Глава 257. Непревзойдённое мастерство
— Неплохо, очень неплохо. Твоё Истинное Пламя Жизни уже достигло среднего ранга благородного уровня, — Тань Юнь с жаром в глазах смотрел на пламя под котлом для пилюль.
Если бы это пламя не принадлежало его ученице, он и правда заставил бы Огненное Пламя Изначального Хаоса его поглотить.
То, что учитель с первого взгляда распознал ранг её Истинного Пламени Жизни, Шэнь Субин нисколько не удивило. В её глазах на пути алхимии учитель был всемогущ.
— Спасибо за похвалу, учитель, — сладко отозвалась Шэнь Субин.
— Хорошо, теперь я начну варить пилюлю, — сказал Тань Юнь. — В Рецепте пилюли, который я тебе дал, записаны три способа изготовления Благородной Пилюли Возвращения Души. Ты всё запомнила?
— Учитель, я могу повторить всё без запинки, — с явной гордостью ответила Шэнь Субин.
— Прекрасно. Тогда я воспользуюсь первым способом. Смотри внимательно.
Едва он договорил, как Шэнь Субин тут же села, скрестив ноги, и закрыла глаза. Её чёрные волосы мягко колыхнулись, а невидимое духовное сознание окутало котёл для пилюль. В тот же миг всё происходящее внутри ясно возникло в её сознании.
Когда Тань Юнь тоже выпустил духовное сознание и накрыл им котёл, Шэнь Субин будто что-то заметила. Её длинные ресницы едва дрогнули. «Почему духовное сознание учителя соответствует лишь 1-му уровню Сферы Закалки Души?»
Пока Шэнь Субин втайне недоумевала, Тань Юнь, отличавшийся редкой проницательностью, разумеется, понял, что у неё возникнут сомнения, и внешне невозмутимо сказал:
— Недавно я неудачно попытался прорваться на новый уровень, из-за чего душа получила тяжёлую рану. Боюсь, на восстановление уйдёт не меньше трёх-пяти лет.
Услышав это, Шэнь Субин с укором сказала:
— Это всё вина ученицы. Когда я увидела, что вы не пришли, несмотря на флаг, то подумала, что вы больше не хотите меня принимать.
— Ха-ха-ха! Даже если бы я и увидел флаг, откуда бы мне знать, что это именно ты меня ищешь? А знал бы, что меня зовёт моя драгоценная ученица, пришёл бы давным-давно, — с улыбкой ответил Тань Юнь. — Ладно, кроме вопросов о непонятном в ходе алхимии, всё остальное обсудим после того, как я успешно закончу пилюлю.
— Да, учитель, — послушно отозвалась Шэнь Субин и больше не произнесла ни слова.
По взмаху руки Тань Юня в его ладонь влетели пять духовных трав, окутанных лазурным сиянием и видом напоминавших клочки облаков. Он начал объяснять:
— Эти пять духовных лекарств 8-го ранга, Трава Лазурного Облака Развития Души, заменяют Нефритовую Траву Возвращения Души и по свойствам весьма на неё похожи.
— Нефритовая Трава Возвращения Души относится к воде и несёт в себе Иньскую природу воды. Разница же в том, что Трава Лазурного Облака Развития Души заключает в себе предельную Иньскую природу воды. Поэтому, если использовать её как лекарственную основу для Благородной Пилюли Возвращения Души, нужно в тот миг, когда сосуд внутри низкосортного благородного артефакта раскалится докрасна и начнёт белеть, сразу же бросить туда основу.
Говоря это, Тань Юнь довёл мощь Истинного Пламени Жизни Шэнь Субин под котлом до предела. Вскоре сосуд внутри котла для пилюль, диаметром около пятнадцати сантиметров, раскалился до ярко-красного цвета.
Шэнь Субин внимательно следила духовным сознанием за сосудом внутри котла. В тот миг, когда чёрный сосуд чуть заметно начал белеть, Тань Юнь одной мыслью отправил внутрь пять стеблей Травы Лазурного Облака Развития Души.
Внутри сосуда тут же раздалось резкое шипение, и вскоре пять трав начали медленно плавиться, превращаясь в слой лазурной лекарственной жидкости.
Прошло три дня.
— Когда лекарственная жидкость слегка закипит, сменит цвет с лазурного на зелёный и зелень проявится на три доли, можно начинать добавлять двадцать стеблей Кровавого Цветка Небесного Увечья 7-го ранга, тридцать шесть стеблей Нефритовой Ароматной Духовной Орхидеи 8-го ранга…
Тань Юнь без конца объяснял и один за другим с искусной лёгкостью отправлял духовные травы в котёл для пилюль.
