Глава 8. Придворный маг мастер Гейтц

# Глава 8. Придворный маг мастер Гейтц

Хотя я не одобряла, когда люди поддаются гневу, меня радовало, что после моей вспышки на пляже профессора перестали ходить за мной по пятам. Наверное, они пришли в себя: в конце концов, я всего лишь маленькая девочка с поверхностными знаниями, а они — университетские профессора. Мои мысли, должно быть, показались им глупыми. Как бы то ни было, я была рада, что меня оставили в покое. Скатертью дорога!

— Я слышала, что завтра прибудет маг исследовательской группы, — заметила Анджела. — После визита в летний дворец в эти выходные мне придётся вернуться в Сатисфорд.

Мы с Анджелой сильно сблизились, поэтому было грустно, что она уезжает.

— Я навещу тебя в Сатисфорде до конца летних каникул! — заявила я. — Хочу познакомиться с твоими братьями и побывать на рынках!

— Эймсу только исполнилось шесть, а двое младших всё ещё младенцы, так что играть с ними у тебя не получится, — сообщила Анджела. Её озадачивало, что я хочу познакомиться с братьями, учитывая их юный возраст.

Правила, связанные с детьми, здесь никак не укладываются у меня в голове. Дети младше десяти лет такие милые! Хотя, возможно, проводить с ними время трудно чисто практически, потому что они всегда с няньками. И всё же я хочу с ними познакомиться, пусть даже только с Эймсом!

— Вы очень заботитесь о братьях, леди Пейшенс. Вы прекрасно за ними ухаживаете.

В основном потому, что мы были слишком бедны, чтобы завести няню. Прежняя Пейшенс тоже заботилась бы о маленьких ангелочках.

— Да. Наверное, это потому, что я всё время проводила с ними в детской.

Разве Анджела тоже не должна была оставаться в детской до десяти лет? У неё всё было иначе?

— Я тоже проводила время в детской, но всегда занималась в другой комнате, — рассказала Анджела. — Братья постоянно шумели, и я не могла сосредоточиться на учёбе.

Когда Анджеле было девять, Эймсу исполнилось бы пять, а двое младших были бы ещё совсем маленькими младенцами. Я понимала, почему в детской было слишком шумно, чтобы там заниматься.

— Теперь у меня есть собственная комната! Когда ты приедешь, мы сможем вышивать и играть в ханон вместе! А ещё я хочу выпить с тобой чаю.

Ух ты, Анджела такая женственная. Если мы будем пить чай, разговор непременно свернёт на романтику.

Обсуждать романтику с Анджелой было немного веселее, чем с принцессой Маргарет. По крайней мере, Анджелу я могла расспросить о её симпатиях и получить полезный совет.

— Звучит замечательно! — ответила я.

Мы строили планы на конец каникул, не подозревая, что маг из королевской столицы окажется совсем не таким, каким мы его представляли.

— Экипаж из Романо скоро прибудет! — крикнул кто-то снизу.

Было утро, поэтому я занималась в детской с братьями и двоюродными братьями, а внизу стоял сильный шум.

— Наверное, маг приехал, — заметил Сэмюэл. — Мне, наверное, нужно пойти их поприветствовать.

Ух ты, он действительно начал осознавать свою роль наследника Норткорта.

— Интересно, что это будет за человек, — сказала Анджела, заинтригованная новым прибывшим. — Раньше говорили, что для управления дверью требуется значительный запас маны. Возможно, магом исследовательской группы окажется знатная дама, владеющая бытовой магией.

— Если это знатная дама, то она не так уж отличается от нас, — заметила я. — Я ожидала бы увидеть взрослого человека. О, мы можем украдкой взглянуть отсюда.

Когда приехало большинство членов исследовательской группы, мы наблюдали за ними из окна детской наверху, за что тётя Лилианна наградила нас страшным взглядом. Поэтому на этот раз мы следили за происходящим из-за спин людей, официально встречавших мага. Да, как вы уже догадались, мы действительно вышли на улицу присоединиться к встречающим. В конце концов, мы так долго этого ждали.

Мага сопровождали сотрудники Министерства магии. Сначала из экипажа вышли они, и один из них протянул руку, помогая выйти первому магу.

— Позвольте представить мадам Лумэнис Хартридж, — объявил сотрудник.

Она была довольно пожилой, и я немного забеспокоилась о её здоровье. Это была полная женщина со светлыми волосами, почти полностью поседевшими. Сможет ли она дойти до ангара? До казарийских руин и обратно ей точно не добраться.

В экипаже находился ещё один человек — он надел магический плащ и натянул капюшон на голову. Какой чудак ходит в капюшоне в такую жару. Гойс был довольно странным человеком, но даже он не натягивал капюшон так, как этот тип.

— Что вы здесь делаете, мастер?! — потрясённо воскликнул сотрудник, узнав человека в капюшоне. Кровь отхлынула от его лица. — В расписании не сказано, что вы будете здесь!!!

Неужели что-то перепутали?

— Кто это? — спросил Гойс, подходя вместе с Вольфгангом к таинственному человеку. Увидев его лицо, оба профессора тут же лишились дара речи. — Что вы здесь делаете, мастер?!

— Мастер Гейтц, мы просили прислать мага, владеющего бытовой магией, — заметил Вольфганг. — Могущество придворного мага нам не требовалось!

Мастер Гейтц вышел из экипажа и кончиками пальцев откинул капюшон. Придворный маг оказался гораздо моложе, чем я ожидала. Я представляла старика с длинной белой бородой. На самом деле у мастера Гейтца были платиновые волосы и стальные голубые глаза. Он был довольно высоким и, судя по манере держаться, физически крепким.

— Я умею пользоваться бытовой магией, так что подхожу под ваши требования, — указал мастер Гейтц. — Неужели вы собирались исключить меня из такого захватывающего открытия?

Ух ты, он определённо будет опасным противником. Несмотря на мягкий тон, с которым он говорил, было ясно: и Гойс, и Вольфганг зависели от милости придворного мага.

— Возможно, это и так, но нам нужен маг, который будет открывать дверь в руины, — ответил Гойс. — То, что вы надолго уедете из Романо, будет…

Не успел он закончить, как мастер Гейтц смерил Гойса взглядом, и профессор тут же замолчал.

Уф, не люблю иметь дело с такими людьми. Нужно отсюда бежать! Я схватила Анджелу за руку и медленно, тихо начала отходить от встречающих. Граф Норткорт, тётя Лилианна и Сэмюэл были заняты приветствием гостей. Едва мы миновали двери, я побежала наверх, в детскую.

