Когда Давид и Виолетта уехали, Иль с Анубис остались на улице. Парень закрыл дверь дома, скрывая жуткую картину не только от девушки, но и от мира обывателей. Визави, перепачканная кровью, дрожала, и губы не могли закрыться; казалось, с них вот-вот сорвётся крик, но девушка останавливала себя. Глаза то быстро моргали, то наоборот, смотрели впритык в одну точку. Иль сел на корточки, держа одной рукой лицо Анубис, а другой вытирал ещё свежую кровь. Он держал голову и не позволял ей смотреть в сторону места преступления.
– Анубис... Анубис! Эй! Всё уже нормально! – метис старался говорить громче, но не кричать.
Но Визави не могла просто так успокоиться. Она многое пережила, но чтобы прямо возле неё застрелили человека – такого никогда, ещё и бывшую подругу. С пониманием происходящего губы глотали воздух, девушка только вздыхала, не выпуская воздух. Уличная обстановка возвращала трезвость. Но перед глазами стояла продырявленная голова Лили, которая как будто продолжала душить. Через отверстие Анубис могла разглядеть ошмётки и кусочки мозга. Глаза кошки красные, а по зубам течёт кровь.
Иль старался вернуть девушку в реальность, но его отвлекла появившаяся рядом две пары ног. Одна была одета в строгие классические брюки, а другие скрывала длинный подол платья. Агата положила руку на плечо метиса. Эрения брезгливо осмотрела своего подчиненного. Атмосфера была тошнотворной. У всех колотились сердца… почти у всех. Богиню точно не тронула смерть, и она пронзила тишину спокойным голосом.
- Я хочу, чтобы что-то подобное не вызывало у вас таких приступов. Что вы собираетесь делать с девчонкой? – она сложила руки на груди, повернувшись к дому, словно видела сквозь стены тело Лили.
- Я думаю надо…- начала Агата таким же безмятежным голосом.
У Иля зазвенело в ушах. Он ничего не слышал, а просто видел, как две девушки что-то обсуждают. Читать по губам он не умел и ловил смысл только через телодвижения. Одна держит голову руками с беспокойством на лице и оборачивается в сторону своего дома, вторая стоит как и стояла раньше. Раменов набрал в рот воздуха и сказал:
— Значит так! Агата забирает Анубис. Эрения, ты мне нужна! – его голос звучал непривычно твёрдо, не как в тот раз, когда он лишил жизни двух гиен, сейчас это был голос лидера.
Богиня моргнула, и её глаза спокойно переместились на парня. Натянулась ухмылка, а за ней и кивок согласия. Бифин не возражала и сделала как велел парень, взяла Визави под руку и потянула к себе. Но Анубис против. Похоже, прежние разговоры пробудили её от кошмара, она вырвалась и примкнула к Илю, хватая его за рукав. Стресс превысил норму за одни сутки.
- Что ты хочешь сделать? – спросила Анубис.
- Хочу, чтобы ты пошла с Агатой, – ответил Иль, не так спокойно, как хотел.
Бифин закусила губу, сжав пустую ладонь. Заставлять она никого не будет, не в детском саду следит за малышами. Но понимала, что нужно вмешаться. Эрения в это время поправила чёрные перчатки, даже не глядя в сторону драмы, которая вот-вот произойдёт.
– Анубис, – тихо произнёс Иль и протянул руку, чтобы стереть с лица девушки остатки крови.
- Я пойду с тобой! – сказала девушка и скосила взгляд на свои дрожащие руки.
Происшедшее выбило их из привычной жизни. Как злой рок, что не даёт им расстаться и связывает бедой. Анубис страшно, и она хочет быть рядом с Илем, только с ним безопасно. Ей кажется, что если она сделает шаг вправо или влево, снова что-то произойдёт.
Агата потянулась к Эрении и что-то ей прошептала. В этом, конечно, не было необходимости, их не слушали. После этого девушки развернулись к ним спиной и направились в сторону дома Бифинов.
- Иль, приведи её, только тихо, Эля спит, – сказала Агата.