За следующие полмесяца Шэнь Субин по-настоящему ощутила, что мастерство её учителя в алхимии достигло поистине непостижимого уровня.
За эти полмесяца он поместил в котёл всего 1.933 стебля духовных лекарств 16 видов. И свойства каждого лекарства, и даже малейшие изменения цвета лекарственной жидкости при слиянии с другими он подробно разъяснял ей без единого упущения.
Такая всесторонность и такая тонкость в каждой детали ещё сильнее разожгли в сердце Шэнь Субин восхищение своим учителем.
За это время она задала Тань Юню больше сотни вопросов — все они касались тупиков, с которыми она прежде сталкивалась, пытаясь сама изготовить Благородную Пилюлю Возвращения Души.
Выслушав её, Тань Юнь дал ответ на каждый вопрос. Его особая манера объяснять мгновенно проясняла всё, что прежде казалось неразрешимым, и принесла Шэнь Субин огромную пользу.
Всем известно, что в алхимии, помимо отточенных приёмов и умения управлять слиянием лекарственных свойств тысяч трав, превращённых в жидкость, важнее всего — контроль температуры пламени.
От него зависит тончайшее состояние соединения свойств лекарств. Стоит лишь допустить малейшую ошибку, и если температура окажется слишком высокой, во время слияния свойства будут испорчены, а лекарственная жидкость превратится в бесполезную массу. И даже если пилюля всё же получится, она будет негодной.
Если же температура окажется слишком низкой, то свойства различных лекарств не смогут соединиться совершенно. А раз так, то и думать нечего о том, чтобы получившаяся пилюля достигла превосходного качества.
Поэтому в глазах всех алхимиков при изготовлении пилюль есть два главных табу.
Во-первых, нельзя выпускать температуру Истинного Пламени Жизни на предел.
Во-вторых, алхимик, управляя огненным Истинным Пламенем Жизни для варки пилюли, одновременно должен выпускать и ледяное Истинное Пламя Жизни, чтобы понижать и выверять температуру.
Лишь так температура пламени, этапы изготовления, приёмы и степень слияния лекарственных свойств могут дополнять друг друга и в итоге достичь совершенства.
Но чтобы добиться такого совершенства, нужны долгие годы алхимии, бесчисленные неудачи и постоянный поиск верного момента для успеха. Краткого пути здесь не существует.
Только когда теория Рецепта пилюли и настоящая практика алхимии соединяются безупречно, можно создать пилюлю превосходного качества.
Сказать это легко, но довести мастерство до такой степени — задача совсем не простая.
И всё же произошло нечто, что настолько потрясло Шэнь Субин, что она попросту оцепенела.
Сначала она хотела дать Тань Юню своё ледяное Истинное Пламя Жизни, чтобы он использовал его для выверения температуры, но он отказался.
К её полному неверию, все эти 18 дней Тань Юнь безостановочно держал Истинное Пламя Жизни на пределе силы и варил пилюлю на самой яростной температуре.
Это было настолько немыслимо, что сердце Шэнь Субин захлестнуло потрясение, а её восхищение Тань Юнем стало уже невозможно сдержать.
В следующие десять дней Шэнь Субин даже отказалась от наблюдения и учёбы. Она поняла, что учитель спешит приготовить для неё пилюлю, а тот способ, которым он пользовался, был для неё пока совершенно непостижим — о таком она не только никогда не слышала, но и не видела ничего подобного.
Все эти десять дней Шэнь Субин сидела с открытыми прекрасными глазами и, не отрываясь, смотрела на Тань Юня сбоку, всё глубже погружаясь в это созерцание.
Сквозь тонкую, как крыло цикады, Вуаль Черепашьего Дыхания она смутно различала неясный, но чётко очерченный силуэт его лица.
Потом её взгляд скользнул к гладким, чистым рукам Тань Юня. Поджав алые губы, она выглядела так, будто хотела что-то сказать, но не решалась.
— Ты уже десять дней на меня смотришь. Насмотрелась или нет? — внезапно произнёс Тань Юнь.
На прекрасном лице Шэнь Субин мелькнула тень смущения, но она быстро взяла себя в руки и мягко сказала:
— Учитель, можно мне задать вам один вопрос, а вы ответите честно?
— Сначала задай, — спокойно отозвался Тань Юнь, продолжая управлять огнём и варить пилюлю.
— Учитель… сколько вам лет на самом деле? — тихо спросила Шэнь Субин.
— Это секрет. Об этом нельзя говорить, — не раздумывая ответил Тань Юнь.
— Тогда… — сама не понимая почему, Шэнь Субин почувствовала, как её сердце забилось быстрее. — Тогда… на сколько лет вы выглядите?