— Тот человек был придворным магом, леди Пейшенс? — спросила Анджела. — Он такой молодой. Удивительно, какой он красивый. Кроме того, я немного беспокоюсь о другой женщине, мадам Хартридж.

Пожилая дворянка, о которой шла речь, вероятно, могла дежурить у входа на холме Гая, но я сомневалась, что она выдержит дорогу до ангара или казарийских руин. С другой стороны, меня беспокоил вкус Анджелы в мужчинах. У мастера Гейтца, похоже, был ужасный характер, и это бросалось мне в глаза гораздо сильнее, чем его внешность.

— Кажется, сюда отправили ещё одного человека, — ответила я. — Один из сопровождающих упомянул, что в расписании значилось другое имя. Уверена, мастер Гейтц приехал только потому, что ему хочется увидеть подземные проходы.

— Какой странный человек, — с недоверием заметила Анджела.

Можешь сказать то же обо мне, — подумала я, поморщившись от случайной пули, в которую попала.

— Надеюсь, другой человек моложе мадам Хартридж, — продолжила Анджела. — Было бы неправильно отправлять её в туннели.

Я думала так же. У меня не было выносливости, поэтому такие поездки меня изматывали.

Оставалось предположить, что новые гости присоединятся к нам за обедом. Я беспокоилась о здоровье мадам Хартридж, если ей предстоит участвовать в исследовании, но сама эта женщина меня не тревожила: она казалась спокойной дворянкой. Вот мастер Гейтц вызывал у меня беспокойство — он мне уже не нравился. Серые глаза Нассиуса были милыми, но в серебристо-голубых глазах мастера Гейтца было что-то слишком напряжённое: казалось, он видит всё насквозь.

Через несколько мгновений Мэри пришла в детскую с сообщением.

— Графиня велела сэру Генри сегодня обедать в детской.

Генри продолжал обедать с нами даже после прибытия исследовательской группы. Единственный раз он не присоединился к нам во время визита короля. Наверное, ему не разрешили сидеть с нами, потому что здесь придворный маг мастер Гейтц. Если бы вместо него приехал другой маг, Генри наверняка мог бы обедать вместе с нами. Теперь я ненавижу мастера Гейтца ещё сильнее!

— Бедный Генри, ему придётся есть одному, — заметила я. — Сегодня я тоже не очень хорошо себя чувствую, поэтому пообедаю с ним в детской. Мэри, пожалуйста, принеси два обеда.

Мэри на мгновение озадаченно посмотрела на меня, но быстро всё поняла и утвердительно ответила. Возможно, она беспокоилась о моём здоровье или догадалась, что я притворяюсь больной, но не возражала.

— Вы двое обедайте в столовой, — сказала я Нассиусу и Анджеле. — Кажется, я немного устала от нескольких дней волнений подряд, поэтому спокойно пообедаю здесь с Генри.

Нассиус воспринял мои слова буквально, но Анджела, кажется, поняла, что я просто избегаю мастера Гейтца. Какая наблюдательная девочка.

— Хорошо, — ответила Анджела. — Я сообщу тёте Лилианне о твоих планах.

Формально тётя Лилианна была двоюродной бабушкой Анджелы, но ей не нравилось, что это обращение так её старит, поэтому Анджела по-прежнему называла её тётей. В прошлой жизни я сталкивалась с похожими ситуациями: у меня были племянники, но я не просила их называть меня «тётушкой», потому что от этого чувствовала себя старше.

— Ты хорошо себя чувствуешь, сестра? — спросил Генри, беспокоясь о моём здоровье.

Я в порядке. Просто хочу пообедать здесь с тобой.

— Я в порядке, — заверила я его. — Просто немного устала. Кроме того, мне хотелось пообедать с тобой, Генри.

Генри с облегчением улыбнулся. Ах, какой же он ангел! Он прогоняет всю мою усталость!

Остальные ушли, а вскоре Мэри вернулась с двумя порциями обеда.

— Мы впервые обедаем только вдвоём! — возбуждённо заметил Генри.

До этого я не задумывалась, но, наверное, он прав, — подумала я, наслаждаясь спокойным обедом с младшим братом.

Закончив обед в детской с Генри, я задумалась о том, чем заняться после полудня. День снова выдался чудесным, и мне очень хотелось сходить на пляж. К сожалению, я не знала, чем будет заниматься Сэмюэл, поэтому пришлось рассмотреть другие варианты.

Генри тоже, похоже, обдумывал планы на вторую половину дня.

— Сэмюэл пойдёт с исследовательской группой? — спросил он. — Интересно, что собирается делать Нассиус.

Раз Сэмюэл был наследником Норткорта, вполне естественно, если бы он сопровождал исследовательскую группу в первой экспедиции вместе с её магом. А Нассиусу тоже разрешат пойти с ними? Я даже приблизительно не могла предположить, насколько важен придворный маг.

Единственный раз этим летом, когда Генри не разрешили обедать вместе с нами, был приезд короля. Если мастер Гейтц задержится, Генри, возможно, снова придётся есть одному. Это было бы ужасно! Надеюсь, этот никчёмный маг скоро вернётся в Романо!

— Если Нассиус присоединится к исследовательской группе, можно позвать сюда Анджелу и всем вместе сыграть в каруту.

Если пляж отпадал, следующим вариантом было провести время с Анджелой за вышивкой или чаем: завтра она уезжала. Но я не могла оставить Генри одного.

Можно ещё вместе попеть! Когда исследовательская группа уйдёт из поместья, мы успеем заняться этим после каруты.

— Карута — это так весело! Думаю, леди Анджеле тоже понравится! — сказал Генри.

Как хорошо ты придумал, Генри!

В моей колоде каруты игроки знакомились с выдающимися историческими личностями. Наверное, неплохо было бы сделать ещё одну колоду, посвящённую пословицам. Интересно, смогут ли братья Анджелы играть вместе с нами, если я создам колоду, которая поможет маленьким детям научиться читать?

Эти мысли не выходили у меня из головы, и вскоре Нассиус и Анджела закончили обед и вернулись наверх, в детскую.

— Граф Норткорт попросил нас обеих сопровождать исследовательскую группу в экспедиции, — сообщила мне Анджела. — Я сказала ему, что ты неважно себя чувствуешь, леди Пейшенс… Однако придворный маг настоял, чтобы ты пошла, поскольку он впервые посещает тоннели. Поначалу я хорошо о нём подумала из-за приятной внешности, но он оказался таким же напористым, как ты и предполагала, леди Пейшенс. Мне нужно лучше учиться разбираться в характере мужчин.

