Наньшаньский медицинский университет, первая аффилированная больница, учебная аудитория отделения гепатобилиарной хирургии.
Ян Сюй только что закончил семичасовую панкреатодуоденальную резекцию.
Пациент – высокопоставленный отставной партийный работник из провинции, случай сложный, серьезные сосудистые аномалии.
Эта операция вымотала его до предела.
— Старина Ян, еще не уходишь?
Дверь в аудиторию отворилась, и вошел заведующий отделением неотложной помощи Лю Цзяньбан.
— Только что из операционной, перевожу дух.
Ян Сюй подошел к окну и приоткрыл створку.
Он достал из кармана белого халата пачку «Хуншуанси», выбилодну сигарету, но, подумав, убрал обратно.
В больнице полным ходом шла аттестация на статус некурящего отделения, и он обязан был подавать пример.
— Что, у вас в неотложке сегодня тихо? — Ян Сюй обернулся кстарому другу.
Лю Цзяньбан придвинул стул и сел:
— Тихо? Куда там. Только что привезли пациента после приема пестицидов, промывание желудкапревратило всё вокруг в болото.
Он помолчал и добавил:
— Впрочем, старина Ян, я пришел к тебе с новостью, которая касается вашего университета.
— Студенты натворили дел? — Спросил Ян Сюй.
В наши дни отношениямежду врачами и пациентами натянуты, а неопытные интерны вечно влипают в неприятности.
— Скорее, наоборот.
Лю Цзяньбан причмокнул губами и с восхищением произнес:
— Сейчас доставили молодого парня с напряженным пневмотораксом. Знаешь, что сказал мне Ван, который выезжал с бригадой?
— Что?
— Сказал, что когда прибыл на место, у пациента в груди был воткнут самодельный клапан из флакона. Вещь выглядела примитивно, но установлена была идеально точно. У нас, во избежание инфекции, Ван сразу сменил её на стандартный дренаж по Бюлау. Но я посмотрел – расправление легкого великолепное, думаю, через три-пять дней можно будет удалять трубку и выписывать.
При этих словах вглазах Ян Сюя мелькнуло изумление.
Оказание доврачебной помощи с использованием одностороннего клапана требовало не только крепких теоретических знаний, но и огромной выдержки и способности принимать решения в экстренной обстановке.
Дажеординатор, проработавший в неотложке год, не всегда рискнул бы лезть в груднуюклетку без нормального инструмента под рукой.
— Кто из наших интернов это сделал? — СпросилЯн Сюй. — Тот паренек Чжан из общей хирургии? Или Чжао Боиз торакальной?
Лю Цзяньбан покачал головой:
— Никто из них.
— Тогда кто?
— Ван спросил унего, а тот ответил, что он студент Наньшаньского медицинского университета, всего лишь третьекурсник.
— Третьекурсник? — Ян Сюй невольно переспросил. — Как такоевозможно? На третьем курсе они только начинают клинические дисциплины, даже скальпель толком в руках недержали, откуда у него решимость для торакоцентеза?
— Самаянастоящая правда, — вздохнул Лю Цзяньбан. — Я сам в замешательстве. Нынешние студенты что, такие дикие пошли? Вот и пришел спросить: у вас в университете что, завелся какой-то самородок?
Ян Сюй промолчал.
Третий курс…
Если это действительно третьекурсник, то насколько же глубокими должны быть его познания в анатомии и патофизиологии?
— Этот парень… как его зовут?— Спросил Ян Сюй.
— Он не представился, — ответил Лю Цзяньбан. — Ван сказал, что они были заняты носилками, было не до расспросов. И вот, родственники пациента толькочто рыдали в приемном покое, хотели встать на колени, клялись, что найдут своего спасителя и пришлют благодарственное знамя. У меня голова идет кругом.
— Старина Ян, вся надежда на тебя. Раз это ваш студент, позвони, разузнай?
— Хорошо, я понял, — ответил Ян Сюй.
Проводив Лю Цзяньбана, Ян Сюй не стал звонить сразу.
Он сидел в рабочем кресле и невидящим взглядом смотрел на ряды медицинских справочников.
