то чужим — бумагой, пылью, усталостью. Не мой запах.
Не мой дом.
Я провёл рукой по лицу — кожа была тёплая, как и всегда, тело тоже, но было явно что-то не так, что-то не складывалось.
Пол под ногами заскрипел, раздался противный скрежет, так точно не скрипят лестничные пролёты полицейских участков, и так точно не звучали половицы моего дома.
Я подошёл к столу. Множество бумаг лежало рядом с ноутбуком — распечатанная рукопись, исписанная заметками.
Почерк не мой, всё казалось незнакомым. Я не понимал, где нахожусь.
Может... меня накачал тот парень наркотиками, когда я спал?
Но я точно знал, что встал бы от малейшего шороха, сон у меня чуткий.
Имя на исписанном листке ударило по глазам:
Алан
— Чёрт... — выдохнул я.
Экран моргнул, я резко перевёл взгляд на ноутбук, текст, написанный ещё недавно, был изменён.
«Он понял, что находится не дома, но ещё не осознал, что это и есть его ад.»
Я отшатнулся, почти упав на пол, но успев схватиться за лестничную перекладину.
— Это не смешно, — сказал я вслух, хотя в комнате никого не было.
...
— Что за чёрт? Кто это сделал?!
Ответ пришёл не голосом, ответ пришёл изнутри:
«Ты зашёл слишком далеко, Ханс».
Я сжал кулаки.
— Нет-нет... Это глупый розыгрыш.
Но реальность не спорила, она попросту была другой.
Я подошёл к окну — за ним был чужой город, чужие дома, чужие улицы и тёмное тусклое небо — всё то, что я не привык видеть. Я провёл пальцами по стеклу.
— Значит так... — вдохнул я. — Это тот мир, про который говорил Алан? Значит, он не врал? — тихо прошептал я себе под нос.
...Тишина. Я сходил с ума.
«Теперь ты не наблюдатель, а участник».
Я почувствовал, как что-то холодное проскальзывает вдоль позвоночника. Тогда я начал всё рассматривать детально.
Комната — словно сцена, каждый предмет был аккуратно поставлен, тени были идеальны, будто нарисованы.
Я не гость, я персонаж. Это чувство раздражало меня. Я не мог оказаться в другом мире.
Судорожно схватив книгу, я начал листать страницы и увидел себя, своё имя, свои действия, слова, которые я не говорил, и поступки, которые я не совершал..
«Ханс закурил, хотя пообещал себе, что бросит».
Я машинально протянул руку к карману, надеясь, что это просто бред. Но пачка сигарет оказалась там.
— Что за чертовщина? Блядь!!! Ты издеваешься?! Где ты? Кто ты? — прокричал я в полный голос.
Но ответа не было. На столе я увидел кое-что ещё — ручка. Чёрная, странно тяжёлая. На корпусе была едва заметна гравировка:
«Перо создателя».
Я замер. Не потому что испугался, а потому что понял: если это мир Алана, и я внутри его, тогда кто-то смог переписать его.
Я медленно взял ручку в руку, в тот же миг холод разошёлся по коже, как удар током. На экране появилась новая строчка:
«Он даже не подумал, какую цену нужно заплатить за перо».
Я стиснул зубы.
— Узнаю. Убью. — хриплым голосом прорычал я.
Впервые за долгое время я улыбнулся
***
АЛАН
Я вскочил, будто меня облили ведром ледяной воды. Грудь сжало, я не мог нормально вдохнуть.
Первое, что я почувствовал, — холод. Не обычный, а такой, который пробирается внутрь, прямо под кожу.
Я лежал на диване в квартире Ханса, я это знал. Знал как чужие мысли, как подсказки в голове. Всё было слишком неправильным, слишком идеальным. А тени будто... ждали. Я сел и сразу заметил: в комнате точно кто-то был. Нет, не «кто-то», а «что-то»
Запах изменился. Вчера тут пахло увядшими цветами, сейчас — лишь сыростью, как в подвале. Я чувствовал металлический запах.
Я сжал пальцы — на них всё ещё виднелись покрасневшие ранки. Значит, всё происходящее не сон.
— Не смотри-ии... — прошептал голос, поселившийся глубоко в голове.
Не рядом. Не за спиной. А именно в голове.
Я закрыл глаза, но было слишком поздно.
Тень в углу комнаты была толстой, она не повторяла форму мебели, она не двигалась, когда двигался я. Будто существовала отдельно от всего.
— Ты долго привыкал... но теперь ты почти готов.
— Кто ты? — прошептал я.
Мне не было страшно, в любом случае я не верил в происходящее.
Тень дрогнула и сделала шаг вперёд. Я дёрнулся и отошёл к тумбе, прижавшись к ней всем телом.
У тени не было лица, только контур, как у человека, но ощущения от неё были знакомые...
Я бы сказал даже слишком знакомые.
— Ты написал меня... потом забыл, — твёрдо сказал голос. — ТЫ ЗАБЫЛ МЕНЯ!
Внутри всё оборвалось, холодные капли пота постепенно расползались по всему телу, от кончиков пальцев до кончиков ног.
— Это невозможно, — сказал я уже с дрожью в голосе, смотря в пол.
Я не мог забыть про написанного мной героя, это бред, моё воображение. Я чувствовал, как схожу с ума, а разум медленно покидал.
— Ты устал, Алан, — мягко продолжила тень, будто переживала за меня, на минуту мне показалось, что она похожа на живого человека, со своими чувствами, с эмоциями.
— Ты хотел того, кто возьмёт твою боль и оживёт. Ты хотел, чтобы кто-то страдал вместо тебя.
Я сразу же вспомнил.
Строки. Шёпот. Ту самую фразу, от которой всё началось:
«Он проснётся, не там, где уснёт».
— Ала-аан... — она будто усмехнулась мне. — Он — ошибка. Он не должен был узнать. Он не должен был проснуться.
Мерзкое чувство холода сжало грудь.
— Что? Кто он? — голос дрожал, я говорил в пустоту, увидевший меня в этот момент Ханс, посчитал бы меня за сумасшедшего.
Пауза. Слишком длинная.
— ХА-ХА! Но он проснулся, Алан.
В этот момент воздух стал гуще, стены сдвинулись на пару сантиметров, давя на меня. Мой мир сжимался, всё превращалось в сплошную грязь.
Я судорожно выдохнул.
— Ты хочешь, чтобы я переписал книгу? Что ты, блядь, хочешь?
Тень приблизилась, теперь она почти задевала мои ноги.
— Я хочу, чтобы ты закончил её.
Я отвернулся и зажмурился, сжимая голову ладонями.
— Я не писал его таким... — прошептал я, дрожа, но продолжая. — Он должен был быть просто... историей, просто персонажем.
Я засмеялся. Коротко и сухо, словно нездоровый. Тень наклонилась, будто приблизила своё «лицо» к моему уху.
— Ты дал ему шанс стать настоящим, когда взял в руки перо.
Моё сердце пропустило удар. Я медленно открыл глаза. На столе, где вчера ничего не было, лежала чёрная ручка. Та самая — тяжёлая, холодная.
И рядом с ней — открытый ноутбук, которого вчера не было. А на экране... появилась новая строка:
«Он понял, что теперь он не автор. Теперь он — бог. Или же монстр?»
Мои пальцы задрожали, и тогда я услышал стук — чёткий, резкий.
Входная дверь. А за ней знакомый голос:
— Алан... открой.
Голос Ханса. Живого, злого, но главное настоящего. Я понял самое страшное: если я открою, кто-то из нас перестанет существовать.