Учитывая, как точно Анджела уловила моё неприязненное отношение к мастеру Гейтцу по едва заметным изменениям в моём поведении, я не представляла, как она могла бы стать ещё лучше в чтении людей.

— Если таково желание графа Норткорта, у меня нет выбора. Нассиус и Генри тоже пойдут с нами или им велели остаться здесь?

Я предпочла бы, чтобы они пошли с нами, но не думаю, что Генри так же интересуют руины, как Нассиуса.

— Если дядя не будет против, я тоже хочу пойти! — сказал Генри. — Хочу посмотреть, как откроется потолок ангара!

Потолочная дверь ангара действительно производила сильное впечатление, когда открывалась, так что восторг маленького мальчика был вполне понятен.

— Тогда я попрошу его разрешить тебе пойти, — ответила я.

В конце концов, я собираюсь сопровождать исследовательскую группу, хотя и чувствую себя «неважно», так что дядя как минимум должен принять эти условия.

— Конечно, Нассиус и Генри могут пойти с нами, — сказал дядя. — Кроме того, мастер Гейтц упомянул, что хочет обсудить с тобой несколько вещей. Думаю, его вопросы могут быть связаны с тем, как Нассиус пропал в руинах бывшего особняка консула.

Мастер Гейтц оказался ещё большей занозой, чем я изначально предполагала. Я очень не хочу снова пережёвывать тот случай. Не думала, что присутствие придворного мага окажется настолько раздражающим.

— Я была слишком занята тем, чтобы благополучно вернуть Нассиуса, и почти ничего не помню об этом происшествии, — ответила я. Я решила, что при разговоре с мастером Гейтцем лучше заручиться защитой дяди, поэтому попыталась подражать Анджеле и сыграть роль кроткой знатной дамы. — Боюсь, я не смогу ему помочь. Что же мне делать?

Бенджамин, слушавший нас поодаль, сдавленно рассмеялся. Как невежливо!

— Наверное, ты сильно перепугалась, когда потеряла Нассиуса, — сказал дядя, подтверждая мою версию. Похоже, в случае чего он встанет на мою сторону, и, надеюсь, этого хватит, чтобы мастер Гейтц отступил. — Сегодня мастер Гейтц хочет открыть оба входа: у холма Гая и в бывшем особняке консула. Я хотел бы, чтобы Анджела отправилась к холму Гая и показала мадам Хартридж, как пользоваться этой дверью, а Пейшенс отправилась к казарийским руинам.

Интересно, мы начнём с подъёма к руинам или со спуска к холму? — подумала я, склонив голову. Тут как раз пришёл мастер Гейтц.

— Рад с вами познакомиться, миледи, — сказал он. — Я Гейтц.

Мастер Гейтц был не только старше меня: будучи придворным магом, он обладал гораздо более высоким статусом. И всё же почему-то представился мне любезным тоном. Он действительно был грозным противником.

— Мастер Гейтц, позвольте представить вам племянницу моей жены, Пейшенс Грэйнджер, — сказал граф Норткорт. — Вместе с Анджелой Сатисфорд она занимается открыванием дверей, ведущих в подземные проходы.

Мы с Анджелой обе приподняли юбки и присели в реверансе. Дядя, не обязательно было ему всё это рассказывать.

— Так вы, должно быть, та самая леди Пейшенс, которая обнаружила входы в тоннели, — заметил мастер Гейтц. — Значит, вы ещё и старшая сестра юного Нассиуса, провалившегося через одну из дверей. Кажется, никого не интересует, почему Нассиус провалился через ту дверь, но я хотел бы разобраться в причине.

Меня словно по голове ударило. И правда, почему Нассиус провалился через ту дверь??? Мы смогли открыть дверь у холма Гая потому, что я произнесла: «Откройся!», — пока Филипс нажимал на углубление. Насколько нам было известно, Нассиус просто положил руку на углубление и провалился через дверь — без всякого заклинания.

— Нассиус получил дар магии ветра, но, похоже, обладает и небольшими способностями к бытовой магии, — заметил мастер Гейтц, взглянув на Нассиуса, который поодаль обсуждал что-то с Сэмюэлом.

— В церкви при проверке обнаружили у него только магию ветра, — возразила я. Поначалу я надеялась не разговаривать с мастером Гейтцем, но не смогла промолчать, когда речь зашла о моём любимом младшем брате.

— Эти никчёмные диски, которыми пользуется церковь, недостаточно точны, чтобы распознать стихию, к которой человек имеет лишь крупицу способностей, — презрительно проворчал мастер Гейтц. — Более того, вам следует совершенно не обращать внимания на слова любых глупцов, которые смотрят свысока на вашу бытовую магию. — Мастер Гейтц подмигнул мне, словно показывая, что он на моей стороне, но я ещё не была готова опускать рядом с ним щит.

Не знаю, можно ли доверять человеку, который так открыто критикует церковь. Верно, Цезарь меня предупреждал. К счастью, наш разговор с мастером Гейтцем пока шёл только между нами, так что, наверное, не стоило бояться, что всё дойдёт до церкви. И всё же я не хотела ещё сильнее с ним сближаться. От него так и веяло опасностью!

— Бытовая магия Нассиуса создаёт впечатление, что он обрёл эти способности позже, чем магию ветра, — продолжил мастер Гейтц. — Возможно, они проявились после того, как он побывал в непосредственной близости от ваших бытовых заклинаний. В некоторых областях магии Нассиус обладает невероятным талантом.

Это объяснимо: он как раз из тех, кто учится на примере. Несмотря на всю неприязнь к мастеру Гейтцу, его признание способностей Нассиуса немного расположило меня к нему. Неужели меня так легко подкупить? И правда ли он смог понять всё это, просто взглянув на Нассиуса? Неужели придворные маги действительно настолько впечатляют?

— Уверяю вас, леди Пейшенс, я на вашей стороне, — со смешком сказал мастер Гейтц. — Вам незачем так меня опасаться.

Хм, он мне совершенно не нравится, но, пожалуй, в своих умениях придворные маги действительно невероятны.

— Я надеялся, что вы откроете дверь ангара и дверь в особняк консула. Не могли бы вы нам помочь, леди Пейшенс?