Последние годыон был крайне разочарован уровнем бакалавров.
После расширения набора качествоабитуриентов сильно упало.
Переписываются на парах, читают романы, спят на лекциях, списывают на экзаменах…
Даже поступающие вмагистратуру зачастую умеют лишь зубрить теорию, а в клинике оказываются беспомощными.
Именно поэтому на ученом совете он открыто заявил, что впредь будет заниматься только докторантами, а магистров и бакалавров в свою группу брать перестал.
«Лучше меньше, да лучше».
Это были его слова.
Но сегодняшняя история заставила его переосмыслить подход.
Нельзя судить о всех поодним и тем же меркам.
В таком огромном университете наверняка есть выдающиеся студенты.
Ян Сюй снял телефонную трубку со стола.
— Алло, это я, Ян Сюй.
— Ох, профессор Ян? Посреди ночи? Что-то случилось? — Трубку взял Чжан Чжиюань, заведующий учебным отделом клинического факультета.
— Ничего особенного, — сказал Ян Сюй. — Хочу кое-что узнать: кто-то из наших студентов сегодня ночью спас человека за пределами кампуса?
— Спас человека?
Чжан Чжиюань на мгновение замялся, а затем ответил:
— Об этом я, кажется, слышал. На университетском форуме висит популярная тема как раз по этому поводу.
— Выяснили, кто это?— Спросил Ян Сюй.
— Пришлось повозиться, но нашли. Это Цзян Хэ из второго класса клинического отделения, курс 2006 года.
— Цзян Хэ…
Ян Сюй попытался вспомнить это имя.
Очень знакомо, но всё же неясно.
— Как он проявляет себяв учебе?
— Э-э… довольно посредственно, — честно ответил Чжан Чжиюань. — Успеваемость средняя, ничем не выделяется. Правда, его куратор Сунь Цзяньго говорит, что парень будто озарение нашло: целыми днями пропадает в библиотеке.
Ян Сюй нахмурился.
Посредственно?
Обычный третьекурсник, решившийся на торакоцентез? Как такое возможно?
— Профессор Ян, что по этому поводу… скажете делать? — Спросил Чжан Чжиюань.
Ян Сюй подумал иответил:
— Оградите его от лишнего внимания. Тему на форуме больше не поднимать. Если придут журналисты, всем отвечать, что информации нет. Что касается благодарственного знамени, пусть факультет примет его тихо. Никаких торжественных собраний, не давайте ему светиться в СМИ.
Чжан Чжиюань на том конце провода поспешно закивал:
— Да, мы того же мнения. Сейчас общественное мнение такое токсичное, скрытность – лучшая защита для студента.
— Однако, — Ян Сюй сменил тон, — в личном деле запишите. Такую талантливую исмелую молодежь нельзя зарывать в землю. При подведении итогов года поощрите его, как полагается.
— Понял, сделаем! — Чжан Чжиюань радостно согласился, а затем, словно вспомнив что-то, добавил:
— Кстати, профессор Ян, естьеще кое-что, довольно примечательное.
— Что?
— Сунь Цзяньго сказал, что этот Цзян Хэ подал заявку на Конкурс клинико-патологического мышления.
Чжан Чжиюань усмехнулся втрубку.
— Мы заглянули в анкету, в графе «Желаемый научный руководитель»… вписано ваше имя.
В учебной аудитории.
Ян Сюй опешил.
— Хочет в моюгруппу?
Любопытно.
— Если пройдет отборочный тур, принесите мне его работу, — сказал Ян Сюй.
— Хорошо! Вашихслов достаточно!
Он повесил трубку.
Ян Сюй поднялся и размял затекшую шею.
Сегодняшний случай, кажется, немного унял его усталость.
Он подошел к книжному шкафу и достал план исследования «Радикальная резекция рака проксимального отдела желчных протоков».
Раскрыл.
Страницы пестрели красными пометками – следами размышлений, сделанных им в бесчисленные бессонные ночи.
Этотпроект уже давно уперся в непреодолимую стену.
Что ж, поработаю над этим еще сегодня. Хотелось бы добиться хоть какого-то прогресса.