Парень кивнул. Такая нормальная и обыденная фраза совершенно не вязалась с ситуацией. Иль усадил Анубис на скамейку и сел рядом, быстро подкуривая сигарету. Серьёзное и сосредоточенное лицо никак не вязалось с его характером,словно перед ними оказались два разных человека: Иль и другой какой-то взрослый строгий дядя. Мурашки бежали по спине только от мысли о том, что за их спинами лежит остывающий труп. Это уже не хулиганство, а настоящая статья. Он конечно, не убивал Лили, но в глубине души догадывался, кто мог это сделать. Либо Арэг, либо... подозрительно, что Агата с Эренией появились сразу же и ведут себя совершенно спокойно.
Визави взяла Раменова за руку, подрагивая. Рассеянный взгляд блуждал в темноте, не заостряя внимания на ярких окнах домов. Глухая тишина, которую пронзают лишь всхлипы девушки. Они отдаются эхом. Слёзы стекали по щекам, падая на асфальт. Она напугана, но не за свою жизнь, а за ребят, которые окружили её сегодня. Закрыв глаза и сморщив лицо, Анубис вновь увидела безжизненные глаза Лили.
- Д… дай мне… тоже, – сказала она, протянув руку к сигаретам.
Тело Визави украшали царапины и синяки, как результат борьбы за выживание. Короткие волосы взлохмачены, как у детей-беспризорников. Иль достал из пачки сигарету и протянул её девушке. По всему телу Анубис остались царапины и синяки – результат борьбы за выживание. Волосы взлохмачены.
– Куришь, - сказал он твёрдо и холодно. - Я отведу тебя к Агате и уйду с Эренией. А потом… - он выдохнул дым и цокнул, – а потом нужно подумать.
Анубис резко забрала сигарету и зажала между зубов с такой силой, что чуть не прокусила на двое. Ужасный день, и дождь, как знак сверху, предупреждал, что ничем хорошим он не закончится.
- Что потом? Что вы будете делать? Это же касается её! – Визави указала на дом Виолетты, имея в виду Лили. - Я тоже должна принять участие! Это моя ответственность! – голос стал громче.
Ноющая боль не утихала. Иль делал слишком много для неё. Большой долг, который Анубис никогда не отдаст. Брови вместе с носом и губами девушки стягивались на середине лица подрагивая. Дело касалось её и только её! На неё напали, она чуть не погибла, и сама лично привела убийцу в дом. Так почему сейчас её выгоняют, как пострадавшего ребёнка, не давая возможности помочь с решением проблемы! Обида, страх, чувство долга - они словно превратились в людей и душили Анубис.
- Я тебя не спрашиваю. Сказал всё, что сейчас произойдет по порядку. Точка.
Нервы Иля тоже были на пределе. Он сжёг бычок и нервно выдохнул, напоминая себе о том, как нелегко пришлось девушке. Нужно держать себя под контролем. Одним щелчком парень создал огонь и протянул его к кончику сигареты Анубис.
- Прошу не лезть. С тебя хватит, пошли в дом, – Раменов встал со скамейки и ожидал того же от собеседницы.
— Меня это тоже касается,– дрожащим голосом ответила Визави, стараясь курить равномерно. - Из-за меня всё началось, могу ли я хоть что-то сделать.
Она встала следом за парнем и выбросила докуренную сигарету на тропинку возле дома. Хотела по привычке потушить об подошву, но обнаружила, что выбежала из дома босой. Какая неосторожность! Анубис мысленно поругала себя и по привычке повернулась к дому, решив зайти за своими кроссовками. Произошло всё быстро: девушка потянула за ручку двери и там её остановил холодный труп в прихожей. Всё так же, как и в мыслях, только теперь и наяву Лили смотрела не моргая на подругу.
- Нет, нельзя, – сказал Иль, схватив Анубис под локоть и поволок прочь от дома Разумовской. – И тихо, не надо никого будить.
Агата встретила их на пороге своего дома. Впустив домой, просила говорить очень тихо. Элеонора уже спала и не было нужды впутывать малышку в дела взрослых.
- Спит? – спросил Иль, склонившись, чтобы его лучше слышали.
- Вроде да, – ответила Агата, провожая гостей на кухню.
За обеденным столом сидели Эрения и Ден. Их внешний вид был лучше, чем у остальных: плечи расслаблены, а глаза ясны. Чувствовали они себя замечательно. Богиня аккуратно пила из красивой кружки чай, не обращая внимания на вошедших. Земные дела её не касались, да и не тронет Эрению смерть человека. Тем более, когда она не приложила к этому свою руку. А вот Ден, не любитель чая, повернул серьёзный взгляд с упрёком на Иля.