То, что он продолжал говорить таким вежливым и смиренным тоном, хотя стоял намного выше меня в социальной иерархии, вызывало странное чувство. Возможно, это несоответствие возникало из-за разницы между первым впечатлением — диктатором, который всегда добивался своего, — и мягким голосом, будто он пытался меня задобрить. Я не могла не держать ухо востро.

— Если таково ваше желание, я буду рада помочь, — резко ответила я.

И снова мне предстояло ездить между холмом Гая и казарийскими руинами. Буду считать все эти поездки тренировкой для повышения выносливости!

Сначала мы отправились к холму Гая в карете. Я ехала с Анджелой, Нассиусом, Генри, Мией и Мэри. Пятерым в одной карете было немного тесно, но дорога от поместья до холма занимала недолго, так что терпеть было легко. Сэмюэл ехал вместе с графом Норткортом, мастером Гейтцем и мадам Хартридж. Наверное, быть старшим сыном знатного человека утомительно.

— Завтра мы отправляемся в летний дворец, — напомнила Анджела. — Мне нужно убедиться, что я как следует объясню мадам Хартридж порядок действий.

Не думаю, что тебе есть о чём беспокоиться, Анджела.

— Мастер Гейтц тоже будет рядом, так что, уверена, они сами разберутся, — успокоила я её. — Если уж на то пошло, наше присутствие вообще не требуется.

— Возможно, — ответила Анджела, склонив голову и всё ещё не вполне убеждённая. — Должна сказать, я удивилась, как вежливо он говорил с тобой, леди Пейшенс. За обедом мастер Гейтц был высокомерен даже с профессорами. Он и правда странный человек.

Наверное, он волк в овечьей шкуре, как я и думала! Хотя непонятно, зачем ему притворяться. Пока эти мысли проносились у меня в голове, воображение Анджелы заработало на полную.

— Наверное, мастер Гейтц влюбился в вас с первого взгляда, леди Пейшенс! — неожиданно предположила она. — Поэтому он и ведёт себя с вами так любезно!

Нассиус и Генри одновременно округлили глаза от потрясения.

Анджела тяжело вздохнула.

— Я склонна судить о мужчинах по внешности, а не по другим качествам. Такими темпами я не найду себе подходящего спутника жизни.

Из наших разговоров о любви и романтике я уже поняла, что Анджелу легко очаровать красивой внешностью.

Господи, ей всего десять, а она уже думает о замужестве! Неужели я отстаю, раз ещё не задумывалась об этом?

В этом году мне должно было исполниться двенадцать — в моей прошлой жизни в таком возрасте я считалась бы ещё совсем ребёнком. Подобные вопросы всегда заставляли меня сожалеть, что у меня нет матери, особенно потому, что отец совершенно не умел давать романтические советы. Наверное, предложения руки и сердца моим ангелочкам он тоже будет устраивать с такой же беззаботностью. Нельзя этого допустить. Нужно его остановить!

Я настолько погрузилась в свои мысли, что не заметила, как мы приехали.

К тому времени, как мы добрались до холма Гая, граф Норткорт, исследовательская группа и мои одноклассники уже приехали.

— Если вы не возражаете, мадам Хартридж, мы хотели бы оставить вас дежурить у этого входа, — вежливо попросил Вольфганг. Его официальная манера была понятна: мадам Хартридж явно была старше.

— Да, конечно, — ответила она. — Мне нужно лишь показать, как пользоваться дверью.

Постойте, почему все из исследовательской группы смотрят на меня? Я должна ей показать? Разве дядя не сказал, что с холмом будет разбираться Анджела? Я посмотрела на кузину, которая неловко перебирала пальцами, словно не решаясь прямо отказаться. Вот бы и я так могла. Эй, великий мастер Гейтц проделал весь путь из Романо — почему бы просто не поручить это ему?

— Анджела… то есть Пейшенс! Не могла бы ты показать мадам Хартридж, как пользоваться дверью? — Даже дядя переложил на меня эту обязанность.

Серьёзно?! Придворный маг прямо здесь! Я понимаю, почему он не хочет заставлять Анджелу, но мне от этого тоже не по себе!

— Всё очень просто, мадам Хартридж, — сказала я. — Нажмите на углубление и произнесите: «Откройся!»

Я старалась говорить с любезной знатной дамой как можно вежливее, но мастер Гейтц портил всю атмосферу, устроив шум прямо рядом с нами.

— Открывайте дверь скорее!

Он вообще ни с кем не считается! Если ему невтерпёж, почему бы самому не открыть дверь?!

— Прошу прощения, мадам Хартридж, — неожиданно сменил тон мастер Гейтц. — Не стоило вас торопить. Продолжайте, пожалуйста.

Что происходит? Он почувствовал, что я его критикую? Погодите, он умеет читать мысли?! Я думала о таких грубостях! Теперь у меня будут неприятности!

— Значит, мне нужно просто сказать: «Откройся»? — спросила знатная дама.

Именно. Удачи! Наконец-то я смогу разорвать связь с этой дверью!

Моя радость продлилась недолго: мадам Хартридж не преуспела. Почему она не открывается?

— Ой! Что же нам делать? — мадам Хартридж заметно занервничала: она приехала именно ради этого поручения.

— Всё хорошо, мадам Хартридж, — успокоила я её и повторила инструкции. — Просто нажмите на углубление и скажите: «Откройся!» — Я открыла дверь, показывая, как это работает: валун загрохотал и раскололся надвое.

— Так валун действительно раскалывается надвое! — с изумлением заметила она. Возможно, ей не удалось открыть дверь потому, что она не смогла представить, как валун раздвигается и открывает вход.

— Закрывается она так же, — объяснила я. — Нажмите на углубление и скажите: «Закройся!»

С новым глубоким грохотом две половины валуна сошлись, закрывая вход в тоннели. Мадам Хартридж застыла в изумлении и несколько мгновений просто смотрела на огромный камень.

— Так вот чем мне предстоит заниматься… А у меня получится?

Единственная неудача, похоже, настроила её на негативный лад. Так дело не пойдёт!

— Какое движение вы обычно используете, чтобы открыть дверь, мадам Хартридж? — спросила я.

Пожилая знатная дама на мгновение задумалась, прежде чем ответить.

— Если бы это была раздвижная дверь, похожая на этот валун, я открывала бы её так. — Она изобразила, как отодвигает дверь в сторону.

— Тогда попробуйте произнести заклинание, нажимая на углубление правой рукой и одновременно повторяя это движение левой.

— Хорошо, я нажму на него правой рукой, а левой притворюсь, будто открываю дверь, — пробормотала она себе под нос. — Потом скажу: «Откройся!» Ой, получилось!

Воздух наполнил знакомый грохот: валун раскололся пополам, и его половины раздвинулись.

— Да, получилось! Вы очень хорошо справились, мадам! — Я обязательно похвалила её, чтобы она поверила в свои силы и смогла пользоваться дверью.

Мастер Гейтц покачал головой, словно был недоволен тем, сколько времени это заняло. Прекратите!

— Прошу вас, присоединяйтесь к нам, мадам Хартридж, — пригласила Анджела пожилую знатную даму к их обычному столу. От застенчивой, неловкой девочки, какой она была раньше, не осталось и следа. — Подождём здесь остальных.

Я не могла винить её за то, что теперь она чувствовала себя спокойнее. Я бы тоже не хотела обучать бытовому заклинанию в присутствии мастера Гейтца — вернее, не хотела бы, но меня всё равно заставили.

— Мия, приготовь чаю! — попросила Анджела.

С Анджелой и мадам Хартридж Мия была в надёжных руках, поэтому я присоединилась к ожидавшим меня Нассиусу и Генри и направилась под землю. Даже если бы я сказала, что мы справимся сами, Мэри всё равно пошла бы с нами, так что я просто смирилась. Она никогда не позволит мне пойти одной, да?

— Здесь стало гораздо светлее! — с воодушевлением заметил Нассиус. Прежде тёмные тоннели теперь ярко освещались.

— Теперь можно не бояться споткнуться! — сказал Генри.

Генри споткнулся?! Он не ушибся?! На мгновение я запаниковала, но тут же вспомнила, что благодаря способностям к физическому усилению Генри не мог столкнуться с такой проблемой. Я прислушалась внимательнее и выяснила, что споткнулись Гойс и Вольфганг. Ничего удивительного — всё-таки они уже не молоды. Вот вам и расплата за детскую попытку обогнать друг друга в плохо освещённых подземных тоннелях!

Обычно Филипс и Брайс сопровождали меня, но сегодня я попросила их идти впереди вместе с мастером Гейтцем. Сегодня меня сопровождали два маленьких рыцаря. Нассиус протягивал руку, помогая мне подниматься по лестницам. Генри всегда спохватывался на секунду позже и тоже бросался предложить мне руку. Выражение растерянности на его лице, появлявшееся в этот момент, было просто неописуемо милым!

— Не мог бы ты идти впереди и предупреждать нас о лестницах и подъёмах, Генри? — попросила я.

— Да, сестра! — весело ответил он. Яркая, энергичная улыбка шла ему гораздо больше любого расстроенного выражения лица. Глядя, как он с воодушевлением выполняет мою просьбу, я не могла не представить его щенком, виляющим хвостом. Ох, какой же он милый, чем бы ни занимался!

К тому времени, как мы добрались до ангара, мастер Гейтц уже услышал обо всех предметах и документах, вынесенных из помещения, и выглядел весьма раздражённым.

— Я полагал, что вы историк, профессор Вольфганг. Возможно, я ошибался, — язвительно заметил мастер Гейтц.

Вот ведь невежливое замечание. Я понимаю, что сохранить место в первозданном виде важно, но мы не знали, не перестанут ли внезапно работать двери, ведущие под землю. К тому же тогда тоннели были гораздо темнее и выглядели куда менее пригодными для использования!

Мне не хотелось общаться с мастером Гейтцем, поэтому я просто встала у стены рядом с братьями и слушала, как Вольфганг и Гойс объясняют, зачем вынесли всё из ангара. Заодно я выпускала импульсы маны с помощью заклинания сонара, чтобы скоротать время. Постойте, а это ещё что?!

— Нассиус, я вижу за твоей спиной кабель, спускающийся по стене, — указала я. — Раньше его здесь не было… правда?

Мы несколько раз проходили мимо ангара после того, как из наземных генераторов убрали засохшие листья и землю, но с тех пор впервые задержались здесь надолго. Я всего лишь использовала заклинание сонара, чтобы отвлечься от раздражающего разговора мастера Гейтца с двумя профессорами, — и обнаружила за спиной Нассиуса загадочный кабель.

— Идите сюда, Нассиус! Ты тоже, Генри! — Прежде чем они успели обернуться к стене, я схватила их за руки и притянула к себе. Если я снова потеряю Нассиуса, то начну рыдать в голос!

— Что за переполох?! — рявкнул мастер Гейтц, глядя на нас. После ссоры с профессорами он и без того был раздражён. Но затем, как и раньше, внезапно сменил выражение лица и улыбнулся — что, пожалуй, пугало ещё сильнее, чем его взгляд. — Что вы там обнаружили, леди Пейшенс?

— Не уверена, — ответила я. — Похоже, это дверь в другую комнату.

На самом деле увиденное напоминало мне автоматические двери из моего прежнего мира. Раньше я точно её не замечала. Разве исследовательская группа не бывала здесь несколько раз с моего последнего визита? Может, они просто ни разу не использовали заклинание сонара.

— Там что-то есть? — спросил Вольфганг. Заклинания для неразрушающего контроля ему давались с трудом, поэтому дверь он не видел. Остальные члены исследовательской группы замолчали и сосредоточились, пытаясь разглядеть дверь.

— Раньше этого здесь не было, правда, сестра? — спросил Генри. Ему удалось увидеть дверь благодаря магии физического усиления.

— Спасибо, что спасла меня, сестра, — сказал Нассиус. — Я мог снова оказаться запертым в каком-нибудь странном месте.

Если ты снова исчезнешь, я приду за тобой, Нассиус! Но лучше не пропадай! Я так испугалась, что думала, у меня кровь застынет в жилах.

— Понятно. Если усилить зрение маной, действительно можно увидеть необычные линии… Я понимаю, почему леди Пейшенс способна видеть этот контур, но удивлён, что его видят и Нассиус с Генри. Более того, похоже, вся исследовательская группа способна воспринимать эту дверь.

Казалось, мастер Гейтц не умел высказываться, не переходя на грубость. Я не винила его за уверенность в собственных магических способностях, но он говорил так, словно все остальные стояли ниже него, поэтому их способность увидеть дверь явно его удивляла. Уф, как же он мне не нравится!

— Даже профессор Гойс способен её обнаружить, как и помощники и ученики академии. Хм, могу лишь предположить, что леди Пейшенс любезно обучила вас всех этому заклинанию. — Мастер Гейтц повернулся ко мне и продолжил наставлять: — Вы вовсе не обязаны обучать всех подряд настолько эзотерическому заклинанию, леди Пейшенс!