- Давайте закончим всё до утра, а то будем решать потом тройную проблему, – сказал Бифин, словно знал о масштабах произошедшего.
Раменов посадил Визави на стул и встал рядом. Агата осмотрела парочку и взяла кухонное полотенце со стола, намочила его и приложила к лицу друга, вытирая грязь с кровью круговыми движениями.
- Невозможно! Я не могу на это смотреть!
Анубис покорно села, но нога тревожно подрагивала. Её бросало из стороны в сторону. Одна мысль гласила, что ничего не произошло, а другая взывала о катастрофе. Она ощущала себя ребёнком, которого привели взрослые на кухню отругать. И в действительности, люди вокруг неё выглядели уверенно и зрело.
- Эрения, пойдем, – Иль смотрел на то, как Агата суетится, и идти обратно совсем не хотел.
Ни сказав ни слова, богиня встала и вместе с метисом скрылась на улице, уходя к дому Виолетты. Проводив их взглядом, Анубис прикрыла глаза останавливая ногу. Осталось только смириться со своей беспомощностью, забыть о том, что нужно позаботиться о себе, а не стараться помочь другим. Это угнетало больше, чем то, что буквально 15 минут назад её чуть не убили.
- Анубис… может, ты хочешь в ванную? Чай? Выпить? – спросила Агата.
Девушка пододвинула стул и села поближе к гостье, успокаивая своим ласковым голосом. Заботливо, как мама. Визави напрягала каждую клеточку своего тела, нервно глотая слюну. Выровнять дыхание не получалось, глаза покраснели, наливаясь слезами. Она старалась оставаться в здравом уме и не создавать ещё проблем. Хотела быть невидимой, провалиться, исчезнуть. Никаких опасностей, никакой любви, боли, жестокости и смеха. Ничего не надо, оставьте только пустоту и убирайтесь.
- Да… можно всё сразу… пожалуйста, – запинаясь сказала Анубис, выдавливая дружелюбную улыбку.
- А ты зай? – спросила Агата у мужа.
- Я иду спать.
Эрения и Иль смотрели на Лили в луже крови. Её волосы перекрасились в алый и прилипли к лицу. Глаза ещё открыты и смотрят в потолок пристально, ища кого-то, а между ними, чуть выше - дыра. Брызги крови украшали стену с кусочками плоти, как плетённое растение, которое пустили специально украсить дом. Парень схватился за живот, чувствуя рвотные позывы.
- Что ты? Я думала тебе нравятся рыжие, – сказала Эрения, реагируя спокойно на труп.
- Обожаю рыжих, – сказал Иль и нервно засмеялся.
- Так чем я тебе должна помочь?
Раменов задумался. Не знал, как выразиться правильно и уместно, в голове сразу предугадал отказ, но решился озвучить мысли:
– Мы можем просто… ну закинуть её куда-нибудь в небытие? – вслух это звучало ужаснее.
– Можем.
Парень обернулся на богиню, широко распахнув глаза. Так спокойно сказала, будто это очевидно! Рука в чёрной перчатке прошлась по воздуху, будто гладила невидимого зверька, и в пространстве появилась щель, которая раскрылась порталом. Оставалось только забросить тело, и собственно дело сделано: отправить мёртвое тело Лили в неизвестность, где его никто и никогда не найдёт.
- А куда портал? – спросил Иль и, прикоснувшись к трупу, сразу поморщился.
Лебедева ещё не остыла. Парень смог с лёгкостью поднять её. С одной стороны он действовал аккуратно, обращался как с настоящей леди. Но перед порталом он не мешкал и бросил девушку в щель, как мешок с картошкой.
- Ты решил узнать только после того, как закинул тело? – ответила Эрения, закрывая пространство.
Парень поджал губы, понимая, что это уже не имеет значения. Он обернулся, обращая внимание на следы трагедии. Отвратительно, и оставлять такое перед приездом Виолетты нельзя. Вообще недопустимо, чтобы хозяйка узнала, что здесь было. Иль повернул голову к подруге и смотрел сначала на кудри, потом на глаза, спустился ниже к рукам, ногам и вернулся вновь на лицо.