Почему он говорит так, будто я нахожусь с ним на одном уровне?! Я не хочу быть с ним на одном уровне! Оставьте меня в покое!

— Мы можем обсудить это в другой раз, — сказал Гойс. — Гораздо важнее то, что дама Пейшенс считает этот контур дверью в другую комнату. В таком случае мы должны попытаться её открыть!

Вся группа собралась у стены и принялась искать способ открыть дверь. Почему-то мастер Гейтц разыскивал его прямо рядом со мной.

— Вам следует быть осторожнее, леди Пейшенс, — укорил он меня. — Нужно работать над правильным магическим настроем.

С какой стати придворный маг меня отчитывает?

— В конце концов, вы можете стать моей преемницей, так что вам пора взяться за ум.

Хм? О чём это он вообще?!

— Я не учусь на магическом направлении академии, мастер Гейтц, — сообщила я ему. — Да, я получила сертификаты об окончании фармацевтики и травоведения и лицензию начинающего аптекаря, но учусь на направлении госслужбы и домоводства. Ах да, ещё я изучала алхимию и магические круги, но это не меняет того факта, что я не студентка магического направления.

Несколько мгновений мастер Гейтц потрясённо молчал, а затем взорвался.

— Что за чепуха?! Что вы собираетесь получить от направления домоводства?! Оно предназначено для девушек, которым интересны только наряды и балы! Направление госслужбы — ещё один бесполезный курс! Оно для мужчин, проваливших обучение и на рыцарском, и на магическом направлении и не имеющих другого выбора.

Какие ужасные вещи он говорит! У него что, личные счёты с курсом госслужбы? Наверняка, когда он сам учился, симпатичная девушка с домоводства отвергла его, потому что не захотела связываться со странным магом, а потом сошлась с парнем с направления госслужбы. Понимаю, почему она его отвергла: характер у него отвратительный!

— Вы ведь думаете о чём-то грубом, леди Пейшенс? — фыркнул мастер Гейтц. — Хотя ваши мысли довольно расплывчаты, я всё же могу их уловить.

Это вы грубиян, мастер Гейтц!

— С вашим невероятным талантом и такими выдающимися способностями к магии почему вы не учитесь на магическом направлении, леди Пейшенс? Вы выбрали домоводство, чтобы завоевать расположение какого-то юного дворянина? Если этого вы хотите, я обеспечу вам брак с любым избранником! Просто поступите на магическое направление — и я всё устрою!

Да, мастер Гейтц — настоящий чудак, лишённый здравого смысла. Кто в своём уме станет говорить знатной даме такие грубости?!

— Это совершенно не нужно! — решительно заявила я. Если я попытаюсь вежливо отклонить его предложение, он, скорее всего, не поймёт, поэтому требовалось выразиться яснее. Сейчас я отобью ему лицо своим отказом!

— Я потрясён! Не могу поверить, что найдётся знатная дама, способная отказаться от такого невероятного предложения! Вы весьма необычны, леди Пейшенс.

Это вы необычный!!! Не знаю, насколько важен придворный маг, но совершенно не хочу, чтобы этот тип подыскивал мне мужа! Неужели я совсем не понимаю, что в этом мире считается нормальным? К тому же, даже если бы я согласилась на его предложение, разве другой человек не имел бы права отказаться?

— Тогда вы выйдете за меня? Не думаю, что найдётся много желающих жениться на такой странной девушке, как вы, так что для вас это, несомненно, выгодное предложение. Лично я считаю, что было бы весьма интересно оказаться рядом с вами.

Почему мне приходится терпеть это ужасно непочтительное и высокомерное предложение? Хочу плакать…

— Ни за что! Я выйду замуж только за того, к кому у меня будут чувства!

В какой-то момент дядя подошёл к нам, вероятно, обеспокоенный тем, что я спорю с придворным магом.

— Какая жалость, Пейшенс! — пробормотал граф Норткорт.

Простите?! Мне нельзя отказываться?! Постойте, придворные маги много зарабатывают? Нет-нет-нет-нет-нет, нужно прекратить эти мысли! Я не позволю богатству решить, за кого мне выходить замуж!

— Не могу поверить, что впервые сделал предложение и получил отказ. Ничего страшного: вы ещё очень молоды и, вероятно, представляете брак в идеализированном свете. Вы не расчётливы, и это тоже кажется мне привлекательным.

Неужели мастер Гейтц действительно не понимал, насколько безумно и грубо звучит? Если так, он был безнадёжен.

Только теперь я заметила, что остальные члены исследовательской группы и мои одноклассники перестали искать и слушают нашу перепалку.

— Все вернулись к поискам стены! — приказал мастер Гейтц.

Что ж, хотя бы с этим его решением я согласна. Искать способ открыть дверь гораздо важнее, чем слушать, как придворный маг препирается с юной девушкой.

Все снова сосредоточенно изучали стену, пытаясь найти способ открыть обнаруженную дверь. Я тоже прекратила разговор с мастером Гейтцем, который никуда не вёл, и воспользовалась заклинанием сонара.

— Похоже, за этой дверью действительно есть комната, — заметила я. — Однако по сравнению с ангаром она довольно маленькая.

— Какой интересный способ обнаружить комнату! — восхищённо воскликнул мастер Гейтц, хлопнув в ладоши. Он тут же принялся повторять мой метод. Как ни крути, его магическое мастерство впечатляло.

Мастер Гейтц послал импульс маны, и контур двери ярко засветился неоново-зелёным.

— Всем отойти! — рявкнул он.

Сначала он приказывает всем искать стену, а теперь требует отойти. Кто он вообще такой? Э-э… хотя, пожалуй, всем и правда лучше отойти.

Пока члены исследовательской группы отчаянно искали какой-нибудь механизм, открывающий дверь, я вспомнила, что она напоминала мне автоматические двери из прежнего мира. Поэтому подняла взгляд и стала искать у потолка датчик движения.

— Может, дверь открывает вот это? — спросила я, указывая на датчик.

— Должно быть, — ответил мастер Гейтц. — Хм? Похоже, соединяющая его с дверью линия оборвана. Возможно, всё заработает, если её восстановить.

От придворного мага следовало ожидать многого, но мастер Гейтц действительно был талантлив. Увидев, как я использую заклинание сонара, он сумел его скопировать, а затем определил, что связь между дверью и датчиком оборвана. Как бы сильно он мне ни был противен, я не могла отрицать его способности.

— Оборванная связь, препятствующая проходу, повелеваю восстановить соединение и открыть доступ в комнату, скрытую со времён правления Казарийской империи!

Мастер Гейтц использовал полноценную инкантацию — как раз такой способ колдовства мне не нравился. От этих длинных речей только выглядишь претенциозным позёром!

— Соединение восстановлено, — объявил он. — Итак, как вы думаете, леди Пейшенс, как открыть эту дверь?

Если дверь работала как автоматическая, то для открытия нужно было пройти под датчиком. Я посмотрела на датчик и по углу, под которым его установили, прикинула, где нужно встать, чтобы сработал механизм.

— Думаю, если встать туда, дверь откроется, — сказала я, указывая на место.

Высокомерный придворный маг без колебаний направился прямо в указанное мной место.

— Мастер Гейтц! — окликнул его дядя, пытаясь остановить.

— Со мной всё в порядке, граф Норткорт, — сказал мастер Гейтц, подняв руку, чтобы показать: останавливать его не нужно. — Хотя за других я бы этого не поручился.

Вот это уверенность. Наверное, поэтому он и придворный маг: возможно, он действительно настолько хорош.

Мастер Гейтц встал под датчиком, и подозрительный участок стены раздвинулся, словно дверь.

— Ух ты! Стена сдвинулась! Там и правда есть комната!

Гойс и Вольфганг, до этого державшиеся поодаль, подбежали к мастеру Гейтцу.

— Воздух внутри очень затхлый и неприятно пахнет, — указал Вольфганг. — Не могли бы вы очистить его, дама Пейшенс?

Как и сказал профессор истории, воздух пропитался запахом плесени — вполне ожидаемым, ведь комната была запечатана больше тысячи лет.

— Стань чистым! — произнесла я, очищая воздух. Мои ангелочки туда войдут, и я не позволю им дышать грязным воздухом!

— Какая простая инкантация, — заметил мастер Гейтц. — Вам действительно стоит поступить на магическое направление и научиться составлять более впечатляющие инкантации. Впрочем, эффективность вашего заклинания поразительна.

Именно то, чему мастер Гейтц хотел, чтобы я училась, было одной из причин, по которым я не решалась выбрать магический курс: придумывать эти длинные инкантации было слишком неловко.

Наверное, это комната отдыха для тех, кто работал в ангаре, — подумала я, осматривая небольшое помещение. А вон там не туалет? Похоже, в том углу его отгораживала занавеска. К сожалению, занавески, закрывавшие уборную, видимо, сгнили, но сохранилась похожая на карниз направляющая для занавесок, так что моя догадка, скорее всего, была верной. Помимо уборной, в комнате стояли кровать, стол и несколько стульев.

— На столе что-то есть! — внезапно воскликнул Саймон.

— Не трогай! — крикнул в ответ Гойс.

— С дороги!!! — потребовал мастер Гейтц, отталкивая остальных и увлекая меня к столу.

На столе лежала гора бумаг, оставленных в беспорядке.

— Это вы восстановили и сохранили древние тексты с помощью магии, леди Пейшенс? — спросил мастер Гейтц. — Используйте то же заклинание на этих документах. Иначе они рассыплются в прах.

Хм? Вы же придворный маг. Почему не сделаете это сами?

— Мои способности к бытовой магии ограничиваются простыми задачами вроде открывания дверей, — сказал он, словно отвечая на мои мысли. — Прошу вас, леди Пейшенс! Даже наши движения могут повредить документы!

Подгоняемая мастером Гейтцем, я принялась использовать магию.

— Станьте чистыми!

— И это всё?! — услышала я чьё-то недовольство моей инкантацией, но не обратила внимания.

Это не так вымотало меня, как восстановление картотек и хранившихся в них документов, но маны я всё равно потратила значительное количество.

— Ой! Ваши инкантации ужасны, но заклинания обладают невероятной силой!

Отстаньте от меня!!!

— Теперь их безопасно брать? — спросил дядя, словно он уже не сталкивался с этим, когда я восстанавливала предыдущую партию текстов. Впрочем, я не могла полностью винить его за осторожность: эти документы сильнее пострадали от времени, поскольку были разбросаны по столу.

— Леди Пейшенс одновременно наложила восстанавливающее и защитное заклинание, так что теперь их, конечно, совершенно безопасно брать! — объявил мастер Гейтц. — В подобных заклинаниях леди Пейшенс в несколько раз лучше меня.

Ничего себе, он всё-таки умеет делать комплименты?

Убедившись, что документы в порядке, мастер Гейтц принялся поднимать бумаги.

— Что там написано?! — одновременно воскликнули Гойс и Вольфганг. Они подошли ближе, пытаясь заглянуть, но мастер Гейтц быстро поднял документы в воздух, подальше от них.

— Нет смысла оставлять эти бумаги здесь, раз всё остальное уже вынесли из ангара. Заберём их все!

Несмотря на то, что мастер Гейтц отчитывал профессоров за вынос содержимого ангара, теперь, когда ему самому захотелось не спеша прочесть документы, он, похоже, изменил мнение.

— Так что же в документах написано? — снова отчаянно спросил Вольфганг.

Мастер Гейтц улыбнулся.

— Когда ваша команда обнаружила тексты в этом ангаре, я смог прочитать о находке только в отчёте, отправленном в Романо. Думаю, вы способны немного подождать, не так ли?

Уф, какой мерзкий характер! Он цепляется к исследовательской группе только потому, что ему достались отчёты, а не полные документы.

— Не смотрите на меня так сурово, леди Пейшенс, — заныл мастер Гейтц. — Я даже не успел прочесть сделанные вами копии! Его Величество держит их при себе в летнем дворце. А оригиналы всё ещё находятся здесь, в Норткорте, и только я один остался без возможности их увидеть!

Он что, ребёнок?! Да, я могу немного посочувствовать тому, что он даже не взглянул на копии, но это не оправдывает его нынешнее поведение!

— Значит, вы собираетесь припрятать эти документы для себя?

Мастер Гейтц покачал головой.

— Конечно нет! Прочитав их, я верну документы графу Норткорту. Что будет потом, разумеется, зависит от графа.

Я посмотрела на дядю, который кивнул с покорным видом. Наверное, всё в порядке?

— О! Я также не возражаю, если леди Пейшенс сначала сделает копии документов, а я понаблюдаю за процессом.

Ничего себе, оба варианта идут ему на пользу. Удивительно, что он хочет смотреть, как я делаю копии.