- Мне всё за тебя сделать? – спросила Эрения, видя, как метис хочет что-то сказать, но долго давит в себе слова.
Иль принял это как прямой отказ и уже закатывал рукава.
- Иди уже, Ужас!
Она махнула юбкой и отправила подчинённого на выход. Парень спорить не стал, даже выдохнул, что не придётся проводить в этом доме ещё больше времени. Вышел, прикрыв за собой дверь. Возвращаться в дом Бифинов не хотел, там его ждали вопросы, ответы на которые он не хотел давать. Ещё ответственность, но перед кем? Перед тем как столкнуться с новыми проблемами, парень решил покурить. Получилось быстрее, чем обычно, но вторую сигарету уже не хотелось.
Он стоял у двери совершенно не готовый зайти. Жизнь двигала его сегодня на тёмную сторону, конечно, никого он не убил, как в прошлый раз, но застреленное тело вызывает больше ужаса, чем сгоревший прах.
Из транса вывел резкий свет перед глазами. Это Агата открыла дверь, встречаясь с другом глазами. Они вошли в дом, и парень спросил:
- Ты как? – будто это не ему нужна психологическая помощь.
- Нормально, ты? – сказала Агата.
Раменов улыбнулся и пожал плечами, возвращая привычный вид, за исключением крови. Он обнял подругу за плечо, ободряюще потряс и чмокнул в макушку.
- Анубис?
- В гостиной.
Там он застал Визави чистой и переодетой в домашних вещах Агаты. Она сидела на диване. За маленьким столиком, на котором рисовала Элеонора, только сейчас вместо красок и кисточек на нём стояли два бокала с вином. Иль уже видел подобное и не удивился. Анубис хотела разбудить голову и притупить сердце. Сигареты уняли дрожь, но это временный эффект. Алкоголь тоже не выход, но ничего другого она не знала. Знает, что нужно быть аккуратнее и отпила совсем чуть-чуть.
Парень сел рядом и одним глотком осушил чей-то бокал. Агата присела в кресло. Молчание продолжилось, не неловкое, а скорее скорбное. Опухшие глаза Анубис посмотрели на Иля и потом на бокал. Она понимала, чем он занимался, и ещё хуже, что парень всё это делал из-за неё. Ещё один глоток, и девушка взяла себя в руки.
- Как все прошло? – спросила Анубис.
Иль нервно постучал по коленям и вздохнул. Какой странный вопрос. Как? Нормально настолько, насколько может быть. Он просто кивнул.
- С этим совсем нужно переспать. Нам всем.
Агата скатилась вниз по креслу. Иль повторил за ней это действие и потрепал Анубис за плечо, улыбаясь. Непонятно, как стоит поддерживать в такой ситуации. Всё снова повторяется, но это же конец? Лили и две гиены мертвы, Арэг не так глуп, чтобы стать четвёртой жертвой.
Для Анубис оставалось секретом, улыбаться или показывать, что внутри. Всё перегорело. Недавно она была готова умереть, а сейчас не знала, как жить. Смерть Лебедевой нанесла удар сильнее, чем Ичи и Ни, тем более что тел гиен она не видела, только слышала скулёж. Визави залегла в свой воображаемый панцирь. Стресс не давал держать маску сильной женщины, и она предстала перед Илем хрупкой девочкой. Чешуйки рептилии побежали по щекам, пальцам, голым лодыжкам. В комнате заиграл розовый перелив. Девушка стиснула зубы, закрывая глаза, понимая, как неуместно сейчас волшебное безобразие.
Иль взял Анубис за руку, не открывая глаз. Он очень сильно не хотел никуда ехать, даже домой. Сначала работа, потом занятия с Эренией и эта ночь совсем выбила из колеи. Визави открыла глаза, заражаясь переживанием, и думала, что Раменову сейчас тяжелее, чем ей. Она хотела дать больше тепла, чем могла создать сама, поэтому потянула руки и обняла его, прижав к груди.
«Это пройдёт», – подумала Анубис.
Иль обнял в ответ и уже совсем скатился, начиная дремать. Ночью Визави полностью улеглась на парня. Выпитое вино сделало своё дело, и она спала очень крепко. Агата осталась с ними и уснула в кресле.
Вопрос, который так и остался для всех загадкой:
Кто стрелял?