— Ещё минуту назад вы предупреждали меня, чтобы я не делилась подробностями своей магии со всеми подряд, мастер Гейтц, — напомнила я.

— Здесь другая ситуация, — возразил он. — Я лишь советовал быть осторожнее, поскольку вы без разбора рассказывали о своей магии кому ни попадя. Я придворный маг, так что я не кто попало.

Да уж, мы слишком разные, чтобы когда-нибудь поладить.

— Я был бы признателен, если бы ты сделала копии и этих документов, Пейшенс, — сказал дядя, и ему мне было не так легко отказать. Он не только подарил мне чудесное лето с моими дорогими ангелочками, но и принял в свой дом Цезаря и остальных моих одноклассников.

— Я тоже хочу собственный комплект копий! — заявил мастер Гейтц.

— Думаю, вы вполне можете сделать собственные копии, мастер Гейтц, — холодно ответила я. Уверена, он справится, если будет наблюдать за моими действиями.

— Вы даже не представляете, насколько необычна ваша магия, леди Пейшенс. Сделанные вами копии далеко не каждому под силу.

Почему-то Цезарь и Бенджамин энергично закивали, соглашаясь с утверждениями мастера Гейтца. Более того, хотя Цезарь не просил вслух, по умоляющему выражению его лица я поняла, что он тоже хочет свой комплект копий.

Не знаю, сколько копий мне предстоит сделать. Наверное, это дядя должен решить.

— Принесите нам коробки, чтобы перевезти документы! — потребовал мастер Гейтц, высокомерно распоряжаясь исследовательской группой. Нельзя сказать, что его решение было неверным: не стоило тащить множество разрозненных древних документов обратно на руках.

— В этой комнате больше нечего осматривать, — заметил он. — Откроем потолочную дверь ангара, а затем отправимся к бывшему особняку консула и откроем дверь там.

И исследовательская группа, и мои одноклассники хотели возразить, что следует изучить механизм туалета, но ослушаться мастера Гейтца не смогли и смирились с тем, что займутся им позже. Уф, какой же он эгоистичный!

— Вы сами говорили, что можете открывать двери, мастер Гейтц, — напомнила я о его прежних словах. Он прибыл вместо одного из магов исследовательской группы, так пусть сам и открывает двери!

— Мне кажется, именно со мной вы особенно суровы, леди Пейшенс, — ответил он. — Впрочем, открыть потолок ангара и правда интересно, так что я хочу попробовать сам!

Было очевидно, почему я с ним сурова: он явился сюда, ни с кем ничего не согласовав, и теперь создавал проблемы всем причастным. Возможно, он был чрезвычайно важным представителем лоуренсийского двора, но я не могла представить, что его статус настолько высок, чтобы оправдывать такой эгоизм. Пока я продолжала мысленно жаловаться на него, мастер Гейтц принялся за очередную инкантацию, которую наверняка считал очень впечатляющей.

— О великие врата, пропускавшие небесные корабли Казарийской империи к небесам, ныне повелеваю вам открыться перед нами!

Уф, как длинно. Можно же было просто сказать «Откройся!» — и закончить. Ладно, ничего страшного. Дверь не только открылась, но и Генри выглядит очень довольным, так что я могу это простить.

— Вот это крутая инкантация! — восхищённо сказал Генри.

Ничего страшного. Он ещё маленький, и не виноват, что его впечатляют подобные вещи.

Теперь, когда мы убедились, что мастер Гейтц способен открыть дверь, я решила вернуться в поместье — или, по крайней мере, к входу у холма Гая, чтобы выпить чаю с Анджелой и мадам Хартридж под навесом. Мы как раз ждали коробки для перевозки документов, и я решила вернуться вместе с ними.

— Вы двое пойдёте к особняку консула? — тихо спросила я Нассиуса и Генри. — Я собираюсь вернуться ко входу у холма Гая. Общение с мастером Гейтцем выматывает эмоционально.

— С тобой всё в порядке, сестра? — спросил Нассиус, неизменно добрый мальчик. — Ты говорила, что плохо себя чувствуешь. Я провожу тебя обратно к холму.

Не нужно воспринимать это так серьёзно, Нассиус. Я притворялась больной, чтобы не идти на обед.

— Не нужно, — вслух возразила я. — Со мной будет Мэри, так что не о чем беспокоиться. Кроме того, когда я поднимусь на поверхность, рядом будет Анджела. А ты останься со всеми и помоги Сэмюэлу присмотреть за Генри.

По возбуждённому взгляду Генри я поняла, что он отчаянно хочет продолжить путь. Его ещё и странным образом заворожили причудливые инкантации мастера Гейтца.

— Ты пропустила обед из-за своего состояния, — неожиданно вмешался Саймон. — Если ты плохо себя чувствуешь, я тебя провожу.

Уф, только не застревать ещё и с Саймоном. У нас такие неловкие отношения: он беспокоится обо мне, но при этом ведёт себя так, будто мы не родственники. Было бы гораздо проще, если бы он просто совсем меня игнорировал.

Несмотря на попытки говорить с братьями потише, теперь, когда вмешался Саймон, мастер Гейтц тоже нас заметил и вступил в разговор.

— Что-о?! Вы уходите, леди Пейшенс? Я хотел, чтобы вы помогли мне раскрыть механизм, выдвигающий лестницу у входа в особняк консула… Вы, должно быть, меня недолюбливаете.

Вот чёрт, он понял! Ах да — он говорил, что способен отчасти чувствовать мои мысли. Погодите, теперь он идёт к дяде! Как он смеет так жульничать?!

— Не могли бы вы попросить леди Пейшенс пойти с нами, пожалуйста?

Я лучше выпила бы чаю с Анджелой! Дядя посмотрел на меня, и мы встретились взглядами. Я покачала головой, показывая, что думаю, и заодно изобразила сильную усталость. В конце концов, я обнаружила маленькую комнату, очистила воздух, восстановила и защитила древние тексты — это отняло довольно много маны. Мэри тоже стояла рядом с обеспокоенным видом, что, похоже, окончательно убедило дядю. К сожалению, его решение оказалось не в мою пользу.

— Тогда я сам отнесу Пейшенс туда!

Нет, дядя! Я хотела совсем не этого!

— Спасибо, но не стоит, — ответила я.

Я лучше пойду пешком, чем позволю себя нести! Вот ведь, неужели придворный маг настолько важен, что ему позволено быть таким бесцеремонным с окружающими? У-